Шесть месяцев пролетели как один смазанный, отдающий гарью и железом калейдоскоп.

Ник Фьюри использовал меня именно так, как мы и договаривались — в качестве тяжелого тарана, для которого не существовало закрытых дверей. За это время где я только не побывал я успел побывать в заснеженных горах Швейцарии, в сибирской тайге и влажных джунглях Южной Америки. Я выжигал метастазы Гидры, до которых Щ.И.Т. не мог дотянуться официальными путями.

Это было… познавательно. Оказалось, что быть неуязвимым — не значит не чувствовать боли. Когда в меня всаживали заряд из плазменной винтовки Золы, это чертовски жгло. Когда пытались отравить экспериментальным зарином, легкие горели огнем. Но «Абсолютная Адаптация» делала свое дело. Боль уходила за считанные минуты, сменяясь пугающим чувством собственной неуязвимости. Ткани уплотнялись, метаболизм перестраивался, и то, что должно было меня убить, делало меня лишь сильнее. Я чувствовал, как с каждой миссией мое тело превращается в монолит.

А потом всё внезапно стихло.

Три дня назад на мой защищенный телефон пришло короткое сообщение от Фила Колсона: «Гидра залегла на дно. У тебя бессрочный отпуск. Наслаждайся отдыхом, Майерс».

И вот теперь я лежал на диване в своем бруклинском лофте, лениво подбрасывая в воздух бейсбольный мяч и ловя его не глядя. Телевизор бубнил что-то про очередную выходку Тони Старка, но мои мысли были далеко от Железного Человека.

Перед тем как уйти со связи, Колсон вскользь упомянул, что сам он отправляется в срочную командировку на юго-запад. В Нью-Мексико. Кто-то из местных нашел в пустыне кратер с молотом, который не может сдвинуть с места даже грузовик.

Молот и Нью-Мексико.

Мои знания канона буквально кричали о том, что прямо сейчас там разворачивается драма шекспировских масштабов с участием изгнанного бога грома, его коварного брата Локи и огнедышащего металлического голема.

Я поймал мяч и сжал его в руке. Стоит ли мне ввязываться? Купить билет до Альбукерке, прийти в кратер, посмотреть на агентов Щ.И.Т. а… А дальше что? Попытаться поднять Мьёльнир? С моими прагматичными взглядами на жизнь и свежим следом из сломанных шей наемников Гидры я явно не тянул на того, кто «достоин». Сражаться с Разрушителем? Моя адаптация, конечно, читерская вещь, но проверять, сможет ли она переварить концентрированную асгардскую магию, как-то не хотелось.

Нет. Пусть Тор сам учится смирению, заводит роман с Джейн Фостер и возвращает себе силы. Мне там делать нечего. Тем более, у меня сегодня был праздник поважнее.

Я сел на диване и мысленно потянулся к интерфейсу сингулярности.

В воздухе перед моими глазами вспыхнули знакомые фиолетовые строчки. Системный таймер, который последние полгода мозолил мне глаза, наконец-то обнулился.

[Блокировка снята. Система призыва готова к работе.]

Я глубоко выдохнул, чувствуя легкий мандраж. В прошлый раз, находясь в безвыходной ситуации в подвалах Штрукера, я рискнул всем и сделал «Концентрированную крутку». Система дала мне награду в один невероятный по мощности пакет — адаптацию Думсдея. Но расплатой стали шесть долгих месяцев полного отсутствия доступа к гаче.

Сейчас передо мной снова стоял выбор.

Я мог снова запустить концентрированный призыв. Получить что-то по-настоящему ультимативное, способное переворачивать горы или стирать города. Но это означало бы снова лишиться системы, возможно, на год или больше. А впереди маячило вторжение читаури и куча других проблем.

С другой стороны — обычная крутка. Базовый призыв, после которого система уйдет на перезарядку всего на один месяц.

