Хрустальная улица.

Искра, она же Линьси из великого дома Сюань, кипела от злости, сидя в экипаже. Она старалась лишний раз не шевелить правой рукой — при каждом движении под кожей будто лопались десятки тонких игл.

Экипаж качнулся, и Линьси зашипела от боли.

В ней вспыхнула целая гамма эмоций по отношению к Артуру Ричи. Ярость, желание уничтожить, растоптать. Но в то же время… Страх.

Да, страх.

Линьси не хотела этого признавать, но она боялась этого лавочника и его силы. Та молния, что он выпустил, была по-настоящему страшна.

Линьси, Повелительница Огня, за всю свою жизнь не проиграла ни в одной битве Мистиков. Она сжигала врагов заживо, а чужой огонь был ей не страшен — она спокойно выдерживала любой жар.

Но с Артуром Ричи всё было иначе.

Его молнии причиняли чудовищную боль. Казалось, они разрывали каждую клеточку её тела. А ведь раньше Линьси искренне считала, что электричество ей не страшно — точно так же, как и пламя.

Как же она ошибалась…

Артур Ричи оказался волком в овечьей шкуре.

Когда Линьси вышла из его лавки, её первой мыслью было уничтожить его. Сжечь лавку, а Артура повесить. Но… Она не сделала этого.

Было несколько причин. И одна из ключевых — Линьси не была уверена, что её люди справятся.

С родины с ней приехали весьма сильные Мистики, но все они были куда слабее её самой. А вот Артур Ричи, судя по тому, что он показал, мог одолеть даже её. И Линьси страшилась этого. Она боялась его.

А вместе со страхом приходило и другое чувство.

Желание. Похоть.

Линьси вспомнила его руку на своём горле и боль от разрядов. Она вспомнила, как он сунул ей в рот револьвер, и что он ей прошептал на ухо.

Линьси тяжело задышала и с трудом сдержала стон. В ней вспыхнула ярость на собственную реакцию — она чуть не спалила экипаж вместе с лошадьми. Она сдержалась, хоть и не до конца — диван напротив слабо задымился.

Линьси не обращала внимания на дым. Она вспоминала, что он ей говорил.

Артур Ричи кое-что пообещал ей напоследок. Пообещал, что исполнит свои «угрозы», которые нашептал ей на ухо, если она принесёт ему чёрные свечи.

Но зачем ему лунные свечи?

Линьси перебрала в памяти странное поведение Артура в лавке и пришла к определённому выводу.

За Артуром наблюдают. Возможно, какой-то Мистик, умеющий выходить из тела. Или кто-то другой — но именно из-за наблюдения Артур не может расслабиться и отдаться своим чувствам.

Что ж. Она достанет ему лунные свечи.

Но если он снова разочарует её — Линьси уже не станет сдерживаться. Она выложится до конца и сделает всё, чтобы спалить его дотла.

* * *

Я подошёл к Габриэле и её ухажёру. Мне сразу бросилось в глаза выражение лица девушки — она словно натянула маску, её улыбка была совершенно неживой. В глазах плескалась тревога и даже страх.

— Госпожа баронесса, — я учтиво поклонился, а затем перевёл вопросительный взгляд на мужчину. — Господин…

— Меня зовут Энтони, — мрачно отозвался он. — Энтони Син.

— Артур Ричи. Рад познакомиться, — кивнул я. — Прошу прощения за задержку, были срочные дела.

Открыв ключом свою лавку, я вошёл внутрь. Гости последовали за мной. Энтони тут же скривился от запаха гари. Его взгляд скользнул по чёрным пятнам на полу и одной из разломанных витрин.

— Что тут случилось? — хмуро спросила Габриэла.

— Небольшое возгорание, — виновато ответил я. — Не обращайте внимания. Когда я работаю, то всегда с головой ухожу в дело и не вижу, что происходит вокруг. Вот и сейчас не заметил, как по полу растеклось масло, а потом загорелось. — Я покачал головой. — Но ничего, завтра всё восстановлю.

