Стас, кстати, тоже оказался непослушным мальчиком, и сел не рядом с Ингой или куда она его там звала, а напротив нас с Кариной, возле путешествующей в одиночку пенсионерки, которая из-за его соседства сначала удивилась, а потом обрадовалась. Покосилась ещё на меня с таким понимающим лукавством, будто хорошо разбиралась в том, что происходит. Завидую ей! Я вот не разбиралась ни фига. Может, я могла бы разобраться, если бы каждый раз не останавливала полёт собственной мысли, напоминая, что не желаю заморачиваться. У любого решения были последствия, и благодаря тому, что я предпочитала не рассуждать, я порой чувствовала растерянность.

Вот как сейчас, когда на вопрос старушки, где родители Стаса — и ведь заметила же, что он не один на теплоходе! — парень ответил:

— На другую экскурсию записались.

Я отвела взгляд и нарочито уставилась в окно, на соседний автобус. Могла ли Лидия записать их с Павлом на одну экскурсию, а Стаса — на другую? Могла, но только если он об этом попросил. А он до вчерашнего дня и не ведал, куда поедем мы с Каришкой. Значит, сам напросился. Родителей оставил, к нашей экскурсии примкнул. И как ему только это удалось? Всё же расписано, места поделены.

Впрочем…

Я покосилась на довольного Стаса, который о чём-то увлечённо беседовал со своей попутчицей, и невольно подумала: этот парень, пожалуй, способен горы свернуть, если ему что-то нужно. И кто бы избавил меня от навязчивой абсурдной мысли, что ему нужна я, а? Абсурд же, а всё равно в голову лезет, как комары в лицо.

Впрочем, даже если бы я хотела думать о чём-либо мозговыносительном, мне бы всё равно не дали — пришла экскурсовод, пересчитала всех по головам, а затем двери закрылись и мы уехали на экскурсию.

Следующие два часа я почти забыла про насущные проблемы, погрузившись в интересный рассказ об истории этих мест. Я всегда любила экскурсии и с удовольствием слушала экскурсоводов, расстраиваясь, если они халтурили — впрочем, за всю историю своих речных круизов мне таких специалистов не встречалось. Абсолютно все экскурсоводы, которые мне попадались, были прекрасными рассказчиками и горели историей своего края не меньше, чем я горела историей своей страны. Может, я таких притягиваю? Не знаю, но факт остаётся фактом — мне всегда везло.

Стас был рядом. Поначалу Инга, прихватив с собой ещё одну девушку, куда-то пыталась его увести, но он что-то ей сказал, и она отстала. После чего парень спокойно вышагивал в непосредственной близости от меня и Каришки, а через полчаса, заметив, что дочь потирает плечи, предложил понести её рюкзак. И фиг она отказалась! Согласилась, конечно, обрадовавшись так, будто Стас избавил её от страшных мук.

— А я говорила — не бери такую большую бутылку с водой, — пожурила её я, но Карина только отмахнулась.

Нас провели по территории монастыря, ненадолго вывели к Сиверскому озеру, а затем дали пятнадцать минут свободного времени перед отъездом обратно, которое мы с Кариной и Стасом использовали с пользой. Нет, в туалет мы не пошли — мы полезли на стену! Добежали до угла и сделали несколько шикарных фотографий с панорамой монастыря. К автобусу в результате еле успели, зато были довольны, как сытые слоны.

А сразу по возвращении в Горицы Стас поинтересовался:

— Куда теперь? Купаться?

— Ага! — ответила Карина, улыбнувшись, а я уточнила:

— Плавки надел? Переодеваться там особенно негде.

— Надел, — он кивнул. — Я человек предусмотрительный!

Этот предусмотрительный человек, наверное, предусмотрел всё, кроме одного — что с нами, как только мы направились от площадки для автобусов в сторону места для плавания, увяжутся Инга со своей подружкой.