После отдыха мы вернулись на дорогу и продолжили путь. Ехали спокойно, без спешки. После ночных событий я решил не гнать лошадей и лишний раз не привлекать внимания. Тракт был широкий, накатанный, людей становилось всё больше по мере того, как мы приближались к крупным городам.

Анастасия посмотрела вперёд, потом на меня.

— Мы будем проезжать через Ригу?

— Да. Нам ехать месяц, не меньше. Без крупных городов такой путь не пройти.

Она немного помолчала, потом снова повернулась ко мне.

— А куда мы всё же едем?

— Во владения Влада Цепеша.

Она присвистнула.

— Становится всё интереснее. Что мы забыли в гостях у самого неприятного человека всего запада?

— Он нам кое-что должен.

— А ты не мелочишься, однако.

— Стараюсь.

Я немного помолчал, потом добавил:

— Кстати, наши ночные гости могут встретиться впереди. Я видел их, пока ты отдыхала.

Она сразу насторожилась.

— Где?

— На тракте. Скакали так, будто кого-то догоняли.

— И что с ними делать?

— По-хорошему надо допросить. Но мы не на своей территории. Любая драка — и проблемы будут не только с ними.

Она вздохнула.

— Проблема, однако.

— Нам не очень долго ехать до границы. Просто будем аккуратнее.

Дальше мы ехали молча. Дорога постепенно шла под уклон, леса становились реже, а людей на тракте всё больше.

Ближе к вечеру впереди показался город.

Сначала я увидел башни. Потом стены. Потом над крышами поднялись шпили храмов. Когда дорога вышла на высокий берег, открылся вид на порт, и стало ясно, что мы добрались до Риги.

Город выглядел богато. Стены высокие, каменные, без трещин и следов недавних боёв. Над воротами висели флаги королевства и гербы торговых домов. У въезда стояла серьёзная стража, но проверяли без лишней придирчивости.

За стенами город оказался ещё больше, чем выглядел снаружи.

Широкие улицы, каменные дома в несколько этажей, лавки, мастерские, склады. Людей было столько, что лошадям приходилось идти шагом. По одежде сразу было видно — здесь собирались не только местные. Купцы, наёмники, моряки, путешественники со всех сторон.

В гавани стояли десятки кораблей. Одни только заходили, другие уже готовились к отплытию. На причалах грузили ящики, катили бочки, ругались на всех языках сразу. Запах соли, смолы и рыбы чувствовался даже на улице.

Никаких следов Разломов. Никакого напряжения. Обычный богатый город, который привык жить торговлей и решать вопросы деньгами.

— Красиво, — сказала Анастасия, оглядываясь.

— Богатейший город королевства, — ответил я. — Тут умеют завлекать потенциальных покупателей.

Мы нашли хорошую таверну недалеко от центра. Каменное здание, чистый двор, нормальные конюшни. Хозяин посмотрел на нас внимательно, но вопросов задавать не стал.

— Комната?

— Одна, — сказал я.

Он кивнул и протянул ключ.

Мы поднялись наверх. Комната оказалась просторной, с нормальной кроватью, столом и даже небольшим камином.

Я бросил сумку у стены и собирался сесть в кресло, но Анастасия остановила меня.

— Всё. Спать.

— Потом.

— Нет. Сейчас.

Я посмотрел на неё, потом на кровать, потом на дверь.

— Ладно.

Я снял плащ, расстелил его у стены и лёг на пол так, чтобы видеть вход.

Она несколько секунд смотрела на меня, потом усмехнулась.

— Где это видано, чтобы бароны спали на полу?

Я закрыл глаза.

— За границей и не такое бывает.

— И всё же…

— Если ночью кто-нибудь снова решит зайти, мне так удобнее.

Она ничего не ответила. Только тихо вздохнула и села на кровать.

Я уже не слышал, что она делала дальше. Сон накрыл почти сразу.

Ночь прошла спокойно. Никто не ломился в дверь, в коридоре было тихо, за окном тоже без лишних звуков. Я проснулся раньше, чем обычно, по привычке проверил окно, замок на двери и только после этого сел у стены, ожидая, когда проснётся Анастасия.

Она открыла глаза, посмотрела на потолок, потом на меня.

— Мы в Риге.

— Да.

Она резко села.

— Тогда мы идём гулять.

— Мы едем дальше.

— Сначала гулять.

Я вздохнул.

Спорить было бесполезно.

Через полчаса мы уже шли по улицам города. Рига проснулась рано. Лавки открывались одна за другой, по мостовой гремели телеги, со стороны порта доносились крики грузчиков и звон цепей. Людей было много, больше, чем в любом городе, через который мы проезжали до этого.

