Проснулась с сигналом колокола. Еле встала с кровати, на рефлексах умылась, переоделась в выглаженное и отпаренное Хмильей светло-серое платье, надела поверх чёрную мантию с отличительной ярко-красной эмблемой боевого факультета на груди, а ещё новшеством — моим именем, особой магической надписью, которая сама меняет имя, если форму надел кто-то другой. В общем, подставить кого-то, надев чужую форму, не получится. Осмотрев свою унылую физиономию, я побрела на выход.

Правда, пришлось вернуться и взять сумку с учебниками. А потом уже точно выйти и побрести в сторону столовой. Здесь за одним из столов я сразу же увидела Элая и подняла руку в знак приветствия. Парень заметил меня быстро и улыбнулся, предложив место рядом с ним.

Крепыш, к слову, позавтракал пирожком и запасёнными ещё с Бриоля орешками. Хмилья сделала ему чай — к счастью, буфет в комнате был и это не составило труда.

А вот в столовой поднос пришлось брать самостоятельно. Я выбрала кашу с тостами и два яйца, после чего вернулась к Элаю.

— Доброе утро, — поприветствовал принц. — Как спалось?

— Сносно, — ответила и заглянула на поднос друга, обратив внимание на кружку. — Что это? Кофе?

— Раманский, со сливками, очень вкусный.

Я улыбнулась. Вспомнился вкус кофе в той таверне, где мы завтракали с Максимилианом. К слову, там мы были не одни, но воспоминания упрямо рисовали только нас. Ещё он обещал мне лично сварить кофе по своему рецепту.

Элай пригубил напиток и разочарованно поморщился.

— Не такой вкусный, скорее, пародия на настоящий, — заключил он.

Улыбнувшись его выбору, я не стала рисковать и сходила за чаем, вернувшись к другу. Среди студентов я заметила Малику, которая уже о чём-то весело щебетала с Клаудией и её подпевалой, чьего имени я так и не удосужилась узнать.

— Я, кстати, уже с новостями. Мой камердинер сообщил, что когда он утром ходил в ректорат за моим расписанием, там обсуждали случившееся. Традицию отменят.

— Неужели? Это же здорово!

— Да, очень, — невесело протянул он. — Но почему попался именно я? Почему именно мне придётся прислуживать Тимории?

— Радуйся, — подмигнула я другу. — Ты войдёшь в историю как последний студент академии, участвовавший в ежегодном аукционе первокурсников.

— Я мечтал как-нибудь иначе войти в историю, а не влипнуть, — фыркнул принц, и я рассмеялась, покачав головой.

В этот момент за стол опустилась Тимория и придвинула к Элаю учебник.

— Параграф тридцать пять — законспектируй, — хмыкнула она и зевнула. — А я посплю… к слову, с тебя ещё и конспект всех академических правил, не забудь сделать в двойном экземпляре.

Лицо Элая потемнело, парень сильнее сжал вилку в руках, но ничего не ответил третьекурснице. Я же полюбопытствовала:

— Скажи, Тимория, в чём смысл перекладывать один тип работы, в данном случае конспекты, на первокурсника, раз при покупке ты всё равно покупаешь его за свои часы отработки на благо академии?

— У других — спортивный интерес, а у меня, — тут она широко улыбнулась, — всего лишь неизрасходованные часы работы старосты, а эта должность мне только в удовольствие. Ни у кого нет столько часов! И так жаль, что после случившегося они все сгорели.

— Жаль? — переспросил Элай и развернулся к ней. — Ты выкупила целого принца на побегушках и тебе жаль?

— Когда ты так говоришь, котёнок, мне сразу становится легче, — заключила она и весело поднялась со стула, отправившись на выход.

Лицо Элая побагровело. Он медленно повернулся ко мне и с ненавистью уточнил:

— Как она меня назвала?

— Не буду это повторять, я же не самоубийца, — отозвалась я и решила побыстрее закончить со своим завтраком, пока злость Элая не перекинулась на меня.

Но увы, это была не единственная опасность на сегодня. Первой парой значилась практика у магистра Эверуса. Пара проходила в одноэтажном здании, примыкающем к огромной территории заповедника, ограждённой высоким забором.

— Ты предпочитаешь сидеть на первой или последней парте? — спросил принц Авероса, пока мы шли по каменной дорожке, обходя основное здание академии.

— Впереди, — уверенно ответила я. — У меня плохое зрение, к тому же мне нужно стать лучшей.

— Прекрасная цель, — согласился Элай. — Только недостижимая. Лучшим буду я.

Я закатила глаза. Ладно, может, лучшей мне становиться и не нужно, но выбиться в отличницы — необходимо.

