Дойдя до восточных ворот, я увидел добротный дом, собранный из хорошо подогнанного бруса с черепичной крышей. Он сильно отличался от остальных бревенчатых домов посёлка. Декоративные накладки и наличники украшены резьбой, изображавшей различных зверей и цветы. Выполнены настоящим мастером. Возле дома стоят два широких сарая, из одного доносятся звуки работы с деревом.

— А это чей дом? — заинтересовался я.

— Мастера-столяра Олдина, — улыбнулась Маргуре. — Практически вся мебель и детские игрушки-свистульки в нашем посёлке, его рук дело.

— А он случайно не делает струнные музыкальные инструменты? — тут же ухватился я за возникшую мысль.

— Не знаю. Пойдём, спросим, — предложила орчанка и широким шагом направилась к калитке.

Маргуре громко позвала Олдина, и из сарая вышел крепкий мужик лет пятидесяти с тёмными кудрявыми волосами, усыпанными древесной стружкой. Он с прищуром присмотрелся к посетителям и, расплывшись в улыбке, поспешил впустить нас.

— Маргуре! Какая неожиданность! Давненько не заходила к старику Олдину. Вымахала-то как! Уже выше меня. Раньше постоянно бегала малявкой ко мне за новым деревянным мечом. Они почему-то у тебя постоянно ломались, — густым басом заговорил мастер.

— Доброго дня, мастер Олдин, — поздоровался я, дождавшись, пока мужик наговорится и налюбуется повзрослевшей орчанкой. — Красивые работы у вас на фасаде. И дом, видно, сами строили по своим планам. Уютно и добротно выглядит. Увидел руку настоящего мастера и решил кое-что у вас уточнить.

— Приятно слышать добрые слова, тем более от северянина. У вас-то с древесиной не густо, — смахнув стружку с кудрей, Олдин приосанился, польщённый моей оценкой его трудов. — Что вас интересует, молодой человек?

— Струнный инструмент, подобный люмани, но с другой конфигурацией корпуса, — я с надеждой посмотрел на мастера.

— Если честно, то струнные инструменты никогда не делал. Там много мороки с клеевой основой и подбором пород дерева для корпуса и грифа, — увидев, как я погрустнел, хлопнул меня по плечу. — Не расстраивайся. Могу дать адресок одного моего друга в Рийне, если собираешься туда ехать. Заодно и письмо с подарком передашь ему.

— Не вопрос. Тем более всё равно поеду через несколько дней в Рийн. Когда зайти за посылкой? — воодушевился я.

— Перед отъездом заходи, как раз закончу работу. А сейчас извините, но есть срочный заказ от Порзона, — попрощавшись, мастер-столяр закрыл за нами калитку.

— Колоритный мужик, — отойдя от дома, поделился впечатлением с Маргуре.

— А какой инструмент ты хотел заказать? — поинтересовалась орчанка.

— Хочу аналог акустической шестиструнной гитары, как в моём мире. В идеале, семиструнную копию Дофф. Ваши инструменты, если честно, никуда не годятся в плане звучания, — я тяжело вздохнул, вспомнив оставленную в лагере у Енисея свою гитару.

— А если будет у тебя эта гийтара, то сможешь ещё лучше играть? — удивлённо остановилась Маргуре.

— Ги-та-ра, — по слогам поправил орчанку. — Не знаю, зачем мне это. Я должен приспосабливаться и как то выживать. Но чувствую, что мне нужна гитара. А на качественном созданном инструменте я смогу чудесную музыку продемонстрировать.

— Расскажи о своём мире и о себе, а то ты только спрашиваешь и ничего про себя не говоришь, — вдруг попросила Маргуре.

Мы как раз вышли на параллельную улицу в сторону трактира, когда нам дорогу заступила наглого вида бабуля. Смерив меня подозрительным взглядом, наставила сухой палец на орчанку и заявила.

— Маргуре. Ты зачем водишь это порождение бездны по нашему посёлку?

— С чего вы, бабушка Майла, взяли, что Корней порождение бездны? — ничуть не смутилась орчанка.

— Слыхала я давеча вечером, какие он песенки поёт. Тьфу! Срамота! — плюнула мне старуха под ноги. — И как только боги дозволяют такое?

