Кажется, таблетки наконец-то действовали как нужно: помогали приглушить эмоции, но при этом не мешали работать. Изо дня в день Эдвард чувствовал себя адептом тоталитарной секты. Причем контракт на работу он подписал добровольно. Как будто у него был выбор! Он даже подумать не мог, что в цивилизованной Системе такое возможно. Ученый цеплялся за эту мысль – она помогала ему некоторое время не испытывать чувство вины. А когда оно возвращалось, на помощь приходили таблетки.
Неудачник, даже племянника не смог уберечь. А Бернард и Эмили так на тебя рассчитывали!
Когда их не стало, мальчика сразу прибрал к рукам секретный комитет Департамента. Этан заболел ультима-гриппом и попал в карантин. Из больницы на Пангее его переправили на базу. После этого Эдварда отыскали агенты Цитадели и предложили сделку. Условия были… сомнительными. Эдвард должен был передать доктору Сэму Ричардсу все авторские права и патенты, в обмен он получал право находиться рядом со своим племянником.
Естественно, Эдвард согласился, не думая. Как будто у него был выбор… Как будто у него был выбор, да, какая удобная формулировка! Эдвард никак не мог смириться с тем, что его вынудили принять это решение.
Эдвард поморщился, теперь у него снова болела голова. Он вел Мицуки в лабораторию, с трудом представляя, как объяснить ей истинную суть проекта, над которым они работали.
Мицуки ничем не отличалась от других коллег Эдварда: она попала на базу по собственной наивности и глупости. Ей посулили деньги, лабораторию, работу со светилами науки и все возможности для быстрого карьерного роста. Мицуки понятия не имела, что за ней пристально наблюдали: ее выбрали как наиболее подходящую кандидатуру и тщательно продумали, чем именно заманить в проект. Здесь все они были пленниками. И сотрудники, и подопытные.
Эдвард и Мицуки миновали коридор и очутились перед массивной гермодверью. Эдвард приложил ладонь к сенсорному замку – считав отпечатки его пальцев, дверь открылась, и они попали в лабораторию. Это было просторное, ярко освещенное помещение: одну его часть занимали рабочие места ученых, за ними начинался еще один коридор, где располагались «чистые комнаты», операционные и процедурные кабинеты.
Эдвард направился к столу в дальнем конце опенспейса. Сотрудники провожали его равнодушными взглядами и вновь возвращались к своим делам. Эдвард показал Мицуки ее рабочее место. Девушка уселась в кресло, включила компьютер. Эдвард подвинул свободный стул и сел рядом.
– Открывай презентацию. Она на рабочем столе, – распорядился он.
Мицуки послушно открыла файл. На титульной странице гордо значилось: «Комитет по внутренней безопасности. Лаборатория изучения паранормальных свойств видов. Проект „Нулевая форма–2“: „Исследование свойств полукровок, естественных мутаций и алгоритмов контроля над видами. Военно-стратегическое использование внеземных форм жизни“».
Мицуки перечитала название, нахмурилась.
– Вообще-то я гематолог и собиралась заниматься исследованиями крови слоа и других негуманоидных форм жизни, – слабо произнесла девушка. – Военно-стратегические цели… я не понимаю. То есть я перестала что-либо понимать, когда попала сюда, но это…
– А вы смотрите дальше, – мрачно предложил Эдвард.
Мицуки кивнула и продолжила просмотр презентации. С каждым новым слайдом выражение ее лица менялось. Девушка готова была упасть в обморок – кажется, жизнь ее к такому не готовила. Эдвард гадал, начнется у нее истерика или нет. Катерина прибыла сюда за пару недель до Мицуки и спустя двадцать минут общения с Эдвардом уже рыдала, уткнувшись носом в его плечо.
Мицуки дошла до последнего слайда, половину которого занимала красочная диаграмма с результатами «использования крови слоа в целях повышения коэффициента способностей». Судя по диаграмме, эффект эксперимента был впечатляющим: психокинетическая сила девочки-стрикса, которой провели переливание крови слоа, выросла на пять процентов. Но это статистика.
