Механ появился через шесть часов. С победой, но судя по голосу товарища, вымотался он до предела.

— Я, в общем, укокошил этого стального бегемота, но устал так, как никогда в жизни. — сообщил боец, расположившись передо мной. К этому времени я уже отвёз Павла в его городок, и вернулся обратно в Васильки.

— Держи. — произнёс я, и применил на Механа «быстрое лечение». — Надеюсь, полегче себя почувствуешь.

— Да я физически здоров. — усмехнулся чемпион. — А вот морально… Представь, мне пришлось пробежать по пересечённой местности примерно полсотни километров. Я думал — лёгкие выплюну. Но всё же смог заманить противника в ловушку, а затем добить. И знаешь, что скажу? У того, кто придумал эти локации для дуэлей, совершенно нет разума. Там всё изначально было подстроено для победы техномутанта. Если бы у меня чуйка не сработала, погиб бы в первые минуты.

— Нужно будет пополнить список локаций. — озвучил я то, что само собой напрашивалось. — Кстати, ты уровень взял.

— Ага. Только я, пожалуй, какое-то время на дуэлях выступать не стану. — усмехнувшись, покачал головой Механ. — Мне ещё самое сложное впереди предстоит — жене объяснять, где я шлялся.

— О-о-о… если что, вали всё на меня. — разрешил я. — Разберёмся.

— Не поможет, моя меня знает как облупленного. Так что пойду я. Как говорится — раньше сдамся, раньше закончится экзекуция. Эх, домашнее насилие — суровое и беспощадное. Лучше бы ещё одного техномутанта прикончить.

Проводив товарища, я вернулся на веранду. Здесь, кроме Киты, уже никого не было — Людмила ушла отдыхать, остальные тоже занимались своими делами. Спать не хотелось, и потому я, усевшись поудобнее в кресле, сосредоточился на том, что мы сегодня получили. Итого четыре победы, правда две из них читерские — хорошо, что никто из выживших не знает о наших административных поблажках.

Значительно прибавилось сот — сейчас их было аж три с половиной десятка. Достижений за это никаких не дали, и я предположил, что новый апгрейд будет или на пятидесяти, или на семидесяти двух, когда мы соберём один процент суши. Среди наград за победы в дуэлях не было ничего этакого, только легендарные очки, по одной единице характеристик, и по пять-десять административных очков. Что реально порадовало, это почти двенадцать тысяч рубиновых монет — огромная сумма. Ну и ещё один плюс — теперь перечисление подконтрольных сот в профиле отображалось одной цифрой, в данном случае — тридцать пять. Это значительно упрощало подсчёты, особенно если учесть мою нелюбовь ко всяким лишним цифрам.

Далее я через клановый интерфейс передал нашему казначею часть рубиновых монет, оставив себе десять тысяч. Затем закинул четыре очка характеристик в «духовность». По хорошему бы закупить несколько десятков, на все деньги, чтобы у меня была возможность активировать мифические умения. Тогда можно смело выходить на Арену — никто не станет ждать такой силы от какого-то новичка с тридцатым уровнем.

Не откладывая на потом, переместился в административный магазин, и вызвал нужные лоты. Чтобы через миг присвистнуть от цен. Даже сферы возрождения меньше стоили. Чёрт, с моей скидкой выходило по семьсот пятьдесят рубиновых монет за одно очко характеристик. Нет уж, не готов я к подобным тратам. С ума сойти, прибавка в характеристике на единичку стоит, как хорошо прокачанный артефакт мифического ранга. Совсем с ума сошли те, кто устанавливает в этих магазинах ценники.

Вернувшись в реальность, посчитал, сколько ещё очков мне нужно, чтобы появилась возможность использовать мифические способности. Выходило, что сорок три. Это в текущих реалиях приблизительно сорок три победы в дуэлях. Много, по времени займёт недели две, если без лишнего риска, и при условии, что мы всегда будем побеждать. Хотя… Там наверняка нарисуются какие-нибудь дополнительные достижения, и прочее. Стоп!

Механ же сказал, что его дуэль проходила нечестно, и победил он только чудом. А что, если я выдам Системе задание — подбирать для дуэлей только те локации, на которых будут равные для дуэлянтов возможности. Сказано — сделано.

