«На данный момент „Червей Звезд“ в наличии нет… Велел держать ухо востро и присматриваться, в чем еще нуждаются те, кто их ищет…» — пробежавшись глазами по весточке от наставника, Форс беззвучно, с колоссальным облегчением выдохнула.

Однако, едва вспомнив о грядущей кровавой охоте на «Святого Тайн» Бутиса, девушка вновь почувствовала, как нервы натягиваются стальной струной. Как-никак, перед ними маячило подлинное полубожество, причем ублюдок стоял на четвертой Последовательности еще пару лет назад, а нынче вполне мог вскарабкаться и на третью.

«Спору нет, бразды правления этой заварушкой держит леди „Отшельник“, вот только мне-то отведена роль наживки, так что за собственную шкуру трястись всё равно придется… К тому же за спиной ордена Авроры незримо высится „Роза Искупления“, а там водятся ангелы, да что там — сами Короли Ангелов…» Форс ни на йоту не жалела, что ударила по рукам с Германом Воробьем. Стереть Бутиса в порошок было её заветной, выстраданной мечтой, просто фатальные риски невольно сеяли в душе липкую панику и глухую тревогу.

Этот мандраж заставил писательницу на чистых инстинктах размечтаться о совершенно ином раскладе:

«Вот если бы господин „Мир“ самолично ввязался в эту мясорубку и встал у руля, я бы точно так не тряслась от страха».

Дело было отнюдь не в том, что она сомневалась в боевой хватке или багаже опыта леди «Отшельника». Просто послужной список «Мира» Германа Воробья говорил сам за себя: на его счету значился уже далеко не один пущенный в расход полубог. Одно лишь осознание того, что подобную миссию тянет на своих плечах именно этот мастодонт, даровало железобетонное спокойствие.

Восседающая у камина Сио искоса мазнула по подруге тяжелым взглядом и нарушила тишину:

— Охота уже начинается?

— Угу, — Форс серьезно кивнула, но тут же добавила: — Хотя пороть горячку никто не станет. Всем нам кровь из носу нужно время на тотальную подготовку.

Загнать в капкан полубога — это вам не осенняя вылазка за город на лис, когда достаточно лишь нацепить снаряжение да свистнуть приятелей. Подобная авантюра требовала параноидального, ювелирно выверенного до мелочей плана. Писательница свято верила, что леди «Отшельник» непременно пожалует в Баклунд лично, либо же заляжет на дно в окрестностях грядущего поля брани. Ей придется осесть там на какой-то срок, досконально прощупать почву и лишь затем выковать по-настоящему убойную стратегию.

Вдобавок, мисс «Справедливость» всё еще рвала жилы, форсируя усвоение эликсира «Странствующего в сновидениях». А на это почти стопроцентно уйдет еще месяц-другой, а то и целая вечность.

Самой же Форс эта отсрочка была лишь на руку. Девушка отчаянно жаждала переварить зелье «Архивариуса» до дна, обустроить таинство и вознестись до «Путешественника» еще до того, как прогремят первые выстрелы.

Единственной грызущей занозой оставался лишь один вопрос: не станет ли «Мир» Герман Воробей гнать их в шею.

«Я костьми лягу, но переубежу его… Нет, лучше натравлю на это мисс „Справедливость“, уж „Зрителям“-то в искусстве ездить по ушам равных нет…» — едва писательница успела беззвучно проворчать эту мысль, как Сио слегка повернулась к ней и с явной, нетипичной для неё робостью протянула:

— Тот самый куратор из МИ-9 сегодня закинул удочку, предложив мне влиться в их ряды официально. Напел, мол, на престол взошел новый монарх, и львиная доля былых проблем благополучно канула в Лету. Дескать, у таких, как мы с ним, теперь появились вполне реальные шансы на повышение.

Форс, обратившись во всепоглощающий слух, тщательно взвесила слова и отозвалась:

— А разве они не рыли под нас землю, устроив параноидальную слежку?

