Вечером, когда перебирали подарки от фанатов, по видеосвязи позвонила Смелая. Была она одета, судя по всему, в спортивный костюм. И заметила чем Людмила занимается.

— Привет, подруга! Вижу, что занимаешься делом! — с лёгкой иронией сказала Сашка. — Сколько набросали?

— Привет-привет! — радостно улыбнулась Люда. — Рада тебя видеть. Набросали достаточно. Могу тебе чего-нибудь подарить. Например, хорошее кимоно, как раз под твой тощий размер. Будешь в нём «Мемуары гейши» катать.

— Хочу поздравить тебя с успешным выступлением! — неожиданно серьёзно сказала Сашка. — Молодец. Ты большая молодец, что взяла себя в руки. Мне очень радостно иметь такую подругу и такую боевую соперницу. Хотя, пожалуй, больше всё-таки подругу. Узнаёшь, где я?

Безусловно, Люда узнала, что это за место: «Хрустальная звезда». Сашка сейчас сидела на лавочке у раздевалки. Ну конечно! Сейчас, похоже, закончилась тренировка, и все одногруппники, и не только они, находились в коридоре.

— Ура! Ура! Наша Аря лучше всех! Арю ждёт большой успех! Красная машина, вперёд! — гаркнул хор бодрых голосов и послышались аплодисменты.

Сашка камерой смартфона провела вокруг себя и показала окружающую обстановку. Кого здесь только не было! Все девчонки и пацаны здесь! И Лиза Хромова и Ксюша Котова, и Агата Иванова, и мальчишки: Андрюша Москвин, Миша Тернов. Все стояли, улыбались, махали руками и одобрительно улюлюкали. Тут же подошли и попали в кадр тренер по прыжкам Сергей Дудин и тренер по силовой подготовке Фёдор Ермолов, которые тоже принялись махать руками и улыбаться.

— Молодец, настоящая чемпионка! Ждём тебя на тренировках! — улыбнулся Ермолов. — Зададим тебе полную нагрузочку!

— И будем четверные прыжки восстанавливать! — пообещал Дудин.

Естественно, шутят. Но кто его знает…

— Спасибо, спасибо огромное, — бормотала растроганная Люда.

Конечно, такое внимание было очень приятно. Но и это ещё не всё. После того как минут 10 поболтали с Сашкой и одногруппниками, позвонила мама.

— Милая, привет! — радостно улыбнулась Анна Александровна. — Вот наконец-то и я звоню. Наверное, уже не первая? Думаю, Саша меня опередила.

— Опередила, — согласилась Люда. — Но я всё равно очень рада твоему звонку.

— Я специально ждала, чтобы у тебя закончились все запланированные мероприятия, — объяснила мама. — Я помню, что ты не любишь, когда тебя отвлекают. Но вот сейчас я уверена, что со срочными делами у тебя всё закончено, и могу поздравить с первым местом. Я понимаю, как это для тебя важно и сколько ты для этого трудилась. Прими мои поздравления. Ты лучшая!

— Большое спасибо, мам, — растроганно сказала Люда. — На самом деле я очень благодарна, что ты мне позвонила. Да, я поначалу чувствовала себя здесь плохо, но взяла себя в руки, и получилось вот так. Очень рада этому.

— Жду дома! Сходим в Арзамас! Можем позвать Люську! — сказала мама, сделала губы бантиком и поцеловала Люду в экран смартфона.

После мамы позвонили отец с братом, тоже поздравили с успешным окончанием турнира. Но самое удивительное это когда после всех позвонила Людмила Николаева. И тоже по видеосвязи!

Люда, когда увидела хоть и повзрослевшее, но такое до боли знакомое лицо, ощутила лёгкую печаль. Она всегда, когда видела Николаеву или думала о ней, всегда чувствовала печаль, и похоже, от этого уже никуда не деться.

— Здравствуй, Арина, — с улыбкой сказала Людмила Александровна, сделав упор на имени. — Хотела бы поздравить тебя с великолепным выступлением на прошедшем турнире.

— Спасибо большое, — смущённо ответила Люда, не решаясь смотреть в свои глаза, но потом всё-таки посмотрев. — Я очень рада, что вы позвонили. Для меня это очень важный звонок.

