Глава 9

Умирать — страшно.

Это я и так знал, ведь не раз оказывался в шаге от вечности, но сейчас… сейчас всё было по-настоящему.

На моих глазахДлань прошла сквозь плетение Искры и врезалась ей точно в лоб. А затем… я умер.

Мне не помогли ни Укрепление тела, ни мои многочисленные усиления, ни Воля, ни даже сопротивление магии Смерти.

Моё тело обратилось в прах, а сознание полетело куда-то вверх. И это было… неожиданно приятно.

Я словно враз избавился от всех проблем и ответственности, словно до этого таскал на себе неподъёмные мешки с песком, а тут просто скинул их на землю, как будто вновь стал молодым и беззаботным.

Впервые в жизни я понял, что такое душа, и осознал, что наши тела — это просто биоскафы или, если угодно, внешняя оболочка.

Но не успел я сделать выбор — беззаботная лёгкость окончательной смерти или муторная ноша посмертия Титана, как мир вокруг меня замер.

— Любопытно, — раздался приятный бархатный голос. — Неужели ты действительно готов умереть за свой мир?

— Рано или поздно все там будем, — отозвался я.

— Объясни, — попросил голос. — Почему ты поступил именно так? Ведь были же другие варианты? Ты мог, как Искра, впитать силу своего мира, мог выставить вместо себя теневого клона, мог, в конце концов, прикрыться своим миром!

— Честно? — уточнил я.

— Можешь, конечно, соврать, — усмехнулся голос, — но тогда у меня будет больше причин выбрать Искру.

— Уговорил, — усмехнулся я. — На самом деле, я знал, на что иду…

— Это я понимаю, — перебил меня голос. — Но мне нужны конкретные причины и факторы, которые повлияли на твой выбор.

— Причины и факторы? — задумался я. — Что ж, первый фактор — это Вероника. Я успел позаботиться о своей дочери, и угроза её жизни больше не нависала надо мной Дамокловым мечом.

— Я знал этого завистника, — протянул голос, видимо, имея в виду Дамокла. — Дионисий преподал ему отличный урок. Расскажи мне про свою дочь, Титан. Как именно ты о ней позаботился?

Первой моей мыслью было послать голос куда подальше, но следом на меня снизошло озарение — Вергилий, а голос принадлежал именно ему, не воспользуется полученной информаций мне во вред. А раз так, то почему бы не сыграть в открытую?

— Один из наставников школы Титанов похитил её из моего мира и поместил в стазис своего Пространственного убежища, — говорить правду было легко и приятно. — Я нашёл сначала его, а потом и Веронику. Теперь убежище Шань Ло принадлежит мне, и мою дочь охраняет дух металлумия, с которым я заключил системный договор.

— А дочь сейчас…

— В стазисе. Ей там будет безопасней, а мне — спокойней.

— А что будет сейчас, когда ты умер? — в голосе Вергилия промелькнул неподдельный интерес.

— Не знаю, — честно признался я. — Но о ней точно позаботятся.

— У меня не было детей, — протянул Вергилий, — а та, в которую я имел несчастье влюбиться, меня предала… Я не имею права тебя судить, но считаю твой выбор ошибкой. Даже несмотря на системную клятву.

— Мы хотим лучшего для своих детей, — если бы у меня были плечи, я бы ими пожал. — Увы, но мне пришлось выбирать из худших вариантов…

— Выходит, ты решился на смерть, будучи уверенным, что твоя дочь будет жить.

— Это было первое, о чём я подумал, — согласился я.

— А второе? — заинтересовался Вергилий.

— Я, конечно, тот ещё эгоист, но что такое одна жизнь по сравнению с жизнями восьми миллиардов людей? Без меня у человечества будет шанс на выживание. У меня без человечества — нет.

— Многие Титаны потеряли свои миры, — не согласился Вергилий. — И они сумели найти своё место в плеяде миров. Да, им недоступен Порог, но помимо него есть множество других планет.

