После затянувшейся тишины Сюй Цинцин вытерла слезы, первой протянула руку и с боевым задором крикнула:

— Давай!

Один за другим остальные накрыли её ладонь своими.

Ладонь к тыльной стороне.

Вань Да:

— Не зря зовут Цин-гэ, кремень!

Лю Цуньхао:

— Вперед-вперед!

Хэ Чао сел, тоже протянул руку и присоединился:

— Давай.

Се Юй был последним. Ничего не говоря, он просто положил ладонь поверх руки Хэ Чао.

Его пальцы были тонкими и длинными, с четко очерченными костяшками.

Хэ Чао не удержался и засмотрелся на его руку, а затем перевел взгляд на лицо Се Юя.

Они встретились глазами, и обоим на мгновение показалось, что они видят самих себя — тех, какими пришли во Вторую школу на первом году старших классов. Тогда Хэ Чао не выпускал сигарету из рук, репутация у него была хуже некуда, во взгляде сквозила одна лишь агрессия, и он вечно влипал в неприятности.

А Се Юй числился грозным лидером Западного корпуса, с которым никто не решался связываться.

Разве могли они знать, сколько всего случится потом?

Поступление в Лияньскую Вторую школу вышло чистой случайностью, и никаких особых ожиданий никто не питал… Но именно это Старина Тан и называл «бесконечными возможностями». Словно чудо, эта случайность свела их вместе.

И впереди их ждало ещё больше чудес.

Неизвестно, кто рассмеялся первым, но Се Юй отвел взгляд и не заметил, как уголки его губ поползли вверх.

Лю Цуньхао и остальные принялись подражать Хэ Чао в искусстве хвастовства:

— Мое будущее обещает быть великим.

— Я точно рожден для великих дел. Вот вернусь — каждому раздам по автографу, а когда-нибудь, когда прославлюсь…

— Распишись покрупнее. Лист А4 — слишком мелко, негде развернуться.

— …

Хвастались они долго, но постепенно голоса утихли.

Один за другим ребята повалились прямо на покрытие беговой дорожки. Они легли в несколько рядов, раскинув руки, подставив лица вечернему ветру и закрыв глаза.

Собирались просто расслабиться, но вскоре несколько человек уснули, а Ло Вэньцян даже негромко захрапел.

Этот храп смешивался с редким стрекотанием цикад.

Се Юй снова приоткрыл глаза и посмотрел в ночное небо.

В голове не было никаких мыслей… только ощущение, что звезды горят очень ярко.

*После той ночной прогулки и разговора по душам со Стариной Таном атмосфера в третьем классе заметно потеплела.

Интенсивную учебу на протяжении половины лета ребята встретили с правильным настроем. Они быстро привыкли к статусу будущих выпускников и ещё до конца каникул успели завершить первый круг повторения материала.

Когда наконец наступил официальный день начала занятий, никакого ощущения праздника нового семестра не возникло.

В школу пришла новая толпа десятиклассников. Школьное радио полдня крутило приветствия, а новички, растерянные и любопытные, с интересом рассматривали всё вокруг.

Остальные учебные корпуса вернулись к прежней шумной жизни.

И только их корпус, отведенный специально под выпускные классы, оставался в стороне от этого шума. Лишь изредка сюда пробирались небольшие стайки девчонок, чтобы тайком поглазеть на двух «легенд» третьего класса.

У Чжэна это особенно раздражало. Он то и дело распахивал дверь кабинета и прогонял любопытных:

— Вы из какого класса?!

Но каждый раз, не успев договорить, он видел, как испуганные девчонки мгновенно бросались бежать вниз по лестнице.

У Чжэн закрывал дверь и ворчал:

— Се Юй, Хэ Чао, хватит кружить девчонкам головы. Это же десятиклассницы, только учиться начали, а уже к вам бегают.

Се Юй продолжал решать задачу. Этот ярлык «дамского угодника» приклеили к нему самым нелепым образом.

— …

С Хэ Чао вышло ещё забавнее:

— А?

У Чжэн прикрикнул:

— Не «акай». Разобрался с предыдущей задачей? Иди к доске.

Хэ Чао хотел было сказать «при чем тут вообще мы со Стариной Се», но вспомнил, что девчонки у окна действительно показывали в их сторону. Он поднялся, взял черновик и тихо шепнул Се Юю:

— Никого я не кружу. Только тебя одного.

