Известна и библейская притча о «Валаамовой ослице». Прорицатель Валаам, к коему обратился царь соседней страны с просьбой напустить на народ израильский проклятие, отвечал отказом. Однако после уговоров, посулов золота и богатых даров ответил согласием, отправившись в долгий путь на ослице.

Но на середине пути ослица вдруг встала как вкопанная, не двигаясь с места, – ведь дорогу ей преградил невидимый прорицателю Ангел, посланный Богом и держащий в руках меч, дабы поразить сребролюбивого мудреца. Осердившись, Валаам стал бить непослушную ослицу кнутом, но она лишь легла на землю. Ещё сильнее, ещё яростнее заработал кнутом Валаам по спине бедной ослицы, и она вдруг вопросила человечьим голосом – зачем хозяин бьёт ее? «И отверз Господь уста ослице, и она сказала Валааму: “Что я тебе сделала, что ты бьёшь меня вот уже в третий раз? ” Валаам сказал ослице: “За то, что ты поругалась надо мною; если бы у меня в руке был меч, то я теперь же убил бы тебя”. Ослица же сказала Валааму: “Не я ли твоя ослица, на которой ты ездил сначала и сегодня? Имела ли я привычку так поступать с тобой? ” Он сказал: “Нет”». И после тех слов мудрец в ужасе и величайшем изумлении узрел пред собой Ангела и устыдился былого желания несметных богатств. Так спасением своим древний провидец стал обязан ослице.

Валаамова ослица. Художник Рембрандт Харменс ван Рейн. 1626 г.

А крылатое «валаамова ослица» относят обычно к молчаливому и всегда покорному человеку, вдруг резко запротестовавшему. Что ж, видно, та легендарная ослица и впрямь была «самых честных правил». Первой из своих литературных сородичей!

Акварель из альбома Наталии Николаевны Пушкиной-Ланской. Неизвестный художник. 1850 г.

«Буриданов осёл», или же «осёл между двух лужаек», – являет собой лишь философский парадокс, а своё название получил по имени Жана Буридана, средневекового француза-философа, логика и богослова. Ему принадлежит известный парадокс о свободе выбора человека, хотя об осле в своих сочинениях он вроде бы и не упоминает. Однако Буридан утверждал, что, столкнувшись с выбором, человек должен выбирать в сторону большего добра и что тот выбор не может быть быстрым, но взвешенным.

А вот Аристотель, философ и эрудит Древней Греции, пишет о длинноухом в своих трудах, вернее задаётся вопросом: сможет ли осёл сделать выбор меж двумя одинаково соблазнительными для него угощениями? Подвергая насмешкам идею софистов, что Земля неподвижна оттого, что она круглая, и силы на ней равны во всех направлениях, Аристотель разбивает этот постулат. Утверждая, – нелепица эта равнозначна тому, если заявить, что «человек, столь же голодный, как и жаждущий, и помещённый между едой и питьём, должен обязательно оставаться там, где он есть, и голодать до смерти». И приводит в пример бедного осла, который так и будет стоять меж двумя стогами сена.

Однако именно французскому философу-схоласту, а не великому греку приписывается то знаменитое выражение. Ведь Жан Буридан пытался доказать, что поступки живых существ зависят не от их воли, а только лишь от внешних причин. Свою мысль он якобы тоже подтверждал примером осла, который непременно умрёт с голоду, если две охапки сена положить на равном расстоянии от него, так как имея свободу воли, бедный ослик не сумеет выбрать, к какой первой охапке ему подойти. И потому-то горькая его участь предопределена…

Посему крайне неуверенного человека, мучимого сомнениями, – что же выбрать из двух равноценных желаний? – и называют буридановым ослом.

Всё же длинноухие трудяги-ослики внесли свою немалую лепту, или, скорее, ввезли её, подобно тяжкому грузу, в мировую культуру! Не без привычного упрямства, однако.