Я шёл рядом, оглядываясь по сторонам. Город выглядел спокойным. Богатым. Уверенным в себе. Здесь не чувствовалось той напряжённой тишины, которая обычно бывает рядом с Разломами.

Мы прошли несколько улиц и вышли на большую площадь.

Там уже собралась толпа. Кто-то смеялся, кто-то спорил, кто-то пытался протиснуться ближе к центру. На деревянном помосте стояли артисты, вокруг играла музыка, слышались выкрики.

Анастасия сразу потянула меня за рукав.

— Пойдём посмотрим.

— Долго?

— Пока интересно.

Мы встали сбоку, так чтобы видеть сцену и при этом не оказаться в самой толпе.

На помосте разыгрывали представление. Судя по костюмам — что-то из старой истории. Солдаты в доспехах, знамёна, король в плаще. Сначала показывали битву. Крики, удары, падения. Потом один из артистов закричал про открывшиеся Разломы, и на сцену вытащили чёрное полотнище, из которого начали появляться фигуры в серых масках.

Толпа сразу притихла.

— Это про столицу, — тихо сказала Анастасия. — Про ту самую битву.

Я ничего не ответил, продолжая смотреть.

По сцене ходили "призраки". Они тянули руки к солдатам, те падали, корчились, а потом вставали уже как высохшие куклы. Актёры хорошо играли, даже слишком. Несколько детей в толпе прижались к родителям.

Один из артистов громко говорил:

— Души забирали! Жизнь вытягивали! После них оставались лишь пустые тела!

Потом показали короля и гвардейцев. Они шли в последний бой, окружённые со всех сторон. Кто-то падал, кто-то вставал снова, пока наконец один из актёров не ударил посохом по земле, и чёрное полотнище "разлома" упало.

Толпа зашумела.

Кто-то даже перекрестился.

Финал сделали безрадостным. Король стоял один, вокруг лежали его люди. Музыка стала тихой, и артисты поклонились.

Несколько секунд все молчали, потом площадь снова загудела.

Мы отошли в сторону, но разговоры вокруг слышались отчётливо.

— Говорят, опять началось…

— Да не опять, а продолжение…

— Вчера вон нашли… высушенного…

— Только плохих трогает.

— Пока плохих.

— Может это проклятие на потомках героев?

— Может и так…

— Легче от этого не становится…

Я слушал, не подавая вида.

Анастасия посмотрела на меня.

— Жуткая история.

— Здесь её все знают.

— И ты веришь?

— Я видел Разломы. После этого в любые истории начинаешь верить.

Она помолчала, потом вдруг улыбнулась.

— Ладно. Хватит про призраков. Мы в самом богатом городе королевства, а ты стоишь как на дежурстве.

— Я и есть на дежурстве.

— Тогда дежурь с пирожком.

Она потянула меня к торговым рядам.

Мы прошли вдоль лавок. Купили сладости, попробовали местное вино, посмотрели на украшения, на ткани, на оружие. Людей вокруг было столько, что иногда приходилось буквально проталкиваться.

Анастасия смеялась, спорила с торговцами, что-то примеряла, потом тут же откладывала. Она выглядела так, будто никакой дороги впереди не было, никакого Цепеша, никаких ночных гостей.

Я шёл рядом и улыбался, но продолжал смотреть по сторонам.

Кто за кем идёт.

Кто слишком долго смотрит.

Кто делает вид, что не смотрит.

Город жил своей жизнью. Шумной, богатой, спокойной.

И всё же я никак не мог избавиться от ощущения, что это спокойствие может закончиться в любой момент.

Мы слишком увлеклись прогулкой и не заметили, как наступил вечер. Сначала начали закрываться лавки, потом на улицах зажгли фонари, а к тому моменту, когда мы вспомнили про таверну, уже стемнело окончательно.

— Похоже, загулялись, — сказал я, оглядывая улицу.

— Это ты загулялся. Я культурно отдыхаю, — ответила Анастасия.

— Тогда культурно возвращаемся. Ночью по чужим городам лучше не гулять.

Она хотела что-то сказать против, но всё-таки кивнула.

Мы пошли обратно, решив срезать через порт. Там было оживлённее, чем в центре. Рабочие заканчивали разгрузку, где-то скрипели блоки, звенели цепи, ругались моряки. В воздухе стоял запах соли, смолы и рыбы.

Я шёл спокойно, но смотрел по сторонам внимательнее, чем днём.

Когда мы проходили мимо одного из причалов, я заметил движение у трапа стоящего у берега корабля.

По доскам вниз спускались трое.

