Я вновь под деревьями. Отче наш, иже еси…

Спасибо Тебе и листве.

И камбалы кленов и стареньких лип караси

все плещутся там, в синеве.

А глянешь на темную вязкую воду пруда –

там облачко с легкой хандрой

витает. Похоже, что нас небеса и вода

морочат неясной игрой.

Вон старый рыбак, оттолкнув от причала корму,

вершит свой бессмысленный труд.

Но адрес Господний, как видно, неясен ему –

так искренно смотрит он в пруд.

Мне кажется, воздух меж сучьев в пространстве ветвей,

коль долго глядишь ты наверх,

как будто прохладней становится и розовей…

Куда ты, мой добрый четверг?

Еще ведь не вечер, не вечер, не август пока.

И век – он еще стригунок.

И небо, и небо, в котором хандрят облака,

и небо чуть плещет у ног.