Все неприятности с чего-то начинаются. Как правило, со встреч.

Вот и я за завтраком увидела человека, которого рассчитывала в жизни больше не встречать!

Я замерла у входа, мысленно проклиная странное чувство юмора госпожи судьбы. Может, вообще уйти? Хотя бы продумаю, как себя вести…

Но в этот момент Лира Олис подняла голову, наши взгляды встретились, и на ее лице расцвела та самая улыбочка, которую я помнила еще с университетских времен.

Приторно-сладкая, фальшивая до зубовного скрежета.

– Айлин? – пропела она. – Какими судьбами?

– Лира, – сказала я максимально нейтрально. – Давно не виделись.

Действительно давно, ведь Лира была на год меня старше и, соответственно, раньше выпустилась.

И очень, просто очень жаль, что мы увиделись сейчас!

Мы учились на разных факультетах, но это не помешало ей исправно отравлять мне жизнь на протяжении трех лет. А это надо было постараться, так как она не была моей одногруппницей, не была соседкой по общежитию или же подругой общих знакомых!

Она была… приложением. К моей тете.

Морвенна Рейнвуд преподавала на факультете теоретической магии в столичном университете. И Лира, как верная собачонка, вилась вокруг нее постоянно. Носила кофе, записывала лекции, собирала сплетни и, кажется, искренне верила, что если достаточно сильно любить начальство, то оно когда-нибудь заметит и наградит. Тетя, разумеется, пользовалась, изредка бросая мелкие поощрения. Лира была счастлива и этому.

А еще она быстро поняла, что тетя меня на дух не переносит. И моя жизнь превратилась в маленький адок. К которому блистательная Морвенна вроде бы не имела прямого отношения, но мои сложности ее, несомненно, радовали.

Лира пакостила умело и с фантазией. То «случайно» пропадет конспект перед экзаменом, когда подготовка и повторение важны как никогда. То в группе поползет слух, что я получила зачет нечестно. То кто-то из преподавателей вдруг начинал смотреть на меня с подозрением – видимо, до него дошел очередной «сигнал» от примерной студентки.

Я пробовала жаловаться, но тетя посмотрела на меня своим холодным взглядом и сказала, что я все выдумываю и лучше бы сосредоточилась на учебе, потому что у меня успеваемость средняя, а вот Лира отличница и примерная студентка!

Так все и продолжалось.

Доказать ничего нельзя. Тетя за нее горой. А мне оставалось только терпеть и надеяться, что после университета наши пути разойдутся навсегда.

Надеялась, как видите, зря.

– Присаживайся! – Она похлопала ладошкой по скамье рядом с собой, явно не сомневаясь, что я послушно подойду.

Я мысленно вздохнула. Игнорировать приглашение было бы глупо – место за аспирантским столом все равно надо было где-то искать.

Тем более что, несмотря на ранний час, за столом она была не одна, на меня с любопытством смотрели две молодые девушки. Худенькая, верткая смуглая брюнетка и высокая, ширококостная рыжеволосая девица.

Настроение стремительно портилось. Надо сказать, я ожидала, что с поступлением в аспирантуру окажусь в совершенно новом социуме, где никто не знает о должности тети в университете или о богатстве дяди.

А тут – здравствуйте. Совсем не позитивный привет из прошлого.

Притом у нас с Лирой даже нет одинакового старта! Она в Хармарской академии, судя по всему, не первый год учится в аспирантуре, стало быть, уже есть свои знакомства, а я только приехала.

Вот же гадство, а?!

Злобненькие мысли роем гудели у меня в голове, но на лице я им отразиться не позволила. А потому улыбнулась и сказала:

– Конечно, Лира! Спасибо.

Пусть даже такая ситуация, но покорно складывать лапки я не собираюсь.

Присев напротив девушки, я обратилась к сидящим за столом:

– Меня зовут Айлин Тарри. Поступила к вам из Торнвудского университета.

Девушки переглянулись, но представились в ответ.

Рыжую звали Дорна Хайвисорт, она приехала из северной академии и проходила аспирантуру на боевом факультете. Брюнетка назвалась Файсой Мио, и она, напротив, была южанкой и училась на теоретическом.

