Светлана Сергеевна стояла у окна и с задумчивым видом смотрела на город.
Огни мегаполиса с высоты ее квартиры в ночи казались звездным небом, которого она уже давно не видела. Проплывающие внизу огоньки фар автомобилей, словно светлячки мельтешили между зданиями.
— Хм, — усмехнулась женщина такому сравнению в голове и пригубила из бокала вина.
Ее взгляд скосился на распечатанную работу Главгера, что лежала на журнальном столике. Она взяла ее и снова впилась взглядом в отредактированное фото для поста.
Она поджала губы, тяжело вздохнула и произнесла:
— Хорошо ведь, сукин ты сын!
Снова пригубив вина, она перелистнула страницу и пробежалась глазами по предложениям по продвижению группы.
Тут были не просто реклама в виде постов в группе или заливов роликов. Тут была целая стратегия продвижения. И заключалась она в…
Детский праздниках!
Дети — это именно та категория, про которую Светлана Сергеевна даже не подумала. Нет, не потому, что ее не учитывала, а просто воспринимала как не платежеспособную аудиторию, от которой ноль толку, но Главгер…
Главгер по пунктам разложил то, что вроде бы лежало на поверхности.
Сексуализированный образ привлекал мамочек, а брутальность и реальная помощь с закрытием провалов привлекала мальчишек. Вот и выходил замечательный тандем, который было необходимо продвигать не просто в социальных сетях, но и на определенного рода мероприятиях.
— Гениально… — прошептала начальница и пригубила вина.
Она отложила бумаги на столик, снова подошла к окну и задумалась.
Раньше, буквально полгода-год, Главгер постоянно сыпал подобными идеями. Они делали просто удивительные проекты. Компания летела вверх по рейтингам, словно на ракете, но в один момент…
— Словно топливо кончилось, — кивнула своим мыслям Светлана Сергеевна. — Что же с тобой случилось, Гера?
Женщина отвернулась от окна и оглядела свою гостиную. Диваны, столики, огромная плазма на всю стену. Но ее взгляд упал на небольшую фотографию в рамке на стене.
На ней она в вечернем платье, чуть помоложе, держит в руках кубок и счастливо улыбается. Причем видно, что фотографию словно обрезали, а на ее плече чья-то мужская рука.
— Черт с ним, — произнесла женщина и залпом опустошила бокал. — Плевать, что случилось. Главное — почему он снова включился в работу? Что было такого…
Тут она подошла к столику, где стояла бутылка, взяла ее и хотела было наполнить бокал.
— А, к черту! — ругнулась она и поставила бокал, припав к горлышку бутылки.
Глоток, второй…
— Фу-у-ух… Так! — Светлана Сергеевна принялась расхаживать по просторной гостинной. — Что поменялось? Это может быть что-то личное? девушка? Влюбился?
Тут она на секунду задумалась и мотнула головой.
— С его нагрузкой — какая девушка? Тогда… Другой сорт кофе в автомате? Краска в принтере? — тут женщина сморщилась, пытаясь вспомнить, что изменилось в офисе в последнее время. — Маркеры на доске для задач? Может быть полнолуние? Венера в марсе? Хотя полнолуние и раньше бывало…
С минуту она просто расхаживала перед окнами, но затем остановилась и припала к бутылке.
Снова пару глотков и тут она скончалась в огромное зеркало на стене. От потолка до пола.
В нем, на нее смотрело отражение.
На голове култышка слегка растрепанная. Лицо румяное от алкоголя. Юбка — карандаш, подчеркивающая ее стройные ноги. И блузка.
Блузка у которой было расстегнуто три пуговки. Ровно настолько, что виднелся край белого лифчика и довольно откровенное декольте.
— Да, нет… — смутилась она, остановив взгляд на своей груди в отражении. — Не может быть…
Женщина сделала еще глоток вина, прошлась по гостиной и пробормотала:
— Это так не работает. Ну, не настолько же он фетишист, чтобы…
Тут она снова остановилась напротив зеркала, подошла поближе и окинула свою фигуру и декольте оценивающим взглядом.
— Ну, нет… Это же не может быть из-за…
И тут в голове всплыли воспоминания. Как Главгер пялился ей на грудь. Как вытягивал шею, чтобы лучше разглядеть. Как наклонял голову и рассеянно отвечал.
