На этот раз он с осторожностью выглянул из-за угла, прежде чем выйти полностью. Пройдя мимо чуть ли не по стойке смирно стоящих людей в оранжевых жилетах, следователь открыл дверь с надписью «Управляющая компания» и практически сразу упёрся в стол, за которым сидела женщина. Оторвавшись от монитора, та окинула взглядом вошедшего и тут же начала вставать. Форма Следственного комитета практически всегда производила один и тот же эффект на людей.

— Сидите, сидите, — остановил её порыв Давыдов. Настроения для церемоний не было, и он решил перейти к делу, не представляясь. — Мне нужен ваш сотрудник, который вчера утром был на заявке в доме, из которого стреляли.

Такой нахрап без предисловий несколько ошеломил женщину. Она попыталась что-то сказать, но получились лишь нечленораздельные звуки: — Эт… Он… Который… Ааааа, поняла! — наконец-то собралась с мыслями сотрудница управляющей компании. — Он с мужиками в подсобке чаи гоняет. Сегодня пока заявок нет. Сейчас как выйдете, сразу слева лестница вниз будет. Ну а там не заблудитесь уж, — активно жестикулируя закончила она.

— А зовут его как? — уточнил Давыдов.

— Ренат. Юсупов Ринат. Он у нас слесарь-сантехник.

Первое, что почувствовал Давыдов, открыв дверь в подсобное помещение, это запах табака, осевшего на всём уже, видимо. Не дым сигарет, хотя он тоже висел в воздухе, а вонь, которая остаётся в помещении, где регулярно курят. Освещение оказалось на удивление ярким. В дальнем правом углу стоял стол, за которым сидели трое мужчин.

— Всем доброе утро, — поприветствовал Денис присутствующих. Двое, что сидели к нему лицом, увидели его сразу.

— Здравствуйте, — почти одновременно ответили они. При этом один из них, что постарше, начал вставать, отставив кружку. В глазах привычная для таких ситуаций растерянность. Второй остался сидеть на месте и изучающе рассматривал следователя. Третий участник чайной церемонии поздоровался, не глядя, пробубнив себе под нос что-то из серии: «Утро добрым не бывает». Но, заметив реакцию своего товарища, всё же решил снизойти и повернуться к посетителю. Денис какое-то время молча рассматривал их.

Повернувшийся был примерно одного возраста с тем, что встал при его появлении. Все в спецовках. На столе несколько кружек парящих чаем, судя по запаху, который сквозь стойкий «аромат» прокуренного помещения еле уловил Давыдов. Здесь же на столе была и пепельница с искорёженными окурками.

— А кто из вас Юсупов Ренат, — вновь проигнорировав протокольную обязанность представиться, спросил следователь.

— Я, — поднял руку самый молодой.

— Мне нужно поговорить с вами. Присяду? — Денис плюхнулся на свободное место за столом, не дожидаясь ответа на заданный вопрос. Затем молча посмотрел на товарищей Рената, давая понять, что их присутствие здесь нежелательно.

— Мы покурим, пойдём пока, — поймав на себе взгляд следователя и верно расценив его, сказал тот, что не сразу повернулся.

Давыдов вновь посмотрел на собеседника. Странное ощущение появилось, когда он усаживался за стол. Будто они с этим слесарем уже знакомы. Ну, как минимум где-то виделись. Юсупов спокойно дожидался, когда гость заговорит.

— Я по поводу вчерашнего происшествия, — начал Денис. Ренат понимающе кивнул головой, продолжая рассматривать человека в форме.

— Сможете вспомнить, в какое время вы оказались на месте?

— На работу я пришёл где-то в шесть, — закатив глаза, начал восстанавливать в памяти события слесарь. — Пока переоделся, поднялся наверх, чтобы в журнале отметиться. Юлька тоже уже на месте была. Как раз в этот момент ей и позвонили, — посмотрел на Дениса Юсупов. — Я вновь спустился за инструментами и пошёл чинить. Ходьбы здесь не больше пяти минут. Так что, думаю, где-то полседьмого был у того дома, — закончил воспоминания Ренат.

— Всегда так рано на работу приходите?