Пройдя этап первичного шапочного знакомства, я задумчиво осмотрела стол, на котором не стояло общих блюд, как это было в моем прошлом учебном заведении.

Хотя перед девушками вот завтрак… как они его добыли? Тут линия раздачи есть?

Но, как мне объяснили, в Хармаре за преподавательским и аспирантским столами действовала иная система! Более привилегированная, так сказать!

Передо мной лежала книжечка в толстой кожаной обложке, и надо было просто дотронуться до названия нужного блюда, чтобы оно тотчас появилось перед тобой на столе!

Очень необычно…

Я выбрала омлет с зеленью и сразу же заказала чашку кофе.

– Рассказывай, как ты тут оказалась? – Лира не унималась и пыталась изображать подружку. – Я думала, ты в столице осела. Хорошо иметь богатую семью!

Вот это меня особенно в ней умиляло.

Лира – девушка из низов. Училась на бюджете, была умной и способной, ведь за один подхалимаж красный диплом не получишь. Но вот ее вечные комплексы по поводу того, что «одним все – а другим ничего», не поддавались никаким логическим доводам. И то, что конкретно мой род сейчас пребывает в упадке, скорее заставлял ее злорадно радоваться.

– В аспирантуру поступила, как и вы все, – ответила я, сосредоточенно размешивая сахар и замечая, как на меня с любопытством косятся две сидящие за столом девушки.

Но активно в беседу они не вступали: ждали, чем Лиркино сердце успокоится. А точнее, насколько у нее получится меня сразу «подавить». От этого будет зависеть и то, станут ли они со мной активно дружить и общаться.

– На нечистеведение.

– Ого! – Лира округлила глаза с преувеличенным удивлением. – Непросто тебе будет, ведь даже обычный университет давался тяжело! Помнишь, какие были хвосты?

Она хихикнула, словно сообщила удачную шутку.

– Справлюсь, – ровно ответила я, делая глоток кофе. – А ты на каком факультете?

– Теоретическая магия. – Лира поправила выбившуюся прядь. – Уже второй год. Меня, знаешь ли, на кафедре ценят. Даже поговаривают, что после аспирантуры оставят преподавать.

– Поздравляю, – сказала я, стараясь, чтобы голос звучал искренне. Получилось, кажется, не очень.

– Спасибо! А ты весьма амбициозно выбрала Хармар, ведь тут лучшая кафедра нечистеведения. Леди Морвенна, конечно, говорила, что ты собираешься наукой заняться, но я, честно говоря, удивилась. Помню, как ты на втором курсе с трудом лабораторные сдавала.

Укусила. Мелко, но метко.

– К выпускному я изрядно подтянула свои навыки.

– Да ты что?

– Люди растут, Лира, – спокойно ответила я. – Некоторые даже умудряются вырасти из привычки обсуждать чужие успехи.

Она натянуто улыбнулась.

– Ты все такая же острая на язык. Не боишься, что здесь это могут неправильно понять?

– А я никого не оскорбляю. Просто констатирую факты.

К счастью, она не сразу нашлась, что ответить, и я всецело отдалась еде.

Активно жующему человеку вопросы задавать невежливо, так что Лира переключилась на сидящую справа от нее Файсу.

А я лениво скользила взглядом по постепенно наполняющейся людьми столовой.

За длинными студенческими столами – пять штук, каждый в цвет своего факультета – сидели студенты. Пока еще пустовала примерно половина мест, но все же, видимо, в Хармарскую академию было принято прибывать за несколько дней до начала учебного периода. А так… все как везде! Кто-то торопливо заглатывал кашу, кто-то, наоборот, растягивал удовольствие, лениво помешивая ложкой в тарелке и переговариваясь с соседями. В воздухе висел привычный столовский гул – звон посуды, смех, обрывки фраз.

А над нашими головами, в огромных стеклянных шарах, лениво плавали светящиеся рыбы. Они то замирали, то начинали кружить, и свет в зале менялся – то теплый, то холодный, то вдруг с золотистым отливом. Красиво.

