Оба Вороновых отреагировали на «чай» Бора кране неожиданно. Владислав как будто вообще ничего не заметил, а вот Елена… Ее реакция, по-моему, чем-то походила на мою собственную. Правда, я тогда в каморке у лешего сам себя со стороны не видел. Однако некоторое сходство все-таки прослеживалось, пусть я и обошелся в тот раз без плача Ярославны.
И о чем же это нам говорит?
О том, что конспирологических теорий у меня в голове только прибавилось, и некоторые из них, должен сказать, выглядели весьма правдоподобно. Подозрения же на счет Влада существенно ослабли, но полностью сбрасывать его со счетов определенно нельзя — такое количество оговорок просто не могло быть совпадением.
По завершении трапезы Вороновы предложили мне вместе поиграть в лото или домино, но я сослался на необходимость готовиться к следующему рабочему дню и оставил их на кухне одних. И, между прочим, я даже не соврал. Мне действительно предстояло сделать еще очень много, так что за компьютером я просидел до темноты и спать отправился последним, ополоснувшись на скорую руку в душе.
Встал я тоже ни свет ни заря. В районе шести утра. Когда даже самые ретивые собачники еще не вывели своих питомцев на прогулку, а фонари за окном освещали пустынную улицу и вытоптанный накануне зеваками газон.
Елена тоже спала. Вообще она относила себя к жаворонкам, но жаворонки относили ее обратно, так что завтрак пришлось готовить самостоятельно. Ну как «готовить» — с моими кулинарными навыками имелся шанс устроить пожар, просто нарезая бутерброд, так что я обошелся вчерашними салатами, один из которых решил взять с собой на работу. Там не так много и оставалось. Как раз к обеду подойдет.
— Ты чего так рано? — спросила Лена, потирая заспанные глаза, когда я уже надел кроссовки и готовился выходить. — Еще даже семи нет. Уроки же в восемь начинаются.
— Нужно много что подготовить, чего не сделать отсюда. — ответил я, беря подмышку папку с бумагами. — К тому же я не знаю своего расписания.
— Ты хоть позавтракал?
— Да.
Она подошла практически вплотную и посмотрела на меня снизу вверх.
— Ром, запомни, ты ничего не должен ни школе, ни учениками, ни даже мне с Владом. Если вдруг почувствуешь, что тебе сложно или ты не справляешься, немедленно уходи оттуда и звони нам.
— Если вдруг я что-то почувствую, это же будет успех для проекта, не так ли?
— Плевать на проект. Ты главнее.
— Влад так же думает?
Она отвела взгляд, поджала губы и промолчала. Ну а я открыл дверь и вышел на лестничный тамбур, едва не врезавшись в старый холодильник. И правда неудачно стоит. Поговорить, что ли, с соседом? Или это не мое дело?
Задание: «Решить проблему с захламленной лестничной площадкой».
Время: До конца года.
В случае успешного выполнения прогнозируется награда +10 ОА. При использовании системных подсказок награда будет уменьшена вдвое.
— Ты по какому принципу задания генерируешь? Из мыслей у меня берешь?
[По принципу прогнозирования социального взаимодействия и нестандартных ситуаций. А также для создания положительного образа в глазах общества.]
— Зачем?
[Это должно повысить шансы на проявление эмоций и на наше совместное развитие. Хочешь подсказку для решения проблемы?]
— Пока обойдусь.
[Если передумаешь — дай знать. Я радом.]
Да уж. Внутри скорее, а не рядом. Ближе не придумаешь. У меня трусы на заднице не так близко, как чип с Психо. Но, с другой стороны, трусы не подскажут, как испытать эмоции. У всех свои функции. И настал мой черед пойти выполнять функцию учителя.
Сжимавшая в кулаке кулон с каким-то символом Елена пожелала мне удачи и закрыла за мной дверь, и уже скоро я стоял на школьном крыльце, дергая отполированную сотнями рук дверную ручку. Та не поддавалась. Да и свет в окнах что-то нигде не горел…
— Можешь не ломиться, ранняя пташка. — бросил мне опиравшийся на метлу леший. — Раньше начала восьмого никто не приходит. А еще и семи нет. Так не терпится учить балбесов уму-разуму? Доброе утро, кстати.