— Боюсь, для этого вам придётся снести этот сарай и построить на его месте что-то нормальное, — брезгливо обронил Энтони. Он повернулся к баронессе: — Дорогая, ты уверена, что именно этот мастер дважды чинил твоё колье?

— Да, это он, — сухо ответила Габриэла.

— Что ж, поверю тебе на слово, — Энтони насмешливо посмотрел на меня. — У нас к вам ещё один заказ.

Он достал из внутреннего кармана кулон на золотой цепочке и протянул мне. Я аккуратно его взял и осмотрел.

— Лёгкая работа, — оценил я. — Крышка сломана, корпус чуть погнут. Думаю, справлюсь за три-четыре дня. Приходите через…

— Я приду через четыре часа, — резко перебил Энтони. — К этому времени кулон должен быть починен.

— Что? — я приподнял бровь.

— Что слышал, — усмехнулся он. — Через четыре часа. Если не починишь, у тебя будут проблемы.

Я вопросительно посмотрел на Габриэлу.

— На меня смотри, — зарычал Энтони, подавшись вперёд. — Я твой заказчик.

Ох… У него точно не всё в порядке с головой. Бешеный пёс. От такого лучше держаться как можно дальше.

— Хорошо, хорошо, — примирительно сказал я. — Если отложу все дела, забуду об ужине и полностью сосредоточусь на работе, то, думаю, четырёх часов мне хватит.

Энтони фыркнул, глянул на баронессу и бросил:

— Уходим, дорогая.

— Да, — кивнула она.

Движения девушки были механическими, как у куклы. Энтони и Габриэла направились к выходу. Первым вышел мужчина. Баронесса же, чуть задержавшись, повернулась ко мне и прошептала одними губами: «Беги!».

А затем скрылась за дверью.

Я остался один, задумчиво раскачивая в руке кулон.

Похоже, мне надо подготовиться к приходу этого придурка.

Покачав головой, я направился в каморку и сел перед лакированной коробкой, которую всё больше и больше начинал ненавидеть. Пора подзарядиться.

— Что будешь делать? — спросила Шарлотта, когда я зацепил клеммы за ноги.

— А что тут поделать? — пожал я плечами. — Буду надеяться, что он не станет на меня нападать.

— А если всё же нападёт? — Шарлотта была явно встревожена.

— Ну, тогда дам отпор, — усмехнулся я. — Или думаешь, что я не справлюсь с этим выскочкой?

— Я думаю, ты справишься, — задумчиво протянула Шарлотта. — Только у тебя тогда появятся большие проблемы.

— Просто немножко помну ему бока и разукрашу лицо, — отмахнулся я. — Вряд ли он будет всем рассказывать, что его избил лавочник с окраины. Постесняется. А если ещё раз наедет, тогда уже можно и посерьёзнее поколотить.

Хоть я и говорил спокойно, но это было для успокоения Шарлотты. На самом деле я понимал, что мне могут грозить весьма серьёзные проблемы.

При этом я не думал, что Энтони узнал про нашу с Габриэлой интрижку. Скорее, он просто услышал, что она хвалит некого мастера, и пришёл посмотреть на него. Но это не отменяет того факта, что он уже убил троих ухажёров баронессы.

— Виолетта говорила, что он убил троих людей, — будто прочитав мои мысли, произнесла Шарлотта. — А если он и тебя захочет убить?

— Тогда буду действовать по ситуации, — отозвался я и начал крутить ручку.

Меня забило током, и я поморщился. Каждое движение рукой отдавалось болью в груди — ожог давал о себе знать. Надо будет обработать рану, но сперва всё же подзаряжусь. Бешеный пёс может появиться в любой момент. Надо быть готовым.

Шарлотта продолжала рассуждать о том, как мне следует действовать, если Энтони всё же решит напасть. Я слушал её, иногда отвечал и знай себе крутил ручку.

Тут дверь каморки со скрипом отворилась, и внутрь протиснулась жирная крыса. Она с прищуром уставилась на меня.