Жаль, что любоваться приходится в компании вражины.

Наш, аспирантский, стол стоял чуть в стороне, ближе к возвышению, где восседали преподаватели.

Именно в этот момент дверь открылась, и на пороге появился… высокий, светловолосый, красивый мужик. Очень знакомый!

Можно было бы подавиться омлетом от восхищения, но я не стала!

А вот Лира…

– Профессор Эйдан, – с восторженным придыханием сказала она, не сводя глаз с идущего к преподавательскому столу декана.

– Да-а-а… – также мечтательно протянула девушка рядом с ней. – Какой же он…

– Не облизывайся, Файса, – тотчас оборвала ее Лира.

– А на него что облизывайся, что не облизывайся – никакого толка, – ни капли не обидевшись за резкость, философски отозвалась брюнетка. – Он все равно ни с кем в академии не встречается, и вообще ходят слухи, что евнух!

– Гнусный поклеп! – возмутилась Лира, словно лично проверяла, что «женилка» у профессора работает.

– В любом случае смотреть – единственное доступное нам удовольствие! Кстати, Айлин, а кто твой научный руководитель? Вроде как у магистра Корвиса недавно какую-то нужную конечность отъели, и он минимум полгода на больничном.

Лира поджала и так тонкие губки, отчего они вытянулись в бледную нитку.

– А вот я неоднократно говорила и еще повторю. Не в обиду тебе, Айлин, но нечистеведы слишком легкомысленно относятся к правилам безопасности! И вообще с этой нечистью едва ли не в десны лобызаются и говорят, что они нам равны и надо выдать им права разумных рас!

Обожаю споры на эту тему.

Сарказм, если что.

И еще больше обожаю то, что, несмотря на более чем богатый опыт дискуссий, я все равно продолжаю на это вестись.

– Ничего удивительного в том, что разумных существ хотят считать равными остальным разумным существам. А что касается травмоопасности… Дорна, сколько у вас травм на боевом факультете?

– Почти с каждого практического занятия кого-то в лазарет оттаскивают, если сами дойти не могут, – лениво отозвалась северная красотка, перекидывая толстую косу на внушительную грудь. – И вообще, магистр Корвис сам дурак.

– Дорна! Как ты можешь, это же преподаватель! – осуждающе покачала головой Лира.

– Ну а что? То, что у грызозубов два ряда этих самых зубов, даже я знаю, – повела плечом девица. – Это все равно что огненные плети голыми руками хватать.

Я спрятала улыбку за кружкой.

Люблю северян. Прямые, как палки, что в голове, то и на языке. Одно удовольствие! Даже если северянин терпеть тебя не может, он тебе в лицо это скажет. Если повезет, то даже до того, как по тому лицу врежет.

Впрочем, это обычные люди такие, а вот северные лорды, наоборот, – хитромудрые засранцы. Как многие высокопоставленные в нашем королевстве, так что ничего нового. А северные земли таковы, что там удержать власть без синергии силы и хитрости практически невозможно.

Лира, поняв, что разговор уходит не в ту сторону, попыталась вернуть инициативу:

– Ну, это все лирика. Айлин, ты так и не сказала, кто теперь твой научный руководитель, раз магистр Корвис выбыл.

Я сделала глоток кофе, выдерживая паузу. Любопытные взгляды трех пар глаз сверлили меня с разной степенью интенсивности.

– Декан Эйдан, – ответила я максимально будничным тоном.

Наступила тишина.

Файса поперхнулась чаем. Дорна одобрительно хмыкнула. А Лира… Лира смотрела на меня так, будто я в лицо сказала ей какую-то ужасную гадость.

Хотя, судя по тому, что кое-кто сохнет по идеальному блондину, может, и сказала! Меня же Лирка не любит, а тут я буду постоянно находиться рядом с объектом ее воздыханий, чего она лишена. Люди иногда завидуют сущей ерунде.

– Декан? – переспросила она с таким выражением, словно прикидывала, не вру ли я. – Сам Кайшер Эйдан?

Имя она произнесла с нежностью и благоговейным придыханием, как нечто запретное, но чего очень хотелось коснуться. Хотя бы так.

