Из фургона вышли двое. Знаете, что самое неприятное? Они не выглядели как люди, которые сейчас должны были закричать: «А-А-А-А, ЧЕЛОВЕК-МИКСЕР!!!» — и убежать в противоположную сторону, как сделал бы любой здравомыслящий гражданин. Нет. Они вышли спокойно, легонько дверцу захлопнули, чтобы водитель не ругался.

Первым был высокий мужчина в серой форме, похожей одновременно на военную, медицинскую и офисную. То есть на такую, в которой человек может и приказ отдать, и укол сделать, и ипотеку тебе не одобрить. Лицо у него было каменное, как у кассира в конце смены, когда ты пришёл с купюрой в пять тысяч за жвачкой.

Вторая фигура оказалась девушкой. Тут мой мозг, который ещё пару минут назад пытался понять, как закрывать глаза без век, внезапно решил: «О, а давай сейчас займёмся вообще не тем». Она вышла из фургона легко, будто не из служебного транспорта неизвестной организации, которая, возможно, приехала меня упаковывать, а как из клипа какой-нибудь популярной девчачьей K-pop-группы. Чёрная униформа сидела на ней слишком хорошо. Белая рубашка, короткая куртка с красной нашивкой ГОСТ на плече, недлинная юбка, высокие сапоги почти до колена, перчатки, аккуратный ремень с какими-то металлическими штуками, назначение которых я не хотел узнавать на практике. Волосы средней длины, русые, лицо спокойное, красивое и очень недовольное. То есть прям мой типаж, если не учитывать, что она, скорее всего, пришла меня грохнуть.

— Максим, — сказал Блендо.

— Да? — тихо отозвался я, не отрывая взгляда от девушки.

— Я тебе, конечно, не советчик… Но лучше беги.

На этом наше совещание закончилось. Я дал дёру. Без героических шаблонов или криков в стиле «Я сам выбираю свою судьбу!». Просто развернулся и рванул так, будто в мою жизнь вернулась физкультура и вообще такое понятие, как спорт. Только теперь вместо физрука с секундомером за мной была женщина в сапогах и организация с названием, которому место на этикетке докторской колбасы. В первую секунду я ещё не был уверен, что за мной бегут. Ну мало ли, обознались… Может, они просто вышли подышать свежим воздухом. Или фургон перегрелся. А возможно они увидели миксер на ногах и решили: «Не, ребят, сегодня не наш день». Такое ведь возможно? Теоретически, в какой-нибудь доброй вселенной, где люди не воюют, не голодают и не превращаются в кухонную технику. Но уже через пару секунд за спиной раздался быстрый металлический стук каблуков по асфальту. Чёткий, до ужаса ровный. И, само собой, приближающийся.

— Всё-таки бегут, — озвучил я, не оборачиваясь.

— Да, Максимка, бегут.

— Я заметил! Спасибо, Блендо! — поблагодарил я с сарказмом.

— Тогда зачем сказал это?

— Потому что мне страшно! — объяснил я и удачно свернул в боковой переулок.

Чуть не сшиб старый дорожный знак, перепрыгнул через какой-то ящик, приземлился криво и едва не навернулся «лицом» в лужу. То есть миксером! Хотя, если честно, в моей ситуации разница была уже чисто философская…

— Как они меня вообще нашли⁈ — выдохнул я на бегу.

— Выследили, — спокойно ответил Блендо.

— Спасибо, капитан очевидность! А подробнее⁈

— Они всегда выслеживают таких, как мы, Максимка.

— «Как мы»⁈ — я едва не зацепился ногой за пакет мусора, — Блендо, я тебя умоляю, не говори это таким тоном, будто мы с тобой давно женаты и вместе гасим ипотеку!

— Мы связаны.

— Это звучит ещё хуже!

Сзади что-то свистнуло. Я инстинктивно пригнулся, даже не понимая, от чего именно. Над моей головой пролетела раскалённая красная линия и врезалась в стену впереди. Кирпичи зашипели. На штукатурке остался чёрный след, будто кто-то провёл по ней гигантским утюгом. Я замер на долю секунды.