— Доброе утро, Бор. — поздоровался я. — Мне нужно успеть до первого урока с тематическими планами поработать. Пустите меня?
— Я бы пустил, да у меня ключа нет. Зачем мне? Я же только улицу мету и фантики убираю.
— И газоны лечите.
— Ну не без этого. Вчера, вон, там за домом до самой земли вытоптали. Еще и машинами своими перепахали. Я даже отсюда чувствую, как он помощи просит. Страдает.
— Так ведь пожар был.
— Пожар — дело естественное. Старое погибает, а на его месте новое нарождается. Так всегда было. Иногда, нужно чем-то пожертвовать, чтобы жизнь продолжилась.
— Сдается мне, асуры с дэвами иного мнения.
— ДРС? — с лица деда мигом слетела маска спокойствия. — Ты их видел? Где? — заозирался он.
Тревога — вероятность 62 %. Страх — вероятность 54 %. Ожидание наказания — вероятность 22 %.
Серьезно же Департамент держит в узде всяких сущностей, что одно упоминание его агентов вызывает такую реакцию. Даже у старого лешего, практически лишившегося своих сил из-за отсутствия связи с родным лесом. Или как раз поэтому? Мелкие сошки боятся власти куда больше, чем те, кто к ней приближен.
— Да вот вчера поболтал с парочкой. — признался я. — У асура гонора выше крыши. Дэв поспокойнее. Но оба будто людей ни во что не ставят. И друг с другом не особо ладят.
— Они всегда такие. В основном. Про меня спрашивали?
— Нет. Их больше интересовал пожарный, который в горящей квартире огненными шарами кидался.
— Так и сказали? — нахмурился Бор.
— Я догадался. Ну и сам видел.
Дворник шумно выдохнул, смахнул выступивший на лбу пот и пожевал губами. Психо сообщил, что тот испытал облегчение, но тревога все равно никуда не делась. Лишь немного упал процент ее вероятности.
— Ну да, по сравнению с боевой магией, я так — конфетки с лотка таскаю. Да и то самые дешевые. Не выдал ифрита?
— Не выдал. Меня же самого тогда за филейную часть схватят. И с чего вы взяли, что там был ифрит?
— А их среди пожарных пруд пруди. Родная стихия все-таки. Разок в пламени искупается, побушует — и неделю-другую довольный ходит, как кот, сметаны объевшийся.
Ифрит, значит. Была у меня вчера такая версия. Я даже почитал про них немного. Мол ифрит — это тяжелая артиллерия среди джинов. Мощный, вспыльчивый, сотканный из чистого огня. Такой не желания исполняет, а стирает до основания города и швыряется бурями, как обезьяна какашками.
В Коране они тоже упоминаются.
По-простому говоря, если джин — это волшебник, то ифрит — это волшебник после тройного эспрессо и вставший не с той ноги уже который день подряд. Однако…
— Тот пожарный боролся с пожаром, а не раздувал его. И еще он ребенка спас. Причем явно с трудом.
— Нет, ну а ты как думал? — всплеснул руками Бор. — Ифриты только разрушать могут, у них лава вместо крови и головешка вместо сердца?
— А разве не так?
— Скажи, ты видишь у меня лосиные рога, мох в бороде или одежду из коры?
— Вы их магией маскируете.
Леший фыркнул.
— Вы, люди, сами себе всякого напридумываете, а потом свято в это верите. Из поколения в поколение.
— То есть все мифы — ложь?
— Ну не все… — протянул дворник, задумавшись. — Я к тому, что в этой жизни по-разному бывает. Не нужно всех грести под одну гребенку. Можешь взять свои мифы за основу, но не забывай смотреть собственными глазами и думать собственной головой. Так дольше ее на плечах сохранишь. Если они она тебе дорога, конечно.
— Спасибо за совет, дедушка.
— Да иди уж. — махнул рукой он, спрятав улыбку в густой бороде. — Сейчас тебя впустят, трудягу.
+1 к Социальному взаимодействию. Вежливость города берет.
Тут не в вежливости дело, железяка, а том, что мифы и сказки не на пустом месте рождаются. Что бы ни говорил отдельно взятый леший. Самого вон как с простой фразы проняло. Не зря я столько времени себе на изучение различных сущностей выделил.