– Он самый, – подтвердила я, с наслаждением откусывая кусочек омлета. Тот был воздушный, в меру соленый, да еще и со шпинатом – прелесть. – Сказал, что у него специализация по разумной нечисти, и предложил скорректировать тему диссертации. Я согласилась.

– Повезло же некоторым, – пробормотала Файса, с новым интересом меня разглядывая. – Он, говорят, редко кого берет.

– Видимо, просто совпало, – пожала я плечами.

Интересно, а взял бы он меня, если бы не наше столь оригинальное знакомство?.. Что было первым: решение декана взять аспирантку или согласие пойти на свидание, а уже потом он решил стать научным руководителем?

Хотя магистру Корвису не вчера же руку откусили. Видимо, все же первый вариант.

Лира поджала губы, но промолчала.

– Ладно, – сказала я, промокнув губы салфеткой и поднимаясь. – Мне пора. Нужно зайти в библиотеку, взять список литературы, пока там очередей нет. Приятного аппетита.

– Удачи, – ответила Дорна вполне искренне. – Кстати, а где тебя поселили? В новом здании?

– Мм… возможно, в нем. – Я вспомнила аромат краски и лака. – Светленькое такое, трехэтажное.

– О, тогда жди новых соседей! Нас обещали переселить из старого и начать ремонт уже там.

– Надеюсь, повезет и это будете вы? – лучезарно улыбнулась я. – Ладно, до новых встреч, девчонки!

Лира лишь кивнула, но взгляд ее остался холодным и оценивающим.

* * *

Я вышла из столовой и только в коридоре позволила себе выдохнуть.

Снаружи оказалось свежо и солнечно. Утренний парк дышал прохладой, где-то в ветвях перекликались птицы, а вдалеке уже слышались голоса студентов.

Я неторопливо двинулась по аллее, разглядывая академию. Светлые каменные корпуса, увитые плющом, высокие стрельчатые окна, кое-где мелькали витражи.

Дошла до развилки и, сверившись с мысленной картой, свернула к библиотеке.

Библиотека оказалась отдельным зданием – трехэтажным, из темно-серого камня, с резными дубовыми дверями и узкими витражными окнами, больше похожими на бойницы. И она могла бы выбиваться из архитектурного ансамбля, но вписывалась благодаря колоннам, орнаментам и плющу, что полз по старым стенам к самой крыше.

В огромном читальном зале возле большого стола кружила невысокая шатенка с затянутыми в пучок волосами и в больших круглых очках. Видимо, библиотекарша, готовившая материалы для первокурсников, которые через три дня должны рекой потечь в эту обитель знаний за учебниками, пособиями и прочим гранитом науки.

– Вам помочь? – повернулась она ко мне, заслышав шаги.

– Да, я аспирантка с факультета нечистеведения. Айлин Тарри. Мне нужен список литературы, который рекомендовал декан Эйдан.

– А, Тарри? – Женщина оживилась. – Вам уже все подготовили. Профессор прислал запрос вчера вечером.

Она скрылась за стеллажами, а я осталась разглядывать ровные ряды столов и бесконечные книжные полки, уходящие в полумрак.

Если честно, очень хотелось спросить, как зовут работницу библиотеки! Потому что в Хармаре служила создательница знаменитой магической картотеки Сая Мирандис! Ее изобретение появилось на рынке несколько лет назад, после того как она совместно с артефакторами доработала его, и теперь создать «магическую картотеку» мог любой библиотекарь. А не только очень хороший маг, способный управлять тонкими потоками, что давалось немногим.

Сая Мирандис для многих стала причудливым символом – историей о том, как бедная девушка сама проложила путь в жизни, но на лестнице к успеху споткнулась о своего будущего мужа – Лиара Тариниса.

Говорили, что они долго соперничали и Сая даже думала отдать патент на создание и реализацию «картотеки» конкурирующей с Таринисами фирме. Но потом почему-то грянула свадьба. А спустя еще какое-то время появился маленький Таринис-младший.

И вроде как после декрета Сая Таринис вновь вернулась в Хармар, на свою прежнюю должность.