Эдвард знал гораздо больше. Если раньше Ноэми Диаш могла взглядом передвигать предметы на пару сантиметров, то теперь у нее получалось сдвигать чашку на самый край стола. А в последний раз она вообще зашвырнула кружкой в лицо мистеру Ричардсу – его спасла лишь быстрая реакция. После этого Ноэми держали в одиночной камере и в основном в полубессознательном состоянии. Девчонка была опасна. Очень зла и очень опасна. Ее сила росла, и ученым из лаборатории предстояло разработать алгоритм контроля для подобных случаев. Стандартные способы нейропрограммирования действовали уже не так эффективно: большинство подопытных показали крайнюю устойчивость к процедурам. Кровь слоа активировала их способности, но при этом повысила сопротивляемость к старым препаратам и методикам. Эдвард знал, что программа Цитадели давно считалась невыгодной и доживала свои последние дни, но Сэм Ричардс всерьез взялся за ее возрождение.
Ход мыслей Эдварда прервала Мицуки.
– Я так понимаю, подобные эксперименты с кровью слоа совсем недавно начались? – спросила девушка. Голос ее теперь звучал спокойно и ровно.
– Около пяти лет назад, когда я обнаружил, что кровь слоа влияет на кровь представителей рас с потенциальными экстрасенсорными способностями. Но я занимался лишь теорией. Потом Сэм Ричардс обратил на мою работу внимание и с помощью Сейма добился перезапуска проекта «Нулевая форма».
– И вы начали тестировать кровь слоа на детях…
– Да.
Мицуки поджала губы и некоторое время молчала. Эдвард не знал, решает ли она в уме сложную моральную дилемму или просто борется с искушением узнать как можно больше о проекте. Некоторые ученые (вроде Ричардса) были искренне увлечены процессом. Моральная сторона вопроса их совершенно не интересовала. В глубине души Эдвард завидовал таким людям, потому что большую часть времени ему хотелось вырвать из груди собственное сердце и пропустить сквозь шредер. Конечно, это не решило бы проблему эмоций, но, может, ему бы стало чуть легче?
– Какие реакции наблюдались у пациентов? – спросила Мицуки.
– Самые разнообразные. Как видно из диаграммы, при удачном исходе потенциальные способности подопытного усиливались. При неудачном – подопытные погибали либо лишались рассудка, – бесстрастным тоном ответил Эдвард.
Мицуки кивнула, поправила очки на носу. Она выглядела очень юной. Сколько же ей лет? Наверное, нет и двадцати пяти. Едва-едва окончила университет, немного поработала в исследовательском центре и угодила на базу. Ему стало жаль девушку.
– Пока мы не перешли к моим непосредственным обязанностям… – произнесла она с ужасающей легкостью, – позвольте личный вопрос.
– Я вас слушаю.
– На слайде номер пять приведен список детей. Я заметила среди них фамилию Дженкинс. Мальчик из списка – ваш родственник?
Эдвард не ответил. Кажется, Мицуки обо всем догадалась – можно было и не спрашивать. Он посмотрел девушке прямо в глаза. Она не отвела взгляда. В ее черных глазах он увидел злость и отвращение.
Как вы это допустили?!
Почему до сих пор ничего не сделали?!
Он знал, что Мицуки хотелось произнести эти слова, выплюнуть омерзительную правду ему в лицо. Но она промолчала, и это было больнее всего.
– Я вас поняла, – сказала она. – Что нужно делать?
Эдвард дал ей задание следить за анализами крови и вести по ним отчетность. Для начала хватит. Ему хотелось оградить девушку от работы с детьми, но как это вообще было возможно? Рано или поздно ей придется присутствовать и на процедурах. И, что хуже всего, пересекаться с ними в коридорах и смотреть им в глаза. Еще Мицуки придется осознать, что многие из подопытных не понимают, что с ними происходит.
