Кир сидел в кресле, откинувшись на спинку, и смотрел на монитор, где бесконечным потоком бежали комментарии зрителей. При этом нужно было успевать следить за персонажем, а у самого глаза закрывались. После суток прочтения документов шарики за ролики заходили.

Стрим шел уже сорок минут, и за это время количество зрителей перевалило за пару десятков миллионов. Чат летел со скоростью света: сообщения сменяли друг друга, сливаясь в сплошную, разноцветную ленту. Кто-то присылал смайлики, другие задавали вопросы, третьи просто смотрели, затаив дыхание, как принц играет в дурацкую игрушку и комментирует это с такой легкостью, будто они все старые друзья.

«Кирушка сегодня злой!»

«Убей уже этого босса, сил нет смотреть!»

«Сколько можно умирать на одном и том же месте?»

«Кир, ты красавчик!»

«А что у тебя за кулон? Красивый!»

Кир усмехнулся, краем глаза заметив последнее сообщение. Он давно уже ждал этого вопроса. Вернее, он сделал все, чтобы его задали: поправил расстегнутую почти до неприличия рубашку, повернулся к свету, иногда касался кулона. Но сегодняшний «домашний» вид юноши привлекал народ куда больше, чем выделяющееся на фоне обычности украшение.

— О, этот? — Кир потянул за цепочку, показывая кристалл в камеру. — Прелестная безделушка, не правда ли? Папурупуру подарил. Надеюсь, я правильно произнес его имя и следующий подарок не прилетит мне прямо по лицу, — он посмеялся, а сам невольно задумался, что там с этим чудиком? «Туманность» ведь из-за него захватили «Ковчег».

Сообщения летели с такой скоростью, что Кир едва успевал читать: «Так вы с ним дружите?!», «Это шутка? Он же странный!», «Похоже, этот кулон стоит целое состояние», «А правда, что Папурупуру опозорил принцессу гао-ло когда «случайно» коснулся ее хвоста?».

«Пупурик, ты, блин, что за чудо в перьях такое? Зря я вообще тебя упомянул…», — Кир продолжал улыбался в камеру, а у самого почти нервный тик начался.

«Он… Крайне эксцентричный юноша, — произнес Люмирен, снова отвлекая от стрима. — Зато веселый».

«Ага, звиздец какой веселый. Заметил уже. Надеюсь, мы с ним не встретимся больше никогда. А то эти встречи, похоже, ничего хорошего мне не сулят».

Кир взял мышку, собираясь продолжить игру, не обращая внимание на сообщения. Ему совсем не хотелось знать о похождениях недознакомого чтобы спать крепко, без стыда и сожалений. И играл он так еще несколько часов, прежде чем не понял, что устал слишком сильно. Еще и выслушивать верданов было весьма тяжко.

Практически сразу после завершения стрима, раздался стук в дверь. В помещение вошел Элирис, опираясь на трость. Кир сразу обратил внимание на аксессуар, которого доселе у брата не наблюдалось.

— Пришел сообщить мне, какой я лох?

— Тот босс был слишком сложным, поэтому, скорее, посочувствовать, — Элиар прикрыл за собой дверь. — На самом деле меня родители подослали, поскольку им ты почему-то правду говорить не хочешь. Считай, я тутушик-передатчик.

«Тутушик, блин… — Кир уставился на брата с немым вопросом во взгляде. — Так мило звучит, я даже ругаться не могу».

— Окей, допустим, — юноша поставил локти на подлокотники и переплел пальцы, кладя их на живот. — И какую же правду я им говорить не хочу?

— Где ты был все те двадцать дней и что случилось на самом деле, — Элиар подошел к соседнему креслу, опустился на край. Непонятное слово решил пропустить мимо ушей, хотя любопытно стало.

Кир тихо вздохнул. Ожидаемо, пришлось вернуться к разговору и вспомнить свою любимую фразу: «Лучшая ложь — не до конца рассказанная правда».

— Не поверишь, но меня сперли, — выдал Кир. — В смысле, я правда поехал на нижние уровни, видел там обычную жизнь и прочее. А потом меня телепотировало на корабль «Ковчег» в качестве учителя для рас, лишившихся своих планет. Видел там наши знамена, кстати.

— Да, мы спонсируем программу спасения. Но не думал, что они окажутся настолько наглыми, — Элиар свел брови к переносице.

— Теперь знаешь. В общем-то, я там и провел эти дни.

— И познакомился с Папурупуру?

— Да, но у меня уже такое ощущение, будто бы зря. Его странная репутация идет впереди не менее странного наследника, — Кир подцепил пальцем цепочку, демонстрируя брату ключ. — Он передал мне это.

— Ты же знаешь, что это? — Элиар не отводил взгляда от камня удивительной красоты, неспешно переливающегося мягкими оттенками голубого. Иногда становился прозрачным.

— Ключ от всех дверей, — юноша чуть сполз по спинке кресла, распластавшись на нем. — Так мы и вернулись. Я не могу открыть дверь куда хочу, ключ меня не слушается. Чистое везение. Стелла и Тейдан были все это время со мной, вот мы вместе и ушли.