Я взвесил все «за» и «против». Моя физическая сила, регенерация и выживаемость уже находились на запредельном уровне. Мне не нужно было срочно становиться богом, чтобы выжить на улицах Нью-Йорка. Мне нужны были инструменты и вариативность.

Зачем лишать себя козыря на долгий срок, если можно получать новые навыки постепенно? Если мне не повезет сегодня, через месяц я смогу попробовать снова. А если припрет, концентрированную крутку всегда можно будет сделать позже.

Решено. Жадность — плохой советчик, особенно когда ты уже играешь с шулерами вроде Ника Фьюри.

— Система, — произнес я вслух, глядя на мерцающий экран. — Запускай обычный призыв.

[Подтверждено: Обычный призыв.][Запуск генерации…]

Фиолетовое окно интерфейса закрутилось воронкой, вспыхивая тысячами искр, проносящих сквозь себя фрагменты бесчисленных вселенных. Я затаил дыхание, ожидая, что именно решит выдать мне Сингулярность на этот раз.

[РЕЗУЛЬТАТЫ ПРИЗЫВА: ]

[F]— Колпачок от синей ручки

Тип: Предмет

Lore: Вечный странник Мультивселенной. Колпачки всегда исчезают первыми, оставляя ручки высыхать. Этот экземпляр был найден в складках пространства между мирами.

Эффект: На нем видны следы зубов. Абсолютно бесполезен без самой ручки.

[F] — Фантик от конфеты «Цитрон»

Тип: Предмет

Lore: Маленький клочок шуршащей бумаги, пахнущий дешевым лимонным ароматизатором. В мире, откуда он прибыл, такие конфеты всегда оставались в вазе последними.

Эффект: Приятно шуршит в кармане, создавая иллюзию наличия чего-то ценного.

— Издеваешься… — процедил я сквозь зубы, пробегая глазами по следующим строчкам, которые система выплевывала одну за другой, словно автомат с проигрышными лотерейными билетами.

[F] — Проколотый мячик для пинг-понга. Грустный спортивный инвентарь из мира зомби-апокалипсиса.

Эффект: При броске летит по непредсказуемой траектории и издает грустный звук.

[F] — Кусок засохшего пластилина. Твердый, как камень, серо-бурый комок.

[F] — Кнопка «Esc» от клавиатуры. Вырванная с корнем.

Эффект: Символизирует невозможность побега. Практической пользы — ноль.

Отличная шутка, Сингулярность. Прямо в точку мать твою.

[F] — Использованный чайный пакетик. Слабо пахнущий бергамотом и отчаянием экономии на космической станции.

[F] — Стертый лотерейный билет. С надписью «Попробуйте еще раз».

[F] — Инструкция к тостеру на мертвом языке. Пачка красивых, но абсолютно бесполезных схем.

Виртуальный инвентарь пополнился горой отборного космического мусора. Я тяжело вздохнул, потирая переносицу. Восемь искр из десяти оказались абсолютным, эталонным хламом. Вероятность получить что-то стоящее в обычной крутке всегда была низкой, но чтобы настолько…

Впрочем, оставались еще две строчки. И они светились совершенно иным светом.

Я мысленно молился на девятую позицию.

[D] — Навык: «Орлиный взор»

Тип: Навык (Пассивный)

Lore: Базовое умение следопытов из лесов Скайрима. Позволяет концентрировать внимание на удаленных объектах, игнорируя визуальные помехи вроде легкого тумана или листвы.

Эффект: Увеличивает дальность четкого зрения на 25 % и улучшает точность при стрельбе из метательного или огнестрельного оружия.

Светящаяся зеленоватая искра сорвалась со списка и впиталась мне в лоб. Я моргнул. Мир вокруг внезапно обрел кристальную четкость. Мельчайшие пылинки, танцующие в луче уличного фонаря за окном, текстура кирпичной кладки на здании напротив — всё стало контрастным и поразительно ясным.

