— Извини, что пришлось ждать. То церберша никак не уходила. Потом был серьезный разговор, — от волнения я торопилась с объяснениями, как только села на переднее сиденье.

А в голове с силой стучали мысли: “он увольняется”, “он не хочет бросать метафорический якорь”. “Он ничего не сказал мне. Я ничего не значу в его жизни”.

Гор скользнул по мне внимательным взглядом. Кажется, он даже не злился на мое опоздание. Протянул мне букет из прекрасных белых роз. Я так нервничала, что даже не сразу заметила цветы в его руках.

— Спасибо. — Я вдохнула нежный аромат, уткнувшись носом в шелковистые бутоны. Затем уложила аккуратный букет на колени. — Спасибо, мне очень приятно. И спасибо, что подождал, — повернулась я к нему с улыбкой.

Радость, волнение, тревога смешивались с чувством вины из-за опоздания и недо-поцелуя в дикий эмоциональный коктейль.

— Я хотел сначала заехать поужинать. Но времени уже не осталось, поэтому едем сразу.

И разговор, похоже, снова откладывался.

— Куда?

— Это сюрприз.

Он плавно вырулил с парковки.

Я хорошо ориентировалась в центре и поняла, что мы приехали в район, расположенный недалеко от набережной и бара “Большая птица”.

— Ты везешь меня к себе домой?

Я спросила это лишь наполовину в шутку. Ведь он действительно говорил, что живёт где-то поблизости.

Гордей усмехнулся и покачал головой.

— Нет.

Он заехал на парковку возле одного из ЖК.

— Приехали. Идем. Нас уже ждут.

Когда я выбралась из машины, он взял мою руку в свою широкую теплую ладонь и сплел наши пальцы. Я лишь улыбнулась в ответ. Хотя внутри меня проносились версии, достойные частного детектива. Что он ведёт меня на съемную квартиру для своих девушек. Или на крышу — смотреть на закат. Или здесь какое-то тайное кафе.

Но все оказалось гораздо прозаичнее.

Мы поднялись на лифте на девятый этаж, в дверях одной из квартир нас встретила улыбающаяся блондинка.

Её вьющиеся волосы были собраны в высокий хвост. На ней был тонкий голубой свитер и джинсы. Она явно не была похожа на официантку тайного кафе.

— Гордей, привет.

Девушка приобняла его, когда мы подошли ближе. Я с неудовольствием отметила, что она достает своей макушкой ему лишь до подбородка. Ещё одна маленькая фея. В его вкусе. В груди что-то тонко и остро кольнуло.

— Сколько зим, — кратко ответил он и тоже чуть приобнял блондинку в ответ. Затем обратился ко мне. — Это Арина, риэлтор и моя давняя подруга, она покажет нам квартиру.

Мои брови сами собой поползли вверх.

— А это Света. Моя девушка, — продолжил представлять нас Гордей.

И хоть такое определение безусловно грело, я все еще не понимала, к чему он это все затеял.

— Вам здесь понравится. Идемте.

Мы разулись в прихожей. И, как будто так и планировали, стали смотреть уютную квартиру-студию. Я кивала, натянув на лицо улыбку. И лишь надеялась, что она не слишком пластмассовая. Потому что меня раздирали противоречивые эмоции.

— Столешница на кухонном островке просто классная, — Арина провела рукой по гладкой каменной поверхности. — Уверена, вы оцените. Владельцы уезжают надолго, поэтому срок аренды минимум полгода, в остальном я уже все рассказала.

Внимательный взгляд Гордея то и дело обращался ко мне. А я могла думать только о том, что я здесь делаю и почему мне так физически тяжело видеть Гордея рядом с этой прелестной феей. Вдруг они когда-то были вместе?

Когда на мне остановился вопросительный взгляд Арины, я вдруг поняла, что совсем выпала из разговора, погрузившись в свои мысли.

— Что?

— Как впечатления?

Почему-то мне было тяжело дышать и хотелось срочно выйти на улицу.

— Все отлично. Просто чудесно.

Я улыбнулась из последних сил. Гордей решил, что мне нужно отдельное жилье. И повёл меня на просмотр квартиры для аренды. Вот только забыл спросить меня, что я думаю по этому поводу. Да ведь мы даже не обсудили наши отношения! И его увольнение! Не поговорили про Лену. И про воскресенье. Про эти гребанные “якоря”! Да про все!

— Спасибо, мы подумаем.

— Только не слишком долго, — с дружеским укором сказала Арина. — Такие квартиры быстро разбирают. Кстати, Гор, ты ещё играешь в группе?