— Практически всегда, — усмехнулся собеседник. Встаю рано, делать дома нечего. А здесь всегда есть чем заняться.

— Поэтому чаи и гоняете, — с усмешкой заметил Давыдов.

— Так это тоже занятие. Заварить, поболтать с мужиками, — развёл Юсупов руками.

— Что-то необычное заметили во дворе? — Денис никак не мог понять, откуда появилось то самое ощущение, что они знакомы уже. Этого же в принципе не может быть. Он впервые в Твери.

— Да нет вроде. А что там могло быть необычного? Бабка какая-то у подъезда сидела уже, дворник наш тротуар подметал. Всё вроде, — пожал плечами слесарь. — Вот когда вышел, там даааа. Там необычного хоть отбавляй. Не каждый день, знаете ли, в меня за то, что водопровод починил, стволом пистолета тыкают полицейские. Хорошо хоть выяснилось всё быстро.

— А выстрел слышали?

— Не, не слышал. Там шум воды очень сильный был. Да и инструментами постоянно брякать приходилось.

— Понятно. А в Питере вы были когда-нибудь? — не удержался Давыдов.

— Не, не был. Хочется, конечно, съездить туда. Достопримечательности поглядеть: Эрмитаж, мосты разводные, — мечтательно стал перечислять Ренат то, что Давыдов уже давно считал повседневной обыденностью своего родного города. — Да вот только когда? Да и на что? Зарплаты у нас не те, с которыми путешествовать можно. А почему спросили? — опомнился слесарь.

— Да так, — ушёл от ответа Денис, продолжая размышлять на тему: «Откуда я тебя могу знать? Уж больно взгляд необычный у этого сантехника. Цепкий что ли какой-то, пронзительный. Будто в душу тебе заглядывает». И где-то этот взгляд уже ловил на себе Денис.

— Ну ладно, пойду я, пожалуй, начал вставать Давыдов. — Думал, может, вы видели чего-нибудь необычного. А дворник ваш, что вчера тротуар подметал, где? Как с ним поговорить можно?

— Они сейчас должны нашу территорию вылизывать. У нас же образцово-показательная управляйка. Самая лучшая в Твери.

— Это хорошо. А зовут-то его как?

— Женька. Лучше у Юльки спросите, а то у нас дворников мужиков много, и в подсобках не сидят они. Будете по дворам бегать, если они с прилегающей закончили уже.

Разговор с дворником не принёс желаемого результата. Выяснилось, что на момент выстрела он успел переместиться во двор, который через пару домов от нужного находится. Возвращаясь на место происшествия от управляющей компании Давыдов увидел подъехавший микроавтобус, из которого вывалились хохочущие Андрюха с Мариной.

«Этим лишь бы поржать», — беззлобно подумал Денис.

Следом показался служебный автомобиль Тверских коллег. Заняв место рядом с Юркой, авто перестало тарахтеть. Макавчук, покинул служебную машину с красной полосой и такой же надписью, как у Юрки на автомобиле, и начал озираться по сторонам.

— Не меня ищете, Игорь Андреевич? — протянув руку для приветствия, спросил Давыдов.

— Вас, Денис Юрьевич, — ответил на рукопожатие Тверской следователь.

— Случилось чего-то? Мы вроде договорились с вами просто на связи быть. Как вчера толпу здесь создавать необходимости нет, — посмотрел на своего коллегу Денис. Тот явно минжевался.

— Да ситуация дурацкая, Денис Юрьевич! — наконец-то решился Макавчук. — Моё начальство требует, чтобы мы, местные, раньше вас преступление раскрыли. Мол, не посрамим родной город, не ударим в грязь лицом перед питерскими. Ну, и ещё пару лозунгов в таком же духе. В общем, хотят здесь соревнование устроить между нами.

— А вы что? — заглянул в глаза собеседнику Давыдов. Игорь Андреевич взгляд не отвёл.

— А я не идиот. Я прекрасно понимаю, что мы так только мешать друг другу будем. Да и, насколько мне известно, о вашем приезде и о том, что вам во всём содействовать нужно очень серьёзные и влиятельные дяденьки сообщили. Со всех сторон получается, Денис Юрьевич, что палки вам в колёса вставлять неразумно. И себе и делу навредить можно, — со вздохом заключил Макавчук.

