Из блаженного нечто меня вырвало лёгкое похлопывание по щекам.

— Эй! Открой глаза.

Голос был мягким и успокаивающим. Выплывать из небытия, честно говоря, не хотелось. Не хотелось, но пришлось, так как человек, сидящий рядом с моим распластанный на земле телом, оказался очень настойчивым и продолжил меня тормошить.

— Нет времени лежать. Надо двигаться.

«Не стой на месте — двигайся!» — вспомнила я надпись и резко распахнула глаза.

На меня, сверху вниз, смотрела кубинка.

— Ты как? Сесть сможешь?

В голосе ни капли акцента.

— Ты кто? — задала я абсолютно глупый вопрос, ведь мы обе видели друг друга на станции и понимали, почему оказались здесь.

Точнее, понимали от части, но это уже мелочи. Тем временем кубинка придержала меня за плечи, помогая принять сидячее положение.

— Я такой же игрок, как и ты, — ответила она на мой вопрос.

Я попыталась сосредоточиться.

— А зачем за мной шла?

— Не за тобой, а просто в том же направлении. Не думала, что напугаю тебя. Поняла, что боишься, только когда ты припустила во весь дух.

— Если бы я видела, что это ты, может быть и не стала паниковать. Но фигура в капюшоне меня напрягла.

Кубинка потёрла переносицу.

— Я только потом догадалась, что надо было его скинуть. Прости.

Мы обе помолчали. Я пыталась прийти в себя, а она просто ждала, давая мне время упорядочить мысли. И в этот момент меня накрыло воспоминанием последнего момента, до того, как я потеряла сознание.

Змея! Меня укусила змея!

В нахлынувшей панике я резко отдёрнула штанину. Лодыжка была обмотана красной банданой.

— Я обработала и перевязала рану, — пояснила кубинка.

— Обработала?

— Сначала промыла водой, а потом прижгла. Думаю, укол сделает своё дело, но перестраховаться не помешает. Вдруг начнётся заражение или что-то вроде этого.

Я молча смотрела на свою спутницу, переваривая то, что она только что сказала, и думая о том, откуда она узнала про укол. Она же, отметив, что я всё ещё молчу, решила пояснить.

— Когда я до тебя дошла, ты лежала без сознания, а твой браслет горел фиолетовым цветом. Там была надпись, и я прочла.

— Надпись? Какая надпись?

— «Противоядие введено, опасность локализована».

— Ясно.

На самом деле ясного было мало, но в целом ситуация прояснилась. Я было выдохнула, но последующие слова заставили снова вскинуться.

— Неудивительно, что ты напоролась на змею, ими тут всё просто кишит.

— В смысле, кишит?

— Я почему пошла за тобой. Изначально двигалась левее, но наткнулась на овражек, а в нём целый клубок этих гадов. По виду смахивают на гадюк. Вот я и поменяла маршрут, а потом увидела тебя. Ты шагала так уверенно, словно обнаружила тропу.

— Вот же, — ругнулась я, думая о том, как нам теперь выбраться отсюда, не напоровшись на ползучих гадов.

Одна мысль о змеях пугала до ужаса. Особенно теперь, когда я успела прочувствовать всю прелесть встречи на себе. Место укуса довольно ощутимо болело. Хотя, если бы не укол, думаю, было бы гораздо хуже.

Я потянулась рукой к повязке и отогнула её край. След от зубов пересекала свежая рана от ожога.

— Чем это ты?

— Ложкой. Нагрела спичкой и прижала. Если сделала хуже — извини.

Я вздохнула. Сложно сказать, как бы я сама поступила в данной ситуации. Меня не бросили лежать на земле — уже хорошо.

— Спасибо, что позаботилась, — сказала я вслух и добавила: — Никакой тропы я не знаю. Просто решила обследовать часть, которую для себя определила как север, и не подумала о том, что опасность может оказаться прямо у меня под ногами.

Я посмотрела на синеющие вдали горы. Значит, здесь у нас долина змей, и этот путь лучше не осваивать, а повернуть назад.

— Поможешь встать? — попросила я. — И, кстати, как тебя зовут?

— Зарина, — ответила кубинка и протянула руку.

— А я Саша, вернее Лекса.

Моя собеседница кивнула, словно говоря, что понимает желание воспользоваться псевдонимом. Надо сказать, что ростом она была гораздо выше меня: я едва доставала макушкой до её подбородка. А судя по тому, с какой лёгкостью она подняла меня с земли, то и сил у неё было поболее.

— Ты кубинка?

— Почему кубинка?

— Твои кудряшки, — указала я рукой на тёмные, собранные в высокий хвост, волосы.

