Когда Хэ Чао протянул руку и взял его ладонь, Се Юй по привычке ответил на рукопожатие — не отдёрнулся, не колеблясь ни секунды.

Небо темнело.

Всё вокруг окрасилось в красные тона: земля была усыпана мелкими ошмётками взорванных хлопушек, а вдоль всей улицы висели фонари, то вспыхивая, то затухая.

Пройдя плечом к плечу совсем немного, они наткнулись на лоток с сахарными[1] фигурками. Хэ Чао глянул на них пару раз, сжал ладонь Се Юя покрепче и потянул его в ту сторону:

— Гэ угостит тебя сладким?

Вокруг лотка толпились туристки.

Янтарно-жёлтый, полупрозрачный сироп поблёскивал в свете уличных фонарей за спиной. Лоточник работал умело — в два-три движения изобразил оскаленного, хищно растопыренного дракона.

Раздались дружные возгласы одобрения.

— Не надоело ребячеством заниматься? — Се Юю не хотелось протискиваться сквозь очередь. — Сколько тебе лет?

Хэ Чао ткнул пальцем в одну из фигурок и громко сказал продавцу:

— Мастер, нам вот эту.

Когда-то Хэ Чао таскал с собой сладости, чтобы бросить курить. Потом это вошло в привычку. Даже если ел нечасто, всё равно, заходя в школьный буфет, покупал парочку леденцов и совал в карман формы — про запас.

А когда они уже сдружились, Сюй Цинцин и остальные девчонки осмелели и порой подходили стрелять конфеты:

— Чао-гэ, у тебя ещё остались леденцы?

В то время Хэ Чао «тонул в играх» и никто — как бы плохо ни сдавали экзамены — не мог сдвинуть его с последнего места. Уткнувшись в телефон, он отмахивался от них:

— Погодите немного, у меня тут решающий момент.

Се Юй, который тогда как раз проснулся, лежал головой на руках и прямо в такой позе залез к нему в карман за конфетой.

Сюй Цинцин на секунду замерла, а потом быстро замахала рукой:

— Мне клубничную!

Се Юй не слишком любезно буркнул:

— Угу.

У Хэ Чао та игра быстро закончилась проигрышем, но он немного слукавил, сделав вид, будто всё ещё занят прохождением уровня.

…

Вспомнив это, Се Юй посмотрел на сахарную фигурку в своей руке. Подумал мгновение и всё же наклонился, чтобы попробовать её.

Приторно-сладкая.

Они стояли очень близко друг к другу, а узор, выведенный из тростникового сахара, был шириной всего в пол-ладони.

Хэ Чао наклонился и откусил леденец с другой стороны.

Издалека донеслись глухие, древние удары колокола.

В тот самый миг, когда раздался звон, по обеим сторонам улицы один за другим зажглись фонари.

Свет побежал вперед, освещая дорогу, по которой они пришли, сливаясь с сиянием бумажных фонариков, и вся храмовая ярмарка вспыхнула огнями.

За этой площадью начиналась торговая улица.

Се Юй хотел купить какой-нибудь подарок для Гу Сюэлань. Он зашел в магазин, но, перебрав кучу вещей, так ничего и не выбрал. На стене висело много шейных платков, однако тех, что подошли бы его маме, нашлось до обидного мало.

Хэ Чао тем временем тоже присматривал подарки:

— Как тебе вот это? Старик Хэ, получив такое, точно будет в восторге… Сдержанно и при этом стильно, ретро с элементами модерна.

Се Юй стоял рядом, и у него от этих слов заболела голова.

Хэ Чао держал в руках совершенно неказистую кружку — такую безвкусную, что эта дикая пошлятина, казалось, вот-вот выплеснется через край. Классика восьмидесятых: сине-красно-зеленая гамма, а на боку выведены шесть крупных иероглифов: «Папа, ты хорошо потрудился».

— Ты это серьезно? — спросил Се Юй.

— Я что, по-твоему, похож на шутника? — ответил Хэ Чао.

— Гэ, ты крут, — Се Юй окинул взглядом остальной товар на полке и добавил с искренним чувством: — Реально крут. Из всей этой горы вещей ты с первого взгляда умудрился выцепить самую уродливую.