— Снова ты, — проворчал я. — Трусливая мелкая хрень. Ни разу мне не помогла: ни когда грабители напали на лавку, ни когда эта бешеная сука чуть меня не сожгла. Где ты всё это время была?

Крыса не ответила, продолжая сверлить меня взглядом. Я вспомнил свои наивные мысли о том, что смогу прикормить грозного защитника с ядовитыми когтями. Надо было её просто выбросить куда-нибудь, и всё. Но сейчас это уже не сработает.

Вздохнув, я поднялся к себе на кухню и достал еды. Крыса хочет жрать — потому и припёрлась. Я спустился вниз и закинул еду в её уже грязную и попахивающую корзинку. Надо будет её выкинуть. Крыса тут же запрыгнула внутрь корзины и принялась жрать.

— Слушай, — я присел рядом. — Скоро может прийти плохой человек. Если он меня атакует — поцарапай его, хорошо?

Крыса продолжила жрать, игнорируя меня.

— Если сделаешь это, я награжу тебя едой, — пообещал я. — Дам большой кусок сыра.

Говоря это, я чувствовал себя дураком. Не понимает она ни черта, это же крыса. Но вдруг прокатит?

Вернувшись в каморку, я взял кулон и активировал сперва Диагностику. Украшение оказалось весьма ценным — золотым, с бриллиантами. Восстановить кулон не составило труда, ушло не так уж много энергии.

Но мне нужно сто единиц заряда для собственного успокоения. Поэтому, горько вздохнув, я вновь зацепил клеммы за ноги и начал крутить ручку.

И только когда заряд достиг ста единиц, я ощутил облегчение.

Поднявшись к себе, я аккуратно помылся, стараясь не трогать рану, после чего снял старые бинты, смазал ожог новой мазью и заново перевязался. При этом мысленно материл Искру — чтоб ей там икалось.

Закончив с перевязкой, я спустился вниз. До прихода Энтони ещё оставалось время, но он мог явиться и раньше. На улице начиналась гроза — я слышал стук дождя о крышу. Зная местную погоду, уже скоро засверкают молнии.

Вполне возможно, что этот тип решит нагрянуть пораньше.

Ну что ж, пусть приходит.

Я сел за рабочий стол и задумался. Как ещё можно подготовиться? И тут вспомнил о своей старой идее. Почему бы не сделать бомбочки — моё специализированное оружие?

Поднявшись, я подошёл к витрине и достал тройку самых маленьких карманных часов. Размером с детский кулак, плоские, зеленоватые, из дешёвого металла. Положив их на стол, я взял отвёртку, приложил остриё к корпусу и стукнул по ней молоточком. Раздался треск — по корпусу прошла трещина.

Я провёл Диагностику. Как и думал, повреждение отобразилось в информационном окошке, и теперь я мог использовать Восстановление. Отлично.

Разбив ещё пару часов, я провёл на них Диагностику. Теперь, в случае чего, я могу просто швырнуть эти часы во врага и активировать Восстановление. Тогда с моих рук по часам ударит молния. Если враг поймает их или просто коснётся — тоже получит неслабый разряд.

Правда, в случае с Эдмундом Гразе это не очень сработало — после двух разрядов он остался жив-здоров, даром что столетний старик. Но вот с Искрой эта способность оказалась очень полезной. Думаю, дело в том, что браслет был очень древним и сожрал за Восстановление целых девяносто единиц заряда. Оттого и молния вышла такой мощной.

Конечно, мои «бомбочки» не смогут притянуть столько электричества. Максимум каждая из них сожрёт по тридцать единиц заряда. Мало, но и этого хватит, чтобы ошеломить врага.

После трёх Диагностик энергия у меня вновь просела, поэтому, скрепя сердце, я вернулся в каморку и опять взялся за ручку. Заряд должен быть на сотне.

Когда я закончил, Энтони всё ещё не было. На улице, как и ожидалось, вовсю гремел гром и сверкали молнии. Может, этот придурок сделает хоть что-то благоразумное и не станет приходить в такую ночь? Очень даже надеюсь. Но четыре часа ещё не прошли.