— Похоже, звонок от влиятельных дяденек и спровоцировал ваше руководство на такую активную служебную позицию. Хотят прогнуться и запомниться, так сказать, задел создать себе на перспективу, продолжил за коллегу развивать мысль Денис. — Может уже на ты перейдём, да с отчествами завяжем, — предложил он, резко сменив тему.

— Я только за, — кивнул Макавчук. — Так проще.

— Давай так поступим. Мы тут экспертизу затеяли… Постановлений придётся писать штук сорок, а то и больше. Вот если ты это на себя возьмёшь, очень мне поможешь. Ненавижу эту кабинетную рутину. От мыслей о деле отвлекает.

— Без проблем, конечно. Только мне начальство опять мозг клевать начнёт.

— Вали всё на меня. Вас же всех мне в подчинение передали на время следствия, — положил руку на плечо Игоря Давыдов. — Вот и скажешь, что это прямой приказ.

— Понял. А что за постановления писать? Какую экспертизу проводите? — уточнил Макавчук.

— Евгений Иванович к вечеру фамилии и имена с отчеством раздобудет и всё объяснит. Он сам с тобой свяжется.

— Ну, тогда я поехал?

— Да, давай. Но на всякий случай будем также на связи, — попрощался Давыдов с коллегой.

По сути, Денис просто отправил Игоря с места преступления. Суеты предыдущего дня было более чем достаточно. Пользы от присутствия большого количества народа нет. Пусть и правда лучше с бумажной рутиной поможет.

— Что у вас? — обратился он к Андрею с Мариной.

— Ваше благородь, мама депутата в сознании, жива и почти здорова. Обморок обошёлся без последствий. От диалога не уходила, но и не слишком охотно с нами общалась.

— У неё сына на глазах убили. Её можно понять, — перебил опера Денис. — Давай уже, что выяснили, рассказывай.

— В 2000 году наш покойный закончил МГУ. Во время учёбы часто приезжал на выходные. Практически каждую неделю. Затем несколько лет работал в Москве. Кем именно и где мама не знает. Совсем недавно, меньше года назад, Брагин перевёлся в Питер. Местные, со слов Натальи Васильевны, очень ему завидовали.

— Наталья Васильевна — это мама депутата? — уточнил Денис.

— Так точно, Ваше благородь. В чём именно выражалась зависть и с чего она решила, что это явление имело место быть, внятного объяснения мы так и не получили, — отрапортовал Андрей.

— Чтобы добавить деталей в эту весьма общую информацию, я по дороге к Вам попыталась навести справки о студенческой жизни и карьере Романа Алексеевича, — начала Марина свою часть доклада. — Учился он на юридическом факультете. Жил на съёмной квартире. Сразу после окончания вуза устроился в комитет общественных связей Москвы. После этого в государственную инспекцию по контролю за использованием объектов недвижимости, затем — Главное контрольное управление города. Сколько по времени проработал в каждой из этих организаций, информации пока нет. Если надо будет, постараюсь уточнить позже, — Марина перевернула страницу своего ежедневника. — В конце 2014 года Брагин покинул столицу. Ну, и последние полгода или чуть больше депутатствовал в Питере.

— Так… Получается, рос по карьерной лестнице в Москве, потом резко перебрался в культурную столицу. Что-то я не припомню, чтобы наш родной город начал считаться следующей более высокой ступенью после Москвы, — посмотрел вопросительно на своих собеседников, Денис.

— Обычно провинившихся из Москвы в другие города ссылают, — изложил свои умозаключения Андрюха. — Сильно согрешил, добро пожаловать на Дальний Восток или северные края нашей необъятной. Средней тяжести провинность, так это вам на Урал, сударь. Ну, а если уж так, совсем немножечко, то можно и недалеко от столицы оказаться.

— Как же всё это поточнее узнать бы нам? — посмотрел Давыдов на свою помощницу, явно намекая, что эта просьба адресована ей.

— Я постараюсь, Денис Юрьевич, — пометив что-то в своём блокноте, ответила Марина. — И вот ещё… Пришёл ответ по Алиеву.

