Телега прогромыхала колёсами по мостовой и прошла сквозь портал телепортации. Ещё пара часов – и у Маргарет останется только одна забота: подготовить графа к новому свиданию. Она надеялась, что герцогиня напомнила сыну о важности этого события – это сильно облегчило бы задачу Маргарет.

Она вернулась на кухню и огляделась – не забыла ли чего-нибудь?

Хотя переезд уже почти закончился, Маргарет была настороже. Что-то затевается! Она была уверена, Адриан и Эли’сан имели возможность пообщаться вне досягаемости её заклинаний наблюдения. Граф скрывал от неё важную информацию; однако после покушения Амбруаза он стал, как казалось Маргарет, более здравомыслящим.

Выходит, она приняла свои мечты за действительность.

Меланхолия, в которую граф погрузился в последние дни, была ему не свойственна. Когда он заявил, что хочет отделаться от Маргарет, сердце её подпрыгнуло: его слова причинили ей неожиданную боль. Если она могла удовлетворять запросы Каме’льяллы, то лишь постольку, поскольку её сын не возражал. Наблюдение было эффективно лишь настолько, насколько это допускал граф. Если он не желал больше сотрудничать, она не могла выполнять своё задание.

Маргарет с облегчением поняла, что её ответ смягчил Адриана. За долгие годы она отвыкла быть такой же, как все, и измениться тоже не могла. Но граф заставил всмотреться в себя саму, понять, что ей нравится и что не нравится. Новое чувство опьяняло. Она понимала, что теряет свою бесстрастность, что её профессионализм под угрозой. Но не могла ничего с собой поделать.

Явное спокойствие Эли’сан тоже напрягало. Известие о переезде должно было её потрясти, но она никак не проявляла своего беспокойства. Этому должна была быть причина, что совершенно не нравилось Маргарет.

Чтобы она ничего не натворила от отчаяния, Маргарет перерыла весь дом и убрала всё, связанное с Эли’сан. Не осталось ни книг, ни одежды, ни мыла, только немного еды в кухонных шкафчиках.

Маргарет понимала, что надо действовать быстро. Она собрала в корзинку все овощи и фрукты. Она их выбросит позже.

Скрип паркета привлёк её внимание. Нерешительно вошла Эли’сан. Она поддерживала руку, потому что плечо ещё не зажило полностью.

– Можно мне выйти из дома? Мне необходим свежий воздух: похоже, у меня начинается клаустрофобия.

Маргарет внимательