Глава 39 Вылазка в лагерь Мину

Решение не было озвучено вслух сразу, но стало понятным по тому, как изменился воздух в комнате. Вэй Лян не сказал «да», но и не повторил «нет». Он лишь отвернулся к карте, провёл пальцем по линии стен, будто проверяя границы, которые уже перестали что-либо значить, и тихо приказал собрать командиров.

Дальше всё пошло быстро.

Отбирали не самых сильных — самых тихих. Тех, кто умел двигаться без звука, кто не задавал лишних вопросов и не ломался под давлением. Людей с опытом разведки, бывших немногочисленных наёмников, тех, кто в прошлом уже сталкивался с тем, что не вписывается в «правильную» войну. Их было немного, и это только подчёркивало, насколько рискованным был план.

Отряды формировали по пять человек. Маленькие группы, которые могли раствориться в темноте и не привлекать внимания. Каждый знал: если один ошибётся — погибнут все.

Я наблюдала за этим, стоя чуть в стороне, и видела, как Вэй Лян следит за каждым движением. Он не вмешивался, но его взгляд не отпускал ни одного человека. Это было не недоверие, скорее попытка удержать контроль там, где его почти не осталось.

Он подошёл ко мне, когда последние группы уже распределяли задачи.

— Ты уверена, что они справятся? — спросил он тихо.

— Нет, — ответила я честно.

Он чуть сжал губы.

— Тогда почему…

— Потому что другого пути нет, — перебила я его, не повышая голоса. — Или ты видишь его?

Он промолчал, я сделала шаг ближе.

— Иногда нужно делать вещи, которые тебе не нравятся, — сказала я, глядя прямо на него. — Не потому что ты хочешь, а потому что иначе не выжить. Генерал Вэй, ты знаешь в каком месте я служила до твоей армии, знаешь как там было и чем для меня закончилось. Я искренне поверила вам после того предательства, и не хочу, чтобы хорошие люди пострадали. Не хочу чтобы вы тоже пострадали в той войне, где вас даже не должно было быть.

Он отвёл взгляд на мгновение.

— Есть границы, — сказал он после паузы.

— И есть последствия, — возразила я. — И они не зависят от того, насколько ты был «правильным».

Он снова посмотрел на меня.

— Ты правда считаешь, что это… оправдано?

Я выдохнула, медленно, будто вытягивая из себя лишние эмоции.

— Я считаю, что хорошие люди умирают чаще, — сказала я спокойно. — Потому что не делают того, что нужно, чтобы остаться в живых, а держатся за правила, когда их уже никто не соблюдает.

Тишина немного затянулась, и я добавила уже тише.

— Я не хочу быть одной из них, и не хочу, чтобы ими стали все здесь, но я пойду на это ради будущего этого города и империи Мо.

Он ничего не ответил, но на этот раз хотя бы не стал спорить.

* * *

Ночь опустилась густо, почти вязко. Город затих в ожидании и страхе, да и потому что силы у людей закончились. Огни гасли один за другим, оставляя лишь редкие точки света, и даже ветер будто стал тише, как будто не хотел мешать тому, что должно было произойти.

Нас собрали у внутренней стены, ближе к одному из старых участков, который давно не использовался. Там, среди камня, заросшего временем, скрывалась узкая дверь, почти незаметная, если не знать, где искать.

Перед выходом нас переодели.

Одежду сняли с тел после боя. Она ещё пахла дымом, кровью и потом, ткань была жёсткой, местами прожжённой. Я натянула чужой плащ, затянула ремни, проверила, как ложится чужой вес на плечи. Непривычно, но терпимо.

Лица затемнили, скрыли под капюшонами. В темноте это могло сработать.

Вэй Лян подошёл в последний момент. Он смотрел не на меня, на всех, кто был за мной.

— Возвращайтесь, — сказал он коротко.

Не «выполните приказ». Не «сделайте всё возможное», просто возвращайтесь, потом перевёл взгляд на командира Хэ, стоявшего рядом со мной, который сам решил пойти с этим отрядом.

— Ты отвечаешь за неё.

Хэ коротко кивнул.

— Да, генерал.

Я чуть усмехнулась.

— Не перепутай, а то придется мне тебя спасать и отвечать за помощника генерала Вэй.

Он не ответил, но я заметила, как на мгновение в его глазах мелькнуло что-то вроде усталой иронии.

Дверь открыли почти беззвучно.

Холодный воздух сразу ударил в лицо. За стенами города он ощущался иначе, как будто сам мир менялся. Мы выходили по одному, пригнувшись, быстро, без слов. Земля под ногами была неровной, влажной, и каждый шаг требовал внимания.

Когда последний человек оказался снаружи, дверь закрыли и город остался позади.

Мы двинулись вперёд.

Армия Мину была недалеко. Их лагерь растянулся широкой полосой, огни горели ровно, дисциплинированно. Даже ночью чувствовался порядок, не хаотичное скопление, а чётко выстроенная система. Они и правда подготовились.

Это было хуже, потому что означало, что они готовы буквально ко всему.