— Не могу сказать точно, к какой нации я принадлежу, но точно помню, что мама у меня русская.

— Ты помнишь маму? — удивилась я. — А ещё что-нибудь?

— Вообще-то, не так много. Только маму и нашу квартиру. Ещё с нами жила бабушка, но её образ более смутный, только знание, что она была и очень нас с мамой любила. А ещё помню, что я закончила колледж спорта и туризма, и работала фитнес-тренером. Помню свой зал — большой и светлый. Но больше ничего.

— Ого! Так ты физически подкована!

Видимо, в моём голосе проскользнуло не только уважение, но и лёгкая нотка зависти, от чего Зарина усмехнулась.

— Пока мне это мало помогло.

— И всё же.

— А ты что помнишь про прошлую жизнь?

Вопрос был поставлен правильно. Действительно, у нас ведь была какая-то другая жизнь до пробуждения в поезде.

— Честно говоря, совсем мало, — ответила я. — Думала, так будет у всех, но оказывается, у тебя гораздо больше воспоминаний. Скажи, что ты вообще обо всём этом думаешь?

Зарина посмотрела сначала на небо, а потом в сторону гор.

— Давай мы с тобой начнём двигаться, а поговорим по дороге. Ты идти сможешь?

Я попробовала наступить на ногу. Терпимо. Как ни грустно осознавать, но на данный момент ноги оказались моим слабым местом. Сначала одну подвернула, теперь вообще чуть коньки не отбросила. Причём вместе с руками.

Пока я прислушивалась к своим ощущениям, Зарина терпеливо ждала. Была, не была! В любом случае надо двигаться.

— Думаю, неторопливую ходьбу осилю, — произнесла я, и взялась за лямку рюкзака лежавшего у моих ног.

Прежде чем закинуть его на спину, посмотрела на браслет. Сейчас он был точно таким, как раньше. Если и горел фиолетовым, то увидеть этого мне не удалось.

— Дай мне минуту, — попросила я Зарину и включила экран.

«Приветствую, игрок, Лекса!»

«А это что-то новенькое, раньше приветствиями браслет не баловал», — подумала я и нажала на раздел «Состояние».

Открылись мои настройки, и я смогла убедиться в том, что на данный момент всё в относительном порядке. Ну, как в порядке. Скажем — вполне терпимо.

Зелёные буквы горели ровным светом, сообщая об уровнях.

ЭНЕРГИЯ — 56 %

ЗДОРОВЬЕ — 38 %

СИЛА — 19 %

ЛОВКОСТЬ — 53 %

СОЦИАЛЬНЫЙ РЕЙТИНГ — 2

Исходные данные:

ИНТУИЦИЯ — 60 %

УДАЧА — 25 %

Здоровье конечно просело, да и сила убавилась. Видимо это последствия от укуса. Так. А почему у меня социальный рейтинг поменялся?

— Если не секрет, можешь сказать, какой у тебя сейчас рейтинг? — спросила я Зарину.

Та замешкалась на секунду, но всё же включила свой браслет. Нажала пару кнопок, а затем повернула руку запястьем ко мне. Яркие надписи были хорошо видны:

ЭНЕРГИЯ — 92 %

ЗДОРОВЬЕ — 96 %

СИЛА — 48 %

ЛОВКОСТЬ — 67 %

СОЦИАЛЬНЫЙ РЕЙТИНГ — 13

Исходные данные:

ИНТУИЦИЯ — 8 %

УДАЧА — 32 %

Ого, вот это показатели! Хотела бы я иметь такое же здоровье и уровень силы с ловкостью. Да и энергии у Зарины хоть отбавляй. Интуиция проседает, за то какой процент удачи! А социальный рейтинг так вообще подрос.

— Ты знаешь, за что тебе рейтинг повысили? — просила я.

— Знаю.

— Откуда?

— Так нажать можно и посмотреть.

— Куда нажать?

— На то, что тебя интересует.

— А как ты об этом узнала?

— Методом научного тыка.

Я уставилась во все глаза на Зарину и мысленно хлопнула себя ладонью по лбу. Действительно! Ну кто мешал мне полазить в браслете? Столько времени, сидя на дереве, маялась от скуки, а могла бы провести его с большей пользой.

Я вздохнула и снова полезла в браслет. Первым делом нажала на «социальный рейтинг» и увидела развёрнутый отчёт.

Начисленные баллы:

Контроль в стрессовой ситуации + 1

Вхождение в контакт с игроком + 1

Не убавить, ни прибавить.

— А у тебя за что единички набежали?