— Из тех Титанов, которых я знаю, — усмехнулся я. — Каждый первый спит и видит, как бы вернуть жизнь в свои миры. Один лишь Шань Ло плевать хотел на свою родину. Что до остальных… Горечь поражения живёт вместе с ними по сей день.

— Понимаю, — протянул Вергилий. — Многие Титаны поступили бы так же, как ты.

Я не видел Вергилия, но каким-то образом понял, что он задумался. Не знаю, сколько он молчал — минуту, две, но затем меня обдал порыв ветра.

— И это все причины, по которым ты выбрал смерть?

— Не все, — признался я. — Есть ещё и третья.

— И какая же? — голос Вергилия чуть ли не звенел от любопытства.

— Третья причина — это ты, Вергилий. А точнее, описание испытания, — и я на память его процитировал: — «В испытании Узы Смерти победит тот, кто готов умереть». Как видишь, я показал, что готов.

— Показал, — согласился Вергилий. — И знаешь, какова будет твоя награда?

— Догадываюсь, — протянул я. — Жизнь?

— Жизнь, — подтвердил Вергилий, — но какая — зависит от того, как мы с тобой договоримся. И знай — я выберу лучшее предложение. Искра, как и ты, оказалась на границе Жизни и Смерти, поэтому не продешеви.

— Я не знаю, чего ты хочешь, — ответил я. — И у меня нет цели тебя перекупить. Я пришёл сюда по просьбе наставников Школы.

— Назови их, — потребовал Вергилий.

— Директор, наставник По, наставник Гром, мастер Вин, наставник Дон, — принялся перечислять я. — Была попытка вернуть в школу Асклепия, но он решил сыграть грязно, и в итоге остался в Осколке.

— Расскажи подробнее про Асклепия, — судя по голосу, Вергилию было важно получить ответ на этот вопрос. — Кто ещё был в том Осколке?

— Эпеона и Махаон, — при воспоминаниях о последнем, я невольно поморщился. — Асклепий подселил Махаона в ауру моего товарища, которого мы отправили на Землю строить портал между моим миром и Школой. Ну а Эпеону я вынес в артефакте, который предназначался для Асклепия.

— Почему? — коротко бросил Вергилий.

— Асклепий, в отличие от того же Грома, не выдержал испытание временем, — поморщился я. — Да, ему было сложнее, да, приходилось постоянно балансировать между Жизнью и Смертью, но у него, по крайней мере, было с кем общаться. Не знаю, что случилось между ним и Эпеоной, но нельзя так поступать с матерью своего сына.

— Нельзя… — эхом откликнулся Вергилий. — Значит, Асклепий умер?

— Он, будучи основой Осколка, попытался перекинуть свою ношу на меня и Эпеону, но у него не вышло. Эпеона теперь в Школе в виде призрака, а я, как видишь, продолжаю вытаскивать товарищей Директора из Осколков. Что до Асклепия… скорей всего он мёртв. По крайней мере, Осколок разрушился.

— Ты же понимаешь, — в голосе Вергилия мелькнуло искушение, — что я могу поступить так же?

— Скинуть Осколок на меня? — уточнил я. — Да, понимаю. Но у тебя ничего не выйдет. Моя воля — сильнее.

— Ты только что был готов умереть! — возразил Вергилий.

— Умереть за человечество, — поправил его я. — А не за благополучие Вергилия.

— Хороший ответ, — похвалил меня голос. — Расскажи мне про Грома, По, Дона и Вина. Как они смогли выжить?

— Гром принял форму элементаля, — окунулся в воспоминания я. — Мы с ним вместе участвовали в забеге колесниц на Арене.

— Типичный Гром, — хмыкнул Вергилий. — А По?

— Когда я встретил По, он был Бронзовым Слугой в Столовой. Никто с ним не считался, но он первым выдал мне задание на зачистку складов от крыс.

— Которых он сам старательно выращивал! — хохотнул Вергилий. — Узнаю старину По! Ставлю на кон свою жизнь, он не случайно остался в Школе! Дай угадаю, он поди докачал Столовую до 9-го уровня?