— Это что за фрукт? — непонимающе уставился на неё Давыдов. С именами и отчествами он вроде бы подружился. Нашёл способ запоминать их. А вот с фамилиями пока было тяжеловато.

— Алиев Камал Магомедович. По его паспорту киллер снял квартиру, из которой стреляли, — с видом учительницы напомнила помощница.

— А! Точно. Ну и что там по нему?

— Уже 7 лет находится в местах лишения свободы. Отбывает наказание по 205-й УК РФ в одной из исправительных колоний Мордовии.

— Террорист, значит, — освежил в памяти Денис знание Уголовного кодекса.

— Это что же? Придётся в Мордовию ехать что ли? — вклинился в доклад Марины Андрюха.

— Так! Андрей батькович! Вот скажи мне, что мы сейчас делаем в рамках следствия? — отвлёкся от беседы со своей помощницей Давыдов. — По какому пути идём к раскрытию преступления?

— Стрелка пытаемся вычислить, — не слишком уверенно ответил опер. Это же самый простой и быстрый путь.

— Совершенно верно, — одобрительно кивнул Денис. — А что нам может дать паспорт, по которому квартиру снимали? — задал он следующий вопрос своему товарищу.

— Можем вычислить предполагаемого стрелка, — чуть замешкавшись, и с ещё большей неуверенностью ответил Андрей. — Ну, или того, кто с ним заодно.

— Бинго, мой друг! Ты просто гений сыска, — воскликнул Давыдов, похлопывая по плечу своего товарища. При этом язвительные нотки отчётливо звучали в каждом произнесённом слове.

— То есть, если у нас получится найти киллера здесь по-горячему, то никуда ехать не придётся. А это запасной вариант, так сказать, на случай неудачи на месте, — наконец-то составил логическую цепочку, Андрюха.

— Искренне рад, что теперь все понимают, чем мы тут занимаемся и для чего, — выдохнул Денис.

— Ну что, друзья мои… По соседям? — обратился он на этот раз к обоим своим собеседникам. — В том доме должен Евгений Иванович скоро появиться, — кивнул Давыдов на пятиэтажку, из которой стреляли. — Может, уже там. Есть надежда, что нам наука поможет вычислить убийцу. Но поскольку вероятность небольшая, как сказал наш эксперт, жду от вас мотив. И про кавказца не забудьте, который квартиру снял.

Ещё в прихожей Наталья почувствовала запах алкоголя, доносившийся с кухни. Оттуда же слышалось чавканье и бряцанье посудой.

«Муж должен быть на работе. Тогда кто же там хозяйничает? Неужели воры забрались?»

Первое желание выбежать из квартиры она подавила в себя, рассудив, что в крайнем случае можно громко кричать. Но на всякий пожарный, дверь в подъезд открыла пошире.

«Нужно взять что-нибудь тяжёлое».

Оглядевшись по сторонам, она поняла, что подходящего орудия для самообороны в прихожей нет. Ну, что же, в таком случае сгодятся и туфли с длинным каблуком. Сняв их с себя и зачем-то выставив перед собой, как пистолет, Наталья на цыпочках начала красться в сторону источника шума. Звуки оттуда ни на секунду не утихали.

«Какие-то уж слишком наглые воры», — подумала хозяйка. — «Среди белого дня забрались в дом и сидят, жрут, не стесняясь».

Приблизившись к углу стены, за которым уже было видно кухню, она почувствовала собственный пульс в висках. Сердце билось так громко, что казалось, его слышно всем. Тук-тук-тук-тук, бешено стучало в груди. Оглянувшись на дверь и убедившись, что она открыта достаточно широко, чтобы не препятствовать побегу, если понадобится, Наталья медленно выдохнула, набираясь решимости, и наконец-то выглянула из-за угла. За столом сидел её муж. В этот момент он как раз наливал в рюмку водку.

— Фух ты, Господи! — вышла со вздохом из укрытия Наталья. — Я уж подумала, воры забрались.

