Прошло полтора года.

Новый большой дом на берегу Подмосковного водохранилища утопал в вечерних огнях. Широкие панорамные окна гостиной выходили на воду, а на втором этаже, в просторной детской, мирно спали трехмесячные двойняшки: мальчик Даниил и девочка София.

Марина только что покормила их грудью. Она стояла в огромной душевой кабине главного санузла, под теплыми струями воды, и улыбалась сама себе. Ее тело изменилось. Она похудела почти на двенадцать килограммов после родов и кормления, но формы остались роскошными.

Грудь стала заметно больше – тяжелая, полная молока, с темными чувствительными сосками. Живот остался мягким, бедра широкими и женственными. Она больше не стеснялась ни одного своего килограмма.

Дверь душевой открылась.

Первым вошел Павел уже полностью голый и уже сильно возбужденный. Его татуированная рука сразу обхватила Марину сзади, прижимая к себе. Горячий, твердый член уперся женщине в в поясницу.

– Наконец-то одни… – низко прорычал он ей в ухо, целуя шею. – Я весь вечер смотрел, как ты кормишь наших малышей, и едва не сошел с ума.

Его большие ладони сразу легли на ее тяжелую грудь. Он нежно, но уверенно сжал ее, и из сосков тонкими струйками потекло молоко, смешиваясь с водой.

– Блядь… смотри, как течет, – восхищенно выдохнул Павел. – Ты даже не представляешь, как это меня заводит.

Марина тихо застонала, откидывая голову ему на плечо.

– Паш… я тоже тебя хочу… очень…

Он продолжал ласкать ее грудь, сжимая так, что молоко текло сильнее. Одна рука спустилась ниже, между ее ног. Пальцы сразу нашли набухший клитор и начали медленно, но уверенно его стимулировать.

– Ты уже мокрая, моя хорошая… – прошептал он. – Все время мокрая для нас.

– Да, да-а-а-а… еще, да, поласкай меня… а-а-а…

Достаточно было нескольких движений, Марина быстро тихо и сладко, кончила, прижимаясь спиной к его груд Павла. Но этого было мало. Ей было мало всегда.

Павел приподнял ее ногу, поставил на небольшой выступ и глубоко одним долгим толчком вошел в нее сзади. Марина громко застонала, упираясь ладонями в стену.

– Да… вот так… трахай меня… еще… а-а-а…

Павел начал двигаться сильно, но уже не грубо, как раньше. Теперь в его движениях была любовь и собственническая нежность.

В этот момент дверь душевой снова открылась.

Вошел Тимофей, тоже полностью голый, с каменным стояком. Он улыбнулся, увидев картину как Павел берет Марину сзади, а она уже дрожит от нового приближающегося оргазма.

– Не могли дождаться меня? – тихо спросил он, подходя спереди.

Он взял лицо Марины в ладони глубоко и страстно поцеловал ее. Потом опустился ниже – поцеловал шею, ключицы, и наконец взял в рот сосок. Он начал сосать жадно, но нежно, проглатывая сладкое молоко.

Марина закричала от переизбытка ощущений. Павел продолжал мощно входить в нее сзади, а Тимофей ласкал ее спереди, сосал грудь и быстро тер клитор пальцами.

– Я сейчас… опять… – выдохнула она.– Я снова… боже мой… а-а-а…

– Кончай, любимая, – прошептал Тимофей, не отрываясь от ее груди. – Кончай для нас.

Она кончила сильно, ноги подкосились, но мужчины не дали ей упасть держали крепко, продолжая ласкать.

Спустя минуту, придя в себя, Марина сама опустилась на колени под струями воды. Но перед этим поочередно поцеловала обоих мужчин в губы, а потом взяла в рот член Павла, глубоко заглатывая его, а рукой начала ласкать член Тимофея.

– Какая же ты у нас развратная мамаша… – хрипло прорычал Павел, держа ее за мокрые волосы.

Она жадно, с любовью, глядя снизу вверх, сосала их по очереди. Вода стекала по ее лицу, по тяжелой груди, по животу.

Мужчины кончили почти одновременно. Упругие струи спермы ударили ей в лицо, в открытый рот, на грудь. Марина глотала, сколько могла, остальное размазывала по своей коже.

Они подняли ее, обняли с двух сторон и долго нежно целовали. Павел провел пальцами по ее щеке, стирая остатки спермы.

– Люблю тебя, малышка. Безумно люблю. Ты подарила нам не только детей. Ты подарила нам смысл.

Тимофей поцеловал ее в висок.

– Я тоже люблю тебя. Каждую клеточку твоего тела. Каждую твою улыбку. Каждую ночь и каждый день. Ты – наша женщина. Навсегда.

Марина стояла между ними, вся мокрая, в их поцелуях, и улыбалась сквозь счастливые слезы.

– Я люблю вас обоих, – тихо сказала. – Так сильно, что иногда боюсь… что сердце не выдержит. Вы сделали меня самой счастливой женщиной на свете. И самой развратной мамой, – она тихо засмеялась.

– Мы только начали, малышка,– Павел усмехнулся и снова поцеловал ее.

– У нас впереди целая жизнь. И мы собираемся любить тебя каждый день. И каждую ночь,– Тимофей кивнул, обнимая ее крепче.

Они стояли под теплыми струями душа втроем: двое мужчин и одна женщина, которая когда-то весила сто семь килограммов и думала, что уже никогда не будет желанной.

Теперь она знала точно – она желанна. Любима. И очень, очень счастлива.

А в детской тихо спали их дети, мальчик и девочка, рожденные в любви, которую никто из них троих уже не собирался делить.Серия "100 кг"1 книга "100 килограмм Страсти"2 книга "100 килограмм Роскоши"3 книга "100 килограмм Соблазна"4 книга "100 килограмм Покорности"5 книга "100 килограмм Невинности"6 книга "100 килограмм На Двоих"7 книга "100 килограмм Сладости"8 книга "100 килограмм Желания"9 книга "100 килограмм Любочки для Тракториста"