В аудитории под номером два нас встретил магистр Эверус — в тёмно-зелёном костюме, с элегантно повязанным шейным платком и уложенными гелем волосами. Вот так и не скажешь, что оборотень.

Магистр сидел за столом и что-то кропотливо записывал в журнале, не сразу заметив нас. А когда посмотрел вперёд — увидел уже почти всю собравшуюся группу боевых магов. Мы тоже с интересом рассматривали друг друга.

Малика сидела с каким-то парнем в самом правом ряду, позади Клаудии с подругой. Мы с Элаем разместились на первой парте, как раз напротив кафедры. И именно нас первыми увидел Эверус. Кажется, он хотел ругнуться, но сдержался. Молодец!

— Полагаю, все? — спустя минут пять спросил он и поднялся на ноги под девичьи шепотки. К слову, девушек в группе было всего шесть на тридцать парней-боевиков. — Доброго утра, студенты!

— Доброго утра, магистр Эверус.

— Все вы были участниками сегодняшнего ночного происшествия и, я полагаю, не стоит напоминать о сдаче конспектов? Чудесно, тогда приступим к лекции. На первом курсе изучают «Магических и немагических созданий и опасность, ими представляемую». Мы не будем рассматривать домашних животных, даже не всех, кто водится в лесах — этот материал, я надеюсь, вы все прекрасно освоили в школах. Нас будут волновать опасные создания, среди которых магических намного больше, чем немагических. И именно первые нас интересуют особенно, и если первый курс будет посвящен тому, как защищаться от этих существ, то второй — как обратить их опасность себе на пользу. Просто-напросто приручить. Каких самых опасных существ вы знаете?

— Дракса? — тут же воскликнул кто-то.

— Опасные, даже очень, хотя к самым опасным я бы причислил их с натяжкой, — отозвался Дейн. — Драксы одиночные создания, а ещё ненасытные. В лесах, где их популяция вырастает, практически пропадают грызуны, а это в свою очередь полностью подрывает экосистему. Хищным птицам нечем питаться, зато увеличится количество семян, лес может стать плотнее и менее проходимым, что нанесёт вред крупным животным. Именно по этой причине зоосообщество давно следит за популяциями драксов и хорошо платит за их хвосты и шкуры охотникам. Итак, ещё варианты?

— Кракен, — поднял руку Элай. — И гидры.

— Прекрасно, — кивнул Дейн. — Это действительно самые опасные хищники в морях. Об их отлове чаще всего заботятся русалы — прибрежные жители, способные отращивать жабры и плавать там, где нам, обычным людям, не дано. Хотя около десяти процентов этих тварей гибнет от гарпунов мореходов. Дальше?

— Манкоры, — теперь уже дополнила Клаудия, отчего-то посмотрев на меня.

— Манкоры, — воодушевлённо повторил Дейн. — Это уже бинго. Раньше сильнее них считались только драконы, но драконы давно ушли из нашего мира, поэтому манкоры действительно самые опасные хищники. Крылатые, львиноподобные создания, весом более полутора тонн, с семью скорпионообразными жалами вместо хвостов, потомки древних мантикор, эволюционно усовершенствованные, — мало кто выживал после столкновения с манкорами. Даже группа из пятнадцати магов не всегда способна справиться с одной взрослой особью. Живут преимущественно в горах, редко спускаются в равнины, охотятся на крупный рогатый скот. Шансы встретиться с манкорой малы. Но если увидите её и с вами не будет как минимум четырнадцати магов, среди которых лучше иметь хотя бы одного архимага, — легче притвориться мёртвым или бежать. Сразу и без оглядки.

Дейн оглядел всех, а потом прошёл к доске.

— Прекрасно! Теперь изучим подробнее слабости каждого вида. Кстати, ещё одного вы так и не назвали…

— Это малоземский тарантул, — теперь руку подняла я. — Живут преимущественно в Малоземье, поэтому и такое название, тарантулы встречаются и в других пустынных местностях, но именно этот вид — неиопаснейший. Их яд — мощнейшее оружие. Одна капля способна убить даже дракона. Думаю, и с манкорой она тоже справится.

Дейн усмехнулся, признавая правильность моего ответа, и вновь развернулся к доске, расчертив её на пять столбцов. Мы все нахмурились. Кто же пятый?