— С их хваткой они уже стопроцентно должны были пронюхать, что за твоей спиной незримо маячит какая-то влиятельная ложа.

Охотница за головами коротко кивнула:

— Ищейки свято верят, что после той злополучной заварушки покровители списали меня со счетов и бросили на произвол судьбы. Ко всему прочему, они грешным делом подозревают, что вся эта подпольная махина принадлежит Церкви. Церкви Ночи.

Сама Сио истово била поклоны «Богине Вечной Ночи», так что под словом «Церковь» безоговорочно подразумевала именно эту конфессию. Впрочем, памятуя, что подруга присягнула «Богу Пара и Машин», она благоразумно уточнила детали, дабы не сеять ложных домыслов.

— Хех, а ведь именно этого фасада господин «Мир» и велел нам придерживаться, — с легким смешком отмахнулась Форс, расслабленно поправляя локон.

В следующее мгновение её лицо налилось свинцовой суровостью и зрелостью:

— Сио, не будь дурой, это поистине золотой шанс. Отыгрыш «Судьи» кровь из носу требует казенной поддержки и легальной крыши. Барахтаясь в одиночку в статусе негласного арбитра баклундского подполья, ты банально не вытянешь ни по мощи, ни по рангу, да и надежного тыла у тебя кот наплакал.

— Вот если ты реально прорвешься в мировой, выездной или уголовный суд и протянешь там лямку пару-тройку месяцев, твой эликсир почти стопроцентно переварится до последней капли. Ах да, птички напели, что в недрах МИ-9 функционирует свой собственный «Суд по аномальным делам», заточенный исключительно под Потустороннюю чертовщину. Дослужись ты там до судейского кресла, глядишь, уже к февралю-марту грядущего года сможешь замахнуться на престол «Рыцаря Наказания».

Подметив, что охотница за головами явно заглотила наживку, Форс поспешила добить:

— Стоит тебе лишь сколотить солидный капитал заслуг перед короной, как появится вполне осязаемый шанс хоть отчасти отмыть доброе имя твоего отца. В конце концов, Георг III уже благополучно сыграл в ящик. Покуда ты не станешь ворошить его грязное белье и порочить монаршую память, Говингтон II вряд ли станет вставлять тебе палки в колеса.

Говингтон был старшим отпрыском Георга III и к этому моменту уже официально взошел на престол, увенчав себя коронами Лоэна и Балама.

Сио провалилась в глухое, звенящее молчание на добрый десяток секунд, после чего наконец-то медленно, тяжело кивнула:

— Я рискну.

— Добро. Как только почва под ногами затвердеет, сможешь смело перетащить матушку с братишкой обратно в Баклунд. Спору нет, обстановка нынче накалена до предела, а цены на провизию взлетели в стратосферу, но уж для цепных псов МИ-9 казенные пайки стопроцентно выделяют. Прокормишь их без проблем! — чем дольше Форс распиналась, тем сильнее убеждалась, что влиться в ряды контрразведки — воистину блестящая затея.

Благополучно вправив мозги подруге, писательница юркнула в свою спальню и благоговейно вознесла мольбы господину «Шуту», слезно испросив Владыку ретранслировать её мысли господину «Миру».

Следом она ювелирно выжала самую суть из ответной депеши наставника, обрисовала собственные расклады и прозрачно намекнула Герману Воробью, дабы тот придержал коней и не гнал лошадей.

Едва покончив с таинством и изготовившись шагнуть за порог, Форс внезапно почувствовала, как перед глазами всё поплыло. Прямо из пустоты на нее обрушилось ревущее багровое цунами, в мгновение ока поглотив её без остатка.

Вынырнув из морока, девушка очутилась под монументальными сводами древнего дворца, восседая в своем привычном кресле с высокой спинкой. Вот только почетное место во главе изъеденного патиной длинного бронзового стола, где вечно высился укрытый серой мглой исполинский силуэт, ныне зияло пустотой.