Хэ Чао:

— …

Сказав это, Се Юй вспомнил, что характер у Хэ Чао точь-в-точь отцовский, будто они из одной формы отлиты. Он подумал, что это у них семейное — так выбирать подарки, и спросил:

— А что твой отец обычно дарит тебе на праздники?

Хэ Чао поставил кружку обратно, задумался и нехотя ответил:

— Это… в двух словах не объяснишь.

Се Юй удивленно приподнял бровь.

— Погоди, сейчас найду.

Хэ Чао достал телефон, долго копался в нем, а потом вставил один наушник Се Юю в ухо.

Наушник держался плохо, и Се Юй придержал его пальцем.

На экране открылся чат Хэ Чао с его отцом. Судя по датам сообщений, это было на прошлый день рождения парня.

[Старик Хэ]: Сынок, лови подарок на день рождения.

[Старик Хэ]: [Видео].

На видео была запечатлена группа африканских детей в ярких одеждах. Стоящие впереди держали табличку, на которой мелом было написано в три строки: «Хэ Чао, с днем рождения! Желаем здоровья и исполнения желаний. Папа всегда будет тебя любить!»

— Любить! — выкрикивал вожак группы, и дети хором повторяли за ним. А в конце видео они ещё и исполнили забавный танец.

Это был двойной удар — и по глазам, и по ушам.

— …

Се Юй, совершенно не ожидавший увидеть такое, застыл, не зная, что сказать.

Пока он подбирал слова, Хэ Чао с улыбкой добавил:

— Меня это тогда, кстати, очень сильно тронуло.

Се Юй ещё немного помолчал и понял, что никакие слова не смогут передать его нынешнее состояние. В конце концов он впихнул ужасную кружку обратно в руки Хэ Чао и произнес, окончательно сраженный:

— Гены у вас в семье — просто потрясающие.

Посреди торговой улицы они встретили Сюй Цинцин и компанию. Время сбора уже поджимало, поэтому они вместе направились к автобусам.

— Цин-гэ, ты что, молоток себе купила? — спросил Хэ Чао.

Сюй Цинцин подняла деревянную массажную колотушку и помахала ею перед его лицом:

— Это не молоток! Я решила, что слишком много занимаюсь и мне просто необходим массаж…

Хэ Чао со смехом отобрал у неё колотушку и всю дорогу от нечего делать постукивал ею Се Юя по спине.

Он стучал до тех пор, пока Се Юй не начал закипать, едва не устроив показательную драку прямо на глазах у всех.

— Все в сборе? — Лю Цуньхао стоял во главе строя и озирался вокруг. — Не разбегайтесь, сейчас я вас пересчитаю…

Пересчитав одноклассников, он обнаружил, что двоих не хватает.

Ло Вэньцян созвонился с пропавшими и, повесив трубку, сообщил:

— Они уже на подходе. Давайте подождем их здесь. Как раз скоро начнется салют.

Вечернее пиротехническое шоу длилось около десяти минут. Яркие залпы взлетали прямо над гладью озера.

Место сбора класса находилось у самой кромки воды. Когда Старина Тан подошел, Се Юй и Хэ Чао сидели прямо на ограждении набережной — смелости им было не занимать. Они упирались руками в перила, свесив ноги вниз и слегка подавшись корпусом вперед навстречу ветру.

— Вау, какая красота! — кричали остальные ребята, прильнув к ограждению и высунувшись вперед.

Фейерверк отражался в их глазах яркими искрами.

— Ночью из номеров ни ногой. Никаких ночных прогулок. Сидите тихо в своих комнатах и отдыхайте. Если кого поймаю — сразу выпишу выговор, — на обратном пути Старина Тан, не слишком доверяя их дисциплине, раз за разом повторял правила. — Всем всё понятно?

Ребята тут же начали переговариваться:

— Для интересного вечера на улицу выходить необязательно! Играем в Монополию, не хватает одного человека. Кто с нами? Номер 3009, ждем единомышленников.

— А у нас Мафия для профи.

— Я пойду!

— И меня запишите!

Се Юя, которому с его везением всегда выпадали лучшие карты, звать не стали. Кто-то крикнул:

— Чао-гэ, пойдешь к нам? Ждем в 3009.

— Не, — улыбнулся Хэ Чао. — У нас со Стариной Се свои планы на вечер.

