Ночной Багровый Атолл дышал соленой сыростью, гниющим деревом и разлитым элем. Ильясу этот терпкий коктейль казался слаще лучшего имперского вина.

Спускаясь по выбитым в красном камне ступеням к главной гавани, он невольно любовался своим новым приобретением. Тяжелый клановый фрегат «Огненный шквал» разительно отличался от окружающих его пиратских клиперов и купеческих лоханок. Хищный, зализанный профиль, черные просмоленные борта, усиленные защитной вязью, три высоченные мачты и два десятка пушечных портов. Настоящий плавучий форт, созданный для того, чтобы навязывать волю Великих Родов. И теперь этот шедевр магической инженерии принадлежал ему.

Ильяс неспешно шагал по мокрым доскам пирса. Синий бархат камзола с ледяными пуговицами жадно поглощал редкий свет портовых фонарей.

У широкого дубового трапа, ведущего на палубу фрегата, замерла вахтенная смена. Шестеро элитных гвардейцев Воронцовых в вороненых кирасах. Заметив приближающегося человека, вахтенные напряглись. Командир смены — широкоплечий ветеран с сединой на висках — преградил путь, положив ладонь на эфес палаша, а двое его людей привычным движением вскинули тяжелые артефактные мушкеты.

— Причал закрыт, сударь, — сухо, без лишнего почтения произнес офицер. — Это частная собственность Клана Воронцовых. Разворачивайтесь, пока ноги целы.

Ильяс остановился в трех шагах от трапа. Он смерил гвардейца долгим, немигающим взглядом, от которого у бывалого вояки невольно пробежал холодок по позвоночнику.

— Вы отстали от жизни, любезный, — ровно ответил маг. Его рука плавно скользнула за пазуху и извлекла скрепленный сургучом пергамент. Мразко небрежно бросил его под ноги командиру. — Ваш младший господин проигрался в пух и прах. Этот корабль отныне принадлежит моему Роду.

Гвардеец нахмурился, скользнул взглядом по знакомым вензелям на упавшей дарственной, но даже не попытался ее поднять. В его глазах мелькнуло узнавание, которое тут же сменилось презрительной, холодной яростью.

— Мразко, значит? — процедил ветеран. Раздался двойной щелчок взводимых курков. — Мне плевать, что там подписал наш щенок под дурманом. Боевые корабли Клана бродягам из уничтоженных семей не отдают. Проваливай в темноту, пока я не приказал сделать из тебя решето.

В воздухе повисла тяжелая пауза. Охранники ждали, что одиночка начнет качать права, угрожать имперским судом или попытается выхватить саблю. Но Ильяс даже не шелохнулся.

Дипломатия закончилась там, где на него наставили оружие.

Источник второго ранга внутри чародея беззвучно пульсировал. Серб не стал разбрасываться заклинаниями. Он просто позволил своей Ауре сорваться с поводка, направляя ее не широким фронтом, а узким, ювелирным ударом.

Воздух в горле офицера мгновенно замерз. Влага, покрывающая его дыхательные пути, выкристаллизовалась, превратившись в тончайшую корку бритвенно-острого льда. Ветеран страшно захрипел, его глаза расширились от первобытного ужаса. Он выронил палаш, схватившись обеими руками за собственное горло, и с глухим стуком рухнул на колени, судорожно хватая ртом пустоту. Лицо гвардейца на глазах приобретало синюшный оттенок.

Остальные солдаты оцепенели, не в силах даже пошевелить пальцами на спусковых крючках. От неподвижной фигуры в синем бархате повеяло такой абсолютной, смертоносной стужей, что стальные стволы мушкетов за секунду покрылись толстым слоем инея.

Мразко сделал шаг вперед, встав вплотную к задыхающемуся командиру, и посмотрел на него сверху вниз.

— Вы топчете мою собственность, — голос Ильяса звучал тихо, но каждое слово вбивалось в разум гвардейцев, как ледяной гвоздь. — У вас три секунды, чтобы освободить трап.

Маг чуть ослабил контроль. Командир с жадным, рваным всхлипом втянул спасительный воздух, едва не теряя сознание от боли в обожженных морозом легких.