За всем этим исполинским столом сейчас находились лишь она да «Мир» Герман Воробей.

«…» Нервы Форс мгновенно натянулись как стальные струны, а в голове лихорадочным вихрем завертелись оправдания: — Господин «Мир», я… я лишь имела в виду, что прояви вы толику терпения — и мы провернули бы всё без сучка без задоринки. Но если времени в обрез, то и дьявол с ним, мы дадим старт охоте в кратчайшие сроки!

Клейн издал тихий, хрипловатый смешок:

— Выдыхайте. Я совершенно не порю горячку.

Раз уж финальным кушем в этой игре стали рецепт ангельского эшелона вкупе с Запечатанным артефактом нулевого класса, сыщик мог позволить себе проявить поистине параноидальную выдержку.

Хух… «Фокусник» Форс беззвучно перевела дух и с легким недоумением поинтересовалась:

— В таком случае, какая нужда заставила вас выдернуть меня сюда?

Тон Клейна оставался абсолютно ледяным и лишенным малейших эмоций:

— Вы ведь отчаянно жаждете переварить зелье «Архивариуса» в кратчайшие сроки?

— Сдается мне, помимо «запечатлевания» диковинного колорита и баек из разных краев, вам кровь из носу требуется «зафиксировать» еще и целую прорву всевозможных паранормальных талантов. И чем заоблачнее будет их ранг, тем сокрушительнее окажется эффект усвоения.

Услышав это, глаза Форс ослепительно полыхнули:

— Истинно так!

Выпалив это на чистых инстинктах, девушка тут же спохватилась, что её тон прозвучал слишком уж дерзко. Слегка втянув голову в плечи, она робко добавила:

— Это и есть тот самый аванс, о котором вы упоминали давеча?

Клейн ответил едва уловимым кивком:

— Приступаем. Извольте приготовиться. Я выпросил у господина «Шута» Запечатанный артефакт первого класса. Убойная мощь этой дряни эквивалентна статусу святого.

Для жалкого «Архивариуса» шестой Последовательности шансы благополучно «запечатлеть» магию ангельского калибра болтались на круглом нуле. Именно поэтому Клейн благоразумно не стал городить огород и выуживать из пор истории фантомы мисс посланницы или мистера Азика, дабы те сыпали заклинаниями.

Форс вмиг вытянулась по струнке и ответила тяжелым, полным решимости кивком:

— Угу.

В следующую же долю секунды она воочию узрела, как «Мир» Герман Воробей властно вскинул над головой костяной скипетр, чье навершие было густо усеяно сапфирами.

Округу залило ослепительным светом. Из зияющей пустоты со зловещим треском начали вырываться ветвистые молнии. Сплетаясь в диком танце, они в мгновение ока выковали ревущий, пышущий первобытным разрушением электрический лес.

В зрачках Форс отразилось лишь слепящее серебряное зарево, а её плоть и душу сковал леденящий, пробирающий до костей трепет.

Когда рев «Шторма молний» окончательно стих, писательница просидела в глухом ступоре пару секунд, после чего с робкой, виноватой миной выдавила:

— Фиаско…

— Повторим, — с ледяной невозмутимостью отрезал Клейн.

Сокрушительный «Шторм молний» раз за разом обрушивался под сводами древнего дворца над серой мглой. Одному богу известно, сколько времени минуло, прежде чем Форс наконец-то с шумом выдохнула. Вальяжно откинувшись на спинку кресла, она не в силах скрыть бьющего через край восторга, звонко возвестила:

— Триумф! Получилось!

Девушке всё-таки удалось вырвать победу и успешно «запечатлеть» один разряд «Шторма молний».

«Ну наконец-то отмучилась…» — Форс мгновенно расслабилась, сбросив оцепенение. Однако в следующую секунду до её слуха донесся лишенный малейших эмоций голос «Мира» Германа Воробья:

— Добро. Следующий паранормальный талант.