Я сел за рабочий стол, открыл одну из купленных книг — на этот раз по эпохе Просвещения — и углубился в чтение. Было крайне любопытно читать про деяния Елены Мудрой и Родомира Гениального. Я всё больше укреплялся во мнении, что этот Родомир — попаданец с моей Земли. Или же он реально был каким-то супергениальным Мистиком, чья способность была связана с технологическими открытиями. Не знаю.

О, интересный факт. Оказывается, Родомир Гениальный и Елена Мудрая были женаты. И это несмотря на разницу в возрасте — Елена была старше Родомира на тридцать лет.

Любит мальчиков помоложе, хе-хе.

Если Родомир попаданец, то он крут. Родился в слабенькой баронской семье Речинских и взял в жёны Императрицу. А если он ещё в прошлой жизни был по милфам, то мужик вообще катался как сыр в масле.

Дурацкие мысли помогали отвлечься — всё же ожидание выматывает.

У Елены и Родомира было пятеро детей. Старушка неплохо постаралась, что тут сказать. Из этих пятерых четверо взяли фамилию матери, и лишь один — отца. Даже тут Родомир выиграл — мало того, что с Императрицей-милфой сошёлся, так ещё и наследником обзавёлся.

Кстати, тот мужик из видения графини Болконской — будущий Император Червонной Империи, Георгий Червонский. В книге был его портрет. Но он примечателен только тем, что в его правление случился промышленный бум и мир вошёл в Золотой Век.

Вдруг раздался резкий стук в дверь. Я так углубился в чтение, что аж вздрогнул от неожиданности. Закрыв книгу, я поднялся.

— Сейчас посмотрю, — быстро сказала Шарлотта и юркнула к двери. — Это он, — раздался в моей голове её голос. — Он выглядит злым. А ещё он весь мокрый.

Я поморщился, подошёл к двери и открыл её. На меня смотрел Энтони Син.

— Ваша работа готова, — сказал я и отступил в сторону.

Он молча вошёл. Я достал кулон и протянул ему.

— Только-только закончил. С вас пять талеров. Небольшая надбавка за срочность.

Не говоря ни слова, Энтони взял кулон, осмотрел его и сунул в карман. А затем вдруг резко вскинул кулак. Его движения были настолько быстрыми, что я едва успел их уловить: кулак буквально размазался в воздухе и впечатался мне в скулу.

Мою голову откинуло в сторону, я отступил на несколько шагов. В глазах потемнело от боли.

Энтони резко шагнул вперёд и ударил ногой. И вновь я не смог даже поставить блок — слишком быстро. Грудь взорвалась болью: он попал прямо по ожогу. Отлетев назад, я врезался спиной о край рабочего стола.

Из горла вырвался стон боли. Я стиснул зубы и поднял взгляд на этого урода. Он тоже Мистик.

Энтони Син вынул из кармана белый платок и принялся вытирать свой кулак, которым он меня ударил.

— Ты чего творишь? — прорычал я, поднимаясь на ноги.

— Ты посмел за моей спиной разговаривать с моей Габриэлой, — спокойно ответил Энтони. — Убивать тебя за это я не стану. Но сломаю тебе руки и пальцы. Ты перестанешь быть реставратором. Это твоё наказание.

— У тебя с головой всё в порядке? — я вытащил из кармана карманные часы и сжал их в кулаке. — Сходи к доктору, проверься.

— А вот за эти слова я тебе сломаю ещё и ноги, — жутковато осклабился Энтони и шагнул ко мне.

— Лови! — крикнул я и подбросил часы в сторону урода.

Энтони резко рванул ко мне, поднимая кулак. Двигался он с нечеловеческой скоростью.

Восстановление!

Бешеный пёс легко уклонился от моих часов, отклонив корпус. Только вот во второй раз проделать то же самое он не успел — из моих рук вырвалась молния и ударила его в бок.