Несколько минут на формулировку задания, затем автоматическая адаптация — я каждый раз наблюдал за этим действием с любопытством. Выходило, что администратор лишь выдавал намерение, а некий сверхразум подгонял условия под реальность, основываясь на мыслях и намерениях админа. Вот и сейчас к протоколу ушла уже чётко сформулированная задача. И Система, что характерно, тут же приняла условия. Мне за это прилетело классическое достижение легендарного ранга, которое почему-то в этот раз не снабдило меня очком характеристик. Да и плевать, зато теперь у людей появится больше шансов выиграть дуэль. А то чёртовы рыболюды слишком много силы набрали.

Закончив с заданиями, вызвал справку по действующим вызовам моей персоны на дуэль. В прошлый раз после победы меня несколько дней никто не вызывал…

— Твою же рыбью селезёнку! — вырвалось у меня. Вызов наличествовал. От тритонида двадцать девятого уровня. Вот какого хрена, а? Я же спать собирался, а теперь… Вдруг эта водоплавающая паскуда примет вызов человека, и прикончит его? А затем получит тридцатый уровень, и все наши планы накроются медным тазом.

— Зря ты полез ко мне. — произнёс я, облачаясь в скафандр. А затем мысленно выбрал участие в дуэли. Надеюсь, противник прямо сейчас спит, и дуэль станет для него неожиданностью. Смертельной, хе-хе!

* * *

В этот раз место для дуэли мне понравилось. Но только отчасти. Основное пространство занимало мелководье — мне по пояс. Позади песчаный берег, а вокруг возвышаются отвесные скалы.

Из одежды набедренная повязка, в руках увесистое древко копья с каменным наконечником. Все классовые, и не только, возможности отсутствуют. Подпространственный инвентарь недоступен. Зато Кита здесь, слева от меня — стоит в воде, фыркает, одна лишь голова над поверхностью. Да уж, что-то Система уменьшила её нынешний рост, раза так в полтора.

Противник обнаружился напротив, в сотне метров. Рослый, выше меня, мощный тритонид-вожак, с копьём в руках. Оружие у оппонента точно такое, какое было у первых встреченных мной рыболюдов. Скользкое, с костяным наконечником.

— Кита, ты меня понимаешь? — поинтересовался я у питомицы.

— Мр-рау! Конечно! — тут же ответила разумная кошка.

— Отлично. А ну-ка давай выберемся на берег. Что-то мне не нравится находиться в воде.

— Давно пора. Мр-р.

Противник, увидев, что мы отступаем, тут же рванул следом. Оно и понятно, в его интересах вести схватку в родной стихии. Да вот хрен тебе, рыболюдина пучеглазая! Будет тебе веселье на суше.

Уже выбравшись на берег, я боковым зрением отметил, что противник движется гораздо быстрее нас. Оно и понятно — он большую часть жизни провёл в воде. Ну тогда его ждёт сюрприз.

— Кита, отойди в ту сторону. — указал я рукой. — Близко врага не подпускай. Атакуй, только если уверена, что он не достанет тебя копьём. Не рискуй, лучше несильно ранить тритонида, чем погибнуть самой Всё, готовимся к бою!

— Мр-рау! — ответила кошка, и в два прыжка отдалившись от меня. Вид у питомицы был непрезентабельный — мокрая, шерсть обвисла. Но это не мешало ей оставаться смертельно опасным хищником. То ли дело я — как-то не шибко суровым выгляжу с копьём. Ну да ничего, у меня к нему имеется хорошо развитое тело — сила может и убавилась, но всё равно я чувствую себя намного быстрее и мощнее, чем до прихода Системы. Как там сказал Спектр — трансформации и аспекты навсегда остаются с тобой? Вот и посмотрим. к тому же у меня память никуда не подевалась, и я знаю, на что приблизительно способны рыболюды.

Когда тритонид выскочил на сушу, мы уже были готовы. Заняли позиции так, что противник оказался точно между нами. Нелюдь повертелся из стороны в сторону — шея у него была совсем не гибкая, и чтобы посмотреть назад, рыболюду приходилось поворачивать весь корпус. Отлично, значит он плохо контролирует тыл. Я бы на его месте вообще не стал выбираться на сушу столь смело, наоборот, сидел бы и ждал, когда мы пойдём в атаку. Но этот вёл себя слишком самоуверенно. Интересно, с чего бы? Может копьём виртуозно владеет? Тогда хреново.