— А потом он убежал… В сторону туалета, а не выхода… — произнесла Светлана Сергеевна и удивленно глянула на свое лицо в отражении, которое начало наливаться красным. — Неужели… все дело… было в… Сиськах⁈
Светлана Сергеевна откинулась на своем директорском кресле и задумчиво уставилась на монитор.
Лайки, комментарии и репосты, под последним постом группы «Розовые стринги» росли просто на глазах. Люди обсуждали, люди делились, люди активно ставили сердечки.
Это доказывало только одно — Гера снова на коне.
И это она еще не бралась за его стратегию, которая должна была принести гораздо больший успех. Не сиюминутный, а продолжительный. Тот успех, который выведет эту команду ликвидаторов на другой уровень.
Начальник рекламного агентства поджала губы, придвинулась к окну, которое закрывало жалюзи и засунула пальцы между парочкой пластиковых пластин. Раздвинув их, она глянула на копию Главгера, что сидела с кружкой кофе и с довольным лицом смотрела в монитор.
— Сколько потрачено денег на коучей, сколько я отдала психологам, а тебе… Нужны были сиськи? — прошептала она и убрала руки от жалюзи. — Нет, ну бред же, но…
Тут она снова покосилась на пост, где прямо на экране продолжали появляться отметки о новых лайках и комментариях.
— Ладно… — выпрямилась она. — В любом случае — это надо проверить!
Женщина нагнулась к ящику стола, достала небольшое зеркальце и осмотрела свое лицо. Затем она сняла строгий пиджак, распустила собранный на затылке хвост и принялась расстегивать пуговки.
— Фетешист он или нет — не имеет значения, — произнесла она, поправила грудь и подтянула лифчик так, чтобы было видно его край. — Мне нужно, чтобы он работал! Работал именно так!
Еще раз осмотрев свой образ, она кивнула, убрала зеркальце и не глядя вытащила папку из стопки на столе.
— Так… что тут у нас?
Быстро пробежавшись глазами по еще одной потенциальной группе ликвидаторов, она усмехнулась и кивнула.
— Отлично! Самое то!
Придвинув к себе клавиатуру, Светлана Сергеевна через чат вызвала к себе Главгера. Прошло пару минут, а потом она услышала стук в дверь.
— Вызывали, Светлана Сергее… — зашел в кабинет парень и застыл у стола, даже не договорив.
Взгляд его уже находился на ложбинке между объемными молочными железами начальницы.
— Значит так, — положила перед ним папку женщина. — Вот тут новая потенциальная группа. Сильных там нет в принципе, но вроде они сработались и не лезут в опасные прорывы. Там у них есть девочка девятнадцать лет. По виду — чистый ребенок. Мордочка у нее что надо. Догадался?
Парень, все так же стоявший перед ней, сглотнул и не отводя взгляда кивнул.
— Не сомневалась. В общем, сделай пару постов под них. Попробуй обыграть название группы. «Мармелад» — это больше для поп группы подходит, но… Ты что-нибудь придумаешь. Остальную команду… Смотри сам. Я нацелена на рекламу от производителей кондитерских товаров. Вопросы?
Жора в этот раз даже не кивнул.
— Главгер! — повысила тон начальница.
— А? Что? — тут же встрепенулся парень, глянул на лицо Светланы Сергеевны, но тут взгляд снова скосился на ее грудь.
— Ты понял, что нужно сделать⁈
— Да, понял! — закивал Жора.
— Тогда иди работай, — улыбнулась женщина, но Жора этой улыбки не увидел. Он смотрел все туда же.
Пять секунд — Жора никуда не идет.
Десять…
— Главгер! — рыкнула Светлана Сергеевна, начавшая краснеть. — Иди работай!
Парень тут же тряхнул головой, развернулся и направился к двери. Он уже открыл ее, но тут обернулся и…
Три секунды, пять…
— Рояль, ты издеваешься⁈
— Нет, все, я все сделаю… — с трудом отвернулся Жора и вышел из кабинета.
Стоило ему закрыть дверь, как из-за монитора выглянула довольная физиономия Ильи.
— Что? Влетело?
— А? Да… — растерянно произнес Жора и показал папку. — Тут сделать надо…
— А что сделать? Пост переделать?
Жора несколько секунд молчал, а затем пожал плечами.
— Я не понял.
В зале стоял легкий гул, в котором утопала неторопливая живая музыка от музыкантов, что находились чуть в стороне.
