Перед самыми воротами, где массивные створки были украшены золотыми гербами Империи и старинными рунами, люди собирались группами. Одни тихо переговаривались, другие смеялись нарочито громко, будто пытались заглушить собственное волнение.

Я остановился чуть в стороне, наблюдая.

У лотка с горячим хлебом толпились провинциалы. По их одежде и смущённым взглядам было видно — столица давила на них. Они ели, словно в последний раз, запихивая куски в рот, будто от этого зависело прохождение экзамена.

Чуть дальше выделялись аристократические отпрыски. С ними всё ясно: дорогие ткани, кольца с гербами, сопровождающие слуги, которые до последнего носили за ними доспехи и оружие. Уверенность на лицах — показная, но я видел дрожь в руках. Никто не хочет показаться слабым. Особенно здесь, где на каждого смотрят сотни глаз.

Меня особенно задела одна сцена. Юноша лет семнадцати, худощавый, с запавшими глазами, держал в руках старый меч. Лезвие было в зазубринах, а рукоять обмотана простой верёвкой. Он то и дело шептал какие-то слова, будто молитву. Но рядом стоял другой парень, рослый, в новом кожаном доспехе, и насмешливо усмехался, тыкая пальцем в клинок.

— С этим ты собираешься пройти лабиринт? Да тебя первая же крыса в коридоре сожрёт.

Худой парень не ответил, только сильнее сжал рукоять. Я отвёл взгляд. Слишком хорошо помнил себя на его месте, когда тоже считал каждый гвоздь в снаряжении.

Стража у ворот не позволяла подходить вплотную. Они то и дело разгоняли толпу, напоминая: «Все, кто зарегистрирован, будут вызваны по именам. Паниковать нет нужды». Но это мало кого успокаивало.

Я глубже натянул капюшон и сделал шаг ближе. В голове мелькнула мысль: «Именно здесь решится, кто останется просто человеком, а кто станет магом Академии».

Мимо проходили знакомые лица. Некоторые я видел на тренировках, кого-то — на рынке. Но сейчас у всех были одинаковые глаза: напряжённые, полные страха и ожидания.

Я уловил разговор двух девушек, стоявших неподалёку:

— Говорят, в лабиринте каждому достаётся испытание по силам.

— По силам? — вторая фыркнула. — А если «по силам» для меня — это бороться с мышью?

— Ну, значит, мышь и будет. Только эта мышь может оказаться больше слона.

Обе нервно засмеялись.

Я поймал себя на том, что губы сами дёрнулись в улыбке. Волнение витало повсюду, и оно было заразительным.

Солнце поднялось выше, осветив башни Академии. Их окна отражали свет так, что казалось, будто на стены обрушился золотой дождь. Город гудел.

Я нашёл Кирю чуть в стороне от ворот Академии. Он стоял с двумя девушками, и по их фигурам и походке я без труда узнал княжну Хованскую и её кузину Анастасию. Киря размахивал руками, что-то увлечённо объясняя, а княжна смеялась так звонко, что даже стражники у ворот на миг обернулись.

— А вот и наш философ, — громко объявила Ольга, заметив меня. — Кирилл, мы тут как раз обсуждаем, как не сдохнуть в лабиринте. Хочешь присоединиться?

Я усмехнулся и подошёл ближе. Киря выглядел довольным, словно всё происходящее было прогулкой по саду, а не шагом в неизвестность. Анастасия, наоборот, стояла чуть поодаль, взгляд опущен, руки переплетены. Но когда я подошёл, она едва заметно кивнула.

— Ну, раз обсуждаете, давайте честно, — сказал я, остановившись перед ними. — Каждый должен понимать, что умеет. Мы команда, хотим мы того или нет.

— Отлично, — Ольга театрально развела руками. — Я, как ты знаешь, маг металла. Могу и броню нарастить, и клинок усилить, и стрелу загнуть, если понадобится. Правда, иногда слишком много сил уходит, но кто считает.

Она улыбнулась так нагло и обворожительно, что я невольно хмыкнул.

— Киря?

— Огонь, — с гордостью сообщил он, будто это было самым важным открытием в мире. — Поджечь, подпалить, обжечь — это моё. Только вот масштаб пока не тот, чтобы разломы чистить. Но для экзамена хватит.