Не дожидаясь окончания отсчета, гвардейцы побросали бесполезные промерзшие мушкеты на доски причала. Подхватив своего сипящего офицера под руки, они с животным проворством рванули прочь, растворяясь в портовой тьме. Клановая гордость испарилась перед лицом абсолютной, подавляющей силы.

В сознании Ильяса, вплетаясь в шум океана, довольно хмыкнул Малик Дэ Сад.

— Эффектно, князь, — прошептал демон, и в его голосе, отдающем разогретой медью и серой, явственно слышался оскал. — Но корабль мертв, пока его сердце не бьется. Посмотрим, как ты справишься с настоящим пламенем.

Ильяс брезгливо перешагнул через брошенное оружие, поднял с досок свою дарственную и неспешно, по-хозяйски, поднялся по трапу на палубу.

Владения были получены. Оставалось лишь приручить этого строптивого зверя.

Палуба «Огненного шквала» встретила нового владельца мертвой тишиной. Без экипажа и активированных защитных контуров тяжелый фрегат казался огромным, но совершенно беззащитным куском первоклассного дуба и стали.

Ильяс не стал задерживаться наверху. Инстинкты одаренного безошибочно вели его к источнику энергии. Спустившись по крутым трапам в самое брюхо корабля, чародей оказался в просторном машинном отделении.

Здесь царил густой, удушливый жар. В центре отсека, закованный в массивную бронзовую оправу, пульсировал огромный артефактный кристалл — сердце корабля. Он светился глубоким багровым светом, а покрывавшие его руны словно дышали, выжигая кислород.

Это была магия Огня. Густая, концентрированная, впитанная Кланом Воронцовых в сам скелет фрегата. Пока это сердце билось в чужом ритме, ни одна пушка не выстрелит по приказу Мразко, а защитные барьеры не поднимутся. Хуже того, Ядро физически отторгало ледяного мага — стоило Ильясу подойти ближе, как кристалл яростно вспыхнул, окатив человека волной сухого жара.

— Слияние противоположностей — забава для самоубийц, — вкрадчиво, с издевательской ноткой протянул Малик Дэ Сад. Запах разогретой меди и серы в отсеке стал почти осязаемым. — Этот камень годами питался пламенной Аурой Воронцовых. Влей в него свой мороз, и конфликт стихий разорвет твои духовные каналы в клочья. Предлагаю сделку, князь: капля моей личной силы, чтобы подавить огонь… под залог малейшей услуги в будущем.

— Я сам разберусь со своим имуществом, Малик, — холодно отрезал Ильяс, снимая синий бархатный камзол и аккуратно вешая его на медный вентиль.

Потомок турецкоподанного не был безумцем. Он был расчетливым игроком. Источник второго ранга пульсировал в груди, требуя развития, а перед ним лежал колоссальный резервуар чужой, бесхозной энергии. Если чужая магия сопротивляется — ее нужно сломать.

Оставшись в одной тонкой рубашке, чародей шагнул в самый центр багрового свечения. Жар немедленно обжег кожу, но Мразко даже не поморщился. Он подошел к бронзовой оправе и с силой впечатал обе ладони прямо в раскаленную поверхность рунического кристалла.

В ту же секунду мир взорвался болью.

Ядро взвыло, почувствовав вторжение первородной стужи. Чужая магия рванула по духовным каналам Ильяса, пытаясь выжечь дерзкого захватчика изнутри. Изо рта чародея вырвался сдавленный рык, из носа тонкой струйкой хлынула горячая кровь. Огонь пытался сварить его заживо, превратить кровь в пар.

Но лед в венах серба оказался злее.

Ильяс стиснул зубы и усилием воли распахнул свой Источник до предела, бросая в топку всю имеющуюся ману. Мороз и Пламя столкнулись в замкнутом пространстве артефакта с таким чудовищным давлением, что толстая бронза оправы затрещала по швам.

— Подчиняйся! — прохрипел Мразко, не разжимая окровавленных губ.

Полированная поверхность кристалла пошла мелкими трещинами. Под пальцами мага начало стремительно расползаться белое пятно абсолютного холода. Стужа безжалостно пожирала пламя, вымораживая старые клановые руны. Огненная вязь Воронцовых мигнула и с шипением погасла навсегда. На ее месте, словно морозный узор на зимнем стекле, расцвела новая, острая геометрия Рода Мразко.