Публика, между которыми сновали официанты в белоснежных рубашках, подобралась разношерстная. От мужчин в серых невзрачных костюмах и женщин в простых, сдержанных платьях, до богачей, одетых в черные дорогие смокинги. Последние, к слову, не постеснялись нацепить по несколько увесистых колец и тяжелых цепочках.
— Вы все же урвали тот лот, так, Василий Васильевич? — пригладил уложенные усы пузатый мужчина в черном смокинге. Его взгляд был прикован к запонкам собеседника. Те были выполнены из платины. С виду невзрачные, в виде символа доллара. В какой-то степени даже пошлые и вульгарные, однако собеседник знал, что это такое. — Слышал, драка на аукционе была за них страшная.
Второй собеседник сдержанно улыбнулся, пригладил бородку и произнес:
— Давно… Давно я так не торговался, Павел Павлович, — степенно произнес он. — Не поверите — даже таблетки пришлось пить, чтобы успокоиться.
— Ну, это уже чересчур, — покачал головой первый. — Поберегли бы вы здоровье, а не за редкими вещицами по аукционам мотались.
— Чья бы корова мычала, Павел Павлович, — хмыкнул богатей и поймал взглядом официанта. Заметив, что тот тоже на него глянул, он поманил его пальцем. — Вам самому-то не надоело? Все по судам, да по приставам.
— Ну, в какой-то мере я остепенился, — опустил взгляд собеседник. — Банкротства в прошлом.
— Да… раньше были времена-а-а-а… — протянул первый. — Можно было урвать кусок пожирнее. А сейчас? Куда не плюнь, а пирог уже поделен.
— Истинно так, Василий Васильевич… Истинно так…
Тот посмотрел на собеседника с прищуром и усмехнулся в бороду.
— Вы по этому занялись слиянием? А? — заметив как смутился собеседник, тот взял у официанта бокал и усмехнулся. — Бросьте, Павел Павлович. Мы с вами настолько богаты, что цифры на счете не имеют значения. А вот интерес, удовольствие, адреналин — нервишки себе пощекотать…
— Ваша правда, Василий Васильевич, — вздохнул собеседник. — Грешен, увы… Не понимаю я вашего увлечения редкостями. Пусть и известных ювелиров. Да и вы, наверное, не сильно понимаете мое… увлечение.
— Не понимаю, но не осуждаю, — поднял он бокал.
Павел Павлович кивнул, поднял свой и двое до неприличия богатых мужчин чокнулись.
Пару секунд, после шампанского они описывали зал взглядом.
— Павел Павлович, — остановил свой взгляд на женщине около тридцати лет в красивом и достаточно откровенном платье. — Я слышал тут… Кое-какие слухи. Шепчуться, что вы хотите мадам Хитрову поглотить с ее отелями.
Собеседник сморщился.
— Василий Васильевич, я похож на того, кто будет поедать пресное мясо?
— М-м-м-м?
— У нее там крохи прибыли. Очень много возни, а денег кот наплакал. Зачем мне это?
— Ну-у-у-у… — задумчиво протянул Василий Васильевич. — А если честно? Говорят, ее акции рухнули на рынке. Говорят, она закатила истерику в…
— Истерики у нее получаются крайне замечательно, — хмыкнул собеседник и выразительно глянул на Василия Васильевича. — Развод, дележка бизнеса… Понимаете о чем я?
— Она хочет выкупить контрольный пакет пока… — начал было богач и умолк. — Понимаю… Очень понимаю, но…? Вы просто согласились ей помочь по доброте душевной?
— Намекнул.
— Но не обещали?
— Нет, конечно, — усмехнулся Павел Павлович. — У нас же свободный рынок и упавшие акции может выкупить кто угодно!
Василий Васильевич открыл рот, затем закрыл и тихо рассмеялся.
— Время идет, а Подвыподвертов не меняется, — покачал головой он. — Когда ты успокоишься? Ты ведь просто продашь ей ее же акции, так?
— Не просто продам, а еще и заработаю, — пожал плечами Павел Павлович.
В этот момент, пока богатейшие, знаменитые и власть имущие в зале выпивали шампанское и общались вполголоса под живую неторопливую музыку, в углу, где паркет переходил в узорчатую мозаику, секция пола неожиданно вздрогнула. Квадратная плита, что закрывала окошко для ревизии коммуникаций в зале, с глухим скрежетом отъехала в сторону.
Из нее, распространяя канализационный смрад вылез молодой парень лет двадцати на вид. Красный, перепачканный нечистотами комбинезон, синяя футболка, на голове мятая перепачканная кепка. Единственное, что не вписывалось в образ молодого сантехника — пышные черные усы под носом.