Все в одинаковых тёмных плащах с глубокими капюшонами. Лиц почти не было видно. Шли они уверенно, без разговоров, видимо не развлекаться пришли.

Я остановился на полшага.

Внутри неприятно кольнуло.

Не думая, я положил руку Анастасии на плечо и резко увёл её в сторону, к ближайшему складу. Она даже не успела ничего спросить, когда мы уже оказались за углом.

В тот момент один из тех троих повернул голову в нашу сторону.

В темноте на секунду блеснули глаза, ярко красным свечением.

Я сразу прижал девушку к стене и показал ей жестом молчать.

Она замерла, даже не пытаясь говорить.

Я осторожно выглянул из-за угла, не высовываясь полностью.

Трое прошли мимо причала, не замедляя шага, и свернули между складами. Через несколько секунд их уже не было видно.

Я ещё немного подождал, прислушался. Шум порта оставался обычным. Никто не бежал, никто не кричал.

Только после этого я отпустил её и вышел из укрытия.

Анастасия посмотрела на меня.

— Что это было?

Я ещё раз оглянулся в ту сторону, где исчезли фигуры.

— Помнишь, мы уже видели таких?

— Где?

— Ночью. На тракте. Трое в серых плащах.

Она нахмурилась.

— И что?

— Они не боятся ездить в темноте. В отличие от остального королевства.

— Так и мы не боимся.

— Мы не местные.

Я посмотрел на пустую улицу.

— А они больше похожи на тех, кто здесь очень давно.

Она скрестила руки.

— Всё равно не понимаю, в чём проблема.

Я пожал плечами.

— Будем надеяться, что я просто перестраховываюсь.

Мы вышли из портового квартала и направились к таверне. Улицы были почти пустые, только редкие прохожие да стража у перекрёстков. Никаких приключений больше не случилось.

Мы дошли до таверны, поднялись наверх, всё выглядело так же, как и днём.

Но всю дорогу меня не отпускало странное чувство.

Будто я что-то видел.

И не понял.

Или понял, но слишком поздно.

***

Ночь прошла спокойно. Никто не ломился в дверь, в коридоре было тихо, за окном тоже без лишнего шума. Я проснулся рано и ещё какое-то время лежал, прислушиваясь к звукам таверны. Всё было обычно, но ощущение тревоги после вчерашнего вечера никуда не делось.

Когда мы спустились вниз завтракать, сразу стало понятно, что в городе что-то произошло.

В зале стоял шум. Люди говорили громче обычного, перебивали друг друга, спорили. Хозяин бегал между столами, но сам тоже прислушивался к разговорам. Мы сели у стены, и я молча начал слушать.

Из обрывков фраз постепенно складывалась картина.

Ночью убили командующего королевским флотом.

Говорили, что это сделали призраки. Тело нашли обескровленное, высушенное, как в старых историях про Разлом. Кто-то утверждал, что видел место своими глазами, кто-то спорил, что всё это слухи, но одно повторяли все — погибший считался самым доверенным человеком короля.

Я медленно ел, продолжая слушать.

— …рядом письмо нашли…

— …не дописал…

— …про оборону порта писал…

— …слабые места…

— …перстень ещё был…

— …королевский человек…

— …заговор, не иначе…

Я поднял взгляд.

За соседним столом двое говорили почти шёпотом, но в общем шуме их слова всё равно было слышно.

— Говорят, перстень не его был.

— А чей?

— Из дворца. Из ближнего круга.

— Тогда всё… тогда точно заговор…

Я откинулся на спинку стула и медленно выдохнул.

Слишком много совпадений.

Анастасия посмотрела на меня.

— Ты чего такой невесёлый?

Я немного помолчал, потом тихо сказал:

— Кажется, мы видели ночью этих самых призраков.

Она сразу перестала улыбаться.

— В порту?

— Да.

— Но они нас не заметили.

Я покачал головой.

— Не уверен.

Она нахмурилась.

— Значит, нужно скорее выбираться из этого королевства.

— Так и есть.

Я посмотрел на окно, где за стеклом уже начиналась утренняя суета.

— Главное, чтобы не было поздно.

Она молчала, ожидая продолжения.

— Легенда про призраков слишком удобная, — сказал я. — Если кому-то нужно убрать человека, проще списать всё на проклятие, чем объяснять, что происходит на самом деле.

— Думаешь, это не призраки?

— Думаю, кому-то очень выгодно, чтобы все так думали.

Я сделал паузу.

— А если мы вчера увидели лишнее… проще убрать свидетелей, чем переживать.

Она вздохнула и посмотрела на кружку.

— Иногда мне кажется, что ты притягиваешь опасные ситуации.

