Символ королевской власти, за который сражался весь сервер, — «Божественный меч Паньгу» — так и остался лежать брошенным у подножия Горы Диких Кабанов.

Чжоу Далэю казалось, что ему в сердце вонзили нож, причем провернули его пару раз. Настоящий удар под дых.

Толпа игрозависимых подростков едва не кинулась отнимать мышку у полицейского, но остатки здравого смысла удерживали на месте: нельзя, глупо, бесполезно, не нарывайся. Терпи. Ради всего святого, терпи.

Полицейский снова ткнул пальцем в монитор, где игровой дикий кабан бегал вокруг сияющего на земле меча:

— Это всего лишь кучка пикселей. Я не против того, чтобы молодежь играла в игры, но делать это нужно в меру и с правильными ценностями. Давайте вернемся к теме гармоничного общества. Итак, гармоничное общество…

После получасовой лекции об общественной морали у всех в головах крутились только эти два слова.

Се Юй устал стоять на корточках и, выбрав момент, когда на него никто не смотрел, просто сел на пол.

Чжоу Далэй заметил это боковым зрением:

— Лао Се, сачкуешь.

Се Юй похлопал по полу рядом с собой:

— Садись тоже.

— … — Далэй колебался пару секунд, но сдулся: — Не, не рискну. Вдруг этот коп заставит меня зайти на аккаунт и поудаляет все остальное шмотье, которое я фармил кровью и потом? Моя нежная психика этого не переживет.

Се Юй хмыкнул:

— Ну и трус.

Когда лекция подошла к концу, полицейский решил проверить усвоенный материал. Он громко прокашлялся и, словно армейский инструктор, рявкнул на весь кабинет:

— Я задаю вопрос, вы хором отвечаете! Что такое гармоничное общество?

В ответ тишина.

Только что целый час слушали про это самое общество, но никто ведь не предупреждал, что в конце будет опрос. Кто вообще слушал? То, что они досидели до конца и не уснули, уже было чудом.

— Э-это… ну… это… — невнятный гул пронесся по рядам, но продолжить никто не смог.

Полицейский окинул толпу строгим взглядом и ткнул пальцем в конкретного человека:

— Эй, пацифист в маске, отвечай. Ты-то должен знать.

Хэ Чао, который уже откровенно засыпал, вскинул голову:

— Я?

Коп кивнул:

— Да, ты. Давай.

Хэ Чао вообще понятия не имел, о чем речь. Он огляделся по сторонам, но подсказывать ему никто не собирался. Поразмыслив секунду, он уверенно выдал:

— Я выбираю вариант «В».

— …

Из-за этого ответа Хэ Чао объем объяснительных для всех вырос с двух тысяч слов до трех.

Причем условия для написания были просто спартанскими: столов не дали, писать пришлось прямо на коленях. Се Юй положил лист бумаги на колено, но стоило ему нажать на ручку чуть сильнее, как стержень проткнул бумагу.

Каждые пару строчек — новая дырка. К началу второй страницы Се Юй окончательно потерял терпение и раздраженно выругался:

— Блядь.

— Спокойнее, друг, дыши ровнее, — раздался голос напротив.

Хэ Чао сидел в какой-то нелепой позе. Буквы под его пером неслись с такой скоростью, что казалось, они сейчас взлетят с листа. При этом он с философским спокойствием рассуждал:

— Жизнь полна трудностей, которые мы не можем предвидеть, но мы должны их пре… Сука! Да пошло оно все! Эта бумага что, туалетная? Я едва коснулся, а она порвалась!

Се Юй поднял глаза. Лист А4 под рукой Хэ Чао разорвался почти пополам, а каракули на нем заставляли усомниться, что автор вообще умеет писать. Похоже, Чао пытался соединить все слова в одну бесконечную волнистую линию.

Хэ Чао взял новый лист. Парень, сидевший рядом с ним, завороженно наблюдал за его «каллиграфией» и наконец восхищенно присвистнул:

— Я все думал, как ты так быстро пишешь. Это что вообще за шифр?

Хэ Чао гордо улыбнулся:

— Круто выглядит, скажи же?

Се Юй сухо заметил:

— Твоей уверенности в себе можно только позавидовать.

Чжоу Далэю надоело писать, и он решил поболтать:

— Слышь, гроза серверов, так ты реально у них за главного?

Хэ Чао оторвался от писанины. На его шее на красном шнурке висел простой круглый амулет из нефрита — плоский диск с отверстием посередине.

— За главного? Да не особо. В интернет-клубе познакомились, иногда вместе катаем.

Теперь, когда фиолетовый меч был уничтожен, драться смысла больше не было, а совместное отбывание наказания сближало. Но Далэй все же спросил:

— Так это ты придумал меч отжать?

— Мне делать больше нечего — трое суток у босса дежурить? — Хэ Чао вздохнул. — Но вообще, чувак, сорян. Идея действительно моя, но я просто ляпнул в шутку. Не думал, что эти придурки воспримут все так буквально.

Ребята жаловались, что хотят меч Паньгу, а босса завалить не могут. Вот он и брякнул: «Ну так отнимите у тех, кто завалит». Кто же знал, что они реально пойдут на это.

Далэй нахмурился:

— А перед дракой ты зачем вылез права качать?

— Ну, раз уж вы собрались махаться, надо делать это с огоньком, понимаешь? А у вас атмосфера была какая-то тухлая. Я просто хотел разрядить обстановку. Честно, бро, без обид.

