Сидел и смотрел в удаляющуюся спину Малинки, ощущая внутри противное чувство. Она права — я действительно не достоин того, чтобы мне таскали пироги.Опустил взгляд на осколки пирога, разбросанные на полу. Затем поднял глаза на Альбину: несмотря на перепалку с Малинкой, она будто бы чувствовала себя победительницей в этом споре. Но это было иллюзией — я знал правду. Малинка права, и насчет нее, и насчет меня тоже. И именно поэтому я не стал влезать в конфликт — так и получаю неодобрение в глазах парней. Тоже мне, у них будто над головой сияют нимбы.Резко встал из-за стола и направился к выходу. В этот момент Альбина тут же вцепилась мне за руку. Я дернул её, пытаясь освободиться, но она лишь крепче хватилась.— Влад, ну ты чего? — пищит мне на ухо, — из-за этой мыши расстроился?На её слова я резко дернул её за локоть, чтобы она посмотрела мне в глаза. Она подняла свои глаза и непонимающе хлопает искусственными ресницами. Подвёл её к пирогу на полу и толкнул.— Ты сейчас же уберёшь всё отсюда, — сказал я строго, — и сама всё уберёшь.— Владуш… — начала писклявить она, но я перебил:— Я говорил, чтобы ты перестала коверкать моё имя.Она начала дуть губы и отводить взгляд.— У меня ногти, я не могу — показала на свои когти. — Уборщица придёт и всё уберёт.Вот это учится в медицинском университете… Конечно, папочка проплатит хорошие оценки. Но такую дуру нужно держать подальше от людей. Говорить ей о том, что все эти когти не допустимы в медицине — бесполезно. Ей всё равно.— Мне плевать, что у тебя там. Я сказал — убери всё сейчас же! И почему-то я не вижу твоих телодвижений по поводу пирога,— указал я на разбросанные куски.Студенты наблюдали за этим всем молча: подружки Альбины не спешили вмешиваться. Янка всё ещё не могла отлипнуть от Игоря; он игнорировал её и продолжал заниматься своими делами. Никита с интересом следил за происходящим. Единственный Дима был явно недоволен: качал головой, но ничего не говорил — знал, что я девчонок трогать не собираюсь. Но Альбина уже явно вышла из себя и не видела границ.Подходит уборщица, собираясь быстро и аккуратно убрать весь беспорядок, который Альбина устроила. Я мягко, но уверенно забираю у неё мусорный пакет, совок с веником и тряпку, передаю их Альбине. Она медлит, не спеша тянет руку, явно не в настроении. Бросаю на неё предупредительный взгляд — мол, не тяни кота за хвост. Нехотя она хватает инструменты и начинает убирать, бормоча что-то себе под нос, недовольная и раздражённая. Не обращаю внимания на её бубнеж — мне всё равно. Главное — чтобы всё было сделано.Как только она всё убрала, я быстро покидаю кафетерий и направляюсь на пары, которые как раз начинаются. Шаги быстрые, мысли суетятся в голове — всё ещё не могу избавиться от навязчивых образов. Малинка всё ещё не выходит из моих мыслей. Наверняка она обиделась, и это меня тревожит. Но что я могу сделать? Идти и извиняться? Нет, конечно. Это не в моём стиле.Настроение никакое, внутри тяжесть — всё портит эта практика. Я чувствую себя каким-то трусом и слабаком. Вспоминаю тот момент, когда женщина погибла у меня на руках. Я был напуган до дрожи, ничего не смог сделать… до сих пор перед глазами стоят мои руки в её крови, слышу голос заведующего, который уверяет меня, что тут нет моей вины. Там было целое комбо — у женщины было множество проблем, и я знаю, что сделал всё возможное. Но почему-то ощущение провала не отпускает. Я сбежал сразу после этого — словно боялся столкнуться с последствиями.Голова гудит от мыслей, сердце бьётся быстрее. Не хочется возвращаться к этим воспоминаниям, но они словно прилипли к сознанию.Выхожу из университета после всех пар, издали подходя к своей машине, замечаю крутящуюся возле неё Альбину. Она ждёт меня, переминаясь с ноги на ногу, явно нервничает. Игнорируя её, усаживаюсь в машину. Рядом плюхается Аля.Ну что за настырная такая? Уже объяснял в который раз: между нами всё. Точка.Но она всё равно не унимается, бегает за мной, ищет встречи.— Ты мне сказать что-то хочешь? — спрашиваю я. — Если нет, выйди из машины, у меня дела.