Багровый свет в машинном отделении дрогнул и сменился пронзительным, режущим глаза сапфировым сиянием.

Конфликт стихий достиг пика, и произошло то, на что рассчитывал великий комбинатор. Оставшись без хозяйского контроля, остаточная мана огня сломалась под натиском льда. Раскрытый Источник Ильяса, словно изголодавшийся зверь, жадно втянул в себя эту очищенную, колоссальную силу.

Мага выгнуло дугой. Лед внутри вспыхнул ослепительным светом, выжигая слабость и грубо, с хрустом расширяя духовные каналы.

Система перед глазами взорвалась каскадом багровых уведомлений:

[ВНИМАНИЕ! Поглощена критическая масса энергии.]

[Конфликт стихий преодолен. Артефактное Ядро перековано.]

[Ранг Источника повышен! Текущий статус: Адепт (3 уровень).]

[Получен полный контроль над магической архитектурой судна.]

Ильяс с трудом оторвал руки от кристалла и, тяжело дыша, оперся о бронзовую решетку. Его била крупная дрожь от магического отката, рубашка насквозь пропиталась потом, но на бледном лице сияла хищная, торжествующая улыбка.

Машинное отделение теперь дышало благословенной прохладой. Огромное Ядро пульсировало ровным, спокойным голубым светом, послушно откликаясь на каждый стук сердца своего нового хозяина.

— Ставить жизнь на зеро и срывать банк… — уважительно пророкотал в подсознании владыка Инферно, забыв о своих издевках. — Мне определенно нравится твой стиль, князь.

— Я всегда забираю банк, если ставки достаточно высоки, — хрипло отозвался Ильяс, поднимаясь на ноги и подбирая камзол.

Он окинул взглядом обновленный кристалл, чувствуя, как возросшая мощь Адепта переполняет тело. Фрегат был готов к бою, магия подчинена, оставалась сущая мелочь — найти тех, кто поведет эту стальную громаду в море.

— Прощай, «Огненный шквал», — бросил чародей, направляясь к лестнице. — Отныне твое имя — «Абсолютный Ноль». И скоро оно заставит Великие Рода содрогнуться.

Горстки вчерашних мародеров, оставленных на корвете, едва хватало, чтобы просто поднимать паруса. Для управления тяжелым клановым фрегатом в бою Ильясу требовались настоящие специалисты. Искать их в портовых тавернах, где перепивались мелкие шулера и трусливые наемники, не имело смысла.

Мразко направился в Долговую Яму.

Это было самое мрачное место Багрового Атолла — глубокий, вырубленный в скале сырой котлован, где теневые бароны держали тех, кто проигрался в пух и прах или не смог расплатиться по векселям. Здесь гнили сломленные одаренные, разжалованные клановые офицеры и кабальные матросы.

Воздух в Яме был пропитан отчаянием, немытыми телами и ржавчиной. Ильяс спускался по влажным каменным ступеням, сопровождаемый лязгом цепей и хриплым кашлем заключенных. Синий бархат его камзола резко контрастировал с окружающей грязью, а ледяная Аура, плотным коконом окутывающая фигуру новоиспеченного Адепта, заставляла надсмотрщиков почтительно расступаться и прятать глаза.

Чародей не искал дешевое пушечное мясо. Он искал профессионализм, помноженный на ненависть.

У одной из железных решеток Ильяс остановился. За толстыми прутьями, прямо на холодном камне, сидел седой старик. Его правая нога была изуродована старым, плохо сросшимся переломом, а лицо испещрено глубокими морщинами. Но в тусклых глазах, смотревших на аристократа, не было ни страха, ни заискивания. Только тупая, застарелая злоба.

Память опального дворянина услужливо подсказала: старик был магом Воздуха из небольшого, давно уничтоженного северного Рода. Лучший штурман в этой части океана, попавший в кабалу после того, как его Клану перерезали глотки конкуренты.

— Вы умеете ловить ветер, штурман? — негромко, но властно спросил Ильяс, глядя сквозь решетку.

— Я умею выжимать шторм из мертвого штиля, ваше сиятельство, — хрипло отозвался старик, даже не попытавшись сменить позу. — Только кому это теперь нужно? Мой Род мертв, а я гнию здесь за долг в пятьсот империалов.