…Следующий⁈ Писательница воочию узрела, как восседающий в самом конце изъеденного патиной стола безумный авантюрист вытянул правую руку. Сделав хищное хватательное движение прямо в клубящуюся серо-белую мглу, он виртуозно выудил из пустоты усеянное шипами и покрытое густой патиной распятие.

— «Запечатлеть»… мощь этого артефакта? — Форс титаническим усилием воли заставила свое лицо сохранить хотя бы подобие спокойствия.

— Как-никак, изрядно переварив эликсир «Архивариуса», она расширила свой лимит: теперь в её арсенал вмещалось не одно, а целых два умения, несущих в себе искру божественности.

— Отнюдь, — Клейн искоса мазнул взглядом по мисс «Фокуснику». — «Запечатлейте» мой дар призывать «Неомраченный крест».

— … Фиаско, — сдавленным шепотом пролепетала девушка.

На сей раз осечка вышла банальной: она попросту не успела активировать процесс.

Клейн благоразумно оборвал поддержку фантома артефакта. Вновь погрузив руку в исторический туман, сыщик вытащил на свет божий отливающий вороненой сталью револьвер.

— Мимо… — с донельзя сложной, кислой миной отозвалась Форс.

Прямо сейчас она спала и видела, как бы поскорее катапультироваться обратно в материальную реальность, дабы с чувством, с толком переварить свежеобретенный убойный козырь. Увы, спасительный звонок с этого «урока» всё никак не звенел.

Лишь спустя без малого три десятка изматывающих попыток, когда виски уже простреливало пульсирующей болью, а духовность иссякла почти до дна, ей наконец-то удалось вырвать победу и «запечатлеть» один акт «Призыва проекции из пор истории».

В это самое мгновение она была готова разрыдаться от счастья. Однако, титаническим усилием воли подавив накатывающую свинцовую усталость, писательница постаралась выдержать безупречный фасад прилежной «ученицы»:

— Стало быть, этот фокус позволяет выуживать из исторических пор людей и предметы, с которыми я неразрывно связана?

— И кого же мне прикажете призывать, когда пробьет час? Какую именно вещицу?

Клейн смерил мисс «Фокусника» тяжелым взглядом и с ледяной невозмутимостью отчеканил:

— Меня.

— … — Форс выдавила из себя напряженную, кривую улыбку. — И из какого же временного отрезка?

— Того самого, что был на нашей прошлой встрече, — Клейн загодя выковал этот железобетонный ответ.

Речь шла о том самом моменте аккурат перед саботажем ритуала Георга III. Тогда сыщик, уже благополучно вознесшийся до ранга «Ученого древности», самолично выдернул её из царства льда и снега, перебросив обратно в Баклунд.

Писательница ответила серьезным, утвердительным кивком. На чистых инстинктах она закинула новую удочку:

— А если грянет фиаско? Замахиваясь на призыв мастодонта, чей ранг на голову превосходит мой собственный, шансы сорваться в глухой провал почти стопроцентные…

— Завтра явитесь сюда вновь и «запечатлеете» эту магию еще раз, уже на страницах «Дневника путешествий Леймано», — ровным, лишенным малейших колебаний баритоном отозвался Клейн.

«Двух попыток хватит за глаза?» — в голове мисс «Фокусника» тут же взметнулся резонный вопрос. Вот только, узрев ту железобетонную, пугающую уверенность, что источал суровый авантюрист, она благоразумно прикусила язык.

Слегка махнув рукой, девушка робко выдавила:

— Стало быть… теперь я вольна отбыть восвояси?

Клейн ответил скупым, утвердительным угуканьем. Получив дозволение, мисс «Фокусник», чье лицо мгновенно озарилось неподдельным восторгом, благополучно покинула чертоги «Замка Истока».

…………

Остров Суня. В самых недрах первобытных джунглей.

Элджер Уилсон вкупе с немногочисленной свитой верных матросов переступил порог древних эльфийских руин, куда отродясь не ступала нога заурядного смертного.