— Ну как же я бы не позвонила, — улыбнулась Николаева. — Ведь ты же моя крестница, и между нами очень глубокая связь. Для меня очень радостно, что ты стоишь на правильном пути. Я очень довольна, что твоя карьера, подчеркну: именно твоя индивидуальная карьера продолжается так успешно. Я думаю, ты получила всё, о чём мечтала. Я же, в свою очередь, желаю тебе стать ещё большей чемпионкой и достичь самых высоких званий.

— Спасибо большое, вам тоже всего хорошего, — окончательно засмущавшись, ответила Люда. — Я думаю, по приезду в Москву мама пригласит вас на вечер.

Софья Термитова, невольно слушавшая разговоры, которые вела её соседка по номеру, конечно, удивилась, когда услышала о чём говорит Николаева, которую она сразу узнала. Ей было непонятно, каких ещё самых высоких званий может достичь Стольникова, ведь она уже сейчас является чемпионкой России, чемпионкой мира, чемпионкой Европы и олимпийской чемпионкой. Возможно, дело касается каких-то общественных начал? Однако Сотка в фигурно-катальной среде имела имидж обычной тусовочной селебрити и никак не подходила на роль серьёзной общественницы. Не могла же Соня знать, что Николаева желает Людмиле Хмельницкой по-настоящему стать настоящей чемпионкой. Выиграть все соревнования и получить все титулы, уже как Хмельницкая, а не как Стольникова. И вот эта первая победа на очень важном турнире была в этом плане для Люды очень значимой. В этом Николаева оказалась стопроцентно права. Люда почувствовала в себе силу, почувствовала себе уверенность, ведь её детская мечта о хороших результатах и чемпионстве начала осуществляться.

Впрочем, особо размышлять о Сотке времени не было: Термитовой тоже звонили родители и друзья, однако одногруппников среди них не было. Но и такая поддержка для Сони была очень ценной, это было видно по её очень растроганному виду.

Вообще, вечер получился очень душевный и эмоциональный. После звонков близких людей продолжили разбирать подарки от фанатов, и Соня наконец-то увидела тот самый подарок, который ей хотела вручить девчонка от персонального фаната. Это были очень дорогие золотые часы в подарочной коробке, сделанной из какого-то драгоценного дерева с подкладкой из красного бархата внутри. Работа, включая сами часы и коробку, судя по всему, была штучная. Часы имели очень старинный, даже винтажный вид. И наверное, стоили баснословных денег, пару десятков тысяч баксов не меньше.

— Сейчас наденешь их и перенесёшься куда-нибудь в другое тело, в другое время, — пошутила Людмила. — Представь себе, что ты перенеслась в Советский Союз, во времена, например, 1986 года. Когда нет интернета, нет такого телевидения, как сейчас. Когда из всех источников информации только газеты и журналы. Ну и книги, само собой. Когда музыку слушаешь на кассетах, которые переписываешь у подружек. А ты… Юная фигуристка, а из всего инвентаря только коньки и дешёвый спортивный костюм. Как думаешь, что бы ты делала?

— Я думаю, всегда и везде можно остаться настоящим человеком! — улыбнулась Соня. — Ведь люди прекрасно жили тогда, значит, привыкла бы и я. Привыкнуть можно к любому укладу жизни. Конечно, на первых порах было бы очень и очень весело, но потом я наверняка бы втянулась. Появились друзья, знакомые, наладилась жизнь. Так что, я думаю, всё было бы хорошо, ведь я прыгала бы тройные аксели! А что? Ты думаешь, это реально возможно? Твои слова меня заинтересовали!

Термитова с лукавством посмотрела на неё. Явно разговор ей нравился, хоть и был очень необычным.

— Я просто… — растерялась Люда. — В теории так сказать… Мы же творческие люди и постоянно думаем о всяком.

— Принято! — звонко рассмеялась Софья. — Отвертелась ты хорошо. Что там тебе подарили?

Людмиле дорогих вещей не дарили, например, каких-то драгоценностей или вычурных сложных подарков. Зато опять присутствовало фанатское творчество, которое является, пожалуй, самым ценным из всех подарков болельщиков. Людмиле подарили полотенце с вышитым принтом, изображавшим Стольникову в костюме Кармен, а ещё… Подарили довольно объёмную дакимакуру, так называемую «подушку для объятий», на которой в анимешном стиле тоже была вышита Стольникова, уже в костюме девчонки с шарами: красной юбке и бело-красной полосатой майке. Изображение на подушке говорило о том, что сделана она совсем недавно, точно в этом сезоне.