— Человек, — внезапно произнёс Эверус и опёрся ладонями на кафедру. — Всё-таки человек остаётся самым опасным созданием во всём Райвиме. Манкоры, тарантулы, кракены и гидры не способны объединяться в группы, построенные на длительных связях, а человек — способен. Если один из нас не представляет опасности для Манкоры, но тридцать, сорок, пятьдесят сильных магов — и она обречена. Вчера вы все, объединившись, доказали это. Вместе люди — могучая, непобедимая сила. Помните об этом. Помните о том, насколько важны знакомства, дружба, семья. И если вы будете чувствовать, что не справляетесь, вас спасёт крепкое плечо рядом. Так же, как это произошло и вчера.

Дейн улыбнулся — немного по-отечески и вместе с тем так тепло, что мы все ответили ему такими же улыбками. Но разглагольствовать он больше не стал, а вместо этого дал теорию — практику всё равно было проверять ещё рано, зато поставил баллы тем, кто смог ответить на его паре.

— Студентка Даорг, задержитесь, — не забыл про меня Дейн.

Я прекрасно помнила о своей провинности, поэтому шла к кафедре, как на эшафот. Остановилась перед столом. Ждать, пока последний студент покинет аудиторию, мужчина не стал и протянул мне лист, расчерченный на семь дней.

— Вы говорили, что готовы отработать в птичнике, — хмыкнул оборотень. — Поздравляю. Ваши желания исполнены. Начинаете с сегодняшнего вечера и так три раза в неделю. Вопросы остались?

Остался всего один — у этого оборотня сердце вообще есть? Меня, бедную первокурсницу, которая спасла остальных от неминуемой участи академических прислужников — и на отработку? А как же его пафосные речи о сплочении, дружбе, взаимовыручке?

Хотелось обиженно надуть губы и топнуть ногой, как ребёнку. Но вместо этого я позволила себе лишь тихий вздох.

— Благодарю, магистр Эверус, за участие в моей студенческой жизни.

Брови оборотня подлетели вверх. Ему ещё явно так не отвечали. Я же с достоинством истинной принцессы сделала лёгкий книксен и направилась к выходу. Птичники чистить? Не вопрос. Главное, чтобы эти птицы не были похожи на Мглу — волшебного коня его величества.

— Конспект вы тоже должны написать, — напомнил он мне вслед.

Я медленно обернулась, встретилась взглядом с оборотнем. Улыбнулась. Конспект так конспект, выпрашивать себе поблажки не собираюсь.

— Доброго дня, магистр Эверус, — откликнулась я и с нетерпением покинула аудиторию.

Следующей лекцией перед обеденным перерывом была история, вот на ней студенты планировали отдохнуть и, может, даже вздремнуть. Лекция была у всего курса, поэтому здесь мы увиделись и с ночной звездой — орком. Мы все обменялись приветствиями и расселись по местам.

Но мечты всех студентов о сновидениях рассыпались вдребезги, едва мы познакомились с преподавателем.

— Доброго дня, студенты, — в аудиторию буквально влетел высокий светловолосый мужчина.

Его мантия развевалась от быстрого шага, он в две секунды преодолел расстояние до кафедры, но его поспешность не была смешной, не выражала растерянность, наоборот — он словно гепард за несколько прыжков оказался перед студентами и теперь оглядывал нас цепким хищным взглядом.

— Доброго дня, магистр Фаут, — дружно отозвались адепты.

Имена всех преподавателей указаны в расписании, поэтому магистрам не нужно представляться. Я внимательнее посмотрела на преподавателя, отмечая светлые вьющиеся волосы, зелёные глаза и морщинки, выдававшие то, что человеком магистр был хмурым и часто опускал уголки губ в пренебрежении или недовольстве.

— Вы посетили урок истории. В РАМе ей уделяется особое внимание, ведь здесь учатся лучшие из лучших и некоторые, — тут он сосредоточил взгляд на Элае, — будут править этим миром. И им необходимо знать и помнить ошибки прошлого, чтобы не совершать такие же в будущем.

Элай ничего не ответил, остался спокоен, лишь перо в его руке дрогнуло, но это заметила только я.

— Наслышан о вчерашнем инциденте. Это тоже войдёт в историю академии, особенно восстание орколейца, — хмыкнул Фаут и сосредоточил взгляд на Арк-Вирте. В этот момент весь наш курс понял, что возненавидит магистра сильнее какого-нибудь дракса. — Если кто-то считает, что применение физической силы так необходимо, как и разрушение устоев, на которых держатся целые королевства, не то что одна академия, то я спешу напомнить, к чему приводит изменение существующих порядков. Думаю, вы уже догадались — речь пойдёт об Орколейских островах.