— Это что было⁈ — я уставился в след от удара.

— Предупредительный выстрел.

— ПРЕДУПРЕДИТЕЛЬНЫЙ⁈ ОНА МНЕ ЧУТЬ СКАЛЬП НЕ СНЯЛА!

— У тебя нет скальпа.

— НЕ ВРЕМЯ!

Я снова сорвался с места. Переулок оказался узким, грязным и почему-то полным препятствий. Вот прям совсем, будто кто-то специально перед моим побегом прошёлся по району и расставил всё самое неудобное: мусорные баки, коробки, велосипеды, старые доски, пластиковый манекен без головы, строительные вёдра, три сломанных стула, детский самокат и одинокий резиновый сапог. Зачем он в переулке? Кто его там оставил? Почему он лежал именно там, куда я ставил ногу? Эти вопросы очень интересовали бы меня, если бы не тот факт, что меня в данный момент пытались догнать люди из организации, которая, судя по всему, не практиковала нелетальное оружие. Я перепрыгнул через самокат. Почти. Колесо предательски поехало в сторону, нога соскользнула, и я сделал в воздухе такое движение, какое в фигурном катании, наверное, оценили бы балла на три. Потом всё-таки удержался, врезался плечом в мусорный бак, отскочил от него и побежал дальше.

— Мир меня сливает, — прохрипел я, — Он точно хочет моей смерти!

— Высокая плотность препятствий действительно снижает эффективность побега.

— Ты не мог бы говорить менее очевидные вещи, когда меня ловят⁈ Что-нить полезное, например? — у меня сбилось дыхание.

— Переулок хреновый, — на серьёзных щах заявил Блендо.

— Вот! Спасибо! Уже лучше!

А сзади снова раздались шаги. Быстрые, вот прям слишком быстрые. Я даже рискнул обернуться. И тут же пожалел… Девушка из ГОСТа неслась за мной так, будто закон физики был её бывшим парнем, которому она решила доказать, что он зря её бросил. Юбка и куртка развевались на бегу, сапоги выбивали из асфальта чёткий ритм, волосы подпрыгивали, лицо оставалось абсолютно спокойным. Это выглядело очень красиво, очень опасно и совершенно не способствовало моей текущей потребности выжить.

— Охренеть… — оценил я, «вылупив глаза».

— Не отвлекайся.

— Ну ты видел⁈ Видел⁈

— Видел.

— Она красивая, она охренеть какая красивая! — меня понесло не в ту степь. Перспектива сдохнуть от её рук уже не казалась такой мрачной.

— Она опасная.

— Это не отменяет первого, Блендо!

— Первое не отменяет второго, Максим.

— Ну не буду же я драться с девчонкой! — оправдался я.

Блендо помолчал секунду.

— Максим… — услышал я его вздох.

— Что?

— Ты об неё зубы свои обломаешь к чертям собачьим. Даже не думай.

— У меня они есть? — истерично усмехнулся я.

— Нет.

— Тогда чем я рискую? — привёл я весомый аргумент.

— Самым дорогим в твоей новой жизни… венчиком.

Вот это, кстати, прозвучало вполне убедительно. Не хочу знать, как ощущается перелом венчика… Я снова посмотрел вперёд. Вовремя, потому что прямо передо мной выросла старая тележка из супермаркета. Откуда она взялась в переулке? Не знаю. Видимо, это был её естественный ареал обитания. Я перескочил через неё, зацепился штаниной, чуть не навернулся, снова удержался и издал звук человека, который уже перестал бояться выглядеть глупо.

— Она вообще человек⁈ — спросил я.

— С виду — да.

— А на самом деле? — постарался себя ускорить.

— Такая же, как ты.

— Миксер⁈ — одновременно и обрадовался, и очень сильно расстроился.

— Нет.

— Тогда какая⁈

— Сейчас узнаешь.