— Главное, не подпали нас, — пробормотал я. — Анастасия?

Девушка подняла глаза, и впервые её голос прозвучал чуть громче шёпота:

— Я… немного не такая, как остальные. Я не преобразую энергию в стихию. Работаю напрямую.

— Это как? — удивился Киря.

— Ну… — она замялась, потом всё же собралась. — Я могу влиять на сам поток энергии. Ослабить, укрепить, перенаправить. Но не вызвать огонь или металл.

Ольга ухмыльнулась:

— Она у нас редкая птица. Но не спеши радоваться, Кирилл, её сила нестабильна.

Анастасия чуть покраснела, но не возразила.

— Значит, так, — подвёл я итог. — Я универсал. Стихий много, контроль слабый, но тренировки не прошли даром. Тело держит нагрузку, а это в лабиринте может спасти не хуже заклинаний.

— Универсал, — протянула Ольга, и в её голосе сквозила насмешка. — Ты понимаешь, что адепты стихий сильнее?

— Зато я не завишу от одной стихии, — ответил я спокойно. — И могу подстроиться.

Она хотела что-то возразить, но Киря вмешался:

— Хватит спорить. Мы все адепты, начальные ступени. Никто из нас не прорвётся сквозь сложные испытания. Главное — пройти своё, взять кристалл или артефакт, и вернуться.

— Согласна, — кивнула Анастасия. — Концентратор энергии — это всё, что нам нужно.

Я задумался. Для меня концентратор — не просто палка для заклинаний. Универсалу он мог бы дать шанс хоть немного компенсировать разрозненность. В легендах говорилось, что именно такие артефакты помогали когда-то великим универсалам закрывать разломы, подобные Московскому. Но это были легенды. А сейчас универсалов считали почти что недоразвитыми магами.

«Если получится добыть подходящий кристалл, это будет первый шаг. Пусть не к великим подвигам, но к тому, чтобы перестать быть слабым».

— Ладно, — сказал я вслух. — Мы договорились. Проходим лабиринт вместе. Помогаем друг другу. Но каждый в конце получает свой концентратор.

— Звучит честно, — кивнула Ольга. — Даже слишком.

Анастасия снова чуть улыбнулась. Киря хлопнул меня по плечу.

Толпа вокруг шумела, но для нас всё сузилось до этого круга. Мы были командой. Пусть ещё неопытной, пусть каждый со своими тараканами, но в лабиринте у нас будет только один выбор — держаться вместе.

Толпа у Академии бурлила. Студенты, сопровождающие их родственники, слуги с сундуками, даже парочка наёмников, которых явно наняли богатые семьи для «страховки». Мы стояли рядом, обсуждая свои силы и возможности, а вокруг формировались целые мини-отряды.

Вон — десяток ребят в одинаковых плащах с вышитыми гербами. Богатый род, сразу видно. Их старший, высокий парень с острым подбородком, раздавал указания. Он держался так, будто экзамен для них пустая формальность. При этом за их спинами стояли носильщики с аккуратно упакованными артефактами: амулеты, защитные кольца, даже пара жезлов с кристаллами, явно купленными заранее.

— Это вообще законно? — пробормотал Киря. — Зачем им тогда экзамен, если у них уже всё есть?

— Это концентраторы низшего уровня, — пояснила Анастасия тихим голосом. — Их хватает только для обучения. Для настоящей магии нужны артефакты, которые выдаёт лабиринт.

Я отметил, как она знала эти детали — видно, готовилась, даже если не любила говорить.

Слева кучка шумных парней — лет по семнадцать-девятнадцать, видно, из военной академии или вроде того. Все с одинаковыми короткими мечами, ухмылки до ушей, громкие шутки. Их было пятеро, и выглядели они так, будто готовы вломиться в лабиринт кулаками, если магия не сработает.

Ольга усмехнулась:

— Вот эти точно первыми попадут в ловушку.

— Зато смелые, — заметил Киря.

— Смелые и тупые — часто одно и то же, — парировала она.

Справа группа девушек в светлых мантиях. У них в руках были небольшие арфы и свитки. Маги-заклинатели, судя по символам на рукавах. Такие редко идут в первые ряды, обычно их нанимают в сопровождение — исцелять, усиливать, поддерживать. Но эти явно хотели попробовать себя сами.

