Вскоре показалось озеро и крыши домов. Рита вспомнила об отце. Как же он волнуется, наверное. Ступа опустилась. Рита увидела, что они находятся на том самом лугу, где паслись козы и где мама превратилась в кролика. Козы, кстати, все еще были здесь и так же жевали траву.

– Здесь все началось, здесь и закончиться должно, – пояснила Власьевна. – Ты делай как знаешь, но я бы не стала рассказывать маме правду. Да и папе тоже.

– Ну да. – Рита не представляла, как расскажет им про Василиска, волколаков и про все остальное.

Власьевна достала из кармана какую-то скляночку, открыла, понюхала, сморщилась и протянула ее кролику, которого Рита держала в руках. Кролик прянул ушами, нюхнул, замолотил в воздухе лапками, отчего ей пришлось опустить его на землю. Кролик громко чихнул, и еще раз, и еще.

– Шкурку сбрось, ушастый зверь, человеком стань теперь, – пробормотала Власьевна и тут же заторопилась. – Так, сейчас он почихает-почихает и расколдуется, обождать надо. А мне пора, спать-то я рано ложусь. Мы, пенсионеры, не можем как вы, молодые, по лесам бегать да по болотам.

– А откуда вы все узнали? И так вовремя прилетели?

– Так сестрица моя, Агриппина, Грунечка, и сообщила. Она-то по блюдечку за тобой приглядывала да мне докладывала. Переживали мы за тебя, однако.

Рита с сомнением посмотрела на старуху. Переживала она, как же!

– А не надо было маму заколдовывать. Вот!

– Иногда мы совершаем поступки и только потом понимаем их истинное значение. Вот ты зачем яйцо взяла? Могла и не брать, тогда бы все по-иному сложилось.

– Тогда бы яйцо украл Кайра, из него бы вылупился леммюз и принес Василиску живую воду. Тот бы вылез и всех тут уничтожил. Да уж, как все запутанно! И что мне теперь с леммюзом делать? – Рита указала на рюкзак. Внешне он был пуст, но в нем незримо свернулся калачиком Люми, ожидая новых приказаний. – Боюсь, мама с папой не поверят, что это голограмма какая-нибудь.

– А ну-ка, позови его.

Люми появился перед ними, как только Рита его позвала. Власьевна даже в ладоши хлопнула.

– Какой ты! Пойдешь ко мне жить? Кашей обеспечу. И запросы у меня скромные.

Змей повертелся, выписывая огненные восьмерки.

– А каши точно много будет?

Старуха кивнула.

– Тогда пусть хозяйка слово скажет.

Рита лишь руками развела. Все от нее хотят каких-то слов. А она совсем-совсем ничего такого не умеет. Несет какую-то ерунду. Так она и заявила Власьевне, которая смотрела на нее с ожиданием и рассмеялась в ответ.

– Ерунда не ерунда, зато результат сама видела.

Рита прикрыла глаза, вздохнула и начала:

Змей вспыхнул, свернулся кольцом и пропал.

– Ме-е-е! – вдруг заблеяли козы. – Ме-е-е! – Все три: черная, белая и серая – сгрудились в кучку и даже жевать перестали. – Простите нас. Мы больше не будем!

Власьевна посмотрела на них и нахмурилась, потом махнула рукой.

– А, я и забыла про вас. Ладно уж, прощаю. Идите сюда.

Козы, отталкивая друг дружку, рванули к старухе. Та сунула им под нос флакон.

– Шкура козья отпади, облик истинный верни. – Козы принялись громко чихать и мотать бородатыми мордами. – Смотрите у меня, будете еще плохое про людей говорить да завидовать, сразу рога и копыта отрастут.

Пока козы в растерянности топтались на месте и чихали, Власьевна залезла в ступу.

– Значит, вы это с самого начала придумали? – осенило Риту. – Что я за мамой пойду, и с Василиском сражусь, и все такое? А может, надо было просто мне все рассказать?

– А ты бы поверила? В лес бы пошла с чудищем сражаться? Нет, девонька, не пошла бы и решила, что старуха из ума выжила. Да, я верила, что все у тебя получится, раз уж леммюз тебя признал. Петух это яйцо волшебное откладывает, лишь когда беду чует.

– Да леммюз ваш только по хозяйству и годится!

– А воду живую кто бы принес?

– Так за водой-то мне пришлось самой идти, – насупилась Рита. – Если бы не… ленточки, которые Агриппина дала, я бы у русалок пропала да и с Василиском не справилась. Ой, значит, и она все знала?

– В этом мире, девонька, все не просто так. Любая вещь, как и человек, свое предназначение имеет. Раз зло явилось, должен и герой явиться. Кто он, откуда, какого рода-племени, никто не знает. Но так уж сложилось, что тебе эта доля выпала. Скажешь, изменила бы судьбу, если б смогла?

Рита задумалась. Да, было опасно, но она встретила столько всего удивительного, подружилась с волколаками, а еще помогла Василисе вернуться домой. Нет, она бы не согласилась все изменить. А Власьевна вдруг посмотрела за спину Риту, быстро перевернула шапочку надписью назад и пропала вместе со ступой и петухом.

– Рита?!

Она обернулась: мама стояла и растерянно оглядывалась, расправляя чуть помятое платье, и почему-то терла уши ладонями.

