Длинны полдни, а полночи кратки.

На тарелочке – птичий помет.

И пчела с фиолетовой грядки

собирает лавандовый мед.

А секунд – словно мошек: несметно!

Календарь, между тем, обнаглел:

ночью в слове «июнь» незаметно

букву «эн» переделал на «эл».

В царстве свежего летнего быта

наглость августа зря не ругай.

Август, он хоть приходит открыто,

он и Юлий, конечно, но – Гай.

Гай! Какое-то дикое слово.

И простителен ранний испуг:

что прошло, не увидеть нам снова.

Разве после морозов и вьюг…

Будь ты проклят, микроб беспокойства!

И да здравствует вечный наш дар:

это русско-цыганское свойство –

не особо заглядывать в даль.

В дуновении от поединка

меж врагами «сейчас» и «потом»

вон как храбро звенит паутинка

меж черешней и ближним кустом.

Пропадешь, паутинка, ни за што!

У красавиц судьба коротка…

Да, я помню: сентябрь… Но пока что…

Да, я знаю: я стар… Но пока…