Из-за большого количества учеников школа забронировала номера в трех разных гостиницах. Отель, где заселился их класс, находился ближе к центру города и был более комфортабельным.

Интересный вечер действительно не требовал выхода на улицу.

Се Юй быстро принял душ. Едва он открыл дверь ванной, как Хэ Чао преградил ему путь.

Уперев одну руку в стену, второй он медленно расстегивал пуговицы на рубашке, начиная с третьей:

— Ну что… поиграем во что-нибудь другое? Например, в меня.

Се Юй подумал, что этот придурок просто не может прожить и дня без пошлых заигрываний.

Он молча подался вперед. Капли с его влажных волос падали на грудь Хэ Чао. Се Юй прижался губами к его кадыку, а затем слегка прикусил его зубами.

Это место было очень чувствительным, и Хэ Чао тихо прошипел сквозь зубы.

«Этот парень, — подумал Хэ Чао, — с виду такой невозмутимый, а дразнить умеет лучше любого профессионала».

После этого невинного укуса ситуация быстро вышла из-под контроля.

Когда Се Юй пришел в себя, одежда, которую он только что надел, была уже сброшена на пол.

Се Юй полусидел, прижавшись спиной к изголовью кровати. Сначала он просто запустил пальцы в волосы Хэ Чао, но когда парень опустился ниже, Се Юй невольно сжал пальцы сильнее, вцепляясь в его пряди.

Опасаясь плохой звукоизоляции в номере, Се Юй уткнулся лицом в шею Хэ Чао, стараясь сдерживать вздохи.

Затем он приподнял руку, пытаясь зажать себе рот ладонью, и сам не заметил, как прикусил сустав собственного пальца.

На его тонких пальцах остался влажный след от зубов. Но сдавленные, низкие стоны всё равно прорывались наружу. В самый пиковый момент он тихо, но упрямо прошептал:

— Хэ Чао, ты… черт…

— Не кусай себя, — Хэ Чао наклонился и нежно поцеловал сустав его пальца, хрипло прошептав: — …Послушай гэ.

Се Юй опустил руку и крепко сжал простыню под собой. На его бледной коже красный шнурок на запястье выделялся особенно ярко.

Когда всё закончилось и пришло время снова идти в душ, Се Юй почувствовал, что у него подкашиваются ноги.

На полу валялась разбросанная одежда.

Хэ Чао предложил помочь ему дойти, но Се Юй, мгновенно сменив ласковый тон на холодный, бросил:

— Отвали.

Придерживаясь за стену, он подобрал свои вещи и босиком ушел в ванную.

Се Юй ополоснулся быстро. Едва он выключил воду, как в дверь их номера настойчиво постучали.

— Босс, вы тут?

— В этом номере они живут? Да, кажется, в этом.

— Босс!

— Чего вам? — Хэ Чао приоткрыл дверь. Рубашка на нем была расстегнута, и в вырезе воротника виднелись две свежие царапины от ногтей. — Спать не собираетесь?

Вань Да попытался заглянуть внутрь:

— А где Юй-гэ?

Хэ Чао цыкнул и мягко оттолкнул его голову назад:

— Нечего туда смотреть, он в душе. Говорите быстрее, что нужно.

— Мы тут подумали… Не хотите составить нам компанию в одном мужском приключении?

Ребятам надоело играть в карты, спать не хотелось из-за избытка энергии, и они вспомнили, что неподалеку есть парк. А в парке, по слухам, находился знаменитый Фонтан желаний.

Ло Вэньцян добавил:

— Да-да, отзывы в интернете говорят, что он реально помогает исполнять желания. Мы хотим сходить проверить.

Хэ Чао усмехнулся:

— Откуда в вас столько романтичных девичьих фантазий?

Ло Вэньцян хотел поспорить, но в этот момент из ванной вышел Се Юй.

На нем была простая черная футболка. Он выглядел холодным и неприступным, а уголки его глаз были слегка покрасневшими:

— Что за Фонтан желаний?

*Идея ночного похода к фонтану распространилась по классу мгновенно. Не прошло и десяти минут, как об этом знали все.

В коридоре собралась толпа. Се Юй уселся прямо на ковролин на полу и понял, что ребятам на самом деле плевать на сам фонтан. Главное — это сам факт того, что они нарушают правила, тайком сбегая ночью из отеля.