Энтони вскрикнул. Я едва успел отпрянуть в сторону — он влетел в мой стол, перевалился через него и ударился головой и плечом об стену.

Отступив назад, я швырнул другие часы, сконцентрировав на них взгляд. Они упали на стол и закатились под Энтони. Я тут же активировал новое Восстановление.

Молния потянулась к часам, но наткнулась на преграду — правый бок Энтони. Он дёрнулся и оттолкнулся от стола. Его дрожащая рука выхватила из внутреннего кармана револьвер.

Но я был быстрее и уже нацелил свой револьвер на него.

Бах-бах-бах!

Три выстрела — и все попали в грудь этого урода.

Энтони отступил на несколько шагов. Я подшагнул вперёд и ударом ноги выбил револьвер из его руки. Он захрипел и повалился вниз, ударившись спиной о стену.

Тяжело дыша, Энтони с ненавистью смотрел на меня.

— Откуда ты? — просипел он и полез дрожащей рукой во внутренний карман. — Из Клыков или из Палитры этой бешеной суки Искры? Да, из Палитры, я слышал… у неё появился новый фанатик.

Он с трудом вытащил какую-то склянку с прозрачной жидкостью. Я хмыкнул и легонько пнул по его руке, выбив её.

— Ты труп, — процедил Энтони. — Тебе конец. Тебе и всей твоей семье. Кукла не оставит это так, она отомстит. Белые Перчатки перевернут город вверх дном, чтобы найти моего убийцу. — Он захрипел. — У тебя ещё есть шанс выжить. Отпусти меня, позволь выпить лекарство.

— Я тебе в грудь три пули всадил. Какого хрена ты столько говоришь? — покачал я головой. — Не понимаю.

Энтони зарычал и попытался встать. Но я выстрелил ещё раз — на этот раз уже в голову. Его тело повалилось вниз, и он замер.

Я медленно опустил револьвер.

— Н-да, — ёмко прокомментировала Шарлотта.

Прошло несколько секунд, и из тела убитого врага поднялся его призрак. Он растерянно огляделся, посмотрел на свой труп, а затем на меня. Его глаза расширились. Резко подойдя ко мне, он попытался схватить меня за грудки, но руки прошли сквозь меня.

— Как ты посмел! — закричал призрак. — Ты убил меня! Убил!

Он замахал кулаками — но его руки проходили сквозь меня.

— Убил! Уби-и-ил!

И тут призрака начало поднимать в воздух.

— Нет! Нет! — он закрутил головой. — Нет! Я не хочу, не хочу!

Призрачное тело резко растянулось, а затем исчезло, не оставив после себя ничего.

Я выдохнул и вытер дрожащей рукой пот со лба. Меня накрыло откатом после всплеска адреналина.

На негнущихся ногах я вошёл в каморку, налил себе воды и сделал несколько глотков.

— Ты всё же убил его, — констатировала Шарлотта.

— Ага, — выдохнул я. — Убил.

— Аристократа, — уточнила Шарлотта.

— Да. Убил аристократа.

Я вернулся в торговый зал и уставился на труп. Затем посмотрел в окно. Там до сих пор гремел шторм, сверкали молнии. И теперь мне надо придумать, как избавиться от тела до того, как наступит утро и придёт Витька. Нам ни в коем случае нельзя вести себя подозрительно.

Что-то из моих мыслей я озвучил, сам того не заметив.

— И как ты собираешься избавиться от тела? — удивилась Шарлотта.

— Не знаю, — я сел на стул и начал вспоминать сериалы Земли. Какие там были способы? Кислота, расчленёнка и прочая жуть. Нет, таким я точно заниматься не хочу. Да и нет у меня ни кислоты, ни мясницких топоров. Может, просто вытащить его и выкинуть куда-нибудь?

Я поёжился и понял, что у меня неслабо трясутся руки. Всё же одно дело — убить грабителей в горячке перестрелки, а другое — вот так добить раненого врага выстрелом в голову.

