– Все, что я тебе сказал тогда…

– Ох, все хорошо! Я не строю иллюзий и все прекрасно понимаю, так что не стоит беспокоиться.

– Каждое слово! – резко и громко перебил меня юноша и тут же поправился: – Нет, я не хотел кричать, прости.

– Что?

Я не поверила своим ушам.

«Надменный главный герой сам попросил прощения? Хочу услышать это снова».

Пока я застыла, словно бронзовая статуя, мерзавец-муж без предупреждения медленно протянул руки и обнял меня. Икота, которую я с трудом остановила, снова попыталась вырваться наружу. Утопая в его широком мощном плече, я не знала, куда себя деть.

– Если бы с самого начала я не метался из стороны в сторону, ничего бы этого не произошло… – В его тихом голосе прозвучала странная горечь. Это был… почти стон.

Я окончательно запуталась в собственных чувствах.

«О чем он говорит?»

Я должна была сказать что-то разумное в ответ. Но, несмотря на все попытки, язык продолжил жить отдельно от тела.

– Я этого не делала.

– Знаю.

– Я правда этого не делала.

– Знаю.

Что-то твердое в груди дало трещину и рассыпалось на куски. Необъяснимая волна эмоций поглотила остатки разума.

– Я правда ничего не сделала, абсолютно ничего, почему все постоянно меня…

Его руки крепко держали мое вырывающееся тело. Громко рыдая, я безжалостно колотила его по плечам, не понимая, какие безумства творю. Но Иске за все это время не шелохнулся, продолжая крепко прижимать меня к себе.

Если бы ты был другим человеком, таким же, как все, что держали мою проклятую душу в заточении, все было бы гораздо проще. Если бы ты не смотрел на меня такими глазами по ночам, если бы в твоем взгляде не было восхищения, словно ты держишь в объятиях настоящую принцессу, тогда я бы так глупо не боялась потерять тебя. Я считала, что если ты позволишь мне выжить, то будь ты хоть синей бородой – мне было бы все равно.

Так почему ты так себя ведешь? Зачем делаешь жадной?

Не знаю, сколько мы так просидели, пока он наконец не решил, что больше не может это терпеть. Конечно, ему не было больно. Больно было лишь моей ладони, которая яростно колотила по закаленным стальным доспехам.

– Руби, перестань. Хватит. Ты повредишь руку.

– Не хочу!

– Я понял. Тогда лучше дай мне пощечину.

«Думаешь, я решусь на это?»

От такой глупости я, кажется, начала приходить в себя. Пока я всхлипывала, пытаясь собраться с мыслями, Иске тяжело выдохнул и принялся осматривать мою ноющую ладонь.

– Надо было заранее посадить ледяные грибы.

– С чего вы вдруг заговорили о них?

– Тогда бы ты бросила в меня один. Вместо этого.

Я потеряла дар речи и замерла, а супруг подхватил меня под мышки и легким движением поднял на ноги.

«Ага, этот подлец никогда этого не забудет… Что я только что натворила?»

– Ис… – Он перевел на меня взгляд. – Вы в порядке? Я так сильно вас била…

– Как девятилетний ребенок. Переживу. Меня больше беспокоит, не останутся ли у тебя синяки.

Он продолжил нежно перебирать мои пальцы, а затем вдруг наклонился и коснулся их губами. Короткий, смиренный жест. Я рассеянно смотрела на рыцаря, а в груди постепенно разрасталась ноющая, невыносимая боль. Я не понимала, почему так странно на него реагирую.

«Била его, а тяжко мне. Это одновременно и радует, и раздражает. Черт, когда он сказал дать ему пощечину, надо было ударить его! Упустила такой шанс, дура!»

– Брат?

Мы вернулись в особняк и по пути в покои встретили Элению. Вместе с ней был и герцог – они как раз выходили из его кабинета. Мое недавно успокоившееся сердце вновь бешено забилось.

«О чем эти двое говорили? Обо мне?»

На обычно невозмутимом лице девушки читалось смятение. Неудивительно: мерзавец-муж нес меня на руках, грязную и заплаканную. Герцог Омерта также не пытался скрыть своего потрясения. От нахлынувшего стыда я зажмурилась и спрятала лицо на плече Иске.

– Что ты натворил?

– Брат, что ты сделал с Руби?

«Странные вопросы».

Я украдкой взглянула на Иске. Тот обошел семейство и насмешливо бросил:

– Женился. – Ответ в его духе.

– Что?

Ответ был таким же странным, как вся эта семья.