— Пока что до восьмого, — поправил я Вергилия. — Нам удалось взять сразу два уровня. Седьмой — Поглощение Стихий, и восьмой — Кухню Реальности.

— Значит, По теперь Шеф-повар, — усмехнулся Вергилий. — Неплохо! Зато теперь понятно, почему ты так легко справился с первым и вторым раундом. По угощал тебя своим блюдом?

— Было дело, — кивнул я.

Теперь, после слов Вергилия, мне стало кристально ясно — сухпаёк По и приготовленный им обед подняли сопротивление Магии Смерти! Вот почему Искра так бесилась!

— Значит, По, Директор и Гром теперь вместе… — протянул тем временем Вергилий. — А Дон как там оказался? Да ещё и в компании с Вином?

— Дон — мой партнёр, — признался я. — С самого начала пытался взять меня под контроль, создавая такие ситуации, в которых я был вынужден прибегнуть к его помощи.

— Постой, — перебил меня Вергилий. — А было у тебя такое, что ты забывал какие-то моменты? Например, не пользовался лежащим в Инвентаре артефактом? Или игнорировал полученный дар?

— Было.

— Будь осторожен, — немного помолчав, добавил Вергилий. — Дон один из тех, кто ради своей цели готов идти по головам. Поэтому он и оказался среди… скажем так, кадрового резерва наставников.

Я многое что мог сказать о Доне, но промолчал.

— А Вин?

— Вин закрылся у себя в Мастерской, да так там и просидел, — ответил я. — И как в нём до сих пор жизнь теплится?

— Инженерный мех, — со знанием дела протянул Вергилий. — Стоящая вещь! Будь у меня такая, когда… Впрочем, неважно. Лучше вот что скажи, Вин тоже примкнул к По и Директору?

От меня не укрылся тот факт, что Вергилий поставил на первое место наставника По и только потом Директора, но акцентировать на этом внимание я не стал.

— Я подарил ему стального голема и несколько боевых скафов ксуров. Ну и возглавил Мастерскую в качестве субфракции.

— Вот оно что… — протянул Вергилий. — Теперь понятно… А остальные наставники? Или это всё?

— Крат Поз находится в оппозиции к Директору, — поморщился я. — Плетёт свои интриги из Лазарета. Гар Сап вроде как вместе с ним, но в то же время вроде как нейтральный. После того, как Шань Ло был уволен из Школы Титанов, их коалиция распалась.

— Ты убил Шань Ло?

Было в голосе Вергилия что-то такое, что заставило меня насторожиться. Очень захотелось соврать, но я понимал — делать этого ни в коем случае нельзя.

— Я победил его в поединке, — протянул я. — А потом он сбежал на пантеон своего угасшего мира. Мы с Доном его нашли и поместили его дух в специальный клинок. Ну а когда вернулись в Школу, наставники провели ритуал и…

— Кто провёл ритуал? — перебил меня Вергилий.

— Искра, — коротко ответил я.

— Вот оно что… — пробормотал Вергилий. — Вот откуда у неё ключ…

Некоторое время он что-то бормотал себе под нос, а затем неожиданно спросил:

— Ты понимаешь, что это значит?

— Скорей всего, — предположил я. — Искра, проведя ритуал, каким-то образом получила ключ к коллекции Шань Ло.

— Всё верно, — подтвердил Вергилий. — А дальше?

— Дальше? — переспросил я. — Зная По и Директора, для них это не секрет. А раз так, то это и есть твоя плата.

— Плата — плохое слово, — не согласился Вергилий. — Это моя гарантия. Отдавая мне ключ, По даёт понять, что готов принять меня как равного, а не как Слугу.

— Вполне в его стиле, — согласился я.

С одной стороны, информации о том, что задумали наставники, у меня было мало, с другой — только дурак бы не понял, что По с Директором собирают всех своих боевых товарищей. И, учитывая их интерес к Атлантиде, я даже догадывался, зачем.