Он вылез, встал рядом с открытым люком, расправил плечи и залез рукой в нагрудный карман. Оттуда он извлек внушительных размеров резиновый предмет розового цвета. По форме, предмет копировал мужского половой орган в боевом положении.
— Так, мля! — рявкнул он на весь зал.
На него тут же обернулись ближайшие посетители. Скрипка жалобно скрипнула, съехав не на ту ноту и затихла. Спустя пару секунд на парня уставились и остальные. Запах нечистот начал распространяться по всему залу.
— Какой пи… — тут парень осекся, оглядел публику и сплюнул на пол. — Какой му… Кхм… Какой идиот решил, что будет охрененной идеей, мля! Смыть…
Тут он поднял над головой чью-то покупку в секс-шопе и затряс ей над головой.
— Этот… хрен, мля! В унитаз⁈
Над залом повисла тишина. Музыканты замерли, пялясь на молодого сантехника. Один из официантов чуть не влетел в богатея с подносом.
— Где этот, пи… — тут он снова сплюнул на пол. — Этот му… Где этот шваброид⁈
Зал словно окаменел. По просторному помещению разносился тошнотворный запах. От вони, что добралась до ноздрей, стоявший неподалеку худощавый мужчина громко икнул.
— ТЫ⁈ — указал на него резиновым предметом разъяренный сантехник.
Тот испуганно вздрогнул и замотал головой.
— Я последний раз спрашиваю! — снова поднял он предмет над головой и затряс им. — Чье это⁈ Если никто не признается… вы знаете, что вас ждет, так? Знаете же?..
В полной тишине зала, раздался едва слышный скрип и вперед выкатилась коляска, в которой сидела старушка в дорогом платье. Она подалась вперед. Паркинсон не позволял ей долго удерживать шею, голова постоянно подрагивала. Однако, она сосредоточенно взяла себя в руки и подслеповато прищурилась, рассматривая предмет в руке парня.
— Вы хорошо подумали⁈ — снова рыкнул сантехник и угрожающе перехватил предмет в руке. — Последний раз спрашиваю! Чье это⁈
Звенящую тишину в зале разрушил скрипучий голос старушки, что подняла дрожащую руку:
— А можно… поближе рассмотреть?
В этот момент прибор в руке завибрировал, и звук разнесся по всему залу. Абсолютно все люди уставились в одну точку. Секундная заминка. И снова та же вибрация, которая проникала прямо в голову.
— Твою мать! — Я вздрогнул на своей кровати и схватился я за грудь, осматриваясь по сторонам.
Вокруг было темно. Только тусклый свет уличного фонаря просачивался сквозь щель между шторами.
Опять сон.
Черт возьми! То доктора, то сантехники. Да что за хрень мне снится? Лучше бы, как раньше, с концом света, метеоритами, огромными монстрами наподобие Годзиллы и эпичной музыкой.
В этот момент под моей подушкой завибрировал телефон. Уже не в первый раз… И вибрировал он с определённой периодичностью.
Теперь понятно, почему во сне эта штука вибрировала.
Взял телефон и посмотрел на номер. Старик Матвей. Сперва мне хотелось сбросить и послать его, но потом понял, что, наверное, он не просто так звонит посреди ночи.
— Алло? — раздалось с другого конца. — Не разбудил?
— Разбудил вообще-то.
— Ну ладно, — не стал тот церемониться и продолжил говорить. — Слушай, я тебе не просто так звоню. Тут нам информация поступила, есть возможность отправиться в нормальный данж. Ты же там вчера что-то говорил про это? Или это ты просто так болтал?
— Да нет, не просто так. А что за данж? — тут же приподнялся я, сев в кровати. Не зря всё-таки слушал его байки. Связи решают.
— Да точно сказать тебе не могу, сам я туда не пойду, но вроде как что-то такое средненькое. Людей набирают в срочном порядке, потому что оно там как-то… что-то там у кого-то не срослось. Э-э… Ну в общем, всё как обычно. Сам знаешь, как оно бывает.
— Ага.
— В общем, если хочешь, приезжай завтра на Усть-Дворцовую площадь, там прямо на остановке будет сбор. В пять утра.
— Пять утра? — Выпалил я. — А че им там не спится что ли?
— Слушай. Там всё строго. Не то что это… ну понял, да? Так что лучше не опаздывай. Да и чего ты… время-то уже три. Пока умоешься, пока дотопаешь, туда-сюда, вот тебе уже и пять.