— Ваш долг погашен, — Ильяс небрежно бросил подошедшему надсмотрщику увесистый кошель с золотом, отнятым у Воронцова. — Открывай.

Затем маг прошел вдоль остальных камер, безошибочно выхватывая цепким взглядом нужных людей. Пятнадцать угрюмых, широкоплечих ветеранов-артиллеристов. Их спины исполосовали плетьми, а лица покрывала въевшаяся пороховая гарь, но они все еще походили на старых, битых жизнью боевых псов, готовых вцепиться в глотку по первой команде.

Спустя час Ильяс стоял на палубе «Абсолютного Ноля», возвышаясь над шеренгой выкупленных каторжников. Оборванные, измученные, они щурились на предрассветное небо и недоверчиво смотрели на своего нового, пугающе спокойного хозяина. Вчерашние пираты с корвета жались к мачтам, с опаской поглядывая на хмурое пополнение.

— Я не собираюсь играть с вами в благородство, господа, — голос Мразко, усиленный мощью Источника третьего ранга, раскатился по палубе, заставив ветеранов выпрямиться. — Я вытащил вас из дерьма не ради милосердия. Мне нужны те, кто умеет заставлять пушки метко стрелять, а тяжелые корабли — летать по волнам.

Ильяс достал из-за пазухи толстую пачку долговых контрактов, которые только что забрал у тюремщиков. Одно короткое усилие воли — и пергаменты вспыхнули морозным пламенем, мгновенно осыпаясь на палубу мелким, колючим снегом.

Каторжники потрясенно выдохнули.

— Ваших долгов больше нет, — ледяным тоном продолжил аристократ, обводя команду тяжелым, пронизывающим взглядом. — Я не предлагаю вам новую кабалу. Я предлагаю вам сделку. Род Мразко возвращается в игру. Взамен на абсолютную, железную дисциплину я даю вам шанс отомстить миру, который вышвырнул вас на обочину. Вы станете костяком моей новой клановой гвардии. Будете убивать по моему приказу, и ваши карманы будут рваться от трофейного золота.

Ильяс выдержал идеальную паузу, позволив своим словам впитаться в их ожесточенные души.

— Тот, кто откажется, может прямо сейчас сойти на берег свободным человеком, — бросил чародей, отворачиваясь к борту. — Тот, кто останется, принесет мне клятву на крови. Решайте.

Тишина длилась недолго. Старый штурман, тяжело прихрамывая, первым вышел из строя. Он достал из-за голенища чудом сохранившийся кривой нож, без колебаний полоснул себя по ладони и опустился на одно колено, прижимая окровавленную руку к холодным доскам фрегата.

— Мой ветер — ваш ветер, господин, — глухо произнес маг Воздуха.

Следом, не сговариваясь и не проронив ни слова, на колени опустились пятнадцать ветеранов-артиллеристов. Воздух на палубе сгустился, пропитанный тяжелой, нерушимой магией добровольной клятвы.

В воздухе едва уловимо запахло разогретой медью и пеплом.

— Искусная покупка отчаявшихся душ, князь. Мне нравится твоя валюта, — довольно проурчал в подсознании Малик Дэ Сад.

Свита была собрана. Великий комбинатор получил свои фигуры на доске.

Но проверять их преданность и навыки в тепличных условиях не пришлось. В утреннем тумане, закрывая выход из бухты Багрового Атолла, зловеще проступили силуэты трех маневренных боевых шхун. На их мачтах не было флагов, но пушечные порты уже были открыты, а жерла орудий смотрели прямо на «Абсолютный Ноль».

Рассветный туман над Багровым Атоллом был густым, холодным и отдавал солью. Но даже эта белесая пелена не могла скрыть очевидного — выход в открытый океан перекрыт.

Три боевые шхуны выстроились идеальным полумесяцем, блокируя узкий глубоководный фарватер. Это были не портовые мародеры на гнилых лоханках, а профессиональные наемники. Узкие, маневренные корпуса без гербов и флагов, открытые пушечные порты и хищная слаженность маневров говорили сами за себя. Младший Воронцов, сгорая от позора и животного страха перед отцом, за ночь выпотрошил все свои тайники, чтобы нанять эскадру и пустить фрегат ко дну в нейтральных водах.

