Глава 15

Мужья у меня, конечно, те ещё чудики-мечтатели. В себя поверили очень быстро. Но обломались. После грандиозного предложения тысячелетия разделить с ними одну постель на троих я сладко улыбнулась, невинно похлопала глазками и, обойдя Люциуса, вышла из номера. Оставив их проводить этот незабываемый отдых вдвоём.

Естественно, они тут же выбежали следом за мной, вопрошая, куда это я собралась. А я отправилась вниз, устроилась за столиком у окна и заказала себе горячего чаю. Около получаса оба товарища сидели рядом, ожидая, когда я напьюсь и всё-таки решу отдохнуть в номере. А потом сдались и заказали ещё две комнаты.

Добившись своего, я тут же рухнула лицом в подушки и уснула самым сладким сном. Просыпаюсь уже вечером, слегка потерянно обвожу взглядом полутёмную комнату, вспоминаю, где нахожусь, бонусом получаю все последствия долгой езды на живом транспорте. Болит всё и везде. Болят даже те мышцы, о существовании которых я и не подозревала.

Еле соскребаю себя с постели, кряхтя и держась за поясницу, иду умываться. Я как раз одеваюсь в свой дорожный костюм, когда раздаётся деликатный стук в дверь.

— Кто там? — спрашиваю, поправляя блузку. Кажется, я похудела. Или вещи, наконец, растянулись до нужного мне размера?

— Это Гарт, миледи. Их Высочества ждут вас внизу, пора отправляться в путь, — басит здоровяк за стенкой.

Распахиваю дверь и выхожу. Улыбаюсь мужчине, он смущённо отходит, пропуская вперёд. Хмурые мужья сидят за общим столом.

— Выспалась? — ядовито интересуется Морт, ногой двигая соседний стул. Галантность зашкаливает, ага.

— Выспалась, но вам придётся взять карету, дальше скакать на конях не смогу, — бурчу, падая рядом.

— Карета замедлит наше путешествие, — не соглашается Люциус, разворачиваясь ко мне и посылая опять свою магию на влажные волосы.

— Это вы выросли в седле, а у меня всё болит, — капризно тяну, надув губы. В конце концов, кто из нас принцесса! Хоть что-то от неженки должно же во мне быть, правда?

— Я готов с этим помочь, — улыбается эльф, чуть склоняется и, понизив голос, практически шепчет: — Если ты, конечно, согласишься на очень тесный контакт.

— Тебе вообще не стыдно такое жене предлагать?! — восклицаю я, изумляясь наглости этого принца.

— Не знаю, о чём ты подумала, я говорил про объятья, — высокомерно отвечает Люциус и бровь выгибает.

— Ну что ж. Объятья я как-нибудь переживу, — подумав немного, соглашаюсь, вызывая смешок у Эдриана. А вот эльф челюсть недовольно сжимает и завершает колдовать с волосами.

— Поешь и подлечу, — ворчит он, отворачиваясь.

— Спасибо, Люций, — с улыбкой благодарю, поправляя закрученные локоны.

Мы быстро и сытно ужинаем. Морт с тёмно-светлым отрядом уходят за нашим транспортом.

— Пойдём займёмся лечением, — поднимается Люциус.

Послушно киваю и иду в номер. Мужчина закрывает дверь, резковато разворачивает меня лицом к себе и притягивает ближе, удерживая руками за плечи, чтобы дистанцию удержать. Он ничего не говорит, прижимает ладони к шее и выпускает серебристо-светлую магию, от которой печёт под кожей.

Стою не двигаясь и задрав голову, смотрю в его голубые глаза, что светятся и мерцают по мере скольжения ладоней ниже по плечам и рукам. Жар постепенно наполняет каждую клеточку тела. У меня дыхание сбивается, а ещё… Я возбуждаюсь! Кошмар какой!

Пора признать, что муж мне достался очень красивый. Фарфорово-белая кожа, гладкая, без единой растительности, никаких шрамов, морщинок, даже мимических. Морт, кстати, тоже без растительности и морщин, но имеет небольшой шрам, который его только украшает на самом деле. Делает опаснее, хищнее. Я говорила, что не люблю бородатых? Надо же, вселенная услышала меня и подобрала нужный типаж.

Меж тем ладони уже переходят на бока и поднимаются выше. Он едва задевает большими пальцами грудь, и его глаза на краткий миг вспыхивают сильнее, а зрачки увеличиваются. Судорожно втягиваю воздух сквозь сжатые зубы, но не опускаю взгляд. Ещё надумает невесть что.

Ладони проходят по спине и позвоночнику, останавливаясь на пояснице. Люциус будто знает, где сильнее всего болит. Горячая волна окутывает низ спины. Я непроизвольно выгибаюсь, прижимаясь грудью к груди эльфа.

Завершив со спиной, руки мужа смещаются на бёдра, задерживаясь на ягодицах.

— Там не болит, — хрипло выдыхаю я.

— Раздвинь ножки, принцесса, — тоже хрипит он, смещая взгляд на мои губы.

— Это не обяза… Ах! — аж коленки подкашиваются, когда ребро ладони врезается между ног. Жар накрывает внутреннюю сторону бёдер.

Цепляюсь сильнее за плечи, даже не верю, что он это делает, а я ему ещё не врезала по кокушкам. Стою тут, обтекаю.

Набрав полную грудь воздуха, открываю рот, чтобы отчитать. Мужчина резко склоняется и властно запечатывает его. Целует жарко и жадно. Всё возмущение сгорает на кончике языка, что прикусывает наглец. Его пальцы смещаются и двигаются, задевая чувствительные точки через грубую ткань. Собственный стон кажется таким чужеродным.

Огненная волна проносится по всему телу. Вот уже я отвечаю на поцелуй. С не меньшей жадностью к себе притягиваю. Только раздавшийся свист с улицы приводит в чувство. Дёрнувшись, прерываю поцелуй.

— Что ты себе позволяешь?! — сразу же иду в наступление, не желая признавать, что сама только что чуть не изнасиловала его.

— Только то, что мы оба желали, — хрипло отвечает Люциус, проводя по своим губам большим пальцем и облизывая его. — Не стоит только меня винить в нашем поцелуе. Лучше скажи, как себя чувствуешь? Больше нигде не болит?