— Привет, — коротко ответил сидящий за столом, поставив бутылку. Судя по тому, что в ней оставалось гораздо меньше половины содержимого, посиделки начались не меньше часа назад. Наталья знала предпочтения и привычки своего мужа и была более чем удивлена, представшему натюрморту. Да и всей картине в целом. На столе, кроме бутылки, стояли открытые шпроты непосредственно в жестяной банке, салат прям в кастрюльке, в которой был приготовлен, и из которой подразумевалось раскладывать его по тарелкам и рюмка. Полицейская форма, к которой муж относился всегда крайне бережно, была сейчас на нём. Но выглядела почему-то как седло на корове. Возможно, расстёгнутые пуговицы и болтающиеся края придавали нелепости. А может, сам факт пребывания за кухонным столом человека в форме выбивался из привычных представлений Натальи. Муж никогда раньше не позволял себе такого. Да, собственно, и водку под такую скудную закуску он тоже никогда раньше не хлестал. Тем более в обеденное время.

— Что-то случилось, Серёж?

Рюмка, которую успел оторвать от стола Сергей Петрович и уже готов был опрокинуть, полетела в стену. Мгновенно вскочив и опрокинув стул, на котором только что сидел, он в два шага оказался возле жены.

— Никогда! Слышишь? Никогда не называй меня так. — Его кулаки сжались до белых костяшек.

— Как? — не поняла Наташа. Ей показалось, что муж сейчас ударит её. Впервые в жизни. Столько бешенства было в его глазах.

— Прости, я немного не в себе. Мне просто надо побыть одному, — опомнившись, сказал Сергей Петрович. — Ты иди, сходи куда-нибудь, если хочешь. А я здесь, на кухне ещё посижу.

Плюхнувшись на угловой диван, так как не было совершенно никакого желания поднимать стул, он взял бутылку. Хотел налить себе ещё водки, но вспомнил, что лишил сам себя рюмки. Пьяно ухмыльнувшись, отпил прямо с горлышка. Никогда ещё на душе не было так мерзко. Вчера они снова встречались с Николаем Игоревичем. Тот в очередной раз напомнил Серёже, как он любил его называть, что избавиться необходимо не только от исполнителя, но и от Олега тоже. И в этот раз формулировка звучала безапелляционно. Не было намёков. Видимо, трясутся поджилки от страха у жирдяя. В очередной раз, ухмыльнувшись своим мыслям, Сергей Петрович отпил ещё с горлышко.

«А что, если избавиться не от Олега, а от Николая Игоревича?» — Промелькнуло в захмелевшей голове. — «А что? Система уже налажена. Этот чиновник уже отработал себя. Когда была необходимость, он без особых усилий организовывал проверки непокорных предпринимателей контролирующими органами. А сейчас он зачем нужен?» — задал себе вопрос генерал. — «Морально мне с тобой проще попрощаться, мой жирный друг детства», — обратился он к невидимому собеседнику. «Толку от тебя уже давно нет. Да и сам по себе ты человек — говно. А вот Олег он не такой. Он всё-таки настоящий друг. И работу кто-то должен выполнять, которую он выполняет. Не станет его, где мне другого такого искать? Насколько этому другому доверять можно будет? Олег теперь опасен, говоришь?» — снова обратился в своих мыслях Сергей к Николаю Игоревичу. — «Так а тот, что его место займёт, как будто не будет опасен? Такого надёжного, как Олег, я больше нигде не смогу найти. Так что по всему получается, что Олегу жить, а тебе, гнида жирная, придётся покинуть этот поезд. Дальше жизнь помчится без тебя».

Улыбнувшись своим умозаключением, Сергей Петрович набрал номер Олега, благо телефон лежал в кармане, и идти за ним никуда не пришлось.

— Алло, братишка, как ты?

— Здорово, Серёг. Ты что-то без конспирации? Всё нормально? Ничего не случилось?

— Ты даже не представляешь себе, насколько всё хорошо. Вот буквально 5 минут назад, так погано былоооо. А сейчас всё хорошо. Мне так много надо тебе рассказать. Только не по телефону, конечно же, — язык генерала откровенно заплетался. Олег понял, что его друг и покровитель может сейчас наговорить лишнего. Поэтому поспешил прервать разговор.

— Серёг, сейчас не очень удобно говорить. Давай позже созвонимся и встретимся.

— Обязательно! Обязательно встретимся, брат.

— Ну, всё, до связи, Серёг.