Утром я проснулась без всякого будильника — предсказуемо от того, что мне было слишком тесно, хотелось повернуться, но повернуться я могла с трудом.

Я лежала лицом к Стасу, на его предплечье, прижавшись к боку и закинув на парня руку и ногу. Чуть приподнявшись, я зачем-то взглянула Стасу в лицо, и несмотря на неяркий свет, с трудом пробивающийся сквозь неплотно задёрнутые шторы, рассмотрела, что он улыбается во сне. Благодушно, спокойно и счастливо.

Сердце захлестнула нежность, и я, подавшись вперёд и вверх, легко коснулась губами щеки Стаса. Что бы ни было в дальнейшем, я была благодарна ему за проведённое время здесь и сейчас — за хорошее отношение, душевные разговоры, дружескую поддержку и совсем не дружескую телесную близость. Рядом с ним я совершенно не помнила о Володе, ни разу не подумала о нём, когда Стас меня целовал, не сравнивала свои ощущения от секса.

А может, зря не сравнивала?

Сравнение, увы, было бы не в пользу Володи. Он не проявлял энтузиазма в последнее время, и теперь мне стало понятно, почему. Видимо, все силы тратил в офисе, а на жену уже не хватало. Всё-таки возраст! Вот и придерживался расписания — раз-два в неделю уделял время нелюбимой жене, и хватит с неё. А то ещё, не дай бог, стратегически важный орган сотрётся!

Когда мы только поженились, Володя вёл себя иначе, но я считала, что это нормально. Молодость, гормоны. В принципе, я и сейчас понимала, что охлаждение неизбежно, но всё-таки не до такой степени. Я просто предпочитала ничего не замечать, не думать и списывать на общую загруженность мужа на работе. Думаю, это типичная ошибка всех жён-рогоносцев — бесконечно оправдывать партнёра, пока не получится схватить его в буквальном смысле за снятые трусы и улетевший в сторону пиджак.

Ай, ну его к чёрту, этого Володю! Надо потихоньку вставать и собираться, чтобы Карина не проснулась и не осознала, что мать где-то гуляла всю ночь. Боюсь, она перепугается, если заметит заправленную постель. Хотя… не факт. Вполне может подумать, что я уже встала и отправилась шарахаться по палубе. Она же знает меня, значит…

Хм… Ещё, что ли, задержаться? Или всё-таки пойти к себе и поспать в расслабленном состоянии, а не в теснотище, хотя бы пару часов? Потом всё — надо вставать. Экскурсия у нас начинается в девять. С учётом прибытия на Валаам теплохода ещё накануне — нам сказочно повезло, что не в восемь.

Я всё-таки осторожно сползла с полки, точнее, попыталась. Стас проснулся практически моментально, улыбнулся, опрокинул меня обратно на подушку и поцеловал так, что аж жарко стало.

Финал был предсказуем — тем более, что утренняя мужская физиология вариантов нам, в общем-то, и не оставляла.

В результате в собственную каюту я вернулась уже совсем не сонная, а очень даже бодрая, с шальной улыбкой и блестящими от счастья глазами.

Думаю, если бы Карина увидела меня такой, точно бы сообразила, что с мамой происходит нечто необычное. Но дочь спала, уткнувшись носом в стенку, и я, быстро ополоснувшись под душем, дабы смыть с себя следы утренней и вечерней страсти, тихонько нырнула под одеяло.

Уснула тут же.