Жаль только, что к людям таких же инструкций не прилагается. К каждому приходится искать свой ключик. И не всегда этот ключ в принципе существует.
— Вы чего так рано? — поинтересовалась охранница, отпирая дверь. — Я раньше начала восьмого не прихожу. Иногда и позже бывает.
— Мне Борис Миронович уже сообщил. В следующий раз буду знать. А сегодня подготовиться нужно.
— Идите тогда. — сказала она, пропуская меня вперед себя. — И через турникет больше не прыгайте! Не солидно для учителя. Обзаведитесь уже пропуском!
Точно. Пропуск. Вчера ведь в администрацию так и не зашел. И сейчас тоже некогда. Нужно сперва в учительскую. И в методический кабинет. И зал подготовить. А времени осталось меньше часа. Ну ничего, успею.
Следующие сорок минут я весь в мыле и пене носился из кабинета в кабинет, высчитывал цифры, клацал по клавишам, печатал бумажки, листал журналы и чиркал ручкой. Коридор постепенно заполнялся детьми и принесенными им с собой шумом, но я не обращал внимания, полностью увлеченный процессом.
А потому, когда я в очередной раз выскочил из учительской, чтобы направиться уже в зал, то чуть не сшиб Галину Сергеевну, как раз собиравшуюся зайти внутрь. Собственно говоря, с ног я ее все-таки сбил, но вовремя поймал и не дал упасть, прихватив за талию. Так что за полноценное падение это не считается, и инцидент можно считать исчерпанным.
Так думал я. Но не она.
— Что вы себе позволяете⁈ — практически на ультразвуке взвизгнула завуч. — Немедленно отпустите! Не смейте меня трогать!
— Как скажете. — спокойно ответил я, подчинившись. — В следующий раз спрошу разрешения. Перед тем как поднять вас с пола.
Эльза Сосульковна, как прозвали ее дети, поправила юбку, поправила очки, поправила прическу и довольно быстро взяла себя в руки. И пусть взгляд ее по-прежнему метал молнии, внешне она выглядела, как ожившая ледяная скульптура.
— Что вы здесь делаете? — строгим тоном спросила женщина.
— Иду на урок. Заранее. Как вы и говорили.
— Я имею в виду: что вы делаете в школе?
— Работаю учителем физкультуры. Со вчерашнего дня. Мне казалось, вы в курсе.
— Хамить значит будем, да. — женщина сузила глаза и поджала губы. — И моего совета вы решили не слушать. Что ж…
Уверен, это стальное «что ж…», произнесенное тоном, каким гнут гвозди, многих заставило свернуть с выбранного пути. А кому-то наверняка и снилось в кошмарах, даже спустя годы после окончания школы. Вот только на меня подобные фокусы не действовали, и я продолжал невозмутимо смотреть даме в глаза, словно разучившийся моргать филин. Или скорее чучело филина. Такое же неподвижное и безразличное.
— Я отстраняю вас от работы за ненадлежащий внешний вид. — процедила Галина Сергеевна после весьма продолжительной паузы.
— Спортивный костюм соответствует нормам для учителей физической культуры.
— Ваша прядь. Вы ее так и не закрасили. Согласно уставу школы…
— Согласно уставу школы, учитель должен выглядеть опрятно. — перебил ее я, цитируя упомянутый ей же талмуд. — Одеваться в чистую, неброскую, невызывающую одежду. Избегать открытой демонстрации приверженности каким-либо течениям, субкультурам или культам, за исключением религий, разрешенных на территории Российской Федерации. Там нет ни слова про цвет волос. Или учительницу с фиолетовой прической вы тоже отстраните? Вряд ли это ее родной оттенок.
Краем глаза я заметил, что за спиной у завуча замерло несколько учеников и какой-то мужчина, но не придал этому значения. Стоят себе и стоят. На переменах в школе порой вообще не протолкнуться.
— Вы понимаете, что кроме четко прописанных правил существуют и другие… аспекты? — змеей прошипела женщина.
— Понимаю. Но вот отстранить меня на их основании вы не имеете права
— В таком случае вы не можете вести уроки без плана.