— Блендо, я не люблю, когда ты так говоришь!

В спине стало немного горячо… Не так, как солнце припекает спину летом. По ощущениям — ближе к открытой духовке и, соответственно, горячее. Я почувствовал, как белая рубашка прилипла к спине. Где-то рядом запахло палёной пылью, раскалённым металлом и чем-то подозрительно похожим на поджаренный хлеб.

— О-о-о нет, — взвыл я, — Только не говори…

— Говорить не буду, сейчас сам всё увидишь.

Я обернулся ещё раз. Девушка из ГОСТа продолжала бежать, но её правая рука уже менялась. Кожа расходилась не как в дешёвом ужастике, а как будто поверх неё проступал другой слой — металлический, чёрно-серый, с красными нагревательными линиями. Пальцы стали тоньше, жёстче, суставы щёлкнули. Предплечье раскрылось пластинами, внутри вспыхнули полосы раскалённого элемента. Как у тостера. Хотя нет, почему «как»? Это и был буквально он! Часть её тела стала тостером… Почему так? Да потому что! Почему бы и нет? Я же миксер! Так что логично, что за мной бежит девушка-тостер! В другой руке у неё появился клинок. Тонкий, прямой, раскалённый докрасна, будто его только что вытащили из печи. Он оставлял за собой дрожащий след в воздухе. Девушка ускорилась.

— Стоять! — властно крикнула она.

Голос был звонкий, резкий и злой. Очень злой. Не «я опоздала на маршрутку» злой, а «мне дали приказ, и ты почему-то ещё жив» злой!.. Жесть, как же тупо это звучит…

— Я бы с радостью! — крикнул я в ответ, перепрыгивая через очередной мусорный мешок, — Но у нас с вами разные жизненные планы!

— Остановись и прими утилизацию, демон!

— ЧТО ПРИНЯТЬ⁈ — выпалил я.

— Утилизацию! — донеслось мне в спину.

— Да вы там вообще нормальные⁈ Нельзя же так! — снова обернулся я.

В эту секунду девушка прыгнула. Я видел, как она летит ко мне, держа раскалённый клинок наискось. В этот момент мой мозг сделал то, что делал лучше всего: перестал быть полезным и начал оставлять тупые комментарии. «Красивая». «Сейчас убьёт». «Сапоги классные». «СЕЙЧАС УБЬЁТ». Я рухнул вперёд, почти упал на руки, и клинок прошёл над моей спиной. От жара рубашка на плече задымилась. Я завизжал так, как не визжал даже тогда, когда в детстве увидел паука в ванной. Хотя он, если честно, тоже был серьёзным противником.

— ДА ТЫ ЧТО ТВОРИШЬ⁈ — заорал я, перекатываясь по грязному асфальту.

Девушка приземлилась, развернулась и тут же пошла на второй круг. Без передышки и каких-либо сомнений. Как же сейчас не хватало этого прекрасного момента из фильмов, где противник даёт тебе время собраться, сказать что-нибудь умное и красиво подняться. Нет. Она просто хотела сделать из меня горячий бутерброд. Я отполз назад, врезался спиной в мусорный бак, схватил крышку и инстинктивно выставил её перед собой, как щит. Клинок ударил по ней, раздалось шипение. Металл раскалился, запахло так, будто кто-то решил приготовить на помойке завтрак из ржавчины.

— АЙ! — я отбросил крышку, — Горячо!

— Очевидно, — сказал миксер.

«Не беси меня, Блендо!»

Девушка сделала шаг вперёд. Лицо всё ещё красивое, а глаза… ох, какие глаза! Холодные, чарующие… Правая рука горела красными линиями, как миниатюрная печка.

— Объект МКС-01, — объявила она, — Ты подлежишь немедленному изъятию.

— Я Максим! — поправил её я.

— Объект МКС-01.

— Максим!

— Ты стабильный носитель с потенциальным срывом. Высокий риск. Готовься к смерти! — она уже занесла клинок.

