Еще до цветной революции

на Воробьевых горах

посыпались дождики куцые

и даже порой со льдом.

И пыль опочившего августа

стала – промокший прах.

Лето, на выход, пожалуйста –

кончено, Армагеддон!

Еще один апокалипсис.

А сколько же их в году…

А мы опять не покаялись

в богатых грехах страны.

А уж о своих, о дурацких-то

нам помнить невмоготу.

Доныне-то не жил разве ты

без Бога и Сатаны?

Но что за терминология?

Куда меня занесло?

Спускайся, тропа пологая,

в урочище сентября.

Мое ремесло, до тошности

любимое ремесло,

не дай мне сказать ни пошлости,

о Родине говоря.