Лежало несколько вышивок и картин, сделанных, судя по качеству исполнения, по-видимому, детьми-фигуристами. На картинках Стольникова в окружении подруг из «Хрустальной звезды». Ну и мягкие игрушки, конечно же. В основном покемоны и медведи с кошками. Одна из мягких игрушек изображала Арину Стольникову в тренировочном костюме и налобной повязке с кошачьими ушами.

Разобрав подарки, фигуристки опять включили телеканал с анимешками и под тихое мурлыканье и мерцающий экран телевизора, разноцветными бликами озарявшего тёмный номер, уснули, отягощённые чувствами и эмоциями, которыми был очень богат прошедший день…

… Проспали всю ночь и проснулись по будильнику в 7 утра.

— Зарядка, а потом завтрак, — предложила Людмила.

Предложение было здравым, и Софье осталось только с ним согласиться. Хоть и можно было позавтракать в ледовом дворце, но кто знает, получится или нет, вдруг время будет ограниченным. Хотя и сейчас тоже особо много времени не было, всё впритык. Сделав зарядку, собрали платья для показательных выступлений, остальные вещи, потом по-быстрому сходили в ресторан, где перекусили лёгким завтраком. Спустились в вестибюль, как и обещали тренерам, в 8:30. Вся российская команда уже была там.

— Аря, здравствуй, — поздоровался Брон и внимательно посмотрел на Люду. — ты сегодня какой показательный будешь катать? Прежний, под Адажио Иль Диво?

— Да, — кивнула головой Люда. — У меня сейчас как раз такое настроение.

Брон согласно кивнул головой и больше ничего не стал говорить, переключившись на наблюдение за окружающей обстановкой.

Сейчас одномоментно на ледовую арену должно было ехать очень много народу, поэтому к гостинице подали сразу два трансферных автобуса, в которых уместились все фигуристы и тренеры.

…Когда приехали, волонтёры в вестибюле сказали, чтобы все шли в пресс-центр, где сейчас состоится общее собрание, посвящённое показательным выступлениям. Многим такая вовлеченность показалась чрезмерной: обычно на показательных максимум тренировали общий и финальный выход.

В пресс-центре в президиуме уже сидели Сэйко Хасимото, генеральный директор Федерации фигурного катания Японии и его заместитель Масао Цунэяма, президент Федерации фигурного катания Японии, отвечавший за организацию показательных выступлений. С ними два переводчика.

— Здравствуйте, дорогие дамы и господа, — поприветствовал собравшихся господин Сэйко Хасимото. — Мы собрали вас для того, чтобы рассказать о формате сегодняшнего показательного шоу. Состоится оно, как вы знаете, в 13 часов 20 минут и будет продолжаться до 16:00, то есть 2 часа 40 минут. В шоу будет два отделения, между ними антракт. В шоу по приглашению участвуют спортсмены, занявшие места с первого по пятое, а также танцевальные дуэты и спортивные пары. Порядок выхода на лёд: сначала спортивные пары, потом танцевальные дуэты, потом женщины и последними мужчины. Чемпион NHK Trophy среди мужчин выступает последним. Кроме этого, мы запланировали общие номер с одиночниками, а также привлечём других спортсменов, которых посчитали нужным привлечь. Конкретно для вас. Общего выхода как такового не будет. Вместо общего выхода одиночники и одиночницы, занявшие места с 1 по 5, исполнят общий стартовый номер, который будет длиться 3 минуты и будет проведён в самом начале шоу, под первым стартовым номером. В этом номере вы будете разбиты на пары, сейчас господин Цунэяма их зачитает. Господин Цунэяма, вам слово.

— Здравствуйте, уважаемые дамы и господа, — сказал президент федерации фигурного катания Японии. — Хореограф шоу решил разбить вас на такие пары: Арина Стольникова — Пётр Гумов, Каори Сакамото — Шома Уно, Софья Термитова — Дмитрий Самсонов, Алиса Лью — Винсент Чжоу, Мана Каваба — Као Миура.

Когда японский чиновник называл парочки, раздались громкие аплодисменты и весёлый смех. Фигуристам было весело, и стало интересно, что же там такого задумали организаторы, особенно если решили разбить их на пары. Не весело было только корейскому фигуристу Чжун Хван Ча. Похоже, в общем номере его заменили на японского фигуриста Као Миуру, который занял аж 8 место и, по сути, вообще не имел права на показательное выступление, но, как говорится, организаторы всегда правы. Решили подтащить своего. А может быть, просто не хотели ставить японскую фигуристку в пару с корейским фигуристом. Люда заметила, что все парочки были отобраны исключительно по национальному признаку. Конечно, это могло говорить и о том, что так специально сделали для того, чтобы партнёрам и партнёршам было легче коммуницировать друг с другом.