— Охренеть, — подумал я про себя. Поспал, блин. — Ладно, спасибо за информацию.
— Ага, давай, удачи тебе, — хмыкнул Матвей и сбросил звонок.
Так. Что это значит?
Я глубоко вздохнул и провёл рукой по волосам, взлохмачивая их.
Это значит, что всё идёт по плану. Именно так, как я хотел. Жору вызывать пока рано. Придется это сделать перед самим выходом из дома. А значит, я не успею расспросить его о вчерашнем. Но да ладно. В любом случае его придется снова отправлять на работу, а мне шуровать в новый пролом.
В принципе, если мне никто не звонил с работы, в том числе начальница, значит, там всё в порядке. Ладно, отлично. Так и поступим.
— Вперёд! Скорей, скорей, скорей!
В ушах стоял топот десятка ног и тяжёлое дыхание.
Воздух вокруг будто бы стал холоднее. А потом…
Бац!
И мы вывалились с другой стороны пролома.
На этот раз всё было абсолютно по-другому. Мы стояли на краю огромного поля, засаженного какими-то невероятными культурами. Золотистые колосья, зелёные кусты, цветущие деревья. Прямо красота, словно с какой-то картинки. Только вот всё это было обманчивое.
Где-то на горизонте, в паре километров отсюда, отчётливо слышались звуки боя. Глухие ударные волны, звон металла, какие-то хлопки, похожие на взрывы небольших зарядов. Вдалеке мелькала группа ликвидаторов, которая кружила вокруг чего-то массивного и тёмного. Босс локации буквально возвышался над полем.
Из обрывков разговоров, которые я успел перехватить, пока мы строились у входа, я понял, что задача ликвидаторов не убивать эту тварь, а лишь сдерживать. И да, знаю, что такое регулярно происходит. Хоть и не в каждом данже. Соответственно, где-то ликвидаторы просто расправлялись с монстрами и закрывали пролом, а где-то прибегали вот к такому изощрённому методу удержания босса, чтобы пролом не закрылся. Пока мы, сборщики, соберём урожай. В данном случае, нашей целью были какие-то волшебные саженцы, то ли плоды, то ли цветы.
Честно говоря, настолько близко к опасному боссу, даже я со своей работой медийщика ликвидаторов, ни разу не был.
Но времени на всякие размышления не было.
Глаза начали разбегаться. Я хватался чуть ли не за всё подряд, так как нас ещё и подгоняли, но уже минут через десять к нам пришёл человек, который довёл ободряющую информацию.
— Так, парни, всё норм.
Это был посыльный от группы ликвидаторов. Он подошёл к старшему нашей группы и они продолжили говорить.
— Что там? Как обстановка?
— Да, босс оказался так себе. Короче, ликвидаторы сказали, что проблем с ним не будет, и мы можем не торопиться. А они там его уже то ли усыпили, то ли оглушили. Короче, он не представляет угрозы, они рядом с ним поочерёдно дежурят.
— Ну, слава богу, молодцы парни. Хотя я в них и не сомневался. Всё же группа не какие-то там зелёные новички, они-то уж явно знают, что делают. — В этот момент старший повернулся к нам и продолжил. — Ну, всё, ребят, вы слышали?
— Да-а! — Ответили ему почти хором. Я же в этот момент с недопониманием осмотрелся по сторонам.
— Однако расслабляться не стоит, поэтому сжали свои булки и быстренько приступили к сбору, — старший хлопнул в ладоши и принялся раздавать команды уже каждому отдельно. — Так, новенький, как там тебя зовут? — обратился он ко мне.
— Гера.
— Слушай, Гера. Вон видишь круглые арбузы, килограмм на двадцать, огромные такие? — Он подошел ко мне, и указал пальцем слева.
— Да, вижу.
— Так вот. Чтоб ты понимал, их надо обязательно носить на руках. Ни в коем случае нельзя катать по земле, иначе испортишь плоды. Сперва их нужно оторвать и аккуратно перенести.
— Понял. Только на руках. — Кивнул я.
— Ага. Так, а потом, вот видишь квадратные тыквы?
— Ага, — кивнул я. — Тоже таскать?
— Нет, вот это надо исключительно кантовать. Потому что как только ты их оторвёшь от стебля, короче, внутри будет происходить какой-то там процесс, из-за которого, опять же, эти плоды испортятся. И чтобы этого не произошло, как только их отрываешь, нужно кантовать их по земле. Таким образом, будет больше шансов сохранить необходимые свойства.
