С приближением урока шумный коридор постепенно затихал.
У Чжэн сидел у края кафедры и не сводил глаз с двух особых «экзаменуемых» на передних партах. Во всём классе было всего три человека — гулкая пустота. Один уже закончил отвечать на вопросы, отложил ручку и лег спать прямо на парту; с того места, где сидел У Чжэн, виднелся только его затылок. Второму делать было нечего, и он, лениво покручивая ручку в пальцах, рисовал какие-то каракули на черновике.
Перед тем как уснуть, в голове Се Юя пронеслась одна-единственная мысль: полчаса на пересдачу — это всё-таки многовато.
Не успел он закрыть глаза, как почувствовал чей-то пристальный взгляд. Ощущать его было неуютно, и Се Юй снова открыл глаза, встретившись с откровенным, ничуть не скрываемым взглядом своего парня, который разглядывал его в упор.
— …
— Вы чем там заняты? Дописали — сдавайте работы.
У Чжэн посмотрел на наручные часы. На этот тест по математике у них ушло от силы двадцать минут. Он прекрасно знал, что эти двое жить друг без друга не могут, а теперь они ещё и переглядывались с такой нежностью прямо при нём.
У Чжэн уже не знал, что с ними делать. За последние два дня его нервная система перенесла колоссальный удар, и ещё немного — она бы просто сдала.
— Сдавайте бланки и быстро возвращайтесь в класс.
На самом деле У Чжэн ни разу не заподозрил их в списывании. Ему казалось куда более вероятным, что во время зимних каникул, когда эти двое гуляли, их случайно ударило молнией… и как-то странно перенастроило мозги. Потому что с их репутацией списывание никак не вязалось. Ну кто из обычных списывальщиков стал бы вытворять такие трюки с решениями, какие демонстрировал Хэ Чао? Да и где такие ответы вообще можно было достать?
— Подождите.
Се Юй сделал пару шагов к двери, когда услышал за спиной голос У Чжэна.
У Чжэн кашлянул и спросил:
— Вы на зимних каникулах… ходили на какие-нибудь мероприятия?
Хэ Чао не понял, к чему клонит учитель, но ответил:
— Ну, вроде того… в караоке ходили попеть?
У Чжэну безумно хотелось спросить, какая в тот день стояла погода, не сверкали ли молнии и не попал ли разряд в их глупые головы. Но он сдержался, проглотил все эти нелепые вопросы и просто махнул рукой:
— Ладно, свободны.
Китайский язык, математика, английский и комплексный естественно-научный[1] экзамен — на всё ушло одно утро.
Хотя им сказали, что задания будут абсолютно новыми, в бланках было всего по десять больших задач. Но простыми их назвать было нельзя — по уровню сложности они соответствовали тестам престижных лицеев.
Когда Се Юй сдал бланки и вышел в коридор, условия задач всё ещё крудились у него в голове. Он размышлял над решением, когда Хэ Чао неожиданно сунул ему в руку листок:
— Что это?
Они вышли на улицу, полуденное солнце припекало. Хэ Чао расстегнул куртку:
— Подарок от великого мастера. Настоящий шедевр.
Се Юй развернул смятый черновик. На обратной стороне, среди небрежных формул, красовался рисунок в стиле абстракционизма. Линии были хаотичными, на листе угадывался лишь смутный силуэт человека. Если бы не тот факт, что во время пересдачи Хэ Чао постоянно глазел на него, понять, кто нарисован, было бы невозможно.
…Шедевр, как же.
Хэ Чао, судя по всему, очень гордился своими художественными навыками:
— Ну как, оценил сюрприз?
— Оценил, — Се Юй аккуратно сложил листок и поманил его пальцем. — А ну-ка подойди.
Хэ Чао придвинулся ближе, надеясь сказать: «Да ладно, поцелуя в щечку будет достаточно», как вдруг получил несколько чувствительных пинков и был практически вытолкнут Се Юем на лестницу.
У Чжэн, прислушиваясь к доносившемуся из коридора шуму борьбы, покачал головой и снова перевел взгляд на пересданные бланки.
На совместных экзаменах четырех школ Вторая школа показала два лучших результата.
Когда оценки были подтверждены, эта новость мгновенно облетела всю параллель, а затем вышла далеко за пределы учительской старших классов и разнеслась по всей школе.