На палубе «Абсолютного Ноля» повисла тяжелая, звенящая тишина. Выкупленные артиллеристы угрюмо замерли у бронзовых орудий, сжимая тлеющие запалы, а старый штурман напряженно вглядывался в серую пелену, ожидая приказа. Вчерашние мародеры затравленно переглядывались.

С флагманской шхуны наемников, стоявшей ровно по центру пролива, раздался многократно усиленный простеньким артефактом голос:

— Говорит капитан эскадры! Вы отрезаны от океана! Мы знаем, что на фрегате нет полного экипажа! Заглушите Ядро, спустите паруса и верните корабль законному владельцу! В обмен я гарантирую вашей команде жизнь и безопасный проход на берег! Это первое и последнее предложение!

Слова наемника гулким эхом отскочили от красных скал. В них отчетливо сквозил блеф. Капитан шхуны прекрасно понимал, что штурмовать клановый фрегат — это верная смерть для половины его людей, и пытался взять одинокого аристократа на испуг. Никто в здравом уме не оставляет в живых свидетелей кланового позора.

Ильяс стоял на капитанском мостике. Утренний бриз трепал тяжелый синий бархат его камзола, но лицо мага оставалось холодным и непроницаемым, словно высеченным из ледника. Авантюрная душа великого комбинатора оскорбилась столь неумелой, откровенно дешевой попыткой блефа.

В голове, вплетаясь в шум прибоя, бархатно рассмеялся владыка Инферно:

— Какой трогательный ультиматум, князь. Тебе предлагают жизнь в обмен на железо. Будем вести светские беседы или сразу пустим им кровь?

— Мой Род не торгуется с падальщиками, Малик, — одними губами ответил Мразко.

Маг не стал искать переговорный рупор. Он оперся ладонями о дубовые перила мостика и, черпая силу из перекованного Ядра корабля, напрямую влил в свои связки чистую, концентрированную ману Источника третьего ранга.

Его слова не просто разнеслись над водой — они физически ударили по перепонкам каждого матроса на вражеских шхунах, заставляя воздух над гаванью заискриться от невидимой изморози.

— Вы обращаетесь к лорду Ильясу Мразко, — смертельно холодный, резонирующий тон заставил содрогнуться даже его собственную команду. — Я не веду переговоры с мусором, плавающим в моем фарватере. Очистите проход. Или останетесь на этом дне. Навсегда.

Тишина, повисшая над бухтой после этого ответа, была красноречивее любых слов. Наемники поняли: этот сумасшедший маг льда не шутит и сдаваться не собирается.

Спустя мгновение над флагманской шхуной взвился красный вымпел — приказ, отменяющий всякую дипломатию.

— Залп! Топите этого ублюдка! — истерично рявкнул в рупор командир наемников.

Утро разорвал оглушительный грохот. Борта вражеской эскадры заволокло густым пороховым дымом, и десятки тяжелых кинетических снарядов, расчертив туман серыми шлейфами, с воем устремились к «Абсолютному Нолю».

Рассветный туман разорвали вспышки выстрелов. Гулкий, тяжелый грохот прокатился над гаванью, и десятки кинетических снарядов с воем устремились к «Абсолютному Нолю». Наемники били прицельно, надеясь снести мачты и превратить палубу в кровавое месиво.

Ильяс не стал возводить громоздкие щиты или отдавать суетливые приказы. Стоя на мостике, чародей ментально потянулся к перекованному Ядру в машинном отделении. Источник Адепта и сердце фрегата слились в единый, безупречный ритм. Маг резко выбросил руки вперед, сжимая кулаки.

Вода перед форштевнем корабля мгновенно вскипела, кристаллизуясь с оглушительным, режущим слух хрустом. Из бушующей пены вырос исполинский, монолитный клин чистейшего синего льда, намертво сросшийся со стальной обшивкой. Фрегат обзавелся гигантским, бритвенно-острым тараном.

— Штурман! — не оборачиваясь, бросил Мразко. — Раздавите их.

Старый маг Воздуха, намертво вцепившийся в штурвал, хищно оскалился. Его изуродованная нога прочно уперлась в доски, а бледная Аура вспыхнула холодным серебром. Штиль над бухтой исчез. Паруса кланового фрегата с пушечным хлопком выгнулись, поймав яростный, искусственно вызванный шквал.

