8
— Тогда поехали, — равнодушно произносит бывший Лики. Аня спит в машине под присмотром водителя. Нужно везти её домой.
— Вы хотите, чтобы я поехала с вами сейчас?
Что-то я не готова. Но и оставаться одной в квартире как-то тоже не горю желанием. Что если эти вернутся…
— Да. И хватит выкать. Бесит.
— Извините, — ловлю его ледяной взгляд. — Извини…
Хмыкает удовлетворённо.
— И называй уже по имени. Хватит этого цирка.
Щеки начинают пылать. Лихорадочно роюсь в памяти. Охранник на показе как-то обращался к нему… как?
Давай, Ника, вспоминай!
Мужчина недовольно сужает глаза.
— Ну же! Просто произнеси моё имя! — сухо требует он.
— А может, по имени-отчеству к тебе обращаться? — огрызаюсь я.
Импровизирую.
Меня штормит рядом с ним. То огрызаюсь и нападаю, то робею и пугаюсь.
Ухмыляется.
— Простого Стас будет достаточно.
Уф… пронесло!
— Хорошо… Стас…
Понимаю, что теперь уже я поступаю нехорошо. Не продолжаю настаивать на том, что я не Лика.
Но я запомнила его слова — просто так помогать он не станет. Ему нужна Лика, а не Ника.
Нику защищать он не будет.
А мне, кажется, никак не справиться с навалившимися проблемами в одиночку… Еще и сестра куда-то делась…
Может, мы поменяемся с ней потом тихонечко. Я улизну из его дома, а мое место займет Лика.
То есть — своё место.
Это её бывший и её дочь.
— Так, даю тебе пять минут на сборы, — торопит Стас.
Приятное у него имя. Мягкое. Не очень ему подходит, если честно. Сам он совсем не мягкий. Командир какой-то. Совсем не слышит, что ему говорят.
— Мне бы сначала в душ… — спохватываюсь я.
— Потом, у меня помоешься, — отвечает раздражённо.
Похоже, его злит промедление.
— Нет, — качаю головой, — кровь может напугать Аню.
Хмурится.
— Да, наверное, ты права. Иди тогда, только быстро.
Киваю и подскакиваю на ноги.
Слишком резко — голова начинает кружиться. Чувствую себя слабачкой. У меня отличное здоровье. Головокружениями никогда не страдала.
Но сегодняшний день — это, видимо, предел моей прочности…
Замечаю руки Стаса, тянущиеся ко мне, чтобы поддержать. Неловко шарахаюсь в сторону.
Нет, не надо меня трогать.
Поднимает их ладонями вверх, будто сдаётся.
— Давай быстрее, — просит ещё раз.
Спотыкаясь о подол, плетусь в ванную комнату.
Запираюсь там на засов.
Может, мне всё это снится? Начиная от злосчастного пакета и ареста, и заканчивая этим Стасом с маленькой голубоглазой девочкой Аней…
Может, скоро я проснусь и вернусь в свою обычную нормальную жизнь?
Пытаюсь расстегнуть молнию на платье. Не поддаётся…
Выходить и просить Стаса помочь мне с платьем совсем не хочется. Тело всё еще напряжено после нападения тех уродов… Ощущения мерзкие…Близость других мужчин, даже тех, кто не сделал ничего плохого, неприятна…
Нахожу в шкафчике над раковиной маленькие маникюрные ножнички.
Всё равно платье уже порвано и заляпано кровью… Его не спасти…
Интересно, сколько оно стоит? Скорее всего я теперь немало должна еще и за испорченную вещь… Эх, кругом одни долги и убытки!
Режу, начиная с верхнего края выреза и вниз. Туго идет. Пальцы быстро начинают болеть.
Ткань с трудом поддаётся…
На глаза почему-то снова наворачиваются слёзы. Я не контролирую это. Они сами текут. Я даже не думала ни о чём…
Продолжаю резать на себе дурацкое свадебное платье и всхлипывать.
Красивое, вообще-то, платье. Я чувствовала себя в нём действительно принцессой. А какие-то уроды решили, что красивое платье — это повод надругаться…
Почему мир такой? Если я слабей, то можно… Всё им можно. Если бы не Стас, я бы, может, уже и не дышала… Или не хотела бы дышать — что вполне вероятно…
Да и он такой же. Нет, не такой же, конечно… но не сильно лучше. Прогибает под себя. Заставляет делать то, что ему надо…
Слёзы капают на ткань рядом с пятнами крови.
Шмыгаю носом и усиливаю нажим на ножницы.
— Лика, ты что плачешь? — доносится до меня приглушённый голос Стаса из-за двери.
Вытираю щёки тыльной стороной ладони.
— Нет.
— Не ври.
Сейчас скажет, что плакать некогда, и я его задерживаю…
Открываю кран над раковиной, чтобы сделать вид, что уже лезу в душ.
Сквозь шум воды из-за двери слышится вздох.
— Не бойся, малышка, всё будет хорошо. Я обещаю. Больше тебя никто не тронет. Никогда…
Эти слова просто рвут сердце.
Закусываю тыльную сторону ладони зубами, чтобы не разрыдаться в голос. Слёзы текут из глаз потоком.
Мне никто и никогда не обещал, что всё будет хорошо. Никто и никогда не вставал на мою защиту.
Полиция запугала сроком за то, в чем я не виновата. И сейчас тот полицейский грозит, что всё-таки даст ход уголовному делу, если я не соберу нужную сумму денег.
Бандиты требовали переписать на них квартиру и попытались изнасиловать.
И только он пообещал, что всё будет хорошо…
Но не мне. Он пообещал это сестре.
Впервые я захотела стать Ликой хоть ненадолго. И чтобы хоть кто-нибудь ещё хотя бы раз сказал, что у меня всё будет хорошо…