Толпа переливалась цветами плащей, гербов, нашивок. Почти у каждого был знак рода или семьи. И только у нас — ничего. Старый плащ Кирилла, простая одежда Кирюхи, невзрачное платье Анастасии и слишком смелый смех Ольги, которая будто напрашивалась на внимание.

«Мы выглядим беднее и слабее всех. Но это не значит, что так оно и есть», — подумал я, скользнув взглядом по соседям.

— Что, впечатляет? — Ольга наклонилась ближе, заметив мой взгляд. — Смотри внимательнее. Эти красивые компании развалятся при первом же серьёзном испытании. Слишком много гордыни, слишком мало настоящего опыта.

— А у нас? — спросил я.

— А у нас будет весело, — хмыкнула она.

Киря закатил глаза, Анастасия слабо улыбнулась.

Я снова перевёл взгляд на толпу. Вдалеке показались экзаменаторы: строгие мужчины и женщины в длинных тёмных мантиях. Их сопровождала стража Академии, а за ними следовали чиновники из имперской канцелярии.

Шум вокруг стих. Студенты и семьи отодвинулись, освобождая проход.

На площади воцарилась тишина, когда вперед выступил один из чиновников в ярко-синем мундире, расшитом золотыми узорами. На груди поблёскивали ордена, а на лице застыло выражение гордости и важности. Он поднял руку, и шум окончательно стих.

— Граждане Российской Империи! — его голос гулко разнёсся над площадью. — Сегодня — день особенный! День, когда новое поколение магов, воинов и учёных делает первый шаг навстречу славе и долгу.

Толпа затаила дыхание. Я невольно отметил, что говорил он так, словно репетировал каждую фразу.

— Империя сильна, пока её границы защищены! Империя процветает, пока её дети хранят верность трону и нашему великому императору! — чиновник вскинул руку к небу. — Слава Императору!

Толпа откликнулась хором:

— Слава!

Ольга едва заметно усмехнулась, но воскликнула вместе со всеми. Анастасия — тише, почти шёпотом. Киря посмотрел на меня и закатил глаза, но хлопнул ладонью по груди, будто тоже участвовал. Я промолчал.

Чиновник продолжал:

— Вы — будущее Империи! Каждый из вас — надежда, что тьма не прорвётся сквозь стены наших городов, что разломы не поглотят мир! Ваши предки защищали эту землю, и вы обязаны продолжить их путь!

Он сделал паузу, и я заметил, как по толпе прошёл лёгкий ропот. Кто-то кивал, кто-то смотрел в землю. Я лишь подумал: «Громкие слова. Но на деле каждый здесь пришёл за своим — кто за силой, кто за славой, а кто за деньгами. И мало кто думает о Империи».

Чиновник шагнул в сторону, уступая место другому, постарше, с белой бородой и тяжёлым взглядом. Тот говорил медленнее, но каждое слово будто падало на толпу камнем:

— Император доверяет нам. Мы — его глаза и уши. Мы — его воля в этом городе. И сегодня, здесь, начинается испытание, которое определит, кто достоин войти в Академию.

Он развёл руками.

— Помните: вы несёте честь не только своего рода, но и всей Империи. Пусть ваш путь будет труден, пусть страх и сомнение попытаются сломить вас… но вы обязаны идти вперёд. Ради Императора. Ради Империи. Ради будущего.

Толпа снова гулко ответила:

— Ради Империи!

Я почувствовал, как в груди кольнуло что-то странное. Пафос, да. Но в словах была правда: если мы не справимся, никто не справится.

Чиновники одновременно сделали шаг назад, и один из них произнёс:

— А теперь слово предоставляется заместителю ректора Академии.

Толпа снова оживилась, поворачиваясь к высокой фигуре, медленно поднимавшейся на помост.

На помост вышел высокий сухощавый мужчина в строгой чёрной мантии. Его седые волосы были аккуратно зачёсаны назад, а на груди сверкал знак Академии — серебряный диск с выгравированным узором, похожим на сеть разломов.

В отличие от чиновников, он не взмахивал руками и не кричал. Он просто поднял взгляд на толпу, и люди замолчали сами по себе. В этом молчании не было приказа — только уважение.