Ноэми изолировали, и она в любом случае не сможет рассказать другим детям правду. Этана тоже заперли в отдельном боксе. Он не проявлял агрессии, но мальчика мучили видения и навязчивые состояния. Он сходил с ума, и Эдвард не знал, как ему помочь. Ричардс же планировал провести новую серию тестов с кровью. Этан твердил, что видит духов, но Ричардса этот результат не устраивал. Нужно было добиться стойкого эффекта и вызвать у Этана проявление какой-то более «очевидной» способности. У руководителя лаборатории уже был один успешный пример: им удалось «включить» у мальчика-кармина дар чтения мыслей (правда, ребенок продержался недолго – погиб от кровоизлияния в мозг).
Эдвард даже думать боялся о дальнейшей судьбе Этана. За Ноэми он почему-то переживал меньше. Ему казалось, что сила девушки однажды вырвется из-под контроля, и вот тогда… И вот тогда у него вдруг появился план.
Он наблюдал, как Мицуки устраивается на новом рабочем месте, и думал о Ноэми. Решение показалось ему простым и очень изящным.
– Вам уже показали, где у нас тут что расположено? Столовая, спальный блок? – Эдвард хотел, чтобы голос звучал доброжелательно, но получилось, как всегда, натянуто и неискренне.
Мицуки смерила его холодным взглядом. После увиденного на слайде она составила об Эдварде определенное мнение. Ученый не мог не согласиться. Действительно, выглядело не очень. Но если бы она только знала… а впрочем, что толку. Эдварда давно не волновало мнение окружающих его людей.
Важно было вытащить Этана из этого места. Любым способом.
Две недели Эдвард потратил на разработку своего плана. Достал и тщательно изучил чертежи базы, разобрался с системой охраны. К его удивлению, она оказалась не такой уж и сложной. Камеры наблюдения располагались только в коридорах, охранников-надзирателей было всего трое, и они почти безвылазно торчали в караулке. Санитары и медицинский персонал проводили все время в ординаторской. Подземное расположение и лабиринт коридоров создавали идеальную защиту от побега. Детям не вживляли чип с передатчиком по той простой причине, что бежать им было некуда – многие боялись темноты подземных туннелей, а уж разработать план могли единицы. И именно эти двое сейчас были полностью выведены из строя – Ноэми все еще пребывала в состоянии искусственного сна, Этан был заперт наедине с духами и собственным безумием.
Эдвард выбрал момент, когда Сэм Ричардс покинул базу: руководитель проекта отправился докладывать в Департамент о результатах. Ключевым пунктом плана была Ноэми. Все зависело от нее. Эдвард дождался времени ежедневной процедуры и подкараулил мисс Лилли у входа в палату.
– Я сам все сделаю. Мне нужно осмотреть Ноэми, поручение мистера Ричардса, – доброжелательно сообщил Эдвард.
Мисс Лилли удивленно замерла у двери с подносом в руках. На нем лежали инъектор с лекарством и портативный медицинский сканер.
– Мистер Дженкинс, – пробормотала медсестра, – я справлюсь, все в порядке…
– Мисс Лилли, у меня прямой приказ Ричардса, – с нажимом повторил Эдвард, забирая у девушки поднос. – Отправляйтесь в ординаторскую.
Еще несколько секунд медсестра колебалась. Но Эдвард был ее начальником и говорил таким уверенным тоном… Она предпочла не спорить и, кивнув, сказала:
– Ладно. Если понадобится помощь, позвоните мне.
Лилли ушла. Эдвард проник в палату Ноэми. Достал заготовленный инъектор, а принесенный медсестрой, наоборот, спрятал в карман.
Эдвард быстро ввел препарат в катетер, установленный в вене на кисти руки девочки.
Как он и ожидал, спустя пару минут Ноэми пришла в сознание. Она открыла глаза и уставилась на ученого мутным взглядом. Теперь Эдварду предстояло самое трудное – договориться с Ноэми. Убедить ее стать частью плана. Помочь им выбраться с базы. Затея казалась безумной, но Эдвард должен был попробовать.
– Мистер Дженкинс, – очень тихо произнесла девочка, – почему вы…
– Я разбудил тебя, потому что мне нужна твоя помощь.
– Я не понимаю, – поморщилась она. Силы возвращались к ней пугающе быстро. Ноэми пошевелилась и с трудом села на кровати. – Ох, черт, у меня все затекло. – Она потерла шею свободной от катетера рукой.