Интересно, это она или другая библиотекарша?

Пока я гадала, молодая женщина вернулась с аккуратной стопкой книг и несколькими листами, скрепленными магической печатью.

– Вот, пожалуйста. Три из списка пока на руках, но вы можете заказать, когда вернут. А это – что есть в наличии.

Я пробежалась глазами по корешкам. Два тома по эволюции разума у птичьих видов, монография по классификации высшей нечисти, несколько сборников научных статей.

– Спасибо, – искренне сказала я.

– Обращайтесь, – улыбнулась библиотекарша. – И да, если что-то понадобится из закрытого фонда – только с разрешения научного руководителя. Но профессор Эйдан обычно такие вещи быстро подписывает.

– Учту.

Я вышла из библиотеки, прижимая к груди стопку книг, и снова оказалась в парке. Солнце поднялось выше, стало теплее, и я сощурилась, наслаждаясь его лучами. Надеюсь, что тепло тут держится за землю дольше, чем в столице.

– Ну что ж, – сказала я вслух, ни к кому не обращаясь. – Жизнь налаживается.

И направилась к аспирантскому блоку – кормить Финика и отвечать на все его стопятьсот вопросов касаемо опасности окружающего мира.

Уже на лестнице в общежитии я столкнулась с худощавым мужчиной средних лет. Он стоял на площадке, пристроив листок бумаги прямо на перила, и что-то сосредоточенно в нем вычеркивал. Из-под мышки у него торчала потрепанная папка, а на голове красовалась квадратная шапочка-беретик, которая сидела криво и то и дело норовила съехать на ухо.

Услышав шаги, он поднял голову и расцвел в улыбке.

– О, добрый день! – обрадовался он так, будто я была его спасением. – Из какой комнаты?

– Седьмая. Айлин Тарри.

– Завхоз Квинтус, – представился мужчина, ловко, но все же немного суетливо, пряча листок в папку. – Очень хорошо, что я вас встретил. Очень! А то пришлось бы потом вас искать, а у меня и без того дел – вон сколько! – Он выразительно потряс папкой. – Я по поводу соседок. Через пару дней подселят к вам двух девушек. Так что готовьтесь – комнаты у вас отдельные, но общая гостиная, сами понимаете…

Он заговорщически понизил голос:

– Вы уж там по-хорошему, без скандалов. А то прошлый год такие разборки были – мебель два раза меняли! А это, знаете ли, расходы. А у меня бюджет, все под отчет, сам ректор каждую копеечку проверял… – Он вздохнул, но тут же спохватился: – Но вы не думайте, у нас тут тихо! В основном. Если что – сразу ко мне. Квинтус, говорю, запоминайте. Я за порядком слежу строго.

Он подмигнул, поправил беретик, который тут же снова съехал, и уже собрался уходить, но на секунду задержался и протянул мне конверт, в котором угадывались какие-то бумаги.

– Здесь памятка по совместному проживанию и правила общежития. Подпишите внизу, что ознакомлены, и занесите мне в хозяйственный корпус. До конца недели, не срочно, но желательно пораньше.

Я заглянула в конверт, но вытаскивать бумаги не стала.

– Хорошо, занесу.

– И еще, – Квинтус понизил голос, – вы уж там… по хозяйству аккуратнее. Лишний свет не жгите, воду зря не лейте! А то понаедут из столиц и льют, и льют! Ванную кажный день им…

– Я учту.

– Да, и если вдруг чего не хватает – табуретки там, лампы, постельное белье лишнее – тоже ко мне. Но, – он поднял палец, – только по делу! А то некоторые студенты думают, что казенное – значит, можно тащить. А оно не просто казенное, оно подотчетное! Разница, знаете ли, огромная.

– Спасибо, – кивнула я, пряча улыбку.

– Обращайтесь, – махнул он рукой и засеменил дальше по лестнице, что-то бормоча про «ведомости» и «ни на кого не напасешься».

Я проводила его взглядом и пошла к себе, думая о том, что персонал тут, оказывается, очень колоритный.

А еще он упоминал ректора в прошедшем времени. Интересно, почему?