Глава 41 Сянь

Сначала никто не поверил собственным глазам.

Я тоже.

На самом краю горизонта медленно росла ещё одна тёмная полоса. Сначала она казалась всего лишь обманом зрения, дрожащей тенью в утренней дымке, но с каждой минутой очертания становились всё отчётливее. Новая армия неумолимо приближалась к полю боя, и вместе с ней по крепостной стене прокатилась тяжёлая, почти осязаемая волна напряжения. Она не сопровождалась громкими возгласами или паникой — наоборот, всё происходило в пугающей тишине. Солдаты невольно переглядывались, кто-то сделал несколько осторожных шагов к краю стены, пытаясь разглядеть незнакомцев получше, кто-то крепче сжал древко копья, будто это могло помочь понять происходящее.

— У них нет знамён… — негромко произнёс один из лучников.

Я уже и сама это заметила.

Ни одного символа, который позволил бы понять, кто именно идёт к нам. Только плотные ряды хорошо вооружённых воинов, двигавшихся удивительно ровно и уверенно. Они не торопились, не нарушали строй и походили скорее на клинок, который медленно вытаскивают из ножен. Именно эта неизвестность пугала сильнее всего. Если бы мы сразу увидели знамёна, то хотя бы понимали, чего ожидать, теперь же оставалось лишь строить догадки, каждая из которых могла оказаться хуже предыдущей.

— Может быть, это подкрепление Мину… — неуверенно предположил кто-то.

— Если это их подкрепление, то и одновременно наш конец, — мрачно ответил другой.

Никто не стал спорить, сейчас у каждого в голове уже родились собственные мысли, и ни одна из них явно не внушала надежды.

Я крепче стиснула пальцами холодный камень крепостной стены, стараясь сохранить спокойствие, хотя внутри всё сжималось от мучительного ожидания. Больше всего на свете я ненавидела моменты, когда ничего не могла изменить собственными руками. Если эта армия действительно пришла поддержать осаждавших, город просто не выдержит второго удара, если же она собиралась атаковать и нас, и Мину одновременно, мы окажемся между двух огней, не имея ни малейшего шанса выбраться.

Я заставила себя оборвать эти мысли, они были бесполезны. Ответ всё равно находился вне досягаемости ровно до тех пор, пока они не сделают свой ход.

— Всем оставаться на позициях, — спокойно приказал Вэй Лян.

Его голос прозвучал негромко, но уверенно, словно тяжёлый якорь, который удерживает корабль во время шторма.

Люди сразу перестали перешёптываться. Пока ничего не изменилось, никто не знал будущего, а настоящий враг всё ещё стоял перед нами и неотвратимо продолжал наступать.

* * *

Внизу положение армии Мину стремительно ухудшалось.

То, что ещё несколько минут назад казалось обычной заминкой, теперь превращалось в настоящий хаос. Передние ряды начали рушиться прямо на глазах. Солдаты спотыкались, хватались за животы, падали на колени, кашляли, задыхались, пытаясь подняться, но собственное тело уже переставало им подчиняться. Их лица искажались болью, движения теряли прежнюю уверенность, а крики становились всё громче.

— Что с ними происходит?.. — почти шёпотом спросил кто-то рядом.

Я ничего не ответила.

Мы с Вэй Ляном и наместником не говорили солдатам о том, что сделали этой ночью. Незачем было ловить осуждение или видеть злорадные маски на их лицах, когда они бы это увидели. Лучше вот так, непонимание и небольшая надежда.

Я видела, как яд медленно, именно так, как и рассчитывала, распространяется по армии. Он не убивал мгновенно, это было бы слишком просто, он отнимал силы постепенно, заставлял тело предавать своего хозяина именно в тот момент, когда оно должно было слушаться безоговорочно. Там, где ещё недавно тянулась ровная линия копий и щитов, теперь появлялись разрывы, всё больше нарушавшие строй.

Командиры пытались вернуть порядок. Даже отсюда было видно, как они размахивают оружием, выкрикивают приказы, заставляют солдат снова выстраиваться в шеренги, но время уже было упущено. Паника распространялась быстрее любых команд.

— Они начинают терять контроль, — тихо сказала я.

— Пока ещё нет, — спокойно возразил Вэй Лян, не сводя взгляда с поля боя. — Но скоро потеряют.