Огромный тяжелый корабль с устрашающим рыком рванул с места, набирая немыслимую для своих габаритов скорость. Чугунные болванки наемников с жалким визгом рикошетили от защитной рунической вязи, вспыхнувшей вдоль бортов, оставляя лишь рябь на магическом барьере.

Капитан флагманской шхуны, осознав маневр сумасшедшего аристократа, в панике закричал, требуя отвернуть, но было слишком поздно.

Ледяной таран вошел в деревянный борт флагмана со звуком ломающихся костей великана.

«Абсолютный Ноль» на полном ходу вспорол вражеский корабль, как гнилое сукно. Шпангоуты брызнули щепой, мачты наемников с оглушительным треском рухнули в воду, увлекая за собой кричащих матросов. Тяжелый фрегат, даже не замедлив хода, прошел сквозь разломанную надвое шхуну, оставляя за кормой лишь обломки и кровавую пену.

Две оставшиеся шхуны, оказавшись по левому и правому борту, попытались дать разрозненный залп вдогонку.

— Орудия! — голос Ильяса, усиленный маной, перекрыл стоны тонущих и плеск волн.

Пятнадцать выкупленных ветеранов-артиллеристов, до этого замерших в ожидании, сработали как единый, вышколенный механизм. Зажженные фитили коснулись запалов. Фрегат содрогнулся от синхронного бортового залпа.

Но из бронзовых стволов вырвался не огонь. В момент выстрела чародей пропустил через орудия волну концентрированной первородной стужи. Тяжелые ядра, окутанные плотной морозной дымкой, с воем ударили не в обшивку, а прямо в воду перед носами вражеских кораблей.

Океан мгновенно побелел. С пугающим, нарастающим скрежетом вода вокруг шхун превратилась в толстые, монолитные панцири пакового льда. Корабли наемников застряли в западне, накренившись под неестественными углами. Их пушечные порты наглухо закупорило морозной коркой, превращая маневренные суда в беспомощные, дрейфующие статуи собственного позора.

Бой завершился так же стремительно, как и начался.

На палубе «Абсолютного Ноля» воцарилась тяжелая тишина, нарушаемая лишь гудением ветра в снастях. Вчерашние каторжники с благоговением и первобытным страхом смотрели на своего лорда.

В сознании, заглушая шум прибоя, довольно, с металлическим лязгом рассмеялся Малик Дэ Сад. Запах разогретой меди и серы сменился тонким ароматом кровавого триумфа.

— Изящная партия, князь. Ты стер их в порошок, даже не запачкав бархат, — пророкотал владыка Инферно.

Системный интерфейс вспыхнул багровым пламенем, разворачивая перед глазами долгожданные уведомления:

[Задание «Блокада фарватера» перевыполнено.]

[Получено достижение: «Кровавое крещение флота».]

[Фракция «Торговая Компания Мразко» официально зарегистрирована в реестрах Инферно. Уровень угрозы для Клана Воронцовых: Опасно.]

Ильяс невозмутимо стряхнул с рукава невидимую пылинку и подошел к фальшборту. Среди плавающих обломков переломанного флагмана судорожно цеплялись за жизнь несколько уцелевших матросов. Чуть поодаль, вцепившись в бочонок, трясся капитан наемников.

Маг льда небрежным пассом руки выморозил из океана небольшую, но крепкую льдину, подтолкнув ее к командиру эскадры.

— Я оставлю вам жизнь, любезный, — голос чародея эхом разнесся над затихшей гаванью. — У меня для вас есть поручение. Возвращайтесь на берег и найдите щенка Воронцовых. Передайте ему одно-единственное послание.

Мразко выдержал ледяную паузу, позволив страху окончательно парализовать волю побежденного врага.

— Передайте, что Ильяс Михеевич Мразко настоятельно рекомендует Клану готовить активы к изъятию, — отчеканил великий комбинатор. — Мой Род открывает сезон большой охоты.

Беглый дворянин брезгливо отвернулся от барахтающихся неудачников и посмотрел на старого штурмана.

— Курс в открытый океан, — скомандовал Адепт, глядя на занимающуюся за горизонтом зарю. — Идем забирать свое.

Тяжелый клановый фрегат, гордо неся новое имя и разрезая волны, устремился навстречу большой игре. Война за передел собственности Великих Родов официально началась.