— Кита, будь осторожнее! — предупредил я ещё раз питомицу, и начал медленно отступать, увлекая противника за собой. В левой ладони помимо древка была зажата горсть песка — подобрал, как только выбрался на сушу. Ну а что, мы здесь не на спортивном состязании, и для победы все средства хороши. Так что…

Тритонид резко ускорился, и попёр на меня, готовый уколоть копьём. Я же продолжал пятиться, одновременно оценивая наши возможности. Оружие у нас по длине примерно одинаковое, вот только руки врага длиннее моих. Зато они явно слабее — слишком тонкие, тут никакая особенность биологических особенностей не спасёт., но на всякий случай проверим. Надеюсь, я всё же пошустрее на суше.

Выпад, стук столкнувшихся копий, и мой противник замедлился. Ага, рыболюдина, не нравится, когда кто-то сильнее тебя? Ну тогда получай ещё один удар. Н-на! Ух-ты, шустрый какой!

Я резко отступил назад — вовремя, тритонид разразился целой серией стремительных ударов, норовя достать меня в ноги, бёдра и пах. Я с трудом отбил часть атак, а от остальных ушёл, разорвав дистанцию. Рыболюд тут же начал наседать, но в этот момент Кита атаковала его сзади. Кошка двигалась абсолютно бесшумно, и ей почти удалось дотянуться когтями до правой ноги противника, но тот в самый последний момент почувствовал угрозу, и крутанулся, нанося круговой удар копьём.

— Мр-рау! — рявкнула питомица, отпрыгивая назад на добрые три метра. Повезло, что она напала в ноги, иначе бы её задел костяной наконечник.

Я тут же пошёл в атаку, не давая врагу опомниться, и мне почти удалось вонзить копьё в бочину рыболюда. Тот каким-то немыслимым дёрганым движением изогнулся, уклонившись в последний момент. И тут же контратаковал меня, целясь в грудь, затем в голову, и снова в грудь, в живот. В этот раз я еле успел отскочить. Чёрт, да он настоящий мастер с древковым оружием! И это хорошо, что нам луки не дали, тогда… Впрочем, с луком я наверняка бы хорошо справился. Интересно, а стрелу бы сбил на лету? Успел бы уклониться? Реакция то у меня не человеческая… Чёрт, о чём я думаю, мне же сейчас кишки выпустят!

Сделав подшаг вперёд, я с силой отбил копьё противника в сторону. Хотел сократить дистанцию, чтобы перейти в рукопашку, но произошло непредвиденное — копья сломались. Тритонид тут же отпрыгнул назад, сбивая Ките новую атаку, и в следующую секунду мы замерли. В моих руках осталось древко, длиной меньше полутора метров, у врага костяная палка оказалась чуть длиннее. И что самое обидное — у него конец оказался заострённым — кость так раскололась. А вот у меня всё выглядело хуже. Да, торчала острая щепка, но её обломать — как нечего делать.

Враг завизжал, словно бы издавая боевой клич, и ринулся на меня. Видимо решил на всю использовать своё преимущество в длине рук и оружия. Ну а я, не долго думая, применил песок, целя им в голову рыболюда. Одновременно с этим заорав:

— Атакуй!

Мой крик тоже можно было принять за боевой клич, но в отличие от тритонида я не собирался бросаться на копьё. Прыгнул в сторону, и только затем рванул на противника, пытаясь достать его острой щепой в бочину. Зацепил, но не так сильно, как рассчитывал — удар вышел смазанным и совсем не смертельным. Зато питомица смогла достать рыболюда когтями, полоснув того по ноге. Противник взвизгнул, и отпрыгнул в нужную нам сторону — прочь от воды.

— Что, рыбий глаз, не нравится? — поинтересовался я у тритонида, который начал прихрамывать. — А ты думал, всех людей убивать просто?

Ответа я не получил. Вместо него меня вновь атаковали — стремительно, резко. Если бы рыболюд с такой же скоростью метнул копьё мне в грудь, я мог и не успеть уклониться. А так мне каким-то чудом удалось отклонить первый удар, почти увернуться от второго — острый обломок лишь поцарапал мне плечо. Зато это позволило мне осуществить задуманное — рискуя получить сильную рану, ухватился за вражеское древко, одновременно шагая вперёд, отвёл костяное копьё в сторону, и нанёс сильный удар обломком древка в грудь рослому рыболюду. На этом не остановился, а продолжил наседать, почти вплотную сблизившись с врагом. Выпустив ставшее бесполезным древко, рукой ухватил тритонида за какой-то нарост на голове, и рванул на себя, одновременно слегка приседая.