– Мамочка! – Рита бросилась к ней на шею. – Как ты?

Мама нахмурилась.

– Ничего не понимаю, сколько времени прошло? Я же за молоком пошла… утром, а уже вечер?

– Пойдем, мамочка, там папа волнуется. – Рита не стала говорить маме, что, конечно, сейчас вечер, но только следующего дня. Как это объяснить, она придумает потом. Хорошо, что мама ничего не помнит о своих кроличьих приключениях.

Не успела она этому порадоваться, как мимо них пробежали три женщины с испуганными лицами. Бежали они, смешно подпрыгивая и тряся головами.

– Ме-е-е! – услышали они с мамой.

– А вроде солидные люди, – удивилась мама и остановилась. – Я что, заснула на этом лугу? Снились какие-то птицы, кролики…

Патти громко мяукнула и потерлась о ее ноги.

– Ой, Патти, тебя же кормить пора, – вспомнила о своих обязанностях мама и пошла по дороге, крепко держа Риту за руку, словно та могла потеряться.

По улице им навстречу шел Ленчик. Он шаркал ногами по земле и не отрывал глаз от экрана смартфона.

– Мам, ты иди, я догоню, – попросила Рита.

Ленчик остановился, наткнувшись на неожиданное препятствие. Поднял глаза и зло прищурился.

– А, это ты, рыжая коза.

– Ба… – Она осеклась. – Ленчик, я тебе сказать хотела одну вещь.

Он напрягся.

– Что, извиниться хотела, что с матча ушла, и мы опять продули? Сашок этот, который вместо тебя встал, мяч в собственные ворота забил.

– Ой, – разочарованно протянула Рита. – Прости. Я не знала, что так будет. Но я другое хотела сказать. Прости, что обзывала тебя Башней. Ты не башня. Ну то есть ты, конечно, длинный, как каланча, но не башня.

– Ты так извиняешься, что хочется тебе вдарить, – сказал Ленчик и засмеялся. – Ладно уж. Я тоже тебя козой больше не буду звать.

– А что ты там настолько интересное смотрел, что чуть мне ноги не отдавил?

– Да канал прикольный нашел – «Леший с вами». Там один чудик лес показывает, учит, как правильно грибы искать, а еще про зверей рассказывает.

– Знаю его, – кивнула Рита. – А канал «Новости Моракики» не смотрел? Там тоже вроде ничего так. Про экологию.

– Еще нет, но найду. Ладно, пока. Завтра игра. Придешь?

– Приду, конечно. Должны же мы выиграть рано или поздно.

Ленчик скептически хмыкнул и пошел себе дальше, а Рита побежала догонять маму.

Папа вышел на крыльцо. Его глаза округлись.

– Вы где были?! Я вас обыскался! Хотел уже в полицию звонить.

Рита непонимающе уставилась на него. Ничего себе, их с мамой дома не было два дня, а папа только сейчас забеспокоился?

– Представляешь, я заснула на траве. – Мама хихикнула. – Видимо, присела отдохнуть, и вот. Мы со старушкой шли, разговаривали, я ей сумку помогала нести… Ой, а где моя сумка? Молоко там, конфеты? Что-то я какая-то рассеянная стала.

Она приложила ладонь ко лбу и села на диван. Рита тоже чувствовала себя не в своей тарелке, затем посмотрела на большой настенный календарь. Дата на нем была вчерашняя.

– Пап, ты забыл дату передвинуть? Сегодня же воскресенье. – И она передвинула бегунок на календаре.

– Эх, дочь, на каникулах время так быстро летит. Сегодня суббота. – Папин палец вернул бегунок на прежнее место.

Значит, как-то у нее потерялся целый день? Тот самый, который она провела в лесу. Целый день потерять – это же надо. И сразу так есть захотелось!

– А кто-то нам блинов обещал, – напомнил папа.

Рита посмотрела в приоткрытую дверь кухни. Ей показалось, или там мелькнул огненный хвост? Она быстро распахнула дверь. На столе стояла бутылка с молоком и пакет конфет «Раковая шейка». Люми сделал ей прощальный подарок. Власьевне такой помощник по хозяйству, конечно, нужнее, а Рита с леммюзом может теперь просто дружить.

– Блины я сама сделаю, – сказала Рита, показывая папе с мамой бутылку молока. – Я теперь умею с тестом обращаться. А вы пока, вон, посидите отдохните.

– Да мы и не устали вроде, – ответил папа, но все равно повел маму на веранду и усадил в кресло. – Дорогая, ты правда себя хорошо чувствуешь? Тебе срочно нужно на море. Нам всем нужен отдых. Смотри. – Он показал пальцем на что-то во дворе. – Опять не убрала велосипед в сарай. Рита! Твой Стелька валяется на земле.

Она выскочила на крыльцо. Действительно, велосипед лежал на земле, и его колеса все еще крутились. А с другой стороны улицы на нее смотрел серый волк с белыми подпалинами. Если не присматриваться, то его и за собаку можно принять.

– Заходи, – махнула ему Рита.

– В другой раз. – Волк широко зевнул. – Обязательно.

– Спасибо, что привез Стельку.

Волк помахал ей лапой и потрусил по дороге. В вечернем небе загорались звезды. Рита нашла глазами яркую точку, и ей показалось, что Спасская звезда подмигнула.