Маршал Василий Чуйков:

«Пушкина читать до победного!»

Столь необычный приказ Василия Чуйкова, тогда ещё генерал-лейтенанта, командующего 62-й армией, отдан был в суровые и судьбоносные для страны дни, дни защиты Сталинграда. И относился приказ к артистам фронтовой бригады, что прибыли в распоряжение генерала. Лишь стихи Пушкина, по глубокому убеждению Василия Чуйкова, могли поднять боевой дух стоявших насмерть солдат!

В прямом согласии с любимым поэтом:

Василий Иванович Чуйков – Маршал Советского Союза, дважды Герой Советского Союза. С 12 сентября 1942-го он – командующий 62-й армией (8-й гвардейской), особо отличившейся в Сталинградской битве.

Генерал-лейтенанту Чуйкову была поставлена задача неимоверной сложности – отстоять Сталинград любой ценой. Высшее командование полагало, что именно он, обладавший твёрдым и решительным характером, особой военной интуицией и широким кругозором, сможет спасти город. Его армия полгода держала героическую оборону, сражаясь и в уличных боях (в Сталинграде генерал ввёл тактику ближнего боя), и на плацдармах на волжском берегу. Сталинградская битва, длившаяся с 17 июля 1942-го по 2 февраля 1943-го, снискала славу одной из самых кровопролитных и героических в минувшей войне.

Впервые генерал Чуйков в ходе боёв применил штурмовые группы. Штурмовики стремительно врывались в подвалы домов и цехов, где укрывались фашисты, выбивая их из убежищ. Обескураженные, те подчас не могли понять, как и откуда обрушился на них сокрушительный контрудар советских солдат.

Эту тактику генерал взял на вооружение и при взятии Берлина, недаром за Василием Чуйковым закрепилось фронтовое прозвище – «генерал-штурм»!

Генерал-лейтенант Василий Чуйков, будущий Маршал Советского Союза. Ок.1943 г.

Мемуары Василия Чуйкова, увидевшие свет в мирные годы, сохранили удивительные раздумья маршала: «Кто думает о прошлом, тот имеет в виду и будущее. Кто думает о будущем, тот не имеет права забывать прошлое. Прошедший сквозь огонь многих сражений, я знаю тяжесть войны и не хочу, чтобы эта участь снова выпала на долю народов».

…После кончины Василия Ивановича, завещавшего похоронить себя на Мамаевом кургане вместе с павшими солдатами его армии, дочь маршала обнаружила в нагрудном кармане кителя отца листок с краткой молитвой: «О, могущий ночь в день превратить, а землю – в цветник! Мне всё трудное лёгким содей. И помоги мне».

Так, с Божьей помощью и силой окрыляющего пушкинского слова свершал свои победы легендарный маршал Великой Отечественной!

Генерал-полковник Леонид Сандалов:

«Войска уверенно приближались к границе Латвии. 13 июля 4-я ударная армия овладела городом Дрисса и устремилась к Даугавпилсу. А на стыке с 3-м Прибалтийским фронтом нами был освобождён районный центр Псковской области – Пушкинские Горы и село Михайловское.

До сих пор жалею, что у меня не нашлось тогда времени посетить эти дорогие для каждого русского человека места. Поклониться праху великого поэта ездил член Военного совета В.Н. Богаткин. До войны он работал редактором “Красной Звезды” и, естественно, любил литературу, хорошо знал её.

Вернулся Богаткин очень взволнованный. С возмущением рассказывал о дикости и вандализме оккупантов, надругавшихся над местами, которые не могут не вызывать уважения каждого цивилизованного человека.

– От дома-музея осталась лишь груда развалин. Домик Арины Родионовны разобрали на постройку укреплений. Святогорский монастырь взорвали, – сообщая это, Богаткин возбуждённо ходил вперёд-назад. – Заминирован и могильный холм Пушкина, но наши части успели, не дали взорвать… Когда я был там, приезжали бойцы. Они долго стояли молча… Один пожилой солдат, помяв в руках пилотку, негромко проговорил: “Вот скоты! Даже такую святыню не пощадили”. Вместе со мной ездила фотокорреспондент “Огонька” Галина Захаровна Санько. Она сделала там фотографии для журнала и нашей фронтовой газеты.

Войска безостановочно шли дальше.

Южнее Пушкинских Гор на Опочку наступала 29-я гвардейская стрелковая дивизия генерал-майора А.Т. Стукаченко.

В боях за Духново гвардейцы разбили 42-й пехотный полк противника…»

(Из книги «Трудные рубежи».)

Леонид Михайлович Сандалов – известный в годы Великой Отечественной военачальник, генерал-полковник. Возглавлял штабы армий и фронтов.

На фронте с первого дня войны. С июня по август 1941 года – начальник штаба 4-й армии Западного фронта. Затем – начальник штаба Брянского фронта. Особо отличился умелым командованием войсками в битве под Москвой в декабре 1941-го.