— Так, секундочку. То есть вы говорите, что круглые арбузы нужно таскать, а квадратные тыквы катать по земле? — Решил уточнить я, слегка нахмурившись.
— Ну да, что тут такого? — Он посмотрел на меня так, словно объяснял мне что-то из начальной школьной программы.
— Это шутка такая?
— Так, парень, ты тут работать пришёл или спорить? — С каменным лицом произнес старший. Да и на шутника он вообще никак не тянул.
Мне всё ещё казалось, что надо мной действительно пытаются подшутить. Я оглянулся. Все остальные сборщики уже разошлись по полю и занимались своим делом. Я пригляделся повнимательнее и понял, что они действительно так и делают. Круглое носят, квадратное катают.
— Понял, — почесал я затылок и направился работать.
По итогу, что арбузы, что тыквы нужно было донести до специальной тележки, которая находилась в самом начале пролома. И я не понимал, то ли это связано с расстоянием, то ли с самой землёй, над которой мы всё производили, но по итогу нам действительно пришлось всё это таскать и катать очень далеко. Работа оказалась выматывающей.
— Идиотизм, конечно, ещё тот, — пробормотал я себе под нос, стирая рукавом пот со лба.
Но люди работали и не жаловались. По итогу время достаточно быстро пролетело. Мы до обеда только этим и занимались. Руки забились, спина ныла, а ноги еле держали.
«Охренеть, давненько я не занимался подобной работой!» — подумал я про себя и с тяжёлым вздохом плюхнулся на землю, когда объявили перерыв на обед.
Но для меня это значило не очень-то хорошие новости, ведь получается, что после обеда мы продолжим…
— Твою ж мать, — снова вздохнул я.
— Ну че, как твой первый день? — хохотнул добротный мужик с густой бородой. — Меня, кстати, Антон зовут.
— Гера, — на выдохе произнёс я, после чего скривился, пытаясь усесться поудобнее, чтобы моя спина не отвалилась. — Кстати, как вы узнали, что у меня первый раз?
— Да по тебе же видно, что ты не привыкший к подобной работе. А ещё ты даже на обед ничего не взял. Я прав?
— Ну да, — почесал я щёку, после чего размял шею. — Что-то как-то я об этом и не подумал. На самом деле вчера ходил на один простенький пролом, так там мы управились часа за полтора-два. Поэтому я и не подумал, что сегодняшняя работа займет так много времени.
— Оно на самом деле каждый раз по-разному бывает. Бывает долго, бывает быстро, А иногда вообще ничего не удаётся собрать. А бывает и так, что если ноги успеваешь унести, то уже хорошо. — Хохотнул он. — Оно ж всегда по-разному, не угадаешь, как будет сегодня. Но обед, это святое, — пригладил он свою бороду. — Ладно, на, держи.
Антон протянул мне два варёных яйца, аккуратно завернутых в бумажную салфетку, и маленький пакетик с солью.
— Хоть так немножко перекусишь. Яйца питательные, немножечко сил наберёшься. А то, глядишь, от тебя вообще тут проку никакого не будет.
— Спасибо, — с улыбкой ответил я.
— Да, на здоровье, — он прочистил горло, откашлялся и принялся уплетать варёный рис с маленькими толстенькими сардельками, запивая это всё из термоса горячим чаем. — Второй кружки у меня нет. Так что как выпью, налью и тебе горяченького.
Я благодарно кивнул и разбил яйцо об коленку. Скорлупа хрустнула. И только начал чистить яйцо, снимая тонкую белую плёнку, как вдруг… где-то далеко раздался грохот. После этого секундное затишье, а потом послышался вой. Протяжный и леденящий душу. У меня аж волоски на руках встали дыбом.
Я замер с яйцом, так и не донеся его до рта.
Что за?..
Повернул голову к Антону и понял, что он побледнел. В этот момент земля содрогнулась. Однако опасность была не там… Небо почернело. Я не сразу смог допереть в чем дело. Но уже спустя мгновение моё сердце пропустило удар.
— Твоююю…
Вместе с этим послышался свист. С неба прямо на нас летело… Знаете, как в кино. Когда армия лучников одновременно стреляла навесом так, что казалось стрелы закрыли солнце.