Он, как всегда, не торопился делать выводы и был прав.

Несмотря на боль, несмотря на тех, кто уже не мог подняться с земли, армия продолжала двигаться вперёд. Медленнее прежнего, с разрывами в строю, но приказ никто не отменял. Передние падали, их место сразу занимали следующие.

В этот момент над полем вновь разнёсся глухой, настойчивый звук горна.

Он перекрыл стоны и крики, заставляя солдат вновь собраться. Те, кто ещё держался на ногах, сделали очередной шаг вперёд, остальные цеплялись за товарищей, за копья, лишь бы не остаться лежать под ногами собственной армии.

— Они всё равно идут… — тихо произнёс кто-то.

Я почувствовала, как внутри снова разрастается тяжёлый холод, даже отравленные и измученные, солдаты продолжали наступать.

— Лучники — приготовиться! — уже громче приказал Вэй Лян.

По всей стене прошёл шорох натягиваемых луков, люди занимали свои места, проверяли стрелы, готовились встретить врага.

— Смолу ближе к краю!

Солдаты тут же принялись перекатывать тяжёлые бочки. Деревянные крышки снимали одну за другой, открывая густую чёрную массу, готовую в любую секунду превратиться в огненное море.

Я шагнула вперёд и вновь посмотрела вниз, расстояние сокращалось слишком быстро. Теперь я различала лица противников, видела, как они морщатся от боли, как сжимают зубы, заставляя себя сделать ещё один шаг. Они понимали, что происходит с их телами. Понимали, что что-то идёт не так, но продолжали идти.

— Ещё немного… — почти неслышно прошептала я.

Вэй Лян ничего не ответил, просто ждал и вместе с ним ждал весь город и именно тогда поле боя содрогнулось от нового удара.

Сначала пришёл звук, это был не тревожный сигнал горна, а низкий, тяжёлый гул тысяч копыт и сапог, от которого дрогнула сама земля.

Я резко подняла голову.

Новая армия, появившаяся на горизонте, неожиданно ускорилась. Не меняя построения и не перестраиваясь, она стремительно понеслась вперёд, словно давно только этого и ждала. Через несколько мгновений её передние ряды с сокрушительной силой врезались в войска Мину.

Я оторопела. Несколько секунд происходящее просто не укладывалось в голове.

Это было не подкрепление, не помощь врага, они сами были атаковали со спины.

Армия Мину оказалась зажата между стенами города и неожиданным противником. Их строй окончательно рассыпался. Люди метались, пытались разворачиваться, кричали, сталкивались друг с другом, но времени уже не осталось. Новый враг двигался удивительно слаженно и беспощадно, методично рассекая ряды, не позволяя им восстановить порядок.

— Не стрелять! — резко приказал Вэй Лян.

Несколько лучников уже подняли луки, но мгновенно замерли.

— Ждём.

Я перевела взгляд на генерала.

Он, как и я, пытался понять происходящее. В его лице не было растерянности, только напряжённая сосредоточенность человека, который понимает: ситуация изменилась, но делать выводы ещё рано.

Внизу бой превращался в настоящее побоище. Армия Мину больше не наступала, она пыталась выжить. Новые воины теснили её всё дальше, ломая остатки сопротивления, я медленно выдохнула.

— Они не с Мину, понять бы какое они к нам проявят радушие…

Он промолчал, потому что это было самым актуальным вопросом на сейчас и именно поэтому становилось ещё тревожнее.

Кто они и зачем вмешались в эту битву именно сейчас?

Ветер пронёсся вдоль крепостной стены, унося запах крови, дыма и раскалённого железа. Ответ пришёл лишь тогда, когда новая армия подошла ближе после начала жестокой расправы над армией Мину.

Над её рядами медленно поднялось первое знамя, потом второе и третье.

В следующее мгновение сомнений больше не осталось.

Сянь.

По всей стене одновременно пронёсся облегчённый вздох.

— Сянь… — тихо прошептал кто-то рядом, но я не почувствовала облегчения.

Я смотрела на развевающиеся полотнища и понимала, что вопросов стало только больше. Союзники не появляются столь неожиданно. Не бросаются в бой без предупреждения. Не начинают сражение, не послав ни единого гонца.