«Кстати, а Эления уже знает, что я ударила старшую служанку? Я не жалею, но, глядя на нее, почему-то становится горько. Но теперь уже ничего не изменишь».

– Ешь скорее.

В романтичной атмосфере мы сидели в комнате Иске, спиной к залитому лунным светом балкону, за поздним ужином. Зеленый священный огонь потрескивал в камине, будто призывая жуткого оборотня. А вот напротив меня сидел монстр, которому никакой оборотень в подметки не годился.

От горячего шоколада исходил приятный аромат. Пока я осторожно вылавливала плавающие зефирки чайной ложкой, Иске молча расстегнул ремешок латных рукавиц и сбросил их.

«Разве можно вот так их кидать?»

– А что у вас в кубке?

– Обычный ром.

Я смотрела, как легко он пил алкоголь – словно какой-то прохладительный напиток, – и, наблюдая за движением кадыка, спросила:

– Можно мне попробовать?

Юноша на мгновение замер, глядя на меня, но затем, о чем-то поразмыслив, молча протянул мне кубок. Я сама не понимала, что мной двигало. Возможно, вспомнила Фрейю в храме и слова супруга: «Она всегда пытается выпить то, что принадлежит ему».

«Ха, смешно. А сама говорила, что ей неинтересны все эти детские игры».

Я приняла толстый стеклянный кубок с янтарной жидкостью и залпом его осушила. Сожаление пришло мгновенно.

«Кх, алкоголь – это не мое. Почему он такой крепкий? Как он пьет его не моргнув глазом? Должно быть, у него стальной желудок».

– Похоже, тебе не понравилось.

– Я еще не распробовала. Я ведь тоже хорошо пью. – Иске ничего не ответил, и я в неловкой тишине медленно опустила кубок.

«Выпила всего пару глотков, а внутри уже все горит. Наверное, потому что голодная».

– Думаю, будет лучше, если добавить немного для аромата, – вместо того чтобы язвить, тихо пробормотал муж, забрал кубок и капнул из него несколько капель в мою чашку с шоколадом.

«Ого, неплохо. Хотя моей изначальной целью был вовсе не ром».

– Если нравится что-то крепкое, скажи Ретлеру, и тебе принесут.

– На самом деле я не хотела пить.

– А что тогда?

– Просто было интересно, что у вас там… Чем сегодня занимались?

– Ничем особенным, не считая нескольких гоблинов. Сейчас так мирно, что даже скучно. Если бы хоть ледяные волки снова набежали, все бы взбодрились и ринулись в бой.

«Разумеется. Пара гоблинов – разве это дело?»

Я отпила немного шоколада, к сладости которого примешался терпкий вкус рома, и по телу разлилось приятное тепло.

«Фух, снова живу».

Некоторое время мы молчали. Потягивая напиток, я исподтишка поглядывала на Иске. Он опустил глаза, а по его лицу трудно было понять, устал он или задумался о чем-то.

– Тебя еще что-то интересует?

– Простите?

– Ты продолжаешь глазеть на меня.

– О, хм… Знаете, всех очень интересует, не собираетесь ли вы участвовать в гладиаторском турнире.

– А что? Лучше не участвовать?

– Нет-нет, просто слышала, что это довольно опасно… – Я поспешно покачала головой, боясь, что он подумает, будто я переживаю о монстрах.

Иске бросил на меня странный взгляд, затем добавил:

– Эти существа отличаются от твоих друзей.

«Я это знаю».

Чудища, с которыми я столкнулась в Ледяном лесу, были совсем другими: таких я еще не видела. Помню, как читала о безумных ограх, троллях и прочей нежити, способных проникать в сознание человека и наводить иллюзии. Конечно, самым сильным все равно оставался ледяной дракон. Мысль о том, что он исчез без следа, показалась мне обнадеживающей.

– Это и беспокоит меня больше всего. Конечно, вы уже раз стали победителем…

– Не знаю, как я буду выглядеть в твоих глазах, если повторю этот «подвиг».

– А?

Иске спокойно поставил кубок и неспешно пододвинул ко мне тарелку с белым шоколадом.

«Предлагает мне замолчать и есть? Или намекает, чтобы я поскорее перешла к сути?»

– Раз ты по одному взгляду смогла понять, что на уме у ледяного волка, и я не могу помешать тебе попасть на трибуны, тогда лучше покончу с этим как можно скорее.

Мне понадобилось немного времени, чтобы осознать смысл сказанного.

«Ты сейчас серьезно?»