— Я просто бариста! — замахал я руками, — СТОЙ! СТОЙ, ДА ПОГОДИ ТЫ!

— Был, — она остановилась, меч по-прежнему был над моей головой.

Был? Чёрт, это было обидно. Прямо по больному.

— Слушай, — сказал я, медленно поднимаясь и отступая, — Может, мы поговорим? Ну, как цивилизованные люди? Ты, я, мой голос в голове, твоя раскалённая штука…

— Прими смерть с достоинством! — она крепко стояла на своём.

— Я же предложил поговорить!

— Разговор окончен, — холодно отрезала она.

— Блендо, у неё проблемы с коммуникацией… — прошептал я.

— У неё приказ, Максим.

— А у меня желание жить!

— Тогда беги, она отвлеклась.

— Я и так бегу!

И я снова побежал, а она — за мной. Только теперь это был уже не побег, а какой-то цирк смерти! Я петлял между мусорными баками, ящиками и непонятными городскими объектами, происхождение которых не смог бы объяснить даже человек, который их сюда поставил. Девушка-тостер двигалась за мной быстро, чётко и без малейшего уважения к моей панике. Она рубанула клинком по металлической трубе, торчащей из стены. Та зашипела, покраснела и с грохотом упала мне под ноги.

— Это было обязательно⁈ — заорал я, перепрыгивая через неё.

— Остановись!

— Ты постоянно это говоришь, но ни разу не объяснила, почему я должен слушаться человека, который пытается приготовить меня на открытом воздухе!

— Ты не человек.

Я споткнулся. Не сильно. Так, на полшага. Но внутри будто кто-то ударил меня по выключателю.

— Что?.. — выдохнул я.

— Ты объект МКС-01, — сказала она уже ближе, — Потенциально опасный носитель. Подлежишь фиксации или утилизации.

— Я Максим, — повторил я, хотя голос прозвучал уже не так уверенно.

— Это не меняет протокол.

— Да что у вас за протоколы такие⁈ — я резко свернул за контейнер, — Там вообще есть пункт «не травмировать человека сразу после худшего дня в его жизни»?

— Нет.

— Ах, ну да, действительно! Зачем нормальные пункты в протоколах⁈

Блендо тихо сказал:

— Максим.

— Что⁈

— Она сокращает дистанцию.

— Я заметил!

— Недостаточно быстро заметил.

В этот момент девушка-тостер ударила ногой по мусорному контейнеру. Контейнер поехал на меня. Нет, не покатился. Именно поехал. Как злая железная маршрутка без водителя, билета и совести.

— Да вы издеваетесь! — я едва успел отскочить.

Контейнер пронёсся мимо, врезался в стену и раскрылся, выплёвывая наружу пакеты, коробки и запах, за который в нормальном мире дают административный срок. Я зажал венчик рукой, надеясь прикрыться от вони, но как на зло он просачивался через все щели корпуса головы…

— Блендо, план есть?

— Есть.

— Отлично! Какой?

— Не умереть.

— Блендо?

— Максим, ты попросил меня сказать тебе, что у нас есть план. Я сказал. Что тебе ещё нужно?

«Да пошёл ты, Блендо!»

Девушка-тостер подняла клинок.

— Объект МКС-01, последнее предупреждение. Остановись. Не сопротивляйся и прими утилизацию.

Я сглотнул. Хотя всё ещё не был уверен, чем именно я это делаю.

— Слушай, — сказал я, подняв руки. — Я, конечно, понимаю: у тебя работа, форма, сапоги, горячая рука, всё такое… Но смерть я один раз сегодня уже почти принял. Мне не понравилось.

Она не ответила. Просто шагнула ближе. Жар ударил в лицо… блин… В миксер! В общем, в то, что у меня теперь отвечало за выражение ужаса. Венчики сами собой тихо дрогнули.

«Вж-ж-ж…»

Девушка замерла. Блендо очень тихо отозвался внутри:

— Максим.

— Что?..

— Сейчас будет больно.

Клинок сорвался вниз.