— Значит, это они следили все это время… — негромко произнёс Вэй Лян.

— Видимо так и есть, генерал… — тихо сказала я, но дальше продолжать разговор времени не было.

Армия Сянь безжалостно теснила войска Мину, используя внезапность своего появления. Их манёвр оказался настолько точным, что вскоре вся линия наступления противника окончательно рассыпалась и именно тогда Вэй Лян громко крикнул.

— Действуем по плану! Льем смолу на тех, кто лезет к воротам, лучники стреляют по готовности!

Я уже бежала к краю стены.

Тяжёлые бочки одна за другой переворачивались вниз, густая смола растекалась по земле, смешиваясь с грязью, кровью и телами павших.

— Поджигай!

Факелы сорвались вниз, а через мгновение всё пространство перед крепостью вспыхнуло ярким пламенем, затем раздался новый приказ.

— Открыть ворота!

Я резко повернулась к Вэй Ляну.

— Ты уверен?

Он уже направлялся вниз, даже не замедлив шаг.

— Нет, но мы должны.

Ворота крепости открывались медленно, с тяжёлым, протяжным скрежетом, словно сами не хотели выпускать нас навстречу тому аду, что бушевал за стенами. Массивные створки дрогнули, между ними появилась узкая щель, и в неё тут же ворвался горячий воздух поля боя, пропитанный запахом дыма, крови и раскалённого металла. Вместе с ним внутрь крепости хлынули крики раненых, звон сталкивающихся клинков и глухой топот сотен ног, от которого, казалось, дрожала сама земля.

— За мной! — громко приказал Вэй Лян.

Не оглядываясь, он первым пересёк порог крепости, и я, не раздумывая ни мгновения, последовала за своим генералом. За нами устремились несколько сотен воинов выстроившись острым, стремительным клином, направленным точно туда, где армия Мину уже трещала под двойным ударом. Каждый понимал свою задачу и знал своё место, потому даже среди этого хаоса наше построение сохраняло удивительную чёткость.

Стоило мне ступить на поле боя, как подошвы сапог тут же заскользили по размокшей земле. Грязь давно смешалась с кровью, пеплом и обломками оружия, превратив землю в вязкую, тяжёлую массу, в которой каждый неверный шаг мог стоить жизни. Времени думать об этом не было. Первый противник появился почти сразу, словно вырос передо мной из клубов дыма. Он выскочил сбоку, явно не ожидая, что защитники города сами выйдут за стены. Его удар оказался быстрым, но торопливым, я легко сместилась в сторону, позволив клинку рассечь лишь воздух, и почти одновременно нанесла ответный удар. Без лишнего размаха, без красивых движений так, как учат на настоящей войне. Он даже не успел понять, что произошло, когда рухнул мне под ноги, но на его месте тут же возник другой.

За ним третий и так без конца.

Бой не оставлял времени ни на размышления, ни на страх. Всё вокруг слилось в непрерывный поток движений, где существовали только инстинкты, выучка и холодный расчёт. Я почти не замечала происходящего вокруг, однако всё равно чувствовала присутствие Вэй Ляна, словно ощущала его так же ясно, как собственное дыхание. По звону меча, по коротким приказам, по тому, как уверенно двигался наш строй, я безошибочно понимала, где сейчас находится генерал.

В какой-то момент, увлёкшись боем, я сама не заметила, как оказалась чуть впереди остальных. Расстояние между мной и нашими солдатами стало опасно большим, и противник мгновенно попытался воспользоваться этим. Несколько воинов начали смыкаться вокруг меня, стараясь отрезать от основного строя.

— Юй Ло! — раздался знакомый голос.

Я резко обернулась, но поняла, что опоздала.

Тяжёлый удар уже летел сверху. Я успела поднять меч, однако сразу почувствовала, что полностью погасить силу атаки не смогу. Клинки столкнулись с оглушительным звоном, отдача больно ударила в плечо, но в следующий миг чужое оружие неожиданно ушло в сторону.

Вэй Лян.

Он оказался рядом именно тогда, когда был нужен больше всего. Одним точным ударом генерал отбросил противника, а затем шагнул вперёд, невольно закрывая меня собой и выигрывая несколько драгоценных секунд.

— Не уходи вперёд, — коротко бросил он, даже не посмотрев в мою сторону.