Се Юй усмехнулся:

— Иди давай.

Задача была несложной, и Хэ Чао решил её быстро. Но ход его мыслей оказался настолько запутанным, что У Чжэн лишь к середине записи понял его логику:

— Уважаемый, ты не мог бы решать задачи как нормальный человек?

— Нормально? Нормально — это слишком скучно, — ответил Хэ Чао.

— А у тебя, значит, слишком весело? Тебе доски-то вообще хватило? — парировал учитель.

Класс дружно расхохотался.

У Чжэн усвоил урок и дал себе слово впредь не вызывать Хэ Чао к доске без крайней необходимости. Слишком уж непредсказуемый ученик.

— Юй-гэ, я в этой задаче не совсем разобрался, — после урока Вань Да подошел к нему со сборником тестов. — Вот до этого шага дошел, потом строю график функции — тут всё понятно. А дальше почему…

Последние домашние задачи, заданные У Чжэном, оказались сложными, и Вань Да долго над ними мучился.

Се Юй взял тетрадь и взглянул на решение:

— И что тебе тут понятно? У тебя график неправильно построен.

Вань Да быстро исправил ошибку, захлопнул тетрадь, и его любопытство вспыхнуло с новой силой:

— Ребята, вы знаете, что в следующем месяце у нас будет церемония совершеннолетия?[1]

Во всех школах города эта церемония проходила по одному сценарию.

Организовывали её масштабно, место выбирали далеко за городом, и поездка занимала два дня с ночевкой в гостинице.

Конечно, никто особо не ждал саму официальную часть церемонии. Для ребят это был просто отличный повод выбраться из школы и повеселиться.

— Церемония совершеннолетия? — переспросил Се Юй.

Вань Да мечтательно вздохнул:

— Я сам толком не знаю, что там будет. Но главное — мы уедем из школы… Да ещё и с ночевкой, звучит круто.

Обычные школьные экскурсии не давали ребятам разгуляться, а тут планировалось настоящее маленькое путешествие.

Вань Да продолжал увлеченно фантазировать, а Се Юй тем временем ткнул Хэ Чао локтем в бок:

— Гэ, а в твоем возрасте участвовать в церемонии совершеннолетия не поздновато?

Хэ Чао попытался в шутку схватить его за шею, но Се Юй увернулся.

— …А ну иди сюда. Ты на что намекаешь?

— По-моему, всё очевидно, — улыбнулся Се Юй. — На то, что ты старый.

Вань Да оторвался от своих мечтаний и увидел, что эти двое снова дурачатся.

Они постоянно, никого не стесняясь, заигрывали друг с другом прямо в классе и совершенно не думали о приличиях.

Но на этот раз роли поменялись: Се Юй дразнил Хэ Чао и теперь убегал от него.

Хэ Чао не собирался ловить его всерьез, он просто играл. Сделав пару шагов, он остановился в дверях класса, улыбнулся и поманил Се Юя пальцем:

— Не убегай. Возвращайся.

Се Юй остановился и, прислонившись к подоконнику у окна, посмотрел на него.

— Обещаю, не трону, — Хэ Чао вышел в коридор, но, подойдя ближе, всё равно крепко обнял его и не отпускал. — Так значит, я старый?

В коридоре мимо них проходили ученики.

Оба парня были высокими, стройными, в школьной форме. Один взгляд на их стоящие вплотную фигуры будил воображение у проходящих мимо девчонок.

Вань Да лишь покачал головой — он давно привык к этому. В конце концов, репутация суровых хулиганов у этих двоих давно рассыпалась в прах.

*Подробности поездки на церемонию совершеннолетия разлетелись по параллели со скоростью ветра всего за пару перемен.

Маршрут включал три остановки: исторический музей, дом-музей известного писателя, а вечером — посещение храмовой ярмарки.

— Вы все на удивление воодушевлены, — заметил Старина Тан.

Он не хотел, чтобы ребята отвлекались от учебы, и планировал рассказать о поездке на классном часе за неделю до выезда. Но когда время пришло, оказалось, что все уже в курсе деталей:

— Подготовьте необходимые вещи… Автобусы отправляются в восемь утра. Сначала мы едем в Народный мемориальный музей.

Никто толком не знал, что брать с собой, поэтому собирались как на обычную экскурсию: помимо сменной одежды, набивали рюкзаки пакетами со снеками.

