Я пила молоко яка и украдкой поглядывала на сидящего напротив мужа.

«Такой грозный… И чем он занимался все утро? Можно подумать, дракона убивал. Но все равно ослепительно красив, как и положено главному герою. Тц».

Похоже, Иске заметил, что я на него поглядываю, потому что перестал беспощадно разделывать гуся и посмотрел на меня.

– Что такое?

– Вы очень красивы… То есть Элен сказала мне о банкете. – Мне хотелось выспросить у него, что он задумал, но я не могла, поэтому натянула милую улыбку и добавила: – Если расскажете подробнее о поводе банкета, это мне немного поможет…

– Банкет как банкет. Какой для этого повод нужен?

«Звучит правдоподобно. Но все же! Я что, единственная, кто считает странным, что именно он его организует? Только бы это не был очередной заговор с целью меня использовать. Ох, не знаю. Раз так, лучше самой поразмыслить, как воспользоваться ситуацией и улучшить наши отношения. Да, стоит надеть что-то обольстительное и соблазнить… Нет, не настолько».

Пытаясь скрыть свои коварные замыслы, я усердно жевала рыбный пирог. Остальные паладины уже почти съели гору приготовленных блюд. Иске ел чуть медленнее, но по сравнению со мной все равно заглатывал пищу с молниеносной скоростью.

«Без сомнений, они настоящие чудовища. Хотя, если подумать, их профессия требует быть всегда наготове – в любой момент может понадобиться выскочить из-за стола и ринуться в бой. Поэтому такая привычка вполне объяснима. Благородство обязывает».

– Кстати, в последнее время количество монстров заметно поубавилось. Всегда бы так. Чертовы гадины…

– Все из-за ледяного дракона. Из-за него они попрятались по углам. Но ничего, скоро опять полезут наружу толпами.

«Кх. Каждый раз, когда о нем заходит речь, меня начинает грызть совесть».

Я осторожно взглянула на мужа, но тот не обращал на меня внимания, занимаясь разделкой оленины.

«Ты зверь, что ли?»

– Главное, чтобы так и осталось до конца фестиваля. Эй, Иске, а ты будешь участвовать в гладиаторских боях?

«Я знаю, что будет. Так было в оригинальной истории. И “цветок славы” достается…»

– Не говори во время еды.

– Что? Да я же всего один вопрос задал.

– Боишься, что не сможешь победить в этом году? Не хочется позориться перед женой? Тц-тц, бестолочь.

– Точно! В тот раз он выиграл только по счастливой случайности, так ведь?

«Ребята, зачем вы нарочно его дразните? Страшно же».

– Ему все только льстят. Разве можно стать «лучшим рыцарем Севера» с таким-то характером…

– Слышал, на фестиваль приедет кардинал Валентин, – вставил кто-то, и тут же повисла неловкая тишина. В странном и неловком молчании паладин с повязкой на глазу, произнесший эти слова, недоуменно смотрел на остальных, не понимая, в чем дело.

– Что, вы не знали? Да любой болван в курсе… Правда же, госпожа?

– Слышала, он планирует приехать. – Я старалась отвечать непринужденно, но на висках выступил холодный пот.

«Черт, не хочу обсуждать брата перед мужем. Почему все сегодня говорят о Чезаре? Неужели его настолько любят? Они не могут не знать о гадких слухах… Чего только стоит та песня Лоренцо. Иске наверняка слышал какую-то часть. Впрочем, меня меньше всего беспокоит, верит он в это или нет. Все равно моя репутация на самом дне…»

– Отлично. Передайте, пожалуйста, его высокопреосвященству, чтобы он немного проучил этого грубияна, который считает себя лучше других.

– Но мой муж и впрямь лучше других. – Наступила тишина, отличная от предыдущей. Где-то далеко послышался слабый кашель – видимо, кто-то поперхнулся.

«Тц-тц. Говорила же не вспоминать чертова Чезаре».

Я продолжала улыбаться, как настоящая преданная фанатка, но при этом чувствовала на себе пристальный взгляд мерзавца Иске.

«О чем ты думаешь? – Я запихнула в рот кусок баранины с капустой и принялась ее жевать. – Притворюсь, что усердно ем. Тц, кажется, я так подавлюсь».

– Тебе нравится новая служанка?

Я еле проглотила тщательно пережеванный кусок баранины. С опаской подняв глаза, я увидела безразличное лицо Иске.

– Да, очень. Спасибо.

– К счастью, она способнее, чем ожидалось.

– Она энергичная, думаю, быстро ко всему привыкнет.

– Тебе больше ничего не нужно?

Я недоуменно посмотрела на него.

– Больше ничего не нужно? Может, что-то хочется.

«Что это снова за вопросы? Ловушка?»

Я на мгновение заколебалась, но решила вести себя как обычно и, подперев подбородок обеими руками, сверкнула глазками.

– Только вы.

Мимо пронесся легкий ветерок. Все за столом, включая Иске, пораженно уставились на меня. Я медленно опустила руки, затем взяла чашку с недопитым молоком и быстро ее опустошила.

«Тц, наверное, я переборщила. Все из-за мыслей о прогрессе…»

– П-пойду-ка я поработаю.

– Я тоже. Наелся.