Я довольно улыбнулся. Ранг «D» не переворачивал игру, но это было чертовски полезное приобретение. В связке с моим навыком «Оружейный импровизатор» и возросшими рефлексами, «Орлиный взор» делал меня идеальным стрелком. Никакой туман, дымовая завеса или дождь больше не будут для меня помехой.

Оставалась последняя строчка. Главная награда в этой десятке. Вспыхнул глубокий, насыщенный синий свет, сопровождаемый звуком, похожим на гудение трансформатора.

[C] — Навык: «Укрепление» (Reinforcement)

Тип: Навык (Активный)

Lore: Базовая ветка магии из мира «Fate/stay night». Это искусство наполнения объекта энергией для усиления его концептуальной основы: нож станет острее, лампочка — ярче, а стул — прочнее.

Эффект: Позволяет временно (на 5-10 минут) незначительно увеличить прочность или эффективность любого неодушевленного предмета в руках. При избытке энергии предмет может взорваться.

Я замер, перечитывая описание.

Fate/stay night. Укрепление. Я прекрасно помнил этот навык. В аниме им постоянно пользовался Эмия Широ. Это была базовая, почти примитивная магия, но в моих руках она приобретала совершенно иной, пугающий потенциал. Настоящая ценность этого навыка заключалась в другом, он просто идеально сочетался с моим «Оружейным импровизатором».

Теперь любой мусор, валяющийся под ногами, становился для меня смертоносным арсеналом. Достаточно было взять обычный камень, ржавый гвоздь или щепку и напитать их энергией, делая прочнее стали. А если метнуть такой предмет с моей нечеловеческой мощью, да еще и с идеальной снайперской точностью от свежеполученного «Орлиного взора»? Любой кусок хлама превращался в крупнокалиберную пулю или бронебойный снаряд, который без проблем прошьет человека или даже легкую бронетехнику насквозь. А если я перекачаю предмет энергией, как гласило описание… у меня в любой момент будет под рукой осколочная граната.

Я мысленно потянулся к инвентарю и извлек кусок засохшего пластилина из этой же крутки. Он материализовался прямо у меня в ладони. Сконцентрировался, вспоминая, как это работало в каноне магии.

Понять структуру. Насытить энергией.

По моим венам от плеча к кисти пробежал едва заметный голубоватый импульс. Пластилин в руке тускло мигнул. Я сжал кулак со всей своей чудовищной силой. Вместо того чтобы раскрошиться в пыль, серый комок сдержал давление, став тверже гранита.

Я разжал пальцы и слабо усмехнулся. Синий свет угас, и пластилин тут же рассыпался мелкой крошкой.

Это был идеальный улов. Я очистил инвентарь от фантиков, вырванной кнопки «Esc» и пожеванного колпачка, безвозвратно избавляясь от этого мусора. Гача была жестокой и выдала мне гору откровенного хлама, но два последних навыка окупали всё с лихвой. Я расширил свой тактический арсенал, не лишаясь при этом системы на долгие месяцы.

Следующая крутка будет ровно через тридцать дней. А пока… пока я мог со спокойной душой наслаждаться своим бессрочным отпуском и смотреть, как мир вокруг постепенно готовится к прибытию богов и инопланетян.

* * *

Три дня моего так называемого «бессрочного отпуска» доказали одну простую, но неприятную истину, я разучился бездельничать.

Я лежал на кожаном диване в своем лофте, тупо уставившись в потолок, и прислушивался к монотонному гулу нью-йоркских улиц за окном. Ноутбук с играми был закрыт, телевизор выключен. Тишина, о которой я так отчаянно мечтал, оказавшись в этом мире, теперь казалась неестественной, почти давящей.

За последние шесть месяцев работы на Фьюри мой организм, привык к совершенно другому ритму. Ночные перелеты, зачистки баз, перестрелки, постоянный привкус адреналина и пепла на губах. Я привык быть в движении.