— Будущие студенты, — начал омужчина спокойным, твёрдым голосом. — Сегодня для многих из вас начнётся путь, который изменит вашу жизнь. Академия не обещает лёгких дорог. Мы не обещаем славы. Мы лишь даём инструмент, чтобы вы сами её добились.

Его голос звучал без надрыва, но каждое слово проникало внутрь, будто говорил он лично с каждым.

— Первым вашим испытанием станет лабиринт. Это место не похоже ни на один разлом. В нём нет хаотичной природы или случайных тварей. Лабиринт подстраивается под вас. — Он сделал паузу, и по площади пробежал тревожный шёпот. — Испытания, которые вы встретите внутри, будут ровно такими, чтобы у вас был шанс их преодолеть. Но запомните: "шанс" и "справиться" — не одно и то же.

Он позволил словам осесть, прежде чем продолжить:

— Вы можете входить командами. Это ваше право. Вы можете взять с собой друзей, союзников или даже наёмников. Но помните: сложность испытаний всегда равняется уровню сильнейшего в вашей группе. Лабиринт не прощает жадности и самоуверенности. Чем сильнее спутники, тем выше цена ошибки.

Толпа снова зашевелилась. Некоторые переглядывались с облегчением — вместе идти надёжнее. Другие напряглись: у них в командах был хотя бы один маг посильнее. Я отметил, как Ольга прищурилась, а Анастасия крепче сжала руки на груди.

— Цель испытания, — заместитель ректора повысил голос, — добыть свой личный концентратор энергии.

Эти слова прозвучали особенно громко. Я почувствовал, как у меня в груди кольнуло — то, ради чего я пришёл.

— Концентратор — это не просто кристалл, не просто амулет. Это продолжение вашей силы. Без него дар блекнет, как пламя без масла. С ним же он может расцвести. Концентратор станет вашим спутником на годы, а может, и на всю жизнь. Именно он поможет вам раскрыть дар и подняться выше.

Он провёл ладонью в воздухе, словно очерчивая невидимую черту.

— Каждый, кто добудет свой концентратор, будет допущен к следующему этапу экзамена. Все остальные... — он на миг замолчал, и его глаза стали холодными, как лёд. — Все остальные должны будут вернуться и осознать: их путь магии завершён. Академия не принимает тех, кто не смог пройти лабиринт.

В толпе прокатился ропот, на лицах многих мелькнула тревога. Я сам невольно сжал кулаки: это значило, что отступать нельзя.

Заместитель ректора, словно уловив напряжение, смягчил голос:

— Но не бойтесь. Лабиринт не желает вашей смерти. Он лишь испытывает. Он даёт вам то, что соответствует вашей силе и вашему духу. Справится тот, кто способен быть честным с собой и идти до конца.

Он замолчал и оглядел собравшихся.

— Пусть этот день станет началом. Пусть ваши шаги в лабиринте будут твёрдыми, а сердце — стойким.

Он кивнул, и это стало сигналом — площадь взорвалась аплодисментами и возгласами.

Толпа, ещё недавно гудевшая от слов ректора, постепенно пришла в движение. Сотни будущих студентов группами и поодиночке направлялись к массивным воротам Академии. Над аркой висел герб Империи — двуглавый орёл с сияющим кристаллом в когтях. Казалось, будто сам орёл следит за каждым, кто ступает на эту землю.

Мы с Кирей держались вместе, рядом шагали княжна Ольга и Анастасия. Где-то впереди уже ушли сильнейшие команды — по ним было видно: дорогие доспехи, амулеты, сопровождающие наставники. Они знали, что внутри их ждёт. Мы же шли в середине потока, не торопясь, но и не отставая.

По пути я краем уха ловил разговоры других поступающих. Один парень с восторгом говорил, что в лабиринте его ждёт испытание с личным демоном. Девушка рядом фыркнула, мол, всё это сказки — лабиринт создаёт простые задачи вроде схваток с монстрами или загадок. Но дальше в их спор вмешался пожилой маг-наставник.

***

Благодарю за внимание. Если понравилось: попробуйте почитать мою серию в жанре "тёмного фэнтези". Мёртвые души. Как жить в мире, в котором умирают сами души людей, а тела продолжают по инерции?

Ссылка на первые книги:

https://author.today/work/473076