Я усмехнулся.

— Или они просто натыкаются на меня слишком часто.

Она покосилась на меня.

— Есть разница?

— Есть. В первом случае виноват я.

— А во втором?

— Во втором мне просто не везёт.

Она усмехнулась.

— Зато с тобой не соскучишься.

— Это да.

Я допил чай и поставил кружку на стол.

Шум в таверне только усиливался. Люди обсуждали заговор, призраков, короля, войну, проклятия. Каждый знал правду, и у каждого она была своя.

А мне всё сильнее казалось, что вчера в порту мы действительно увидели что-то, чего видеть не должны были.

Мы выехали из Риги сразу после завтрака. Без спешки, но и без желания задерживаться. После разговоров в таверне мне хотелось оказаться подальше от этого города как можно скорее. На воротах нас остановили, проверили бумаги, но без лишних вопросов пропустили.

Дальше снова пошла дорога. Людей на тракте хватало, но никто на нас не смотрел дольше обычного. Мы ехали почти весь день, делая короткие остановки, и только ближе к вечеру я решил сворачивать с дороги.

— Здесь заночуем, — сказал я, указывая на небольшой лесок.

Мы углубились между деревьями, выбрали место с хорошим обзором на дорогу и поставили палатку. Я развёл небольшой костёр, разогрел еду, и на этом все приготовления закончились.

Анастасия устала после дороги и долго не сопротивлялась.

— Разбудишь, если что?

— Обязательно.

Она залезла в палатку и почти сразу затихла.

Я же ложиться не стал. Сон не шёл, да и доверять спокойным ночам после последних событий было глупо. Вместо этого я решил потренироваться.

Я сел в тень у дерева и начал глушить энергию ядра. Медленно, слой за слоем, стараясь полностью перекрыть её выход наружу. В мирах испытаний такая маскировка часто спасала жизнь, и сейчас я снова отрабатывал навык.

Через несколько минут я почти перестал ощущать собственную силу. Со стороны я должен был выглядеть как обычный человек.

Я устроился удобнее, так чтобы видеть и палатку, и дорогу, и продолжил наблюдать.

Прошло какое-то время, когда я заметил движение.

Тень.

Кто-то шёл со стороны дороги, осторожно, почти бесшумно. Фигура двигалась прямо к лагерю, явно не чувствуя моего присутствия.

Я медленно поднялся и обошёл его со спины, стараясь не издать ни звука. Когда расстояние стало достаточным, я резко атаковал.

Противник почувствовал удар в последний момент.

Он ушёл в сторону, развернулся и сразу ударил в ответ.

Удар был тяжёлым. Я едва успел поставить блок.

— Вот и поговорили… — пробормотал я, включая усиление.

Пришлось сразу вкладываться в усиление на полную. Без этого я просто не успевал за его движениями. Он был быстрым, сильным и двигался так, будто всю жизнь провёл в боях.

Мы обменялись несколькими ударами. Я попытался использовать магию, выпустил короткое заклинание, но произошло что-то странное.

Поток энергии обогнул противника и врезался в дерево за его спиной.

Я замер на долю секунды.

— Да ты издеваешься…

Он не стал ждать и снова пошёл вперёд.

Мне приходилось тратить всё больше сил, чтобы держаться на одном уровне. Он же дышал ровно, двигался так же быстро, как в начале боя.

Я понял, что затяжной бой мне не пережить.

Если так пойдёт дальше, я просто устану, а он задавит меня.

В голове мелькнула мысль, что сейчас меня может спасти только чудо.

В этот момент раздался глухой удар.

Противник резко остановился, глаза на секунду потеряли фокус, и он рухнул на землю.

Я сделал шаг назад и только тогда увидел, что за его спиной стоит Анастасия с походным казанком в руках. Вокруг валялся рассыпанный ужин.

Я выдохнул.

— А ты опасная девушка.

Она опустила казанок и посмотрела на меня.

— А ты не хотел меня с собой брать.

— Тут ты права полностью. Без тебя я бы сейчас лежал на его месте… ну или пытался бы убежать.

Она кивнула на тело.

— Что будем с ним делать?

— Хочется убить, чтобы наверняка избавиться… но их ведь было трое.

Она присмотрелась.

— Ах да… так это один из тех самых призраков?

— Вот и мне интересно, кто они такие и чью волю выполняют.

Я перевернул противника на спину, связал ему руки и сорвал капюшон.

В лунном свете лицо выглядело ненормально бледным. Кожа почти серая, как у мертвеца.

Через несколько секунд он дёрнулся и открыл глаза.

— Ну, рассказывай, — сказал я.