Через секунду какая-то хрень с глухим и влажным шлепком врезалась прямо в лицо одному из наших. Мужик попытался закричать, но получилось лишь истеричное мычание. После чего он упал на землю и принялся кататься, пытаясь содрать с лица эту мокрую, пульсирующую массу.
— А-А-А-А-А!!! — Крики раздались сразу отовсюду.
С неба на нас пикировали сотни тварей напоминающих то ли слизней, то ли какую-то жележку.
Я тут же подскочил на ноги, забыв про боль в спине. Краем зрения заметил, что битва с боссом возобновилась. Видимо он ожил, точнее вышел из-под контроля. И теперь напоминал какой-то вулкан. А из его жерла продолжали валить сотни, если не тысячи мелких монстров прямо в небо. А потом они дождем падали сверху на нас.
Там где были ликвидаторы, земля уже превратилась в чёрное, бурлящее месиво. А до нас эти мерзкие твари только летели.
То ли слизни, то ли пиявки… они все отличались немного, но в целом были похожи. А ещё они присасывались к любой части тела, до которой могли добраться.
— Бежим! — заорал кто-то.
Но везде творился ад. Куда бежать?
Всё взрывалось. Всё горело. За спиной что-то громыхнуло так, что я аж упал вперед на четвереньки. А потом, по приближающейся тени, понял, что на меня что-то летит. Инстинктивно перекатился в бок, а на то место, где я только что был, упало сразу несколько монстров.
Фух! Повезло.
А вот Антону повезло куда меньше.
Он лежал в двух метрах от меня, раскинув руки в стороны, без сознания. А прямо на его шее и груди сидела тварь и уже присосалась.
Мозг отказывался соображать. Но краем сознания я понял, что к нам прибыло подкрепление в виде военных и ещё каких-то магов. Отчего шума и неразберихи стало лишь больше.
Послышались пулеметные очереди, а чуть позже и факелы огнеметов.
Первым порывом было просто броситься бежать. Но потом мой взгляд снова зацепился за лежащего Антона.
Да черт. Ему же никто сейчас не поможет!
И в этот момент, не знаю почему, но мне вспомнилось, как в деревне мальчишки баловались с солью и слизняками. Я быстро схватил пакетик с солью и разорвал его.
Бросок.
Попал прямо на пиявку. И… это сработало.
Тело слизня съежилось, по телу жертвы побежала какя-то прозрачная хрень. А между ним и Антоном появилась щелка.
Рядом валялась лопата, которой работал кто-то из собирателей. Я схватил её за рукоятку и замахнулся.
— Пожри-ка этого! — Буквально проорал.
И со всей силы врезал по пиявке плашмя. Раздался противный визг. Но в то же мгновение она отвалилась, упав на землю. Я не стал ждать. Перевернул лопату остриём вниз и с диким рёвом вонзил её прямо в середину твари.
Слизняк задергался в конвульсиях. Из места разреза хлынула чёрная, вонючая жижа. А потом, прямо на глазах, эта тварь начала сморщиваться в сухую корку.
— ЧТО ЗА ХРЕНЬ⁈
Моё сердце колотилось. Над головой пролетел огромный фаербол. Он врезался в кучу тварей, от чего те хором завизжали так, что аж в ушах зазвенело. А потом появился тошнотворный запах, который застрял где-то в носоглотке. Мне показалось, что я теперь знаю как пахнут жареные черви.
И вдруг у меня в глазах промелькнула какая-то надпись в системном интерфейсе. Я не разобрал, что там было. Просто не до этого. Может таймер вышел?..
Быстро смахнул оповещение и осмотрелся. Бой вокруг не прекращался. Кто-то бегал даже с пулеметом. Откуда-то слева повалил черным дым, из-за которого стало тяжело дышать. Глотку разрывало.
Вокруг было месиво из тварей, магии, огня и взрывов.
«Северный хищный хорек с прекрасным мехом!» — пронеслось в моей голове.
Я отполз в сторону Антона. Он начал приходить в сознание, но сам бы идти не смог.
— Надо валить отсюда! — Проорал я, но было без толку. Он просто не понимал что происходит.
Я схватил его за шкирку и потащил за собой.
— Вставай су….!
Тот что-то промычал в ответ, вертя глазами словно сумасшедший.
В этот момент на землю рухнула огромная масса. А потом она разлетелась на сотни мелких слизняков, которые начали расползаться в разные стороны.
Нунахер! Нам здесь точно делать нечего. Ликвидаторы и военные сами разберутся. А я… я тут вообще случайно!