— Нет, давно уже нет. Я ещё в студенчестве завязал.

— Ты совсем не изменился, каким был на пятом курсе, таким и выглядишь, хоть уже больше шести лет прошло.

— О, так вы учились вместе? Как это здорово.

У меня уже сводило скулы. Мы обменялись вежливыми прощаниями, затем вышли на улицу. Наконец-то. Я тут же сбросила улыбчивую маску и с силой растерла ладонями лицо. Прохладный вечерний воздух приятно холодил горячую голову.

— Свет?

Голос Гора прозвучал с небольшим налётом беспокойства.

Сзади по тротуару послышались шаги. Возможно, Арина идет на парковку этим же маршрутом. Ещё порцию любезностей я не вынесу.

— Гор, идем, в машине поговорим.

Я забралась на переднее сидение, уложив сумочку и цветы себе на колени. Приятный карамельный запах ароматизатора обволакивал пространство.

Гор занял место водителя и слегка развернулся ко мне в ожидании.

— Ну, и как тебе?

— Стоп, Гор. Подожди. К чему ты все это устроил?

Я развела руками, чуть не уронив розы.

— Что именно?

Он посмотрел на меня внимательно, но с легкой улыбкой. Меня же это только больше цепляло, будто он не воспринимал мои чувства всерьез.

— Что за цирк? Я взрослый человек и могу сама снять себе квартиру.

Он красноречиво вскинул темную бровь.

— Ты намекаешь, что раз я до сих пор живу с сестрой, то не способна сделать это?

Он примирительно поднял вверх открытую ладонь.

— Я этого не говорил.

— Ты сказал это своими поступками.

— Тебя этот просмотр ни к чему не обязывает.

— Действительно? Так, может, тогда не нужно было его устраивать.

Гор со вздохом откинул голову назад и облокотился затылком о подголовник сидения.

— Хорошо. Я понял, что переступил твои личные границы.

— Ты мог хотя бы меня спросить...

Я же чувствовала, что к его личным границам и близко не допущена.

— И что мне лучше держать дистанцию. И в офисе в том числе…

Я приложила прохладные ладони к пылающим щекам. Как же все смешалось. Как сложно.

— Слушай, в офисе…

— Не объясняй. Я думаю, если этот разговор продолжится сейчас, станет только хуже.

— А я как раз хотела поговорить с тобой, — произнесла уже более спокойно, взяв себя в руки.

Чувство вины за опоздание и то, как я отреагировала на его поцелуй, смешалось с раздражением от просмотра квартиры и от накопившихся недомолвок.

— Не стоит, Свет. Лучше не сейчас.

Если бы я ещё вняла его предупреждению.

— Нет уж, давай поговорим.

— Я просто хотел дать тебе чуть больше времени. — Теперь легкое раздражение сквозило и в его ответе. — Но если ты настаиваешь.

— Больше времени для чего? Для того, чтобы хоть немного посвятить меня в свою жизнь? Я не совсем понимаю.

Гор взъерошил волосы пальцами, шумно выдохнув, и рассеянным взглядом посмотрел в окно на сгущающиеся сумерки.

— Для того, чтобы ты перестала шарахаться от меня. Если называть вещи своими именами.

— Я не шарахаюсь от тебя.

— Правда? Тогда что это было сегодня?

Его проницательный взгляд впился в мое лицо, будто он видел меня насквозь.

— Черт. Я понимаю, как это выглядит. Но ты ведь со своей стороны не делаешь ситуацию проще.

— Да?

— Ты хочешь, чтобы я больше доверяла тебе. Но ты пропал в воскресенье. И за все время даже не упомянул, что вот-вот уволишься.

Последние слова я произнесла на удивление для себя самой мрачным, обвинительным тоном. При этом в голове гулко, как удары в барабан, все громче и громче стучали слова “тебе ни разу не захотелось бросить якорь”. Он ведь даже не сказал, что это изменилось или хотя бы может измениться! Что я не очередное мимолетное увлечение!

— Я в воскресенье отвозил в другой город друга, опоздавшего на поезд. А про увольнение… В тот день, когда я просил тебя поставить печати. Это был мой последний проект. Я срочно завершал дела, чтобы уволиться одним днем. Мне предложили отличную должность в “Эксперте”. Именно поэтому наняли Руслана. Вместо меня. Ты же не думала, что я действительно собирался работать с ним? Я встречался с исполнительным фирмы “Эксперт” тем вечером, когда мы с тобой виделись в кафе. И после нашей встречи я попросил их подождать две недели. Сказал, что отработаю на прежнем месте. Но на самом деле, я остался только из-за тебя. Мне показалось, что появился какой-то шанс. У нас с тобой. Я и не предполагал, что ты всерьез захочешь встречаться с Марковым.