– До свидания, госпожа…

Почему-то внезапно рассердившиеся паладины встали и, недовольно что-то бормоча, один за другим вышли из-за стола, забрали латные перчатки и ушли. В результате я осталась наедине с мужем, который сидел напротив. Сейчас он был похож на жнеца из бездны.

«Спасите!»

– У тебя хороший аппетит. И это тоже выпей.

«Я же его просто от смущения проглотила».

Сдерживая слезы, я приняла протянутую кружку с молоком яка и залпом ее осушила.

«От такой жирности и умереть недолго».

– Похоже, тебе тяжело привыкнуть к блюдам Севера.

– Дело не в этом, просто я всегда мало ела…

– Не нужно спешить и заставлять себя. – С этими словами Иске щелкнул пальцами.

Тут же зашевелились слуги, дожидавшиеся неподалеку у выездных карет. Они быстро убрали со стола посуду и остатки еды, после чего передо мной появился поднос с десертами. Шоколадный муссовый торт, шоколадные макаруны, шоколадное печенье, гигантский пудинг с шоколадным кремом…

«Почему все только с шоколадом?»

– Я не знала, что вам так нравится шоколад.

– Я ем только священный.

«Священный? Это аналог армейских пайков?»

– Каков на вкус священный шоколад?

– Как картошка, размятая сапогами.

– И это должно быть вкусно?

– Когда неделями сидишь в засаде в суровую зиму, сойдет. – Я хотела подшутить над ним, но он ответил спокойно, притворяясь наивным.

«Что это с ним сегодня? Как-то непривычно себя ведет».

Я вздохнула и зачерпнула ложкой огромный кусок шоколадного пудинга.

«Желудок сейчас лопнет, но надо хотя бы сделать вид, что я ем».

Пока я медленно пережевывала пудинг, Иске молча потягивал алкоголь, наблюдая за мной. Его прищуренные красные глаза на солнце казались почти розовыми.

«Почему он больше ничего не спрашивает? Например, что я делала с монстрами, когда вроде сбежала из дома, а вроде и нет? Встречала ли я людей? Какое у меня было состояние? О чем я разговаривала с архиепископом, о приезде Чезаре?»

Я думала, он завалит меня вопросами, но до этого до сих пор не дошло.

– Погода в последнее время просто чудесная, а я думала, будет только холодать.

– Здесь нет ничего постоянного.

«Ага, вот как? Тогда почему ты постоянно меня путаешь?»

– Помните, тогда мы… в первую ночь…

Я наконец набралась смелости и заговорила о том, что меня волновало, как высокомерный супруг перебил:

– Сначала позаботься о здоровье, а потом и об этом поговорим.

«Звучит как простая отговорка».

– Но мне уже гораздо лучше.

– Не следует себя принуждать.

– Я не принуждаю! Я правда в полном порядке, смотрите…

Я всего лишь хотела доказать, что полна энергии, но переборщила. Я бросила ложку и резко встала, и в ту же секунду наш столик покачнулся, а стакан с алкоголем, который Иске только что поставил, пошатнулся, и содержимое брызнуло ему на тыльную сторону ладони.

«Полный провал! Боже, что мне теперь делать?! Спасите! Моя первая брачная ночь!»

– П-простите. Вы в порядке?

– Это просто алкоголь, – ответил он беззаботно, достал носовой платок и вытер руки.

Я с недоверием покосилась на него, и мои глаза широко распахнулись.

«Что? Это тот платок, который я ему подарила?»

Приглядевшись получше, я точно поняла: это был он. Платок с вышитыми подсолнухами, который я преподнесла ему на день рождения! Сначала я хотела вышить свое имя и цветок рудбекии, но решила, что это будет слишком. Поэтому выбрала похожие подсолнухи, знак ярой фанатки…

– Я могу свернуть горы!

– Сначала доешь.

«Есть, сэр».

Я поспешно вернулась на место и снова посмотрела на пудинг.

«Неожиданно, что он носит его с собой. Думала, он уберет его куда-нибудь подальше и забудет. Этот тип не перестает удивлять».

– Госпожа, ваши волосы прекрасны. Словно золотая паутина.

Погруженная в ванну, наполненную различными лепестками цветов и травами, я наслаждалась ее теплом, пока Рони расчесывала мои мокрые волосы щеткой из козьей шерсти.

– Вечно ты болтаешь глупости. Что еще за «паутина» на голове?

Конечно, это сказала не я, а Люсиль, которая помогала моей горничной. В голосе ее слышалось явное раздражение. С момента появления Рони девушка не скрывала своей неприязни. Казалось, она воспринимает ее как соперницу. Возможно, поэтому она стала неустанно прислуживать мне, попутно демонстрируя свое презрение в сторону новенькой. Похоже, она беспокоилась, что может упустить шанс заполучить драгоценности.

– Это был комплимент. Думаю, госпожа поняла мою искренность.

– По-твоему, правда в искренности? Смешная.

Наблюдая за ней несколько дней, я поняла, что Рони далеко не так застенчива, как показалось вначале. На самом деле она оказалась довольно решительной и уверенной в себе. Девушки, которые уже много лет работали в особняке Омерта, пытались подначивать ее, но Рони не выказала ни капли сомнения или робости. К тому же она была очень внимательна и аккуратна, и это было замечательно. Я хотела что-нибудь сказать, но с грязевой маской на лице сложно было открыть рот.