Я вцепился в Антона мертвой хваткой и просто тащил его куда-то к выходу. Вокруг всё громыхало. Впереди показался тусклый свет.
Ну же! Ещё немного!
Сзади снова послышался взрыв. Но не похожий на магический. Словно кто-то гранату кинул. Только вот я решил не оборачиваться.
Нахер! Нахер! Нахер! Скорее отсюда!
Я забежал домой и, казалось, до сих пор не мог отдышаться. Сердце колотилось, а в ушах всё ещё звенело.
Грязный, потный, вонючий, весь измазанный то ли слизью, то ли кровью. Рёбра болят, дышать больно, на руках и на шее ссадины с запекшейся кровью. Скула болит так, что непонятно, насколько сильно она опухла. Но синяк сто процентов будет знатный. А ещё эта долбанная система постоянно мелькает перед глазами. Как от неё отвязаться-то вообще, чтобы она не мешалась?
Я махнул рукой перед собой. Естественно, это нисколько не помогло. Пока система мерцала где-то, я краем глаза успел заметить надпись:
«Приготовьтесь к повышению уровня».
Да хрен ли к нему готовиться? — Подумал я про себя. — Успею ещё!
И вообще, разве это так работает? Ну, повысился уровень. Я же должен зайти, посмотреть, выбрать, какую способность прокачать, если оно у меня вообще имеется. Но, по всей видимости, у меня всё как обычно через жопу. Система просто дала понять, чтобы я приготовился к повышению. А какому повышению? Что у меня будет повышаться? Хрен его знает. Да и пофиг. Сейчас мне вообще не до этого. Попозже разберусь, когда немножечко приду в себя.
В итоге я сбросил с себя ботинки, скинул верхнюю одежду, но сразу на пол, чтобы не запачкать ничего в квартире. Футболка прилипла к телу. Чуть позже надо будет всё это закинуть в стирку, хотя нет, скорее всего, придётся замачивать вещи, прежде чем их начать стирать.
Короче, пипец какой-то.
Несколько раз глубоко вдохнув, чтобы успокоиться и прийти в себя, я прошёл на кухню. И в этот момент увидел эту довольную, жизнерадостную рожу Жоры.
Он сидел за кухонным столом, откинувшись на спинку стула, с совершенно беззаботным, расслабленным видом. В одной руке он держал печеньку, посыпанную сахаром. А в другой, мою любимую кружку с надписью «Кто в доме хозяин?». Из кружки поднимался пар, там видимо был горячий, ароматный кофе.
Жора широко улыбнулся и помахал мне рукой.
Не знаю почему, но почему-то мне так захотелось треснуть ему по его довольной роже. Вот прям руки зачесались!
Естественно, я сдержался и просто, поджав губы, через нос шумно втянул воздух. Вдох-выдох. Вдох-выдох. А потом произнёс:
— Ты чего тут такой довольный сидишь?
— Да так, — ответил он, беззаботно пожав плечами. После чего откусил печеньку и запил горячим кофе. — Просто настроение хорошее. Да и начальница на работе похвалила.
До меня не сразу дошло, но чуть позже я даже завис.
— В смысле? Нитакуся? Ты про неё, что ли?
— Ну да, Светлана Сергеевна похвалила меня.
— Так подожди… Ты ничего не путаешь? Она хвалить разве умеет? Хотя, ладно, забей. Потом всё расскажешь, — отмахнулся я.
Но в этот момент Жора ещё более широко улыбнулся, такой мерзкой, навязчивой улыбкой, будто бы от него вот-вот прям лучи солнца польются. Щас тресну, ей богу! А потом он довольно произнёс:
— А у тебя как день прошёл?
Я от этого вопроса аж замер, развернулся к нему грудью, чуть-чуть развёл руки в стороны и произнёс:
— А по мне, блин, не видно, что ли⁈ У меня ПИПЕЦ какой тяжёлый день был! Дай лучше кофе глотну. — Выхватил я у него кружку.
Жора продолжил что-то говорить, но его слова начали где-то теряться в моём сознании. В этот момент всё неожиданно потемнело. И, последнее, что я увидел перед глазами, очередную раздражающую, мерцающую надпись:
«Внимание, идёт повышение уровня».
— Твою же… дайте кофе попить, — кое-как пробурчал я, заплетающимся языком.
Но в глазах начало темнеть. Я, так и не успев сделать глоток, понял, что мир уходит из-под ног.