Буквально все почувствовали, насколько неприязненно говорил о них магистр Фаут. Адепты невольно сплотились вокруг самого крупного нашего представителя, готовые защищать его любой ценой. И в этом заслуга ночного происшествия — подстава со стороны старшекурсников нас сплотила, сразу выявив лидеров и подпольных шпионов (читай — меня).

Преподаватель прошёл к кафедре и потянул за рулон на стене, тем самым раскрыв огромную карту нашего мира.

— Орколей находится здесь, это одиннадцать соединённых проливами островов, когда-то заселённых орками. Традиции на каждом острове различаются, есть даже внешние и лингвистические различия, — начал магистр. — Орколей — воинственное королевство, да и королевством стал недавно. Ранее это были острова кочевых племён орков, где каждый вождь тянул одеяло на себя и периодически устраивал стычки не только с собратьями, но и с соседними государствами. Пока однажды, одиннадцать лет назад, не нашёлся среди них предводитель, который собрал целую флотилию и объединил острова — Фар-Кор Непобедимый. Подсказка: победить его всё-таки смогли.

Каждое слово преподавателя сочилось ехидством. Я полуобернулась к Арк-Вирту, который весь сжался. Тема была ему более чем неприятна.

— Фар-Кор собрал под свои знамёна почти всех орков и пошёл войной на соседние королевства — они были меньше и слабее, поэтому их захватили. Четыре захваченных королевства всего лишь за год… Пока молодой раманский монарх не решил освободить их из-под гнёта орколейцев.

Да, вот только считается он освободителем именно Орколея, так как не все жители островов были согласны с политикой Фар-Кора. Он восхвалял расу орков, а людей причислял к низшим созданиям. К рабам. Его величество Максимилиан спас не столько те четыре королевства, сколько самих орколейцев от безумного узурпатора, который просто был отличным лидером и оратором.

— Четыре месяца длилась война. В результате Фар-Кор был убит, и Орколей освободили. Но не все остались с этим согласны. Ведь орки — воинственны по натуре.

— Не все из нас, — не выдержал Арк-Вирт. — Мои отец и мать были против…

— Ваше ночное поведение доказывает обратное, — жёстко отрезал Фаут и бегло оглядел аудиторию. — Поднимите руки те, чьи родственники воевали на стороне его величества Максимилиана?

Тут я не выдержала.

— Протестую, — я поднялась со своего места и прищурилась. — Вы разжигаете межрасовую ненависть, это запрещено законодательством всех стран.

— Разве? Я всего лишь задал вопрос, студентка…

— Даорг, — подсказала я, и преподаватель хмыкнул.

— Принцесса, — заключил он, прищурившись. — Что ж, вы должны знать, что здесь ваш статус не имеет значения, вы всё равно должны поднимать руку и говорить только с позволения преподавателя. Что же касается вашего абсурдного высказывания, если вы сами увидели в моём невинном вопросе разжигание ненависти — быть может, вы сами её испытываете? Ах да, Бриоль слишком далеко отсюда и никто из ваших мест не участвовал в подавлении орколейцев.

— Мы не воюем, зато мы не предвзяты к отдельным личностям. Если вы недовольны поведением Арк-Вирта, то не должны приписывать ему исторические промахи его соплеменников. Он поступил сюда для учёбы, а не для того, чтобы его попрекали за войну, окончившуюся ещё десять лет назад. Уверена, сам его величество Максимилиан бы подобное не одобрил.

В последнем я была абсолютно уверена. Он заботился и даже любил подвластные ему территории, развивал их. Он любил жителей, старался для них. И пусть он ужасный шовинист, но отличный правитель.

— Не вам говорить от лица короля Рамании, — упёрся ладонями в кафедру Фаут. — Взыскание, студентка Даорг. После лекции зайдите к куратору вашего курса и заберите недельную отработку. А сейчас сядьте на место и более не смейте срывать лекцию. Переходим к политической системе Орколея.

И пусть я получила взыскание, но последующие речи Фаута стали более нейтральными, хотя Арк-Вирт всё равно сидел с поникшей головой. Когда лекция закончилась, к нему подошёл Элай и похлопал парня по плечу, пока тот сидел — с его габаритами оно как раз было в зоне досягаемости принца в этом положении.

— Мы все тобой гордимся.

— Да, — подтвердила Клаудия, к которой в этот момент я стала относиться чуточку лучше. — Ты всех нас спас! Как подумаю, что мне пришлось бы неделю кому-то прислуживать, так становится дурно.

— А мне и придётся, — поморщился Элай. — Так что вам ещё всем повезло. Не стоит раскисать. Идёмте на обед.

Кому на обед, а кому ещё нужно зайти к куратору. Вот не хотела же я с ним часто видеться, совсем не хотела.