Чжоу Далэй:

— …

Звучало это как-то дико.

Се Юй добавил:

— Ну тогда спасибо тебе огромное.

Хэ Чао улыбнулся:

— Да не за что.

Объяснительные сдали только к вечеру — один из парней писал черепашьим шагом, а отпускали только всех разом. Пришлось ждать.

— Каких-то три тысячи слов — и ты уже сдался? Слабак, — пытался подначивать его Хэ Чао, но быстро понял, что парень безнадежен. — Смотри, как надо: «Я совершил ошибку, глубоко раскаиваюсь, обещаю больше так не делать». А дальше распиши свои планы на светлое будущее. Пиши давай, я диктую.

Се Юй молча наблюдал со стороны. Пока все остальные уже закончили, тот бедолага едва дополз до середины первого листа. Се Юй не любил разводить демагогию, как Хэ Чао, и обошелся всего одной фразой, от которой парень чуть не разплакался:

— Скажи честно, ты начальную школу вообще закончил?

— …

— Все сдали? — полицейский вернулся в кабинет после очередного вызова, взял стопку листов и бегло пролистал их. — Ладно, свободны. На первый раз прощаем, даем вам шанс исправиться. Надеюсь, больше вас тут не увижу. Неважно, сколько вам лет, за свои поступки нужно отвечать.

Толпа радостно загудела:

— Конечно, дядя полицейский!

— Больше ни-ни!

— Будем строить гармоничное общество!

— А теперь, — скомандовал полицейский, — постройтесь в две шеренги, как на входе.

Чжоу Далэй решил, что их сейчас будут строем выводить. Уважает полиция дисциплину, ничего не скажешь.

Се Юй и Хэ Чао встали друг напротив друга. Чао уже успел натянуть свою маску, оставив открытыми только глаза.

Когда все замерли по стойке смирно, коп выдал такое, от чего у всех челюсти поотвисали:

— Наше отделение практикует метод воспитания любовью. Для профилактики правонарушений среди молодежи мы используем психологическое сближение. А именно: пожмите друг другу руки, обнимитесь и скажите «Я люблю тебя, мой друг». Чтобы прочувствовать всю суть гармоничного общества. Мир прекрасен, дети, и в нем должна царить любовь.

Се Юй:

— …

Хэ Чао:

— …

Чжоу Далэй:

— …?!

Что за садисты работают в этом отделении?!

*В семь вечера Се Юй сидел в лапшичной и листал ленту в телефоне, ожидая, пока Чжоу Далэй доест вторую порцию рамена.

— Бля, я больше в жизни в этом районе драться не буду, — прошамкал Далэй с набитым ртом, ковыряясь палочками в тарелке. — Это просто жесть какая-то.

Се Юй отложил телефон:

— Прожуй сначала.

Далэй с трудом проглотил лапшу:

— Я, Лэй-цзы, шестнадцать лет на улице живу, но такого кошмара еще не видел! «Я люблю тебя, мой друг»? Серьезно?! Как после такого пацанам в глаза смотреть?

Юный уличный боец страдал так искренне, что под конец выдал:

— Я все могу понять, но этот бесстыжий придурок в маске… Как он вообще умудрился обнять меня с таким одухотворенным лицом?!

При упоминании объятий Се Юя передернуло.

Хэ Чао действительно пострадал меньше всех. Он без малейших колебаний схватил Се Юя за руку, крепко прижал к себе за плечи и с выражением произнес заветную фразу, словно встретил брата после многолетней разлуки.

На улице окончательно стемнело, поднялся прохладный вечерний ветер, разгоняя дневной зной.

— Знаешь, Лао Се… этот фиолетовый меч… — тихо заговорил Чжоу Далэй, откладывая палочки. — Я ведь не из-за пикселей расстроился. Сам знаешь, учеба — это не мое. Учебники открываю, а там будто на эльфийском написано. Родителям в шашлычной помогать надо, работа тяжелая, устают они сильно. А что я умею? Только в компы играть. Но играю-то я хорошо, шмотки вот продаю… Как думаешь, у меня есть шанс попасть в киберспорт?

Се Юй молча слушал друга.

— Да ладно, забей, это я так, бред несу. Кому нужно это геймерство, разве это профессия? — Далэй вытер рот салфеткой и поднялся. — Пошли, поздно уже. Ты матери хоть сказал, куда ушел? Опять ведь дергаться будет.

Обычно Чжоу Далэй казался всем беззаботным раздолбаем, типичным уличным хулиганом без планов на будущее.

В колледже он встречался с девчонкой. Та сначала думала, что круто мутить с «плохим парнем», а как переросла этот период, сразу начала его стыдить, мол, ни к чему не стремишься, отстой полный, и как она вообще могла с ним связаться.

Но Се Юй знал другого Далэя.

— Лэй-цзы.

— А?

— Тебе нравится играть?

— Ну да, нравится.

— И как играешь?

Чжоу Далэй решил, что друг просто поддерживает разговор, и бросил на ходу:

— Да вообще топчик.

Се Юй отстал на пару шагов. Далэй обернулся, собираясь поторопить его, но Се Юй посмотрел на него и твердо произнес:

— Я верю, что у тебя все получится.

Чжоу Далэй замер.

Се Юй улыбнулся:

— Ты действительно играешь круто.