Баллы были невероятно высокими: по всем предметам либо полный балл, либо близкий к нему. А от обладателя третьего места в рейтинге их отделяла пропасть в трехзначное число баллов.
Ученики третьего класса пока ничего не знали и поначалу радовались за себя: «Надо же, другие классы в этот раз так плохо сдали…»
Первым послеобеденным уроком был классный час у Старины Тана.
Все оценки были подсчитаны. Зная, что ребятам не терпится узнать результаты, Тан Сэнь помимо учебных материалов принес с собой экзаменационную ведомость — он планировал разобрать итоги и помочь классу составить план работы на оставшуюся часть семестра.
— Средний балл нашего класса в этот раз выше остальных на четыре целых шесть десятых…
Хэ Чао, которого Се Юй подгонял сзади, как раз подошел к дверям кабинета и услышал оглушительный радостный крик, от которого, казалось, задрожал потолок.
— Чего это они так разбушевались?
Се Юй прижал ладонь к уху, проигнорировав его вопрос.
Вань Да первым вскочил с места с криком:
— Это правда!
У Лю Цуньхао покраснели глаза. Здоровяк едва сдерживал слезы:
— Мы сделали это! Мы реально смогли!
Ло Вэньцян кричал:
— Это чудо! Мы сотворили чудо!
— …
Старина Тан не понимал, чему они так радуются:
— Погодите, ребята, я ещё не закончил…
Но Лю Цуньхао и остальные не желали слушать. Раньше они сомневались в этих баллах, но раз сам классный руководитель подтвердил новость, их захлестнул безумный восторг.
Их класс действительно переломил судьбу! Своими силами, таща на буксире двух отстающих с самого дна рейтинга, они смогли поднять средний балл класса!
Ребята ликовали.
Се Юй согнул пальцы и негромко постучал по дверному косяку. Лицо его оставалось абсолютно бесстрастным.
— Разрешите войти.
— О, вы как раз вовремя! Проходите, встаньте с краю.
Тан Сэнь перевернул страницу ведомости, размышляя, как лучше преподнести новость.
Весь класс уставился на двух двоечников, вставших у доски. Се Юй выглядел сонным, он спрятал руки в карманы брюк и прислонился спиной к стене.
— В общем, первое и второе место по всей параллели в этот раз заняли ученики нашего класса. Се Юй набрал следующие баллы: математика — сто пятьдесят, китайский язык — сто сорок шесть, английский язык — сто сорок восемь, комплексный естественно-научный экзамен — триста. Общий балл — семьсот сорок четыре. Первое место в рейтинге…
— Хэ Чао уступил ему всего один балл, однако…
Старина Тан не успел закончить фразу, как в классе раздался громкий грохот.
Лю Цуньхао свалился на пол вместе со стулом. При падении он попытался ухватиться за край парты, но пальцы соскользнули, и он глухо приземлился спиной на пол.
— …
Вань Да, сидевший рядом, даже не попытался ему помочь:
— Тебе больно? Да вроде не должно быть. Во сне же боли не чувствуешь.
Шок парализовал не только третий класс, который ещё секунду назад праздновал «победу и чудо». Ребятам из четвертого класса тоже пришлось несладко.
Лицо Лян Хуэя то бледнело, то багровело.
Ещё на физкультуре он покупал всем напитки, празднуя с одноклассниками будущую легкую победу над третьим классом. И теперь каждое его хвастливое слово возвращалось к нему звонкой пощечиной.
Как такое вообще могло произойти?
— Это точно не списывание? Те двое из третьего… как они могли?
— Не мели чушь. Они переписывали экзамен, — классный руководитель четвертого класса тоже был потрясен, но понимал, что глупо отрицать очевидное. — Учителя составили за одну ночь для них совершенно новые задания, которые были намного сложнее ваших промежуточных тестов.
В классе повисла гробовая тишина.
А затем кто-то тихо произнес:
— Это же практически максимальные баллы по всем предметам…
Лян Хуэй молчал, сжимая в руке ручку так сильно, что пластик жалобно трещал.
После того как Старина Тан зачитал результаты, в классе до самого конца урока никто не проронил ни слова.