Она дергает головой в мою сторону, в глазах злость и обида.— Ты унизил меня перед всем университетом! — не скрывая эмоций, говорит она.— Чем я тебя унизил? — усмехаюсь. — Тем, что сказал тебе убрать за собой беспорядок? Ты же сама его устроила.Она вздыхает и продолжает:— Да! Именно! Меня заставил! А нужно было ту клушу! Или тебе теперь нравятся ущербные?Я чуть приподнимаю бровь и отвечаю с иронией:— Ты уверена, что из вас двоих ущербная именно она, а не ты?Она взрывается:— Как ты смеешь?! — её голос дрожит от возмущения.Надоело это представление. Наклоняюсь к двери с её стороны и открываю её.— Машину покинь или помогу прямо сейчас, перед этой кампанией студентов, — говорю спокойно и твердо, кивая в сторону вышедших ребят.Она оборачивается, тоже замечает их, начинает выходить и, перед тем как захлопнуть дверь машины, наклоняется и шипит:— Ты ещё пожалеешь! — угрожает она мне и громко захлопывает дверь.Перед началом практики решил заехать в небольшое кафе неподалеку, чтобы перекусить и немного подготовиться к насыщенному дню.Кафе расположено всего в нескольких минутах ходьбы от университета, и за годы учебы оно стало популярным среди студентов благодаря уютной атмосфере, вкусной еде и демократичным ценам.За всё время учебы я ни разу не заходил туда, хотя слышал о нем много положительных отзывов. Особенно удивительно то, что даже Никита — самый вредный и привередливый из нашей компании — оценил это место по достоинству. Он редко хвалит что-то без причины, а тут сразу отметил приятную атмосферу, свежие блюда и хорошее обслуживание. Это говорит о том, что кафе действительно заслуживает внимания и стоит того, чтобы его посетить.Подъехав к кафе, я внимательно осмотрел фасад: яркая вывеска с оригинальным логотипом, аккуратные окна с цветочными горшками на подоконниках создавали уютное впечатление.Войдя внутрь, я сразу заметил, что свободных столиков осталось совсем немного. Заняв место у окна, я быстро определился с блюдом и стал высматривать официанта, который, однако, не спешил подходить. Уже собрался встать и подойти к баристе, как передо мной неожиданно появилась… Малинка!?— Здравствуйте, вы уже определились с выбором? — спросила она, слегка улыбнувшись, но в её улыбке чувствовалась натянутость.Я не знал, что она работает здесь, да ещё и официанткой. Её взгляд будто пронизывал меня насквозь. Сердце сжалось — она явно была обижена, и мне от этого становилось не легче.— Бифштекс и экспрессо, — быстро ответил я, захлопнув меню и протянув его ей.— Бифштекс и экспрессо, — повторила она, — 15–20 минут, ожидайте, — сдержанно улыбнувшись, она удалилась, чтобы передать заказ.Я не мог оторвать от неё взгляд. В голове роились мысли о том, как эта девчонка смогла так проникновенно посмотреть на меня сегодня в кафетерии. Её взгляд словно пробил меня насквозь, и я едва не подорвался, чтобы обнять её и защитить от нападок Альбины. Что теперь с ней делать? Избегать не получается — вот, даже в кафе она неожиданно появилась передо мной.Я глубоко вздохнул, пытаясь собрать мысли, и совсем не заметил, как Малинка уже принесла заказ. Она улыбнулась и пожелала приятного аппетита, собираясь уйти, но я аккуратно, но крепко ухватил её за руку. Она удивленно посмотрела на место, где я её держал, и подняла на меня глаза, полные вопроса.— Думаю, нам нужно поговорить, — начал я, чувствуя, как сердце бьется быстрее.Она хмыкнула и настойчиво пыталась скинуть мою руку, но я отпустил, убедившись, что она не собирается убегать.— Ничего себе, ты умеешь думать, — с вызовом сложила руки на груди, словно закрываясь от меня.Я поднял руки в знак мира и кивнул в сторону столика, приглашая её сесть, не обращая внимания на колкость в её голосе.— Я на работе, меня уволят, если я буду прохлаждаться здесь с тобой, — резко сказала она и оглянулась по сторонам.— Сядь, я поговорю с твоим начальником. Никто тебя не уволит, — честно пообещал я.Она немного подумала, нерешительно, но всё же села напротив. Теперь она была рядом, готовая слушать.

