Крейсер Муран вышел из прыжка бесшумно, как призрак. Системы маскировки, встроенные в его органическую обшивку, работали безупречно: для радаров Конфедерации корабль оставался пустотой — ни теплового следа, ни радиосигнала.

Новый Багдад. Лекс смотрел на огни системы Вега, и в груди неприятно кололо.

— Красиво, — прошептал Макс, глядя на развернувшийся внизу мегаполис.

Город раскинулся на тысячи километров — исполинский улей, пульсирующий огнями, пронизанный венами транспортных артерий и утыканный шпилями небоскрёбов. Где-то там, в стальном сердце системы, находилась резиденция Пунга. И там же ждал узел связи С-14, который им предстояло вскрыть.

— Для меня это не красота, друг, — поправил Лекс. — Там миллионы людей, которые верят в ложь. Там солдаты, которые нажмут на спуск, потому что считают нас монстрами. Там...

— Там похоронена моя мать, — тихо перебил Макс.

Все обернулись. Юноша не смотрел на них, его взгляд приковался к ночной стороне планеты.

— Я не говорил раньше. Она осталась здесь после развода, когда отец начал строить свою «идеальную империю». Умерла пять лет назад. Вальтер даже не пустил меня на похороны — сказал, что у наследника престола нет времени на «сентиментальную слабость».

— Прости, — глухо сказал Эйден.

— Не за что. Теперь это просто ещё один счёт, который нужно оплатить.

Лекс положил руку парню на плечо, ощущая, как того бьёт мелкая дрожь.

— Мы сделаем это, Макс. Ради неё. И ради тех, кто ещё жив.

В рубку вошёл Док, вытирая руки ветошью, пропитанной едким машинным маслом и био-гелем Муран.

— Челнок готов, — прохрипел он. — Старая модель «Стриж», я её подготовил. Выглядит как обычный мусоровоз или грузовой транспортник. Если не будете лихачить, никто и глазом не поведёт.

— Ты остаёшься на «Тени»? — уточнил Лекс.

— Ага. Буду сторожить эту... зверюгу. Если прижмёт — уйду в прыжок и вытащу вас по маяку.

— Жди нас, Док. Сколько потребуется.

— Буду. — Старик помолчал, оглядывая органические стены, которые, казалось, стали темнее. — Только не задерживайтесь. Эта штука начинает меня пугать. Кажется, она понимает, что я здесь лишний.

— Понимает?

— Ну, не в буквальном смысле. Но я чувствую вибрацию под полом. Она дышит, Лекс. И это дыхание мне не нравится.

— Док, ты начал разговаривать с кораблем, — слабо усмехнулся Эйден.

— А ты разговаривал с теми, кого убивал? — огрызнулся старик. — Вот и я разговариваю. Это помогает не сойти с ума в этой мясной лавке.

Они обнялись — коротко, по-мужски. В этом жесте было больше прощания, чем им хотелось бы признать.

— Возвращайтесь, — прохрипел Док, возвращаясь к пульту. — А то мне скучно будет одному потрошить инопланетные мозги.

— Вернёмся.

Челнок отстыковался от «Тени» и, поймав гравитационный луч, начал стремительное снижение. Впереди плотная атмосфера Нового Багдада и ложь, которую пора уже сжечь дотла.