Колобок катился по лесу, подпрыгивая на кочках, перекатываясь через корни и пеньки. Рита бежала следом, порядком запыхавшись. Как раз когда она решила, что сил у нее больше не осталось, проводник притормозил.

– Погоди немного, – прохрипела Рита, тяжело дыша. – Мне за тобой не поспеть.

– Ночь коротка. – Колобок посмотрел на нее изюминами глаз. – До первого луча солнца тебя веду. Потом уже нет. Таковы правила.

– Да кто ж это все придумывает! Правила, условия, какие-то ограничения. Никакой свободы! Почему вся магия такая нелогичная?

– Потому что потому, все кончается на «у». – И колобок покатился дальше.

– Ты ведешь меня к сухому дереву?

– Я веду тебя туда, куда тебе надо. А к дереву или нет, это уж тебе знать.

– Мне к дереву, – выдавила Рита, чувствуя, что еще немного, и она рухнет на землю и больше никогда не двинется с места. Как же это в сказках герои шли за тридевять земель и доходили?

Торопясь за проводником, Рита даже не успевала оглядеться, где она и куда зашла. Патти тоже не было видно. Наверное, кошка просто не успевала за ними. Рита одна в ночном лесу, а силы уже на исходе.

– Вот был бы здесь Стелька! – посетовала она. – Какой же ты шустрый, колобочек. Даже собраться не дал. Помчался как ошпаренный.

– Я весь в тебя, я весь в тебя. Ты меня месила, ты меня слепила.

Сзади раздался звон, но Рита подумала, что ослышалась. Звон повторился. На бегу она обернулась и чуть не споткнулась. За ней с трезвоном ехал Стелька. Ехал сам. Никто не управлял им. Так казалось на первый взгляд. И только когда велосипед остановился рядом, она увидела, что на руле, обвив его восьмеркой, расположился Люми, а на багажнике, вцепившись в сиденье коготками, подпрыгивает Патти.

– Люми! Стелька! Патти! – Рита всплеснула руками и села в седло. – Вперед!

Змей так и остался на руле, его золотистое свечение освещало путь. Колобок катился метрах в двух впереди и все повторял свою присказку:

– Я колобок, колобок, на сметане мешен, на окошке стужен.

– Люми, как ты догадался привести ко мне Стельку?

– Ты же попросила. Какая ты непонятливая.

– А ты все мои желания исполнять будешь?

– Те, что в моей власти. Я по хозяйству…

– Да я помню. Просто в сказках три желания обычно.

Люми засветился еще сильнее и брызнул снопом золотых искорок. Рита поняла, что так змей смеется. Что ж, теперь ей было гораздо легче следовать за колобком, даже появились силы на разговоры.

– Колобочек, а что с тобой станет утром?

– Ничего. Обычно утром меня съедают.

– Кто?

– Кто поймает, тот и съест.

– И ты так спокойно об этом говоришь?

– Я же печеный. Это мое предназначение.

– Но ты же разумный. Мы не едим разумных существ.

– Разве?

Рита осеклась. Ну да. Если животные не говорят, это не значит, что у них нет мозгов. Как все сложно.

– А если тебя не съедят?

– Тогда я зачерствею. Получится, что меня испекли зря.

– Но ведь ты выполняешь эту, как ее… миссию. Мы спасаем маму. Для этого я тебя и пекла.

– Заря близко. Надо торопиться, – вместо ответа заметил колобок и покатился еще быстрее.

Рита поднажала. Хоть и на велосипеде, а все равно устала. Темнота вокруг посерела. Небо, которое еще недавно было иссиня-черным и усыпанным звездами, теперь побледнело. Сами звезды потускнели. Спасская звезда, то есть Полярная, вообще пропала. Внезапно колобок остановился и завертелся волчком.

– Прибыли, – заявил он.

Рита повертела головой. Никакого сухого дерева не наблюдалось и в помине.

– Это не здесь, – растерялась она. – Ты не туда меня привел.

– Привел туда, куда тебе надо. Куда надо, туда привел. Спасибо, что испекла. Спасибо, что с корочкой. Никогда не знаешь, каким получишься в следующий раз.

– Так ты, выходит, вечный?

Колобок не ответил, неподвижно лежа на траве. Патти мягко выпрыгнула из корзины, подбежала к нему и понюхала. Ее зеленые глаза сверкнули. Рита подняла проводника. Глазки-изюминки выпали. Щель-рот теперь походил на обычный разрез на батоне. Хлеб как хлеб. Она погладила его рукой, прижала к груди, затем положила на пенек.

– Не знаю, куда и зачем ты меня привел, но ты был забавным. Спасибо.

– Да уж! – Патти потянулась. – Это хлебобулочное изделие привело нас неизвестно куда. А мы еще так долго его пекли.

– Да кто бы говорил! Кто готовил, а кто на перине валялся.

Солнечный луч осветил землю. Рита увидела, что стоит на перекрестке двух дорог, а прямо перед ней лежит камень. Не очень большой и на первый взгляд самый обычный. И лишь когда на него упал второй луч солнца, на серой поверхности показались вырубленные знаки.

«Овелан ьшедйоп – янок ьшеяретоп, оварпан ьшедйоп – ябес ьшеяретоп, омярп ьшедйоп – еьтсачс ьшедйан».

Кошка зашипела, запрыгнула на камень и попыталась его царапнуть.

– Глупая булка привела нас в никуда! Что это за бессмыслица?

– Ах, Патти, ты просто не умеешь читать. – Рита присела и, водя пальцем по строчкам, вслух произнесла: – Налево пойдешь – коня потеряешь, направо пойдешь – себя потеряешь, прямо пойдешь – счастье найдешь.

– Какая ты умная, – мурлыкнула Патти. – Ну что, идем прямо? Счастье там.

Но Рита колебалась. Неужели все так просто? Но тогда куда пойти? Налево? Коня у нее нет. Но есть Стелька. Хоть неживой и железный, но все равно друг. А куда тогда? Направо? Себя терять очень не хотелось. Вот очень-очень.

Патти меж тем уже пробежала несколько шагов вперед и теперь махала хвостом, призывая хозяйку следовать за ней.

– Хорошо, – решилась Рита. – Пойдем посмотрим, какое такое это счастье.