Мы шли медленно, с остановками, прислушиваясь к каждому звуку. Где-то лаяли собаки, слышались приглушённые голоса, звон металла. Жизнь лагеря не замирала полностью, просто переходила в другой ритм.

Первый раз мы едва не попались у внешнего периметра.

Двое стражников вышли из-за повозок почти внезапно. Мы успели остановиться, разойтись, словно просто группа, возвращающаяся с задания.

— Эй, вы откуда? — окликнул один.

Я не ответила сразу, лишь махнула рукой, будто раздражённо.

— От южного участка, — бросил Хэ вместо меня. — Нас сменили.

Стражник прищурился, сделал шаг ближе.

Сердце ударило сильнее, но лицо оставалось спокойным.

— Поздновато для смены.

— Скажи это тем, кто там командует, — хмыкнул Хэ. — Или хочешь сам сходить проверить?

Тот скривился, явно не желая лишних проблем, и махнул рукой.

— Идите уже.

Мы пошли дальше, не ускоряясь, но только когда их голоса остались позади, я позволила себе выдохнуть.

Второй раз было хуже. Уже внутри лагеря, среди палаток и повозок. Мы двигались к складам, стараясь держаться ближе к теням, когда один из солдат вдруг окликнул:

— Эй! Вы кто?

Он шёл прямо на нас.

Я на секунду задержала дыхание.

— Кухня, — коротко ответила я, не останавливаясь. — Сказали проверить запасы.

Он смерил меня взглядом, задержался на лице, будто пытаясь вспомнить.

— В такое время?

Я пожала плечами, и сказала наугад, на счастье попав в точку.

— С утра наступление. Или ты хочешь есть сырое мясо?

— Да иди уже. — фыркнул он и отвернулся.

Я продолжила идти, чувствуя, как напряжение медленно отпускает, но не до конца. На смену ему медленно приходил азарт.

Мы разделились у складов. Каждый знал свою задачу.

Я и Хэ направились к запасам зерна. Мешки лежали плотными рядами, запах был тяжёлым, пыльным. Рядом стояли бочки с водой, чуть дальше мясо, подвешенное под навесами.

Я достала небольшой мешочек, развязала.

— Быстро, — тихо сказал Хэ, кивнула.

Руки двигались уверенно. Слишком много раз в жизни приходилось делать вещи, которые нельзя было делать открыто. Порошок растворялся почти сразу, не оставляя следов.

Вода. Зерно. Мясо.

Мы двигались от одного к другому, не задерживаясь, не оставляя следов. Работа шла быстро, но внутри всё равно росло напряжение — не от страха, а от ощущения, что времени меньше, чем кажется и оно подтвердилось.

— Подъём! — раздался голос где-то впереди.

Я замерла.

Хэ тоже.

Голос был громкий, уверенный.

— Готовить к утру! Командование приказало начать наступление на рассвете!

Я медленно подняла голову.

Вокруг начали двигаться люди. Появлялись огни, слышались шаги, команды. Лагерь оживал раньше, чем мы рассчитывали.

Я переглянулась с Хэ, он понял сразу.

— Нам нужно уходить, — сказал он тихо.

— Уже поздно, — ответила я, потому что пути назад не было.

Люди заполняли пространство, и скрыться становилось всё труднее, а значит теперь нужно было не просто уйти, а выжить прямо под носом у врага.

Лагерь ожил мгновенно, как будто кто-то дёрнул за невидимую нить, и всё пришло в движение: шаги, голоса, треск огня, звон посуды. Тени перестали быть укрытием, в них начали заглядывать, их начали пересекать, и любое лишнее движение теперь могло обернуться вопросом.

Я переглянулась с Хэ, и в этом коротком взгляде было всё: оценка, решение, согласие.

— Работаем, — тихо сказал он.

И мы просто… стали частью этого.

Я подхватила ближайший котёл, будто именно за этим сюда и пришла, поставила его ближе к огню, проверила воду. Руки двигались уверенно, без пауз, будто я делала это не впервые. Рядом уже суетились настоящие повара и их помощники — усталые, сонные, но привычные к своему делу.

— Давай быстрее, — буркнул один из них, не глядя на меня. — Генерал приказал накормить всех до рассвета.

— Знаю, — коротко ответила я, даже не поднимая головы.

Хэ тем временем уже оказался у разделочного стола, перехватил нож, начал работать с мясом, не привлекая лишнего внимания. Его движения были чёткими, отработанными, без суеты, и это помогало, на него перестали смотреть уже через пару мгновений.

Мы растворились в потоке.

Огонь трещал, вода закипала, запах варящегося мяса постепенно перебивал всё остальное. Люди двигались быстро, говорили мало, и это было на руку. Никто не задавал лишних вопросов, потому что у всех была своя задача.

Я мешала варево, следила, чтобы огонь не угасал, подливала воду, когда это требовалось. Рядом кто-то ругался, кто-то зевал, кто-то пытался шутить, но в этих голосах уже слышалось напряжение. Они знали, что будет утром и это играло нам на руку.

Никто не ждал угрозы изнутри.