– Ты хочешь выбраться отсюда? – напрямую спросил Эдвард.
Ноэми напряглась, испуганно отодвинулась подальше.
– Это какая-то шутка? – Она удивленно приподняла бровь. – Или вам что-то еще от меня нужно?! Я знаю про Ричардса и Кэти, но вы, вы же вроде бы не извращенец! – выпалила она.
– Послушай, я просто хочу забрать своего племянника и исчезнуть отсюда. Ты пойдешь с нами? У нас есть шансы, только если ты поможешь.
Ноэми нахмурилась, закусила губу. Было видно, что она чувствует себя ужасно и до конца не верит словам Эдварда.
– А остальные дети?.. – наконец спросила девочка.
– Невозможно, – покачал головой Эдвард. – Но, если мы выберемся отсюда, есть шанс им помочь.
– Это какой-то трюк. Очередной тест. Вы просто используете меня. – В Ноэми боролись желание вырваться на свободу и недоверие к Эдварду. Ученый терпеливо ждал, надеясь использовать все аргументы.
– Я оставлю тебе коммуникатор. Ровно в 16:00 начинается ежедневное общее совещание в ординаторской. Я задержусь и, пока все будут собираться, дистанционно открою дверь твоей палаты. Ты сможешь выйти. Проберешься в серверную и отключишь систему жизнеобеспечения базы.
– Здесь повсюду камеры, я не смогу пробраться в серверную, если они будут работать.
Эдвард кивнул:
– Я ненадолго отключу систему слежения. Тебе хватит десяти минут, чтобы добраться до серверной и обесточить базу. Включится только аварийное освещение, камеры работать не будут. Воспользуемся хаосом и уйдем по старым туннелям: смотри, вот схема базы, а эти туннели ведут под пирамиды в джунглях.
– Вы уверены, что мы сможем там пройти?
– Вероятность – восемьдесят восемь процентов. Туннели обследовали десять лет назад. Не знаю, насколько все изменилось.
– А что с Этаном? – Ноэми вцепилась в край одеяла. – Как он?
– Ему стало хуже, – мрачно ответил Эдвард.
Ноэми кивнула, поджав губы.
– Ясно. Значит, сегодня? Мистер Ричардс очень удачно уехал? – спросила она. – Я прекрасно ориентируюсь в коридорах базы. Может, у нас и вправду есть шанс.
– Серверную никто не охраняет, – продолжил Эдвард, – ты легко сможешь вывести из строя все оборудование. Но силу используй только в крайнем случае.
– Вы сумасшедший, – криво улыбнулась Ноэми, – мне это нравится. Через какой коридор вы собираетесь уйти?
Эдвард показал ей загруженную в коммуникатор схему.
– Неподалеку от серверной. Мы сможем пробраться к тебе и уйти вместе.
– Я вас поняла. – Ноэми внимательно изучила изображение на экране. – Значит, пока притворяюсь спящей и жду вашего сигнала.
– То есть ты согласна?
– Они говорят мне, что я должна согласиться, – туманно отозвалась Ноэми. – А им, в отличие от вас, я доверяю.
– Кому это – им? – не понял Эдвард.
– Мотылькам, – пожала плечами Ноэми. – Спросите у Этана. Кстати, вы можете снять с меня эту дрянь? – Она помахала рукой с катетером в вене перед носом у Эдварда. – Мешает.
– Не сейчас. – Эдвард покачал головой. – Придется еще немного потерпеть.
– Ну ладно. – Ноэми улеглась обратно. – Вам пора идти, мистер Дженкинс.
Она взяла коммуникатор и спрятала под матрас. Пути назад не было. Либо они доверяют друг другу, либо вся эта безумная операция проваливается.
– Я пришлю тебе сообщение. Проверяй коммуникатор, – повторил ученый. Ему было страшно, этот страх разливался холодом по венам. – Как только получишь сообщение, сразу активируй программу самоуничтожения – вот иконка, на рабочем столе. Все данные нужно удалить.