Взгляд сам переместился на труп. Бр-р-р…

Так, ладно. Потом схожу в паб, выпью, подумаю. Сейчас же надо взять себя в руки. Я глубоко вдохнул и выдохнул.

— Что-нибудь придумаем, — я посмотрел на Шарлотту и бледно улыбнулся. — Что-нибудь обязательно придумаем…

Тут раздался стук в дверь. Я вздрогнул и непонимающе посмотрел в ту сторону.

— Я сейчас, — Шарлотта полетела к выходу. Через секунду раздался её взволнованный голос: — Это кучер! Блин, я забыла! Он же приехал на экипаже! У него был кучер!

Я поморщился.

Снова раздался стук, на этот раз ещё громче, и приглушённый голос:

— Господин, вы там? Я слышал выстрелы.

Я простонал и прикрыл лицо руками. Чёрт. И что же делать?

Стук раздался вновь — ещё сильнее.

Я медленно поднялся. Взяв в руку последние невосстановленные часы, я медленно двинулся к двери.

* * *

Дворянский квартал, резиденция барона Дейзи.

Габриэла Дейзи не могла найти себе места. Она ходила по комнате из угла в угол, то и дело поглядывая в окно, за которым бушевала гроза.

Габриэла очень волновалась за Артура Ричи.

— Но не будет же он его убивать?.. — прошептала она. — Он же просто реставратор. Не будет же Энтони убивать его за то, что он чинил моё колье?.. Не будет же?..

Что самое страшное — Габриэла не знала ответа на свой вопрос.

В дверь постучали.

— Габри, ты тут? — донёсся голос отца.

Девушка повернулась к двери.

— Нет, меня тут нет, — бросила она. — Не заходи.

Дверь всё же медленно открылась. На пороге стоял её отец, а позади него — старшая сестра, Дарьяна.

— Габриэла, я хотел с тобой поговорить, — начал отец.

— А я не хочу с тобой говорить! — воскликнула она. — Как ты мог⁈ Как ты мог согласиться на этот брак⁈ Ты же знаешь, какой он! Он же убьёт меня!

— Он очень тебя любит, сестрёнка, — с притворным сочувствием протянула Дарьяна.

Габриэла метнула на неё злой взгляд.

— Габри, — вздохнул отец. — Пойми, у меня не было выбора. Его семья давила на меня. Если бы я отказался… Ты не знаешь, кто такие Сины. У людей, которые переходят им дорогу, случаются пожары на складах, несчастные случаи со смертельным исходом и многие другие беды. Я не мог рисковать семейным бизнесом. Я не мог рисковать вами.

— Ты продал меня. — Габриэла с горечью посмотрела на отца. — Продал, как вещь. Он ведь убьёт меня, ты это понимаешь? Он уже поднимал на меня руку, он душил меня.

— Габри…

— Уходи, — баронесса отвернулась к окну. — Уходи, прошу. Оставь меня.

— Сестра, ты должна понять отца, — вставила Дарьяна. — Он делает это ради нас.

Габриэла даже не взглянула на неё.

— Пойдём, — вздохнув, сказал отец и закрыл за собой дверь.

Габриэла задрожала и стиснула зубы, с трудом сдерживаясь, чтобы не разрыдаться в голос. Но она решила быть сильной. Нет, она не будет плакать. Раз уж такова судьба — она примет её с честью.

На этой мысли губы Габриэлы скривились в злой усмешке.

Если Энтони рассчитывает на то, что она будет ему верной женой, то он сильно ошибается. О нет. Она сделает так, чтобы его рога достигли небес.

Эта мысль принесла ей мрачное удовлетворение.

Габриэла вновь вспомнила об Артуре Ричи. Но на этот раз она была куда спокойнее. Всё же Энтони не должен его убивать — возможно, просто побьёт. Но ничего страшного. Утром она поедет к нему и проведает. Если потребуется, оплатит лучшее лечение, какое только сможет себе позволить. Чего-чего, а денег у неё было достаточно.

* * *

Не жалейте лайков, господа и дамы! Побалуйте автора, будьте так добры ❤️