Недаром легендарный маршал Георгий Жуков так отзывался о нём: «Должен отметить исключительную оперативную грамотность и умение чётко спланировать наступательные действия, организовать систему управления войсками начальника штаба фронта генерала Л.М. Сандалова. Знал я его ещё со времени битвы под Москвой, где он исполнял должность начальника штаба 20-й армии. Это был один из наиболее способных наших начальников штабов, глубоко разбиравшийся в оперативно-стратегических вопросах».

Ему вторил и маршал Сергей Бирюзов: «Для меня он (Сандалов) и поныне остаётся неким эталоном начальника штаба крупного войскового объединения, уверенного в себе, рассудительного, не теряющего присутствия духа в самой трудной обстановке».

В августе 1942-го 20-я армия участвовала в Погорело-Городищенской операции. После разгрома немецко-фашистских войск под Москвой бои от Волоколамска до Ржева не стихали. Появился так называемый Ржевско-Вяземский выступ, благодаря коему гитлеровцы могли вновь устремиться на Москву. Вот тогда-то советским командованием была детально продумана Погорело-Городищенская операция, ставшая героическим эпизодом Ржевской битвы. Те августовские бои историки называют первой успешной летней наступательной операцией Красной Армии. В ходе ожесточённых боёв войска 20-й армии продвинулись на Запад на сорок пять километров, освободив более двухсот сёл и городов. И нанеся серьёзное поражение немецким войскам группы армий «Центр».

Много позже, уже в мирное время, генерал-полковник Сандалов подробнейшим образом поведает о тех боях в книге: «Погорело-Городищенская операция».

…Вновь – необычные сближения. Ведь старинный тверской посёлок с необычным названием Погорелое Городище соединён с именем Александра Пушкина!

В 1826 году, по пути из Малинников в Москву, Пушкин посетил старинный городок Тверской губернии Погорелое Городище. Поэт заехал в посад, который некогда оборонял Гаврила Пушкин, его далёкий предок, с целью разыскать фамильные документы, уцелевшие с тех давних времён.

История та восходит к семнадцатому веку, к Смутному времени. В 1617 году, когда войска польского королевича Владислава в большой силе подступили к крепости Держиславль (так тогда именовался посад), воевода Гаврила Пушкин приказал её сжечь, но не оставлять врагу. Грамота, обретённая поэтом, была жалована царём Михаилом Фёдоровичем, первым из Дома Романовых, в 1621 году и освобождала жителей героического, но, увы, сгоревшего города от податей. Хранилась царская грамота в посадской церкви, и поэт рад был увидеть в ней имя своего воинственного пращура.

«Нашед в истории одного из предков моих, игравшего важную роль в сию несчастную эпоху, я вывел его на сцену, не думая о щекотливости приличия… но безо всякой дворянской спеси», – так писал поэт о своём именитом предке в набросках предисловия к «Борису Годунову». Гаврила Григорьевич Пушкин стал одним из героев пушкинской трагедии.

Генерал-полковник Леонид Сандалов, освободитель Пушкиногорья.

Фотография. 1941–1944 гг.

Не столь давно коренной москвич, народный художник России Борис Диодоров создал в Погорелом Городище музей «Дорога к Пушкину» и культурный центр, дабы приобщить молодёжь к постижению истории своего края. Есть в новом музее и экспонаты, посвящённые Великой Отечественной, – тем боям, что вели за посёлок солдаты армии генерала Сандалова. Так что Леониду Михайловичу за годы Великой Отечественной дважды пришлось освобождать пушкинские места! Вот она, его дорога к Пушкину, ратная дорога!

…С октября 1943 по март 1945 года Леонид Михайлович Сандалов – начальник штаба 2-го Прибалтийского фронта, созданного на базе Брянского фронта.

Генерал-полковник Сандалов, кавалер многих наград, оставил потомкам бесценные военные мемуары.

По воспоминаниям историка Елены Юриной, внучки генерала, дед слыл большим поклонником и знатоком Пушкина: знал наизусть многие главы «Евгения Онегина», читал и перечитывал «Метель», «Капитанскую дочку», «Бориса Годунова».

Директор пушкинского музея-заповедника,

хранитель Пушкиногорья Семён Гейченко:

«В год освобождения Михайловское являло вид печальной развалины. По дорогам и памятным аллеям ни пройти, ни проехать. Всюду завалы, воронки, разная вражья дрянь. Вместо деревень – ряд печных труб. На “границе владений дедовских” – вздыбленные, подорванные фашистские танки и пушки.

Вдоль берега Сороти – развороченные бетонные колпаки немецких дотов. И всюду, всюду, всюду – ряды колючей проволоки, всюду таблички: “Заминировано”. “Осторожно”. “Прохода нет”.

Людей мало. Солдаты-сапёры разминируют пушкинские поля, луга, рощи и нивы. Изредка раздаются гулкие взрывы».

* * *