Зарина стала перечислять:

— Самоконтроль, контакт и оказание помощи. За помощь начислили 10 баллов, а контакт у меня был ещё с одной из участниц, но она потом решила примкнуть к формирующейся группе, а я не рискнула.

— К какой именно группе?

Трое мужчин и две женщины. Они хотели собрать шестёрку. Не знаю удалось ли. Я ушла со станции раньше.

Прояснив таким образом ситуацию, мы неспешно зашагали в обратном от гор направлении. Теперь я крайне внимательно смотрела под ноги, поэтому первая увидела куст с мелкой красной ягодой.

— Это что?

Зарина остановилась следом за мной и вгляделась в находку. Затем присела, сорвала несколько шишкообразных плодов и понюхала.

— Пахнет приятно.

— А если они ядовитые?

Зарина ещё раз понюхала ягоду и протянула её мне. Я тоже понюхала. Действительно пахло очень приятно, я бы даже сказала, освежающе.

— Вот уж не знаю. Но, честно говоря, есть хочется ужасно.

Мы постояли в раздумье. Невысокий куст целиком был усыпан яркими плодами и не выглядел подозрительно.

— Я попробую, — решилась моя спутница. — Если что, активирую укол с противоядием, но надеюсь не понадобится.

Она закинула в рот одну из ягод.

— Сладкая. И как ни странно, чем-то напоминает арбуз.

— Арбуз?

— Я, кстати, слышала о том, что есть такая ягода, вроде степная малина называется.

— Слышала? Где слышала?

— Не помню. Может, не слышала, а читала. У тебя найдётся что-нибудь, во что это можно собрать? — спросила она, кивая головой на куст.

— У меня есть пакет.

— Пакет?

— Пакет. А что?

— Да ничего. Я ещё на станции обратила внимание, что ты была не с пустыми руками.

Я посмотрела на перекинутую через плечо Зарины небольшую квадратную тканевую сумку и сказала:

— А почему у некоторых были личные вещи, а у других нет?

— Думаю, это из-за сформированных в нас привычках. Кто-то не может представить себя вне дома с пустыми руками. Я свою сумку помню очень хорошо, она всегда была при мне, а до неё — похожая. Если хорошо подумать, то содержимое может дать ответ на вопрос: какой ты человек?

Доставая пакет, я мысленно перебрала в своей голове содержимое рюкзака и сделала вывод, что с лёгкостью могу отнести себя к людям тревожного типа. У меня с собой была куча относительно полезных мелочей, включая лекарства и что-то на перекус. На мыслях о фруктовом батончике мой рот наполнился слюной, а мысли застопорились.

Пока Зарина собирала ягоды с куста, я осмотрела близлежащее пространство, но больше ничего достойного внимания не нашла.

Добытых ягод набралась одна третья часть пакета. Зарина сразу съела пару горстей, а я решила подождать. Моё противоядие было уже использовано, поэтому рисковать не стоило.

К дереву, у которого я устраивала привал, мы добрались относительно быстро, а мне казалось, что я ушла далеко. На самом деле, для того чтобы вернутся, нам понадобилось всего пару часов.

Как выяснилось, Зарина заметила меня после того, как я ушла от своей стоянки на довольно приличное расстояние, поэтому место под дубом, где я устраивала привал её впечатлило. И действительно, ни до этого места, ни после него не было ничего более стоящего, а здесь даже от дождя можно укрыться, если таковой вдруг начнётся.

Пока моя спутница с восхищением рассматривала густую крону дерева, я исследовала место под костёр. Как хорошо, что не стала засыпать его землёй. Теперь стоило лишь убрать плоский камень и слегка почистить место от мусора, можно снова поджигать хворост и кипятить чай.

В этот раз у костра приютилось уже две кружки. Я закинула в них ранее использованные ягоды шиповника и остатки собранной в яблоневом саду душистой травы. В скором времени мы уже бодро прихлёбывали ароматный кипяток, заедая его собранными ягодами. Времени к тому моменту прошло достаточно, чтобы убедиться в их безопасности.

Я закидывала в себя по одной ягодке, по вкусу действительно напоминающей арбуз, и кайфовала. Осознание того, что сегодня мой желудок не останется пустым, грело душу. Но одного кипятка и около трёх горстей ягод было слишком мало, чтобы почувствовать настоящую сытость. Поэтому, не колеблясь ни секунды, я достала из недр рюкзака последний батончик. Надо сказать, при его появлении у моей спутницы загорелись глаза.

— С тобой не пропадёшь!

— Это в благодарность, что не бросила меня одну. Мало ли что могло случиться, пока я валялась без сознания.