В какой-то момент один из солдат подошёл ближе, бросил взгляд в котёл, поморщился.

— Воняет странно.

Сердце на долю мгновения сбилось.

Я не обернулась.

— Твоя носоглотка воняет, — отрезала я сухо. — Жрать будешь не заметишь.

Он зыркнул на меня, но спорить не стал и отошёл.

Я продолжила мешать, не ускоряя движений, хотя внутри всё было натянуто, как струна.

Время тянулось медленно, вязко. Казалось, оно специально замедляется, чтобы проверить, выдержим ли, но в какой-то момент всё начало сходиться.

Котлы были полны. Вода разлита. Мясо приготовлено.

— Всё, — тихо сказал Хэ, появляясь рядом.

Я кивнула.

— Пора.

Уйти оказалось не проще, чем остаться.

Теперь лагерь жил полной жизнью, и двигаться приходилось осторожнее, чем раньше. Мы не могли просто развернуться и уйти — это сразу бросилось бы в глаза. Поэтому шли так же, как и пришли: спокойно, без спешки, будто просто выполняем очередное поручение.

Я держала в руках пустое ведро, мелочь, но она давала повод двигаться.

Мы прошли мимо нескольких групп солдат, мимо повозок, мимо складов. Кто-то смотрел, кто-то нет, но никто не задерживал взгляд надолго.

Когда показался внешний периметр, я впервые за всё время почувствовала, как хочется выдохнуть, но было слишком рано.

— Эй! — окликнули сзади.

Я не остановилась сразу, только чуть замедлилась, словно не уверена, ко мне ли обращаются.

— Вы куда?

Хэ обернулся первым.

— Нас отправили назад, — сказал он спокойно. — Смена.

Стражник прищурился.

— Быстро вы.

— Хочешь поменяться? — бросил Хэ.

Тот поморщился.

— Проваливайте.

Мы пошли дальше, в этот раз более удачно. Все были заняты ранним завтраком и подготовкой к утру, на нас перестали обращать внимание, и только когда лагерь остался позади, когда огни начали исчезать за спиной, я позволила себе выдохнуть.

— Быстро, — тихо сказала я и мы сорвались.

Обратно шли уже без маскировки, насколько это было возможно. Двигались быстро, но не теряя осторожности, потому что любая ошибка теперь стоила бы всего.

Крохотная дверь в стене показалась как спасение.

Нас впустили почти сразу и только оказавшись внутри, я поняла, насколько устала.

* * *

Вэй Лян ждал.

Он не кричал, но это было хуже.

— Где вы были? — спросил он спокойно, когда мы подошли.

Я открыла рот, но он не дал ответить.

— Вы должны были вернуться раньше, — продолжил он. — Вы задержались. Вы подвергли себя риску и всю операцию.

Каждое слово звучало чётко, выверено, без лишних эмоций, но в этом и была тяжесть.

— Мы не могли уйти, — сказала я.

— Почему? — его взгляд стал жёстче.

Я сжала губы на мгновение.

— Они начали готовиться к наступлению раньше, — ответила я. — Подняли лагерь. Мы попали в поток.

Он сделал шаг ближе.

— И вы решили остаться?

— Мы решили не привлекать внимания, — ответила я так же спокойно. — Если бы мы попытались уйти сразу, нас бы заметили.

Он уже собирался что-то сказать, но Хэ шагнул вперёд.

— Это было правильное решение, генерал, — сказал он твёрдо.

Вэй Лян перевёл взгляд на него.

— Объясни.

Хэ не колебался.

— Лагерь подняли полностью. Проверяли людей, двигали отряды, готовили провизию. Любое несоответствие и нас бы остановили. Мы остались, выполнили задачу до конца и ушли, когда появилась возможность.

Тишина повисла на мгновение.

Вэй Лян смотрел на него, потом на меня.

И в этот раз его взгляд был уже другим.

Не только жёстким.

— В следующий раз, — сказал он наконец, — вы возвращаетесь, как только ситуация выходит из-под контроля. Хорошо, что все вернулись целыми.

— Поняла, — ответила я.

Он коротко кивнул и отвернулся, потому что времени на разбор уже не было.

Город просыпался спустя буквально часа четыре после того как все успокоилось.

Движение началось сразу, резко, как будто кто-то дал сигнал. Солдаты занимали позиции, поднимались на стены, проверяли оружие, передавали приказы. Раненых оттаскивали дальше от передовых участков, те, кто ещё мог стоять, возвращались в строй.

В воздухе висело тяжелое напряжение.

— Они пойдут на рассвете, — тихо сказал Хэ, стоя рядом.

Я кивнула.

— Да, но дойдут ли…

Где-то уже звучали команды. Металл звенел, щиты поднимались, шаги ускорялись.

Инжоу готовился, к тому, что уже нельзя было остановить.

Я подняла взгляд на стену, на тёмную линию горизонта, где ещё не было света, но он уже чувствовался, и внутри было странное спокойствие и злорадство, потому что теперь мы сделали всё, что могли, даже больше, а дальше решит сама судьба повезет ли нам, или это будет последний рассвет, что мы встретим.