– Не бойтесь, – словно прочитав его мысли, произнесла Ноэми. – Мотыльки говорят мне, что все получится.
Эдварду хотелось спросить, что за Мотыльки, но он промолчал. Он улыбнулся Ноэми грустной улыбкой и вышел из палаты. Потом активировал кодовый замок и вернулся в ординаторскую.
Вначале все шло по плану. Эдвард открыл палату Ноэми и через компьютер Мицуки запустил вирусную программу, которая подвесила систему слежения на базе. Сотрудники потянулись на ежедневное совещание, Эдвард же отделился от них и отправился в палату Этана.
Племянник сидел на полу, привалившись спиной к кровати и обняв колени тощими руками. Невидящим взглядом он смотрел прямо перед собой. На появление дяди он не обратил ровным счетом никакого внимания.
– Этан, нам нужно идти. – Голос Эдварда слегка дрожал.
Он приблизился и попытался поднять племянника на ноги. Мальчик не реагировал. Эдварду пришлось встряхнуть его, как большую тряпичную куклу, и усадить на край кровати.
– Этан, это очень важно. – Эдварда обдало волной отчаяния. Племянник выглядел отстраненным и полностью ушедшим в себя. – Мы сейчас уйдем отсюда, слышишь?
Никакой реакции.
– Господи, Этан, ты хоть идти-то сможешь? – Эдвард поставил его на ноги. Мальчик подчинился. Ученый взял его за руку и потянул к выходу из палаты…
В этот момент погас свет.
Этан судорожно вздохнул. Все погрузилось во тьму. Вместе с ней пришла жуткая, неестественная тишина, словно все звуки выключили вместе со светом.
– Надо спешить. – Эдвард сам не заметил, как перешел на шепот.
Он включил фонарик и двинулся в коридор (Этан послушно брел следом). Через пару минут загорелось аварийное освещение. Коридор залил кроваво-красный свет. Эдвард прибавил шагу. Откуда-то доносились взволнованные крики сотрудников. Внезапно Эдвард ощутил вибрацию. Она зарождалась в недрах базы и концентрическими кругами расходилась из центра и дальше. Задрожали потолок, стены и пол.
– Это она! – прошептал Этан.
«Неужели Ноэми?» – Эдвард не мог даже допустить такой мысли.
Окольными путями они продвигались к серверной. Сейчас никому не было дела до Эдварда, – кажется, на базе началась паника. Вибрация усиливалась, от нее болела голова, тело наливалось тяжестью, а каждый шаг давался с трудом.
– Там впереди кто-то есть. – Эдвард едва различил голос племянника. – Загадочники говорят, что там Ноэми и еще люди…
– Нам нужно забрать ее.
– Да, но там…
– Какие, к черту, загадочники, лучше шевелись! – в отчаянии рявкнул Эдвард, и они как могли прибавили шаг.
Добравшись до серверной, Эдвард понял, что мальчишка был прав. Он выглянул из-за угла. Посреди коридора перед серверной творился настоящий ад. Куски аппаратуры взрывались и разлетались на сотни осколков прямо в воздухе. Доктор Чернов, мисс Лилли и двое охранников лежали на полу без признаков жизни, из комнаты доносился грохот и сдавленные крики.
Эдвард ворвался внутрь и увидел Ноэми. Она стояла у дальней стены, а перед ней в воздухе завис Джейк Скоделарио – один из верных прихвостней Сэма Ричардса.
Ноэми заметила Эдварда и Этана.
– Бегите! – закричала она. – Уходите, мистер Дженкинс, я тут еще не закончила!
Эдвард испугался… двенадцатилетней девчонки с развевающимися рыжими волосами. Она казалась безумной – и бесконечно сильной.
– Спасибо, что освободили меня, – грустно прибавила она.
А потом Скоделарио закричал.
Что она делала с ним? Эдвард не знал и, наверное, не хотел знать. Схватив Этана за руку, он выскочил из серверной и рванул вперед, во тьму туннелей.
Вибрация становилась сильнее, и им с Этаном пришлось перейти на бег. База могла обвалиться в любой момент, похоронив их под тоннами земли.