— Обсуждаем план действий.

— Спускаемся на лифте группами по три человека.

— Помните: в холле висят камеры. Но с этим ничего не поделать, пусть полиция зафиксирует наши преступления!

— …

Сюй Цинцин первой шутливо замахнулась кулаком на старосту:

— Хаоцзы, у тебя с головой всё нормально? Что за дурацкий план?

Было около полуночи, на улице стояла темнота.

Парк действительно находился через дорогу. Но зона с фонтаном ночью была закрыта для посетителей, поэтому ребятам пришлось перелезать через забор.

Вокруг громко стрекотали цикады.

Собралось около пятнадцати человек, двигавшихся как банда мелких воришек. Се Юю было так неловко, что он натянул на лицо маску.

— В такой темноте твое лицо всё равно никто не разглядит, — Хэ Чао с улыбкой зацепил пальцем резинку его маски за ухом. — Мелкий, у тебя что, звездная болезнь обострилась?

Фонтан желаний оказался небольшим прудом, дно которого было покрыто монетами.

Лю Цуньхао подошел к воде с таким серьезным видом, словно собирался встать на колени:

— Пусть все наши ребята сдадут гаокао на отличные баллы.

Ло Вэньцян добавил:

— А я желаю, чтобы желание Хаоцзы сбылось.

Вань Да кивнул:

— Плюс один.

Се Юй нащупал под ногой маленький камешек, поднял его и бросил в воду, наблюдая за кругами на воде. Он тихо улыбнулся:

— Плюс один?

Хэ Чао заметил в руках у Ло Вэньцяна пакет:

— Что там у тебя?

— Фейерверки, которые я купил на ярмарке, — ответил физорг, решив до конца следовать своим романтичным фантазиям. — Чтобы всё было красиво и торжественно…

Остальные ребята сразу сгрудились вокруг него:

— О, фейерверки!

Се Юй отошел на несколько шагов назад и сел на каменные ступени, наблюдая, как одноклассники пытаются поджечь фитиль.

Хэ Чао подошел к нему и сел рядом.

Через минуту Хэ Чао негромко позвал его по имени:

— Се Юй.

Он полез в карман куртки и вытащил небольшой конверт, протянув его парню.

Это было письмо.

В тусклом свете уличного фонаря Се Юй разглядел на конверте размашистые буквы: «Моему мелкому».

Се Юй сжал конверт в руках.

Внутри не было длинного текста, лишь одна короткая фраза:«Пойдем вместе. В места еще дальше».

— Поджигаем и быстро отбегаем назад!

— Считаю до трех! Три, два, один… Поджигай!

— Погодите, а почему этот фейерверк выглядит как…

Раздался оглушительный взрыв.

У Се Юя от этого грохота заложило уши:

— …

— Что это за хрень?!

Лю Цуньхао отбегал последним и ощутил на себе всю силу взрывной волны:

— Вэньцян, объясни мне, это фейерверк по-твоему? Ты меня обманул! Это же обычная мощная петарда!

Грохот был такой силы, словно земля задрожала под ногами.

Ребята не успели прийти в себя, как в темноте раздался голос сторожа, и луч его фонаря заскользил по деревьям, приближаясь к фонтану:

— Кто там шумит? А ну стоять! Не бегать!

Поднялась паника. Третий класс бросился бежать со всех ног, но на бегу ребята не забывали кричать слова извинений:

— Простите! Мы больше не будем!

А в голове Се Юя продолжала крутиться фраза из письма: «В места еще дальше».

Прежде чем он успел что-то сказать, его запястье крепко сжала теплая ладонь Хэ Чао.

— Старина Се, бежим! — крикнул он.

Они перепрыгнули через невысокое ограждение парка, на мгновение зависнув в воздухе.

Навстречу прохладному ветру, под светом ярких звезд, они бежали вперед по освещенной улице, которая тянулась далеко-далеко, уходя за самый горизонт.

[1] сахарные фигурки (糖画, tánghuà) — Традиционное китайское уличное лакомство: горячий карамелизованный сахар наливают на плоскую поверхность, создавая фигурки животных, драконов и т.д. Популярно на храмовых ярмарках и в туристических местах.