Перед выездом Лю Цуньхао с легким стыдом признался:

— Я не взял с собой домашку. Наверное, это безответственно?

— Зачем тебе домашка в поездке? Оставь её в комнате, — отмахнулся Ло Вэньцян. — Твоя тетрадь уже взрослая, сама о себе позаботится.

На улице стояла жара. В салоне автобуса пахло пластиком и духотой.

Се Юй только успел снять маску, как почувствовал этот запах и сразу натянул её обратно.

Хэ Чао подкрутил кондиционер над их сиденьями, направив поток прохладного воздуха на Се Юя:

— Плохо себя чувствуешь?

— Душно немного.

Хэ Чао улыбнулся:

— Гэ одолжит тебе свое плечо.

— И какой от этого толк? — проворчал Се Юй.

Но несмотря на ворчание, Се Юй отправил сообщение маме с отчетом о поездке и под мерное покачивание автобуса вскоре уснул, прислонившись к плечу Хэ Чао.

Хэ Чао аккуратно протянул руку, зацепил пальцем черную резинку за ухом Се Юя и приоткрыл его лицо, сняв маску с одной стороны.

Он залюбовался спящим парнем.

Затем Хэ Чао пришел в себя, достал телефон и решил отправить сообщение отцу.

Он думал, что старик Хэ ответит дежурным «понял», но через пару минут пришло лаконичное: «Ты повзрослел».

Дорога заняла около двух часов. Сначала ребята шумели и пытались петь песни.

— Не орите, — осадил их Хэ Чао, повернувшись к салону. — У меня сосед спит.

С задних рядов донеслось:

— Чао-гэ, ты уж слишком балуешь Юй-гэ.

После этой фразы остальные ребята тоже начали шутить.

Хэ Чао не стал спорить, но Лю Цуньхао и Вань Да отреагировали на шутку быстрее него.

— Хорошие друзья должны заботиться друг о друге, — Лю Цуньхао приобнял Вань Да за плечо. — Да, Дацзы? Я ведь забочусь о тебе?

Вань Да стиснул зубы:

— Да! Заботишься! Очень!

— …

Они шумели слишком громко, и Се Юй, у которого был чуткий сон, проснулся. Маска сползла с его лица:

— О ком вы спорите?

— Ни о ком, спи дальше, — успокоил его Хэ Чао и добавил: — У этих двоих сегодня явно крыша поехала.

*Выпускники приехали к Народному мемориальному музею ближе к полудню. Перед началом экскурсии администрация школы устроила короткую торжественную часть.

Старина Тан стоял во главе класса.

Завуч Цзян, одетый в строгий костюм, вещал со сцены под палящим солнцем, совершенно не замечая жары:

— Эта поездка — не просто развлечение. Ребята, вам исполнилось восемнадцать лет. Вы стали взрослыми.

При слове «взрослые» на площади воцарилась тишина.

Все вспомнили растерянные лица нынешних десятиклассников и то, какими они сами пришли в эту школу три года назад. И вдруг пришло осознание, что время пролетело незаметно.

— Став взрослыми, вы должны принять на себя ответственность. Проявляйте стойкость, упорство в учебе и честность в поступках. Я искренне горжусь вами…

— Где бы вы ни оказались в будущем, помните: девиз нашей школы — «Чистое сердце»!

— Это дух Второй школы!

На середине фразы голос завуча Цзяна на секунду прервался.

Он отвернулся и быстро провел рукой по лицу. Се Юй, стоявший сбоку, отчетливо видел, что завуч вытирает слезы. Чтобы скрыть минутную слабость, завуч сразу же провел рукой по лбу, делая вид, что вытирает пот от жары.

Речь была стандартной и официальной, на площади стояла духота, но никто из учеников не выказывал недовольства.

В конце завуч Цзян тепло улыбнулся. Его голос звучал мягко и искренне, совсем не так, как его привычный строгий тон:

— Поздравляю вас с совершеннолетием.

— Смело идите навстречу своему будущему.

[1] церемония совершеннолетия (成人礼, chéngrénlǐ) — Торжественная церемония в китайских школах для 18-летних учеников, часто с выездом, письмами от родителей и вручением символических подарков (иногда — экземпляра Конституции). Ритуал перехода во взрослую жизнь.