Несмотря на напряжение, я не удержалась от лёгкой улыбки.

— Тогда не отставай, генерал.

Наверное, в другой ситуации подобный ответ прозвучал бы дерзко, но сейчас мы оба лишь на мгновение встретились взглядами, после чего снова бросились в бой.

С этого момента мы двигались рядом, как и десятки раз во время тренировок. Мы словно чувствовали друг друга без слов. Если один делал шаг вперёд, второй уже прикрывал его сбоку. Если кто-то открывался для удара, другой мгновенно закрывал образовавшуюся брешь. Мне не отдавали приказов, я не должны была следовать чужим словам, мы не предупреждали друг друга о своих действиях: в этом просто не было необходимости. Всё происходило само собой, словно наши движения давно стали частью единого ритма и именно это спасло нас ещё раз.

Я первой заметила опасность, нависшую уже над самим Вэй Ляном. Сразу трое воинов бросились на него одновременно. Один намеренно отвлёк внимание прямой атакой, второй попытался ударить сбоку, а третий уже заходил снизу, рассчитывая, что генерал не успеет защититься сразу от всех.

Я сорвалась с места прежде, чем успела подумать.

Одним ударом сбила ближайшего противника в сторону, перехватила клинок второго и, не сводя взгляда с третьего, громко крикнула:

— Слева!

Этого оказалось достаточно.

Вэй Лян мгновенно ушёл с линии удара, развернулся и одним точным движением закончил начатое. Через несколько мгновений трое нападавших уже лежали на земле.

Тем временем бой вокруг нас постепенно превращался в беспорядочное бегство. Армия Мину, ещё совсем недавно уверенно наступавшая на городские стены, теперь буквально рассыпалась под ударами с двух сторон. Воины Сянь безжалостно теснили их с тыла, не позволяя восстановить строй, а мы били навстречу, окончательно ломая сопротивление.

Это уже трудно было назвать полноценным сражением, скорее последними судорожными попытками удержаться.

Крики постепенно становились всё реже. Вместо чётких команд слышались лишь отдельные выкрики, стоны раненых и тяжёлое дыхание измученных людей. Всё больше солдат Мину бросали оружие, пытались унести товарищей или просто отступали, уже не думая о победе.

Через несколько мгновений дрогнула вся линия и этого оказалось достаточно. Строй окончательно рассыпался. Остатки армии начали беспорядочно отходить, стараясь лишь спасти собственные жизни. Кто-то ещё пытался сохранить подобие порядка, но большинство уже просто бежало, не оглядываясь назад.

Я остановилась, пытаясь перевести дыхание. Руки дрожали от напряжения, грудь тяжело вздымалась после непрерывного боя, а сердце всё ещё колотилось так сильно, словно не понимало, что самое страшное уже позади.

Поле перед крепостью постепенно пустело.

Где-то ещё догорали языки пламени, медленно оседал дым, ветер разносил запах гари и крови. Крики стихали один за другим, уступая место странной, почти нереальной тишине, которая всегда приходит после битвы, но длилась она недолго.

Армия Сянь не стала преследовать отступающих. Вместо этого их войска начали медленно перестраиваться прямо перед городом. Ровные шеренги одна за другой занимали свои места, словно всё происходившее несколько минут назад было лишь прелюдией к чему-то гораздо более важному.

Я подняла взгляд.

Знамёна Сянь спокойно колыхались на ветру в лучах утреннего солнца. Их армия не наступала, но и не отходила. Они просто стояли напротив наших стен.

Ждали.

Я почувствовала, как внутри вновь появляется холодная и тяжелая тревога.

— Сейчас это совсем не похоже на помощь… — тихо произнесла я.

Вэй Лян остановился рядом и долго смотрел на выстроившееся перед нами войско.

— Нет, — наконец ответил он. — Это похоже на ожидание.

Я вопросительно посмотрела на него.

— Чего именно?

Он ответил не сразу. Несколько мгновений молчал, словно и сам надеялся найти другое объяснение, но потом всё же негромко произнёс.

— Видимо нашего следующего шага.

Я снова перевела взгляд на знамёна Сянь.

Бой закончился, но почему-то облегчения не было, наоборот мне показалось, что именно сейчас настоящие испытания для нас только начинались.