— Да брось! Ты бы поступила так же.

Мы разделили батончик и, откусывая свою долю маленькими кусочками, сосредоточились на моменте. В сложившихся обстоятельствах этот самый момент был прекрасен. Я смогла вытянуть уставшие ноги, и выдохнуть.

— В прошлый раз здесь были грибы, — с ноткой ностальгии произнесла я, когда лакомство закончилось.

Замершая было по ту сторону костра Зарина, оживилась.

— Грибы? Где?

— Вот прямо на этом самом месте, — указала я рукой.

— Но если грибы были, то, может, ещё сможем найти?

Зарина поднялась и начала кружить вокруг дуба. Я лениво за ней следила. В тот раз я осмотрела лишь ближайшее пространство.

— О!

— Что? Грибы?

— Лучше!

Зарина наклонилась и подняла что-то с земли.

— Что там?

— Яйца!

— Яйца?

— Да!

Зарина подошла, бережно держа в руках два некрупных яйца.

— Там было четыре, но разорять гнездо подчистую нехорошо.

Впервые мы посмотрели друг другу прямо в глаза.

— Ты же не против оставить половину? — спросила Зарина нерешительно.

Мы обе осознавали, насколько всё ещё пусты наши желудки и сколько нам ещё придётся обходиться малым, а то и вовсе голодать. Этот мир подкидывал небольшие плюшки, но всё же недостаточные, чтобы не беспокоиться о своём будущем. Однако колебания Зарины мне были понятны: в обычной жизни я бы к гнезду и не прикоснулась, но здесь и сейчас приходилось руководствоваться совсем другими правилами и понятиями. Нам надо выжить, но и птицу, которая собиралась высидеть птенцов, было жалко.

— Думаю, взять половину будет нормально, — ответила я.

Ответила и увидела, как Зарина выдохнула от облегчения. Видимо, ей самой это решение далось не легко.

— Ненавижу, когда обстоятельства принуждают делать подобный выбор, — проговорила она неслышно, и тут же послышался двойной писк.

Негромкий, но достаточный, чтобы услышать.

— Это наши браслеты!

Мы обе задрали рукава. Теперь я лично могла убедиться в том, что браслет может светиться фиолетовым.

— Начислена одна единица за справедливое распределение ресурсов, — пробормотала я.

Мы снова посмотрели друг на друга.

— У тебя не складывается ощущения, что нас будут учить, как надо, и как не надо?

Произошедшее заставило задуматься.

Яйца мы всё же сварили, потратив последнюю воду из фляжек и рассчитывая, что моей воды из бутылки хватит до самой деревни. А там, по словам Зарины, есть колодец. И то, что я его не обнаружила, не означало, что он что отсутствовал.

Остаток вечера мы провели в относительной тишине, обмениваясь лишь незначительными фразами. Отдыхали четыре часа. Сначала я дала Зарине вздремнуть, а затем она отдежурила последние два часа перед тем, как мы отправились в путь. Что ни говори, а быть в команде гораздо удобнее. Главное — оправдать возложенное на тебя доверие и не нарваться на предательство. Моя интуиция подсказывала, что взять Зарину в спутники — это хорошее решение. Эпизод со змеёй, а затем и с яйцами, дал мне понять, что она за человек: в беде не бросит и лишнего не возьмёт. Понятное дело, что если встанет выбор о собственной безопасности, то она, скорее всего, подумает сначала о себе. Чувство самосохранения в данной ситуации — наше всё. Но если человек априори не подлый, то это уже многое значит. Подобные мысли грели душу и напряжение стало отпускать. Почему-то появилась уверенность, что теперь всё будет хорошо.

Утро, как и следовало ожидать, так и не настало, отчего можно было предположить, что на первой локации светлого времени суток не бывает. Я поделилась этими размышлениями с Зариной, и она поддержала мою идею.

По дороге я успела ей рассказать про гибель женщин в особняке. Она сказала, что слышала крики, но была с другой стороны поселения и не поняла, что это такое. В дома до поры до времени решила не соваться, а после моего рассказа — точно ни ногой.

Негромко переговариваясь и взяв довольно спокойный ритм, мы шагали по едва заметной тропинке. Луны, как и прежде, не наблюдалось, и только холодный свет довольно редких звёзд разбавлял весьма плотный сумрак. С каждым шагом складывалось ощущение, что темнота становится ещё гуще. Не сбиться с пути помогли огни фонарей, которые, словно светляки, появились на линии горизонта. Менее чем через час мы уже подходили к деревушке, где по-прежнему мрачные высокие дома смотрели на нас тёмными глазницами окон.