Отвожу глаза первая, делая вид, что очень увлечена изучением телефона. На почту пришел интересный материал по психиатрии. После окончания университета и получения диплома психолога я увлеклась клинической психиатрией.

Но о работе думать не хочется, у нас новогодние каникулы в заснеженных и прекрасных Альпах, хотя зима и в наших краях красивая и достаточно снежная. Саша еще летом, оказывается, купил шале, как он сказал, сделал сам себе подарок, я не против. Тимофей играет у камина с детьми наших соседей, Ангелиной и Егором, они быстро подружились.

Вообще, семья странная, я так и не поняла, от кого у Александры Егор родился – от Тимура или Захара, они оба очень харизматичные, я даже их немного стесняюсь.

– Ты злишься? – Игнат подходит сзади, обнимает, целует в макушку, его руки скользят по животу, а у меня там все начинает трепетать.

– Нет, я не злюсь.

– Злишься. И никто не собирался дарить ребенку настоящий автомобиль, речь шла об игрушечном, на аккумуляторе.

– Точно, чтобы он в доме все разнес и не осталось ничего целого. Такие подарки делают летом, но до лета твой сын ждать не будет.

Игнат вздыхает, так забавно видеть хозяина города удрученным и расстроенным, только со мной он может быть слабым, больше ни с кем. Но я уверена, он все подарки уже купил и где-то их спрятал.

– Тогда железную дорогу?

– Ее уже прислал папа, она под елкой в коробке.

– Вот кто его просил?

– Не я.

Улыбаюсь, не думаю, что мой муж так легко отступится от идеи подарить сыну автомобиль. Точно не отступится.

– Саш.

– Да, моя малышка?

– А что у них?

– Ты о ком?

– Соседи наши. Они живут втроем?

– Да.

– Да ладно? – Я удивленно смотрю на мужа. – И… ч… что…

– И да… Все, что ты подумала, тоже, но больше об этом не думай, у нас такого не будет. А мы не лезем в чужую жизнь.

– Ничего себе.

– Пойдем наверх? – Игнат целует в губы, в висок, в шею, его горячие ладони обжигают кожу сквозь ткань платья.

Сама хочу его и даже знаю почему. В прошлый раз я устроила ему нервотрепку.

– А дети?

– Позовем охрану.

– Наша охрана и так знает, чем мы занимаемся, когда зовем кого-то посидеть с Тимофеем.

Обнимаю сама своего мужа, он такой красивый, седины в волосах стало чуть больше, и немного прибавилось морщинок вокруг глаз, но он все такой же сильный и мной желанный. Нам суждено было встретиться, но при странных обстоятельствах, которые сделали меня сильнее, которые меня изменили.

Не понимаю, как жила до этого, на самом деле как глупая Барби, думала о шмотках и как бы вырваться из-под опеки папы. Вырвалась, хлебнула сполна, чуть не погибла, да и Сашу с отцом подставила. Но все обошлось, и я нашла свою любовь, своего мужчину, от которого уже никогда и никуда не вырвусь.

Я уже была готова согласиться на авантюру мужа, как в дом вошел высокий, темноволосый и крепкий мужчина в короткой дубленке. Колкий взгляд прошелся по нам, я напряглась, а вот Саша улыбнулся.

– Вот вы где, я вас потерял.

– Папа, мы здесь, все хорошо. – Ангелина, как самая старшая из детей, сказала за всех, подбежала к мужчине, он приобнял ее.

Не думала, что такие мужчины способны на нежность и любовь. Он снова мазнул по мне взглядом:

– Игнат, мы ждем вас позже на ужин встречать Новый год.

– Хорошо, мы придем. Что-то не так, Захар?

Вот не дай бог «что-то не так», я не хочу портить каникулы, к тому же сегодня Новый год.

– Все так, как надо, Игнат, даже сам не верю.

– Аналогично.

– Ты действительно Покровская?

– Нет, я Игнатова. – Я ответила уверенно, смотря в глаза Захару.

Тот ухмыльнулся, подмигнул:

– Да, вижу, вижу, кто ты. Просто было интересно, как это вы так встретились, да еще Игнат столько лет в секрете тебя держал.

– Это, Захар, долгая история, но я тебе ее не расскажу, и не проси.

Мужчины засмеялись, Захар помог сыну одеться, они вышли, Тимофей подбежал к нам, и Саша подхватил его на руки:

– Ну что, мой сын ждет в подарок под елку от Деда Мороза?

– Пистолет, – весело ответил Тимофей.

Я закатила глаза и показала мужу кулак.

– Извини, сын, но у тебя нет лицензии на огнестрельное оружие, придется Деду Морозу подождать до ее получения.

– Мм…

Тимофей расстроился и посмотрел на меня.

– Ничего поделать не могу, извини, таковы суровые правила.

– Но Дед Мороз что-нибудь придумает.

– Да, что-то более безопасное.Тим, давай ты пока посмотришь мультики, а мы с мамой на кухне приготовим всем нам какао с зефиром.

Тимофей на удивление быстро согласился, потому что ему пообещали не только мультики, но и салют вечером, а Игнат потащил меня на кухню, развернул, прижал к кухонному острову и задрал подол платья.

– Вот же черт, это, по-твоему, трусы? – Муж шлепнул меня по попке, ему всегда нравилось мое белье, а я специально выбирала самое сексуальное.

– Это очень красивые и дорогие трусы, Саша… мм… Что… что ты…

– Хочу свою молодую и красивую жену. Очень хочу.

Прикусила губу, когда он, спустив кружевные трусики, прошелся пальцами по промежности.

– Уже мокрая, моя девочка. Скоро до инфаркта меня доведешь.

Хотелось стонать в голос, но я сдерживала себя, раздвинула ноги, открывая доступ больше, услышала звук расстегивающегося ремня и ширинки. Саша схватил меня за плечи, начал целовать в шею, вошел в меня членом медленно и глубоко. Внутренние мышцы сжались, он прохрипел, начал двигаться, за стеной сын смотрел мультики, а я текла на члене своего мужа от желания.

Вцепилась пальцами в столешницу, принимая толчки Игната, насаживаясь на его член сама, спина покрылась потом, прикрыла глаза, во рту пересохло.

– Еще… еще… да…

Шептала, но Саша понимал, вонзаясь в мое тело сильнее, именно так, как мне было необходимо. Та рука, что удерживала меня за талию, спустилась ниже, Саша накрыл промежность, начал ласкать клитор, а я чуть не завыла от удовольствия.

Оргазм накрыл волной, тело завибрировало, а я, сдерживая крик, зажала рот ладонью, чувствуя, как Саша напрягся, как его толчки стали более яростными, вызывая легкую боль на контрасте с наслаждением. Почувствовала, как он начал кончать, как увеличился внутри меня, как теплая сперма потекла по бедрам.

– Точно меня до инфаркта доведешь, – прошептал, целуя в висок, сжимая чувствительную грудь.

– Тебе нельзя до инфаркта, тебе еще детей растить.

– Детей? Каких детей?

Сама отстранилась, одернула подол платья, обняла мужчину за шею, поднялась на носочки.

– Ты хотел девочку, вот девочка и будет, – прошептала на ухо, улыбаясь,

Саша сжал сильнее пальцами мою талию, даже дышать перестал, а сердце в груди забилось часто-часто.

– Ты…

– Нет, это ты, а я пила таблетки.

– Это правда? – Голос Игната дрожит, а мне самой хочется плакать. – Моя любимая девочка. Что ты делаешь со мной?

– Люблю, как и ты меня.