— Так что тебе нужно от меня? — спросила она, ехидно добавляя: — Твоя подружка не все гадости сказала? Пришел договорить?— Монстра из меня не надо делать, — сказал я, — я тебе за всё время ничего не сделал, чтобы ты на меня так смотрела.— Может, мне и ничего, — ответила она, — но страдают другие люди вокруг. Ты на них косо взглянешь — и начинаешь их месить. Ты считаешь это нормальным? Тебе бы к психиатру сходить.— Ты на меня столько косых взглядов кинула, столько дерьма вылила — и всё ещё цела и невредима, — иронично проговорил я, встречая её взгляд. Она не отводила глаз, дерзко удерживая мой взгляд своими глубокими, словно бескрайнее море, глазами.— Ну ещё бы ты на девочку руку поднял, — усмехнулась она, качая головой. — Ты бы тогда в моих глазах пробил дно. Пока ты просто на дне. Нельзя объяснить насилие, нет ему оправдания. Ты же учишься на врача, по слухам хочешь стать хирургом, а в итоге что? Ты сам людей калечишь. Кому ты там в сентябре руку сломал, а? Ты жестокий, эгоистичный человек. Что хорошего ты сделал в жизни? Может, бабулю через дорогу перевёл? Или котёнка от собак отбил? Кому ты сможешь помочь, если сам в помощи нуждаешься? Ответишь мне или так и будешь молчать?Я почувствовал, как слова её бьют меня, словно удары. Но в её голосе сквозила правда, и я понимал — это не просто обвинения, а вызов. Вызов, на который я должен ответить.— Ты правда считаешь, что я не способен кому-то помочь? — спросил я, стараясь скрыть дрожь в голосе. — Я настолько урод в твоих глазах, что ты веришь, будто я пройду мимо чужой беды, не протянув руку?Она встретила мой взгляд без колебаний, глаза её были холодны и решительны.— Пока я вижу именно это, — ответила она с лёгкой усмешкой, — Ты действительно готов? Просто так, бескорыстно помочь нуждающимся? — её голос звучал как вызов.— Готов, — твёрдо сказал я, и заметил, как в её глазах зажёгся интерес, а вместе с ним — нечто большее, что я не смог сразу понять.— Тогда предлагаю заключить спор, — произнесла она с предвкушением в голосе. — Я помогаю приютам и детским домам. Если ты согласен, действительно помочь просто так — присоединяйся ко мне. Покажи, что это не только слова.— А что мне с этого будет? — уточнил я, прищурившись.— Я же вроде сказала — бескорыстная помощь, — с лёгкой насмешкой ответила она, давя интонацией. — А ты уже ищешь выгоду, — покачала головой. — Могу предложить только искреннюю благодарность за помощь.Я улыбнулся и подловил её:— Но ведь ты сама предложила спор. Я помогаю приютам и детским домам, а ты мне будешь должна одно желание.Она приподняла бровь с вызовом:— А если сольешься?— Тогда желание буду должен тебе я, — пожал плечами я.— Хорошо, НО! — подняла указательный палец, — никаких пошлостей. Спать с тобой не буду, имей в виду, оголяться тоже не собираюсь.— Не нуждаюсь, не беспокойся. Твоя девственность останется при тебе, — усмехнулся и подмигнул ей.Она вдруг мило покраснела, губы её дрогнули, словно пытаясь что-то сказать, но в итоге она лишь тяжело вздохнула и сдалась. Медленно поднялась из-за стола.— Тогда договорились, — сказала она, бросая взгляд через плечо, — пойду работать. — И, не дожидаясь ответа, ушла.Я остался сидеть, и вдруг меня осенило: на что же я вообще подписался? Она ловко обвела меня вокруг пальца, безжалостно надавила на больную мозоль и сразу же вызвала доказать, что я не такой, как она думает. А с какого перепугу я должен ей что-то доказывать? Вот влип... и теперь не отвертеться.

____________________________________________________________________

Как думаете сольется ли Влад?:). Книга + - находится на середине. Планирую всё вместить в 35 глав + Эпилог. Посмотрим как получится :) Ставьте звездочки книге ( на главной странице, она ⭐️ одна ставится :) А пока жду вас в комментариях, обсудим 17 главу)))