Голос Гордея был тихим и спокойным, в отличие от той бушующей бури внутри меня, которую они вызывали. Сердце билось гулко и как-то надрывно.

— Я отчего-то по глупости посчитал, что это был просто повод, — грустная насмешливая ухмылка тронула его губы. — Жаль, что все оказалось не так.

— Может, поначалу я и собиралась подкатить к Маркову, но очень быстро поняла, что он меня не интересует…

Гор сверкнул взглядом в мою сторону.

— А так и не скажешь…

— Что?! Я же была именно с тобой тем вечером в баре!

— Потому что Марков ушёл с другой.

— Да что ты несешь, Гор?

— Я говорю то, что вижу. От меня ты шарахаешься, а с ним мило щебечешь.

Голова у меня закружилась от злости и из-за несправедливости его слов.

— Ты с дуба рухнул, я только и делала, что искала повод быть ближе к тебе все это время.

В голове вдруг вспыхнули слова уборщицы “одних выгонишь — другие приходят”.

— А что насчет тебя? Это не ты закрывался в служебке с Леной?

Как только эти слова вылетели из моего рта, я тут же пожалела. Глупое, дурацкое обвинение. Сказанное просто в ответ на слова о Руслане.

— Нет. По-моему ты меня с кем-то путаешь. Больше похоже на Маркова, хотя тебя его похождения почему-то никогда не смущали.

— Да причём тут Марков? Ты же сам сказал, что все еще ищешь себя и пока не захотел бросить якорь!

Я мгновенно поняла, что именно Марков был в той подсобке. С Аней. И фраза, которую Гор сказал мне во время наших философских откровений тут же показалась неуместной. Предательски вставленной в неправильный контекст.

— Понятно.

Лицо Гордея помрачнело и приобрело замкнутое выражение. Я увидела это и сразу же захотела исправить, но не знала как. И будто не могла вовремя остановиться.

— Ты сам не доверяешь мне. Не говорил об увольнении. И о том, почему ты не пьешь алкоголь. Сплошные недомолвки. Это потому что пока ты искал себя, то слишком много употреблял?

Я едва не прикрыла свой рот руками в неверии, что произнесла эти слова. Тайные страхи, которые были запрятаны глубоко внутри, неожиданно для меня самой выпрыгивали наружу один за другим, словно кролики из шляпы фокусника.

Я испуганно посмотрела на Гордея, в его взгляде снова сквозил пустой космический холод. Я нахмурила брови от сожаления и горечи, и потянулась рукой к его пальцам, лежащим на коробке передач.

— Гор… — голос прозвучал глухо и отрывисто.

Гордей ответил так тихо, что я едва его услышала:

— Ты так обо мне думаешь.

Он качнул головой, затем завёл мотор и плавно вырулил со стоянки. Его янтарно-карие глаза сосредоточились на дороге. Мне пришлось убрать свою руку, чтобы не мешать ему переключать передачи.

Молча он довез меня до дома. Перед тем, как выйти из машины, я рискнула попробовать коснуться его еще раз. Не мог же он так быстро возненавидеть меня. Ведь еще недавно я нравилась ему. Должен же быть шанс распутать этот ужасный клубок из брошенных фраз. Вернуть ту вселенную, где существуем мы вдвоем.

— Гор, я не хотела… Я так сказала просто на эмоциях.

Как же тяжело говорить. Обращаться к этой ледяной космической пустоте. “Я ведь влюбилась в тебя.

Просто мне очень страшно, что это не взаимно. Что для тебя это ничего не значит. Страшно поверить. Скажи, что все по-настоящему”. Слова кружились в голове.

Гор чуть качнул головой в отрицании.

— Это я ошибся.

Слова впечатались в мое сознание. Я вся будто онемела.

Ошибся. Он ошибся в том, что я ему нравлюсь. Ошибся, что связался со мной. Все, что было — одна большая ошибка.

Я вышла из машины. Никто, конечно же, меня не остановил. Не видя дороги, я автоматически поднялась в свою квартиру. Нажала кнопку дверного звонка, забыв про ключи.

— Света, что случилось? — передо мной расплывалось встревоженное лицо Нади. Цветы упали из моих рук на коврик в прихожей, образуя бело-зеленый узор. Она обняла меня. — Да что же такое?

И только когда я услышала свои собственные рыдания, я вдруг осознала, что мое лицо было мокрым от слез.