— Извините, уважаемая, исправлюсь. Вот соберу группу таких же, как я, выучим любовные серенады и придём к вам под окна петь да замуж за короля зазывать. Вы только уточните, где ваш дом, чтобы ненароком не ошибиться, — пошёл я в наступление на первого своего хейтера.

Старушка отпрянула от нас и, возмущённо что-то бормоча, быстро удалилась, скрывшись за поворотом. Маргуре разразилась смехом и, согнувшись, лупила себя по коленке. Отсмеявшись, подхватила меня за локоть и потащила подальше от этого района. А то вдруг ещё какая возмущённая женщина набросится на нас.

Когда подошли к трактиру, я закончил объяснять орчанке, что такое интернет, телевидение, новости и сериалы. Маргуре надолго задумалась, но не успела задать очередной вопрос, так как мы столкнулись с транспортным коллапсом у трактира «Сытый Бык». Три знакомых нам эльфа, как регулировщики на проспекте, командовали парковкой шести крупных фургонов с высокими бортами и куполообразными тентами. Мне вспомнились подобные фургоны из истории Америки про переселенцев в девятнадцатом веке. Только эльфийские выглядели более крепкими и устойчивыми. В длину около четырёх метров и в ширину как минимум полтора метра или немногим больше. Надёжные колёса в диаметре примерно один метр на толстых спицах способствовали прохождению транспорта по бездорожью. Их по очереди хватали трое крепких мужиков за оглобли и закатывали в каретный сарай. Распряжёнными быками, больше похожими на массивных зубров, занимались другие три мужика. В конюшне прибавилась дюжина коней. Ими занимались работники трактира.

Обойдя всю эту кипучую деятельность с фургонами, мы проскочили в зал трактира и чуть было не растоптали какого-то блондина в тёмно-зелёной форме с кожаной портупеей крест-накрест, как у красного комиссара в чёрно-белых фильмах, только маузера не хватает. Тот проскакал пять шагов и, резко развернувшись, возмущённо уставился на нас, схватившись за рукоять катаны. Реальной катаны с овальным диском гарды, рукоятью на два хвата. Ножны чёрные, лакированные, местами побитые, но заботливо подправленные в местах сколов. Сам блондин, а точнее эльф, представлял собой весьма колоритный образ неправильного эльфа. Жёсткое злое лицо бледного оттенка, тонкий шрам справа от виска спускается до заросшего щетиной подбородка, хищные прищуренные глаза и, по-видимому, несколько раз в прошлом перебитый нос. Губы плотно сжаты в линию. И шипит, словно змей.

— Прошу прощения, лорд, — вклинилась Маргуре между нами, перетянув взгляд эльфа на себя. — С яркого дневного света глаза не успели привыкнуть.

Эльф оглядел орчанку и расслабился, убирая руку от рукояти меча. Теперь он не напоминал готовую кинуться в атаку змею и даже слегка улыбнулся.

— Приношу свои извинения, уважаемый, — я тоже решил извиниться. У нас иногда и за меньшее морду били в пабах, а тут реально чуть не покалечили худого эльфа. — Впредь буду внимательнее.

Эльф замер и, выпучив глаза, уставился на меня, словно хотел сказать: «Оно ещё и разговаривает?». Ага, кажется, я понял причину ступора. Мне же положено в обществе сейчас изображать северянина, а они вроде как тут варвары. Ну что же, вот такой я неправильный варвар.

— Принимаю ваши извинения, — отошёл от диссонанса эльф. Коротко, по-военному кивнул и направился к оккупированному сородичами столу.

Мы прошли к левому ряду столов. Тут же подбежала Сияна и приняла заказ на лёгкий перекус. Но задержавшись у стола смущаясь спросила.

— Мастер-бард, а вы будете сегодня выступать?

— Даже не знаю, красавица, — я польщённо приосанился от внимания девушки, но, подумав, понял, что местным просто хочется разнообразия в этой глуши. Ну, тогда не будем разочаровывать народ. — Ради вас, милая Сияна, обязательно выступлю сегодня вечерком.

Та покраснела и убежала. Я оглянулся на Маргуре и столкнулся с удивлённым взглядом.

— Я что-то не то сказал или сделал? — забеспокоился я, припоминая все вылетевшие из моего рта слова.

— Она странно ведёт себя возле тебя, — констатировала орчанка.

— Вроде нормально ведёт. Просто природный процесс и флюиды влечения к противоположному полу.