— Финальный выход будет общим, — продолжил свою речь господин Цунэяма. — Пройдёт так, как привычно: вас будут называть по имени в обратном порядке от занятых мест, вы по одному выходите на лёд, проезжаете через арену, делаете какой-либо любимый элемент и становитесь в дальней части. Потом, когда все соберутся, друг за другом проезжаете круг почёта, благодаря зрителей за то, что они смотрели на вас, и в конце состоится традиционная общая фотосессия. Как видите, всё просто. Есть только один нюанс для одиночников: режиссёр шоу хотел бы, чтобы вы надели платья и костюмы, которые специально сшиты для общего номера. После номера вам придётся сдать их обратно.

Японец показал на крайний стол, на котором лежало пять тщательно свёрнуты и положенных в упаковку красных платьев, а так же пять мужских чёрных с золотистым переливом рубашек и чёрных брюк с золотистыми лампасами. Что всё это значит? Что именно придётся катать? Никто не знал, и это добавляло пикантности и интриги.

— А как они наши размеры узнали? — неожиданно спросила Соня, сидевшая рядом с Людмилой.

— Они могли заранее как-то узнать, у кого какая одежда, и сшить точно такое количество, какое требуется, — путано объяснила Люда. — Мне кажется, в этом нет ничего необычного. Число претенденток на медали ограничено, достаточно сшить только такие размеры, и попадёшь точно в яблочко.

Очевидно, что неказистая версия была притянута за уши. Возможно, так, возможно, и не так, однако господин Цунэяма сказал, что сказать ему больше нечего, и чтобы фигуристы отправлялись в раздевалку, готовились к тренировке, которая будет относительно короткой.

— Дополнительная просьба фигуристам, участвующим в парном номере: парни должны быть аккуратно причёсаны, девушки с нейтральным макияжем. Да, кстати, ваши тренеры должны передать музыку для ваших номеров звукорежиссёру и пообщаться с ним. Если нужен какой-то дополнительный реквизит или дополнительные участники, тоже сообщите заранее, — заключил японец. — На этом у меня всё. Давайте сделаем наше шоу ярким и запоминающимся на годы!

После этого все фигуристы дружно встали и направились в раздевалку, готовиться к тренировке показательного.

…Несомненно, двойное переодевание в праздничные платья сулило некоторые неудобства. Придётся два раза готовиться к своему выходу. Но ничего не поделать, таковы требования организатора.

Люда рассмотрела платье. Оно было завёрнуто в прозрачный пластиковый пакет с надписью маркером A. Stolnikova на небольшой табличке. Люда раскрыла замок-зиппер на упаковке, осторожно вытащила и развернула платье, потом взяла двумя руками и внимательно осмотрела его.

Кажется, ничего примечательного. Обычное платье красного цвета, с короткой юбкой, приталенное, без рукавов, похожее на сарафан, с двумя широкими лямками на плечах и открытой спиной. Платье явно не для фигурного катания, так как отсутствовали внутренние трусы.

— Я бы не сказала, что здесь какой-то эксклюзив, — заметила Люда. — Похоже, куплено в обычном супермаркете. И зачем его сдавать обратно? Кому оно нужно уже ношеное? Я, конечно, не говорю, что это платье непременно и обязательно нужно дарить нам, но и зачем возвращать, оно же стоит копейки.

— Я, как особа, хорошо знакомая с японскими обычаями, могу сказать тебе так: они вполне могут потом эти платья продать на аукционе, — неожиданно сказала Термитова. — Совершенно официально. Какому-нибудь поехавшему фанату. В принципе, это как раз соотносится с их культурой. Точнее, антикультурой. Иметь платье, в котором оставила свой запах Сотка, — это же ого-го как круто для фаната! Как ещё трусы с носками не вручили, которые тоже нужно вернуть. Ха-ха-ха!

— Что? Я не могу поверить твоим словам, — изумилась Людмила. — Это же… Какой-то позор…

— Самое главное, чтобы номер был нормальный, — рассмеялась Термитова. — Скажем так, без акробатических трюков, а то настоящие трусы будет видно.

К сожалению, это сейчас никто не мог сказать с полной уверенностью…