— Вот план. — я показал ей свежую распечатку.
— Он не соответствует КТП.
— Соответствует.
— КТП сбилось в отсутствии учителя.
— Я его откорректировал. Только закончил.
— Вы его что⁈
— Откорректировал. — повторил я. — Это значит внес изменения для соответствия изменившимся условиям. Переделанные КТП по каждому классу лежат на столе методиста. Что-то еще, или я могу приступить к исполнению непосредственных рабочих обязанностей?
Галина Сергеевна явно не готовилась к столь долгой осаде крепости, и аргументы у нее закончились.
— По распоряжению правительства установите Макс для получения информации. — выпалила она.
— Конечно. — легко согласился я. — Не поможете?
Я достал из кармана кнопочную нокию, и кто-то неподалеку, не сдержавшись, хохотнул. Этот звук привлек внимание женщины, она обернулась, и увидела, что за нашей перепалкой наблюдают. Те, на кого падал ее взгляд, тут же отворачивались.
— Я этого так не оставлю! — капая ядом, произнесла завуч и протиснулась мимо меня в учительскую.
— Ах да, Галина Сергеевна. — бросил ей в спину я. — Я под окнами спортзала скамеечку поставил. А то вам вчера, наверное, неудобно смотреть было. Но, если хотите, можете просто зайти через дверь. Вы мне не помешаете.
Бешенство — вероятность 90 %. — выдал Психо перед тем, как дверь учительской с грохотом захлопнулась у меня перед носом.
— 2 к Социальному взаимодействию.
Бешенства видеть мне еще не доводилось. И с чего бы? Мы же мило поболтали, я сообщил, что уладил проблему с Календарно-Тематическим Планированием. Даже помощь предложил.
Наверное… Да, не стоило ее перебивать. Но ведь она явно слегка подзабыла устав и могла попасть впросак, неверно его процитировав.
Попробуй разбери этих нормисов.
— Слышишь, Психо, я не хотел ничего плохого! Верни мои баллы.
[Бесполезно пытаться меня обмануть.]
— Не больно-то и хотелось.
С исчезновением завуча некоторые зрители шумно выдохнули и теперь смотрели на меня. Особенно интересно выглядел взгляд того самого мужчины слегка за тридцать в коричневых брюках и джемпере с оленями. Похожее выражение лица мне уже случалось видеть у детей моего класса. Или это не оно?
Уважение — вероятность 64 %.
+1 к Социальному взаимодействию.
Точно. Оно. И, выходит, невозможно иметь одинаково хорошую репутацию со всеми? Нужно балансировать? Обязательно поразмыслю об этом на досуге.
— Безумству храбрых поем мы песню. — изрек мужчина, когда я проходил мимо него. Он пристроился возле меня, и теперь мы вместе спускались по лестнице. — Галина Сергеевна теперь с тебя живого не слезет. Ничего что я на «ты»?
— Ничего. — разрешил я и, следуя правилам этикета, представился. — Роман.
— Кирилл Андреевич. Кирилл. Веду информатику. Ну и администрирую заодно на полставки.
Мы прямо на ходу пожали друг другу руки.
— Ты физрук новый? — спросил Кирилл.
— Да. И мне, кстати, нужна своя учетная запись. Это ведь к тебе?
— Ко мне. Сделаем. Первый урок есть?
— Есть.
— Жаль. У меня нет. Могли бы чаю попить. В другой раз тогда. Какой класс?
— Восьмые.
— Ну эти спокойные. Удачи.
Он повернул в сторону столовой, а я стремительно прошагал по коридору и ворвался в зал, на несколько секунд опередив школьный звонок. Журналы, благодаря старостам, уже лежали у меня на столе, а дети, как переодетые, так и нет, толпились в одной куче, увлеченно вглядываясь в мобилу в руках одного парнишки. Мое появление осталось для них незамеченным.
— Да я же вам говорю! — с азартом вещал обладатель смартфона. — Высоченный, как жираф! И быстрый, как Соник! Всех пожарных мигом обошел! А потом вжух — ребенок из окна вылетел! А он его раз — и поймал! Ваще отпад! Смотрите, смотрите — сейчас вот!
Ага. Значит видео с пожара все-таки есть. Ну что ж, посмотрим.