Я сел на диване, потирая лицо руками, и честно признался самому себе, я уже наотдыхался. Тот Маркус, который вздрагивал от каждого шороха в соковийском лесу исчез. Я обжился в этом безумном мире. Перестал быть просто испуганным беглецом с суперспособностями и стал самым настоящим хищником, который уверенно чувствует себя в бетонных джунглях. Мои травмы, как физические, так и ментальные, затянулись.

Прятаться вечно в уютной бруклинской квартире было бессмысленно. События вокруг набирали обороты, и если я планирую пережить грядущие глобальные катастрофы, мне нужно выходить в свет. Строить мосты. Обзаводиться связями с теми, кто действительно будет решать судьбу этой планеты.

А прямо сейчас один из таких людей(асов) находился в изгнании посреди жаркой пустыни.

План созрел быстро. Я не собирался врываться на базу Щ.И.Т. а вокруг молота, размахивая пушками, или пытаться поднять Мьёльнир на камеру. Мне нужно было оценить ситуацию своими глазами, посмотреть на асгардцев и, возможно, ненавязчиво оказаться в нужном месте в нужное время, когда появится Разрушитель.

Но заявиться в зону проведения операции Щ.И.Т. а просто так, не предупредив свое «начальство», было бы ошибкой. Параноик Фьюри мог решить, что я вышел из-под контроля, а мне лишние проблемы с его агентами были ни к чему.

Я встал, подошел к столу и взял черный защищенный коммуникатор. Быстрый набор по единственному сохраненному каналу.

После второго гудка раздался спокойный, невозмутимый голос:

— Слушаю вас, Майерс.

— Добрый день, агент Колсон, — произнес я, подходя к окну. — Надеюсь, не отвлекаю вас от созерцания инопланетного молотка в пустыне?

На том конце провода повисла секундная пауза. Колсон, как всегда, переваривал информацию с профессиональным хладнокровием.

— Директор Фьюри ясно дал понять, что у вас отпуск. Вам чего-то не хватает?

— В том-то и дело, Фил. Мне катастрофически скучно, — я усмехнулся. — Нью-Йорк — отличный город, но сидеть в четырех стенах оказалось сложнее, чем ломать шеи боевикам. Так что я решил немного сменить обстановку и заняться туризмом. Буду в Нью-Мексико к завтрашнему утру.

Колсон тяжело вздохнул. Я прямо-таки представил, как он сейчас трет переносицу где-нибудь в мобильном штабе посреди песков.

— Это закрытый объект, Майерс. Здесь проводится масштабная карантинная операция. Гражданским, даже таким необычным, как вы, здесь делать нечего. Если вы появитесь на периметре, мои люди откроют огонь на поражение.

— Расслабьтесь, я не собираюсь устраивать вам показательные выступления и светить лицом перед рядовыми агентами, — спокойно ответил я. — Никто даже не поймет, что я там. Я не хочу палить свою личность или тот факт, что я работаю на директора. Просто считаю, что в сложившейся ситуации на юго-западе вам может понадобиться… скажем так, независимый наблюдатель. На случай, если всё пойдет не по плану.

— У нас всё под контролем, — ровным тоном парировал Колсон.

— Конечно. Именно поэтому вы оцепили кусок пустыни ради молотка, который никто не может поднять, — с легким сарказмом заметил я. — Я буду тихим, как мышь, Фил. Считайте это неофициальным визитом вежливости. Конец связи.

Я сбросил вызов, не дожидаясь его возражений, и бросил коммуникатор на стол.

Затем направился в подвал. Собирать тяжелое вооружение я не стал — тащить штурмовые винтовки в аэропорт было бы идиотизмом. Я взял лишь пару керамических ножей, которые не звенят на рамках, немного налички и несколько случайных мелких предметов. С моим новым навыком «Укрепление» и «Орлиным взором» эта мелочь в моих руках была опаснее крупнокалиберного пистолета.

Я бросил вещи в небольшую спортивную сумку, накинул легкую куртку и вышел из квартиры. Пора было посмотреть на богов вживую.