Я беззаботно опёрся локтями на стол и стал рассматривать прибывших эльфов. В основном обратил внимание на условно слабый пол. Почему условно? Да они выглядели как хищные пантеры в спокойной обстановке. Грациозные, стройные и подтянутые, в однотипной тёмно-зелёной форме. При слегка изогнутых мечах, похожих на катаны. Красивые, опасные женщины на отдыхе. Похоже, у эльфов тоже равенство практикуется, как и у орков, раз женщины наравне с мужчинами служат в охране обоза.

— А что такое флюй-иды? — оторвала меня от любования эльфийками любопытная орчанка.

— Это когда между двумя разумными проскакивает искра взаимной заинтересованности. Вот у тебя есть тот, кто тебе сильно нравится. Не как родственник или просто друг?

Маргуре мило засмущалась и угукнула, слегка потемнев цветом кожи. Тут я заметил Сияну, несущую наш заказ: пару тарелок с супом, кувшин с соком и несколько кусочков свежего хлеба. Я улыбнулся девушке и получил в ответ милую улыбку. Похоже, шансы у меня растут.

Приступив к обеду, я размышлял о данной ситуации. По-честному остался бы в посёлке заставы Башня. Как-то душевно тут, и орки сильно отличаются от наших канонических художественных персонажей. Разумные и с нормальным чувством юмора, не стремятся стереть мир в труху. Хотя я только прибыл и ничего не знаю об этом мире. Кстати, о мире. Ранее мелькнула мысль, что я попал в какой-то RPG-мир. Сосредоточился и попробовал вызвать «меню». Отклика нет. Потом «характеристики, опции, настройки и т. д.» глухо. Либо я просто дуркую, либо система меня не признаёт.

Закончив лёгкий, но сытный обед, Маргуре подозвала Сияну и рассчиталась шестью медными монетами. Я неловко хмыкнул и попросил девушку немного подождать. Утянул орчанку к себе в номер на втором этаже. Открыл сундук и, вынув мешочек с капиталом, вывалил всё на стол: 2 рубина, 35 медных, 2 серебряные и 5 золотых монет.

— Маргуре, мне срочно нужен ликбез по финансам вашего мира, — огорошил я орчанку.

— Лик-чего? — не поняла она.

— Объясни мне курс ваших денег и по возможности, стоимость драгоценных камней, — более понятно пояснил я. — Чем монеты с чеканкой цветка отличаются от изображения ящера над короной?

— Это не ящер, а дракон, парящий над короной. Официальный герб Империи Араналс. Имперские деньги равны эльфийским с цветком, так же как и с подгорными. У них изображены меч и кирка на фоне горы. Эти три категории денег считаются высшими среди остальных королевств союза, обычно один к двум или к полутора. Зависит от регионов. — Маргуре начала вводить меня в курс денежной системы.

Счёт простой: 100 медных = 1 серебряной. 10 серебряных = 1 золотому.

Есть ещё магомонеты: золотые и серебряные с вплавленными в них драгоценными камнями. Там посложнее. Цена зависит от вида кристалла. Такие монеты производят государства с сильной гильдией магов. Из чего получается, что эти деньги, в основном в среде сильных одарённых используются как валюта и как небольшие накопители энергии. Ими рассчитываются за существенные услуги магов и за мощные артефакты.

Примерный курс обмена магомонет: 100 обычных серебряных = 1 серебряной магомонете. Так же и с золотыми. Если есть такие деньжищи, то считай, что ты как минимум достаточно богат и можешь претендовать на Лендлордство с землёй и парочкой деревень или на хороший дом в немаленьком городе.

Самая сильная гильдия магов находится на территории империи Араналс, в столице Паскан. И они держат монополию на изготовление имперских золотых магомонет. Имперская золотая монета имеет вплавленный бриллиант и равна 10 обычным золотым магомонетам.

Насчёт моих рубинов Маргуре ничего не смогла сказать. Это нужно уточнять у гномов. А мой капитал оценила как довольно неплохой для сельской местности. Как минимум на треть цикла хватит для проживания и питания с одеждой в этом трактире. Но в холодный сезон максимум на четверть цикла, так как цены в холода растут.