— Я принимаю твоё предложение, — торжественно провозгласил Вергилий. — Что до Искры… пусть сама испытает то, что уготовила для нас.

— Отлично, — начал было я, но оказалось, что Вергилий ещё не закончил.

— Есть два пути покинуть этот Осколок, — продолжил он, не обратив внимания на мою попытку подвести итог. — Уйти как Эпеона или как Махаон.

— Наставники выдали мне амулет связи, — я тут же открестился от сомнительной участи выступить в качестве физической оболочки Вергилия. — Но есть нюанс. Достаточно недели, чтобы дух одарённого сроднился с этим амулетом.

— Рунная тюрьма, — усмехнулся Вергилий. — Дай угадаю, он был предназначен для Искры?

— Смотря как пойдёт моя миссия, — протянул я. — Либо подстраховка против Искры, либо возможность вытянуть из осколка тебя.

— С одной стороны, рунная тюрьма… — проворчал Вергилий, — с другой — у меня будет ключ… Скажи-ка, Дон всё ещё призрак?

— Первое, что он сделал, — улыбнулся я. — Занял тело наместника песьеголовых, который по дурости сунулся на пантеон.

— Вот теперь я точно согласен, — заявил Вергилий. — Но, прежде чем мы уладим формальности, скажи своё имя.

— Меня зовут Вик.

— Ну что ж, Вик, в таком случае…

Он замолчал, и мир вокруг меня сделал сальто.

И это оказалось так неожиданно, что я с трудом удержался от того, чтобы не избавиться от содержимого желудка.

Зажав рот рукой, я переждал приступ, и только потом до меня дошло — я вернулся в своё тело!

Да, я был абсолютно голым, и единственное, что на мне было — висящий на шее рунный переговорный амулет — но я был жив!

Мгновение спустя, на меня навалилась привычная тяжесть невыполненных дел, груз ответственности перед Школой и родным миром и, конечно же, обязательства перед друзьями и… Ларой.

Оглядевшись по сторонам, я увидел лишь серое ничто, да висящий в воздухе череп.

— Победитель в Испытании Узы Смерти — Титан Вик! — прогрохотал голос Вергилия. — Проигравший — некромант Искра!

Хм, забавно, почему меня Вергилий назвал Титаном, а Искру — некромантом? Показал таким образом своё к ней неуважение? Скорей всего так и есть…

— Некромант Искра! — в голосе Вергилия отчётливо читалось торжество победителя. — Не стоит считать себя умнее всех! Не стоит держать всех вокруг за идиотов! И как бы ты ни прятала свою гнилую сущность, твои поступки говорят громче слов. Один раз ты сумела обмануть всех, включая Смерть, но второго раза не будет! И знай, о твоём позоре узнают все Титаны.

От черепа повеяло ненавистью, и я машинально сделал шаг назад.

— Цена проигрыша — час стазиса! — поспешил добавить Вергилий.

Что? Всего час стазиса? Он, что, серьёзно?

Вергилий, впрочем, не собирался ничего пояснять и, потеряв интерес к Искре, переключился на меня:

— Титан Вик! Ты, как никто другой, знаешь, чтоСмерть — допустимая цена. Позор — нет . Ты показал, чтоОружие Титана — тело и разум , аСила Титана — его воля . О твоём триумфе над Смертью узнают все Титаны!

Эм… Спасибо? Наверное, это круто, но всё, чего я хотел — поскорее вернуться в Школу.

— Выбери свою награду, Титан Вик!

Но не успел я уточнить, какую именно, как передо мной появилось уведомление:

Теневая броня (+50% ко всем характеристикам) — победа в 1 раунде

Обсидиановые кости (+25% к Крепости и +25% к магическому сопротивлению) — победа во 2 раунде

Сопротивление Смерти 100% — победа в 3 раунде

или

Медный шлем Титана (потёртый)

Перечитав послание несколько раз, я скрипнул зубами и поднял взгляд наверх:

— Вергилий, ты это серьёзно⁈