Эдвард включил фонарь, активировал навигатор. Ему казалось, из тьмы за ними наблюдают существа. Может, Мотыльки, о которых говорила Ноэми, или загадочники? Они устали бежать и теперь шли быстрым шагом. Погони не было. Кажется, на базе сейчас не до них, если учитывать, какой погром устроила Ноэми. Она убила несколько человек… или все-таки нет?
«Убила, убила», – шептал голос в подсознании. Он выпустил на волю… монстра? Или все, произошедшее сегодня, стало просто закономерным итогом их экспериментов?
Эдвард подумал о Мицуки. Интересно, выживет ли она?
– Дядя, почему она не пошла с нами? – Голос Этана звучал обреченно. – Что с ней будет дальше?!
– Если бы я знал, – растерянно ответил Эдвард. – Она… видимо, она сделала выбор.
– Мы должны были помочь Ноэми и убедить ее бежать! – не унимался Этан. – Мы даже не попытались…
Должны были? Теперь Эдварда начали одолевать сомнения. Он испугался ее взгляда. Кто знает, если бы он попытался приблизиться к девочке, она убила бы и его?
Эдвард ничего не стал отвечать. Когда-нибудь потом.
Старые карты не соврали. Лабиринт постепенно вывел их к подземному этажу заброшенной пирамиды. Эдвард и Этан поднялись на поверхность и, оказавшись в самом сердце тропического леса, рванули сквозь чащу. Густая растительность полностью скрыла дядю и племянника, и отследить их теперь было практически невозможно.
Судя по навигатору, Эдвард и Этан находились неподалеку от поселка колонистов. Еще пару часов они шли через лес без остановок. Время от времени Эдвард помогал племяннику преодолевать особенно трудные участки дороги. Иногда они останавливались передохнуть под сенью деревьев. Потом поднимались и продолжали путь.
В порту Веги Эшторил можно будет напроситься на какой-нибудь корабль. Эдвард не смог забрать их документы: кажется, Ричардс хранил их в своем сейфе. Документы им теперь вряд ли понадобятся, все равно придется заказывать поддельные.
Эдвард и Этан вышли из джунглей к разбитой, покрытой рытвинами и ямами дороге. На обочине был припаркован потрепанный флаер. Высокая женщина-кармин с задумчивым видом копалась под его капотом. Заметив путников, она обратилась к ним на общем английском с сильным акцентом:
– Сэр, с вами все в порядке?
«Да, конечно, все просто прекрасно». – Эдварду хотелось истерически рассмеяться.
– Мы потерпели аварию на болотах, – развел руками он, – еле выбрались! Не подскажете, где здесь цивилизация?
– Какая уж там цивилизация! Вы со стороны побережья летели?
– Ну да…
– Здесь неподалеку поселок. Я могу вас подкинуть. Ваш сын? – Она кивком указала на Этана, который в изнеможении прислонился спиной к дереву.
– Племянник, – отозвался Эдвард.
– Меня зовут Смилла. – Женщина протянула руку, и Эдвард быстро пожал ее. – Еще пять минут, и можно будет долететь с ветерком. – Смилла нежно похлопала флаер по корпусу. – Подождете?
Эдвард не возражал. Теперь разум его работал на полную мощность в попытках придумать решение. Они с Этаном должны исчезнуть. Им придется все начинать заново…
– Послушайте, мисс… где я могу воспользоваться интерсвязью? Мне нужно отправить письмо.
Смилла окинула его внимательным взглядом, словно прикидывая, зачем оборванцу из джунглей могла понадобиться интерсвязь.
– А знаете что? Я живу неподалеку. Кажется, вам не помешает помощь.
Эдвард кивнул.
– Лучшая помощь – это ваш компьютер. – Ученый слабо улыбнулся и сложил руки в молитвенном жесте. – Вы просто ангел!
– Не ангел, а обыкновенная деревенская ведьма, – вздохнула Смилла и захлопнула капот. – Загружайтесь!
Эдвард и Этан забрались в салон. Ведьма уселась на водительское сиденье, мягко подняла машину в воздух и полетела к своей хижине.