— Спасибо Маргуре, очень толково объяснила. А теперь такой вопрос. Где я могу тут потратить часть своего капитала? Имеется в виду приобретение удобной одежды и обуви, а также удобной сумки или рюкзака.

— Это к южным воротам нужно идти. Там торговая площадь с лавками. А ещё эльфы, возможно, откроют свою лавку для пробной продажи населению. Особенно ценятся сладости. Так они корректируют цены на свою продукцию, опираясь на спрос, — Маргуре загорелась идеей.

Какая нормальная девушка не любит сладости, особенно экзотические. Мы договорились немного попозже встретиться в зале трактира, как переварим обед и немного отдохнём. Прикрыл дверь за орчанкой и присел за стоик, в раздумьях перекатывая рубины в руке. Потом отсчитал шесть медных монет и сунул их в карман отдельно от мешочка с капиталом. Нужно будет ещё поясную сумку не забыть прикупить. Я такие видел тут у всех мужчин. Этакий широкий кожаный кошель с клапаном на завязках или на двух деревянных пуговицах.

Я взял люмань, натянул ранее снятую струну, подрегулировал колки и, мягко пробежавшись пальцами по струнам, стал играть незатейливую музыку для души. Что придёт на ум, то и играл, перебирая лады. Получалось красиво, текуче и немного романтично. Потом набирал темп боем по струнам. Музыка становилась тревожной и щемящей. В пике нарастания звука резко переходил на тихий, мелодичный, спокойный. А в голове крутилось беспокойство об оставленных в моём мире матушке, друзьях и напарниках. Вспоминал всё, что произошло со мной в том уже далёком мире.

Рука остановилась, и звук музыки, покинув комнату, затих. От двери раздались вздохи. Всё ещё находясь в своих мыслях, медленно повернул голову и встретился с влажными глазами эльфийки. Шикарная блондинка с третьим размером груди и стройным крепким телом, что угадывалось под униформой, выгодно подчёркивающая формы. Эльфийка смотрела на меня большими фиолетового оттенка с золотистыми искорками глазами.

— Вас стучаться не учили? — брякнул я, заметив за её спиной ещё несколько представительниц эльфов.

— Извините нас, мастер-бард. Мы с девочками услышали музыку ностальгии и решили поинтересоваться, кто из наших бардов тут обитает. И каково же было наше удивление, обнаружив человека, — не растерявшись, ответила эльфийка под гомон подруг.

— Хм, ностальгия? Хорошее название, — задумчиво почесал начавшую пробиваться щетину на щеках. — К сожалению, это всего лишь я играл экспромт, родившийся буквально сейчас. Я Корней из Шепов, с Севера. А как вас величать, леди?

— Вилья из ветви Огнецвет, командир Звезды Дальнего охранения, — представилась эльфийка и с прищуром оглядела меня. — Северянин, говоришь? Интересные дела творятся в Империи за последние десять циклов. Северянин замечательно играет на люмане и складно говорит, без грубых словечек и плоских шуток. Да ещё фонит магией. Это что-то новенькое.

Упс, кажется опять спалился.

— А что, не похож? — я демонстративно встал со стула во весь свой рост, отложил люмань и, подбоченившись, с ехидной улыбкой покрутился вокруг оси. — А говорю так, потому что с малолетства в дороге был и играть научился. Так что от севера только происхождение осталось. — Постарался я выкрутиться.

Вилья из ветви Огнецвет медленно кивнула, соглашаясь с моей версией, но не до конца поверила. Шикнула на девушек за спиной, заставив их бесшумно удалиться.

— Что же, пусть будет так. Хотя некоторые вопросы всё же остались. Но я не вижу в тебе угрозы. Надеюсь, услышать твоё выступление сегодня вечером. Корней из Шепов с Севера, — ухмыльнувшись, подвела итог знакомства со мной эльфийка и плавно прикрыла дверь, оставив меня со своими мыслями.

Что она там сказала? Фонит магией. Это хорошо или плохо? И есть ли способ заблокировать это явление? Кажется, ещё Бог Ирден упоминал мою проснувшуюся силу в энерго-каналах. Одни вопросы, и местных реалий не знаю. Мог бы и внедрить какие-нибудь методички мне в мозг, ехидный Бог. А то появился, напугал и отправил развиваться своей дорогой. Хотя вроде как наблюдать будет. Ладно, отставить рефлексии, пора собираться на местный шопинг.