Се Юй забрал свой бланк и сразу лег спать за партой. Лю Цуньхао потирал ушибленный зад — только эта ноющая боль доказывала, что происходящее не сон. Это было правдой… самой настоящей правдой.
Улучив момент, когда Старина Тан повернулся к доске, он оглянулся на заднюю парту. В голове у него до сих пор стоял гул.
«Хаоцзы… сейчас ты меня не замечаешь, но придет время — и ты за мной не угонишься!»
«Для нас со Стариной Се набрать максимальный балл — не проблема».
«Я знаю, как это решать. Правда знаю. Давай сюда, покажу».
…
Лю Цуньхао опускал голову всё ниже, пока не закрыл лицо ладонями, и тихо выдохнул:
— Черт…
Се Юй и понятия не имел, какие драмы разыгрываются в головах одноклассников. Они с Хэ Чао намекали им кучу раз, но ребята сами отказывались верить, предпочитая увлекаться идеей «переломить судьбу».
— Ну и что теперь скажем? — Хэ Чао ткнул его ручкой. Лю Цуньхао сверлил его взглядом уже очень долго. Хэ Чао тепло улыбнулся ему в ответ и прошептал Се Юю: — Посмотри на Хаоцзы, у него такой вид, будто он готов меня придушить.
Се Юй, не открывая глаз, саркастично ответил:
— А что тут скажешь? Сказать, что ты всегда был гением?
Хэ Чао промолчал.
Утром в учительской Старина Тан тоже задавал им этот вопрос, но они не знали, что ответить. Промычав что-то невнятное, они замолчали. Классный руководитель решил, что у них есть личные причины скрывать свои способности, и давить не стал:
— Если не хотите говорить — не надо. Расскажете, когда будете готовы… Но о результатах экзамена я в любом случае обязан сообщить вашим родителям.
В итоге, когда учителя позвонили родителям, Гу Сюэлань повела себя очень сдержанно и вежливо извинялась: «Простите за беспокойство, учитель, мы доставили вам столько хлопот». Зато отец Хэ Чао с ходу заявил:
— Я знаю. Мой сын всегда был выдающимся ребенком.
От этого заявления Старина Тан даже опешил:
— А… хорошо. Рад, что вы в курсе, господин Хэ.
Прозвенел звонок с урока. Старина Тан как раз закончил объяснять тему.
Задав домашнее задание, он заметил, что ученики продолжают сидеть за партами как вкопанные:
— У вас сейчас физкультура. Чего сидите? Это на вас не похоже. Неужели так сильно полюбили мой предмет?
Когда Старина Тан собрал книги и вышел, Лю Цуньхао медленно поднялся со своего места как представитель класса:
— Может, объясните, что это было?
Стоило ему это произнести, как весь третий класс дружно повернулся к последней парте.
Се Юй впервые почувствовал, какая тяжелая и давящая аура исходит от его одноклассников. Смесь шока, чувства, что их обманули, и осознания того, что они сами упорно игнорировали слова этих двоих, — всё это смешалось воедино. Нахватавшись от Се Юя за время учебы его манер, ребята теперь явно хотели решить этот вопрос силой.
Хэ Чао аккуратно отодвинулся вместе со стулом к самой двери и попытался соврать, чтобы разрядить обстановку:
— На самом деле на каникулах мы с Лао Се попали в аварию. Ночь, темень хоть глаз выколи, идем мы по обочине, и тут навстречу нам летит электроскутер…
При слове «электроскутер» Се Юй не выдержал:
— Ты дурак? Можешь хоть раз придумать что-то нормальное?
Хэ Чао ответил:
— Ладно, сейчас ещё что-нибудь придумаю.
Но додумать он не успел. Лю Цуньхао во главе отряда одноклассников уже закатывал рукава и перешагивал через парты, направляясь к ним:
— Ребята, сначала наваляем им, а потом разберемся!
Syuè Сишэн пошел ещё дальше: проходя мимо шкафа дежурных, он решительно прихватил с собой веник.
— Лао Се, — Хэ Чао подскочил и схватил Се Юя за руку. — Бежим!
[1] естественно-научный блок (理综, lǐzōng) — Комплексный экзамен по физике, химии и биологии на гаокао. Сдаётся одним блоком на 300 баллов. Противопоставляется гуманитарному блоку (文综, wénzōng).