Не знаю, что это был за нарост, вроде подобие жабер, однако врагу это сильно не понравилось — он буквально взвыл от боли. И тут же получил очередной удар когтями по ноге. Я, не желая очутиться с рыболюдом в клинче — не такой он и слабый оказался, чуть повернулся, и провёл бросок через бедро. Копьё противника мне не удалось отобрать, но полетел враг знатно.

— Кита, карауль его, не давай уползти в воду! — скомандовал я, и подхватил остатки своего копья, а если быть точнее — деревянную палку. Такой даже бить, как дубиной, не получится, слишком лёгкая… стоп! Где-то валяются сразу два наконечника, их же можно использовать!

Пока отыскал взглядом требуемое, пока подбежал, морщась от боли в плече — порез саднил так, словно в него соли насыпали. Затем потратил драгоценные секунды, подбирая один из наконечников — костяной мне не понравился, какой-то несуразный. Закончив, обернулся, и не смог сдержать ругательств. Чёртов тритонид неожиданно резво для подранка быстро отползал к воде — ему оставалось до родной стихии совсем немного. Кита ничего не могла поделать, при попытке приблизиться к врагу её всегда встречал острый обломок копья. Ничего, сейчас мы это исправим.

— Мрау! — вдруг вскрикнула питомица, отскакивая в сторону. В её боку торчало костяное древко, а тритонид, лишившись как оружия, так и угрозы, резко ускорился в направлении воды. Врёшь, не уйдёшь!

Я настиг врага фактически в воде, с разбега прыгнув вперёд. В прыжке нанёс сразу два удара, тупым древком и наконечником. В этот момент в голове даже мелькнула мысль — хех, как в каком-то фильме. А в следующий миг мне стало не до размышлений. Рыболюд, получив удар, почему-то сумел крутануться, и меня потянуло в воду. Миг, и вот мы уже барахтаемся в воде, причём тритонид пытается меня притопить. Здесь он почти вернул себе утраченную из-за ран ловкость, а я наоборот — потерял опору под ногами и очутился в невыгодном положении. Единственное преимущество, которое у меня сохранилось, это обломок копья, которым я раз за разом пытался ударить врага.

Появились панические мысли, что под водой я продержусь не больше двух минут, и нужно выбираться отсюда. На кой-хрен вообще полез за рыболюдом, он и так бы сдох от полученных ран. При этом мои руки продолжали действовать, нанося удар за ударом. В какой-то момент мне наконец удалось крепко ухватиться за тритонида, и подтянуть его к себе. На мою голову и плечи тут же обрушился настоящий град ударов, но я проигнорировал их, продолжая подтягивать врага. А затем, когда понял — в этот раз ему не увернуться, вогнал каменный наконечник прямо в брюхо противнику. С силой надавил, проталкивая глубже, до тех пор, пока не почувствовал, что остриё вышло с противоположной стороны вражеского тела.

Рыболюд как-то резко замедлился, его удары потеряли силу. Он ещё попытался сомкнуть руки у меня на шее, но не смог — я слишком плотно прижался к нему. А затем мне наконец удалось опереться коленями о дно, подняться, и в несколько шагов выбраться на сушу. С силой отшвырнул от себя вялое тело тритонида, и осмотрелся. Кита лежала на боку, а из другого у неё торчал обломок костяного копья. На меня от этого зрелища нахлынула ярость. Словно обезумевший, следующие секунд сорок я буквально втаптывал противника в песок, не обращая на боль в пятках и стопе.

— Сдохни, сука! Сдохни! Сдохни!

Наверное это бы продолжалось гораздо дольше — адреналин и гнев в крови бурлили так, что у меня взор словно бы затянуло кровавой пеленой. К счастью, всё это прекратилось вместе с гибелью Рыболюда. Боль неожиданно отступила, кровавая пелена сменилась на чёрное марево, а затем меня выбросило в родной мир.

* * *

— Вот так вот, хвостатая. — произнёс я, наблюдая, как питомица вылизывает свой здоровый бок, из которого не так давно торчало костяное древко. — Давай-ка спать. А то завтра у меня огромное количество планов. Там с сотами нам какой-то теперь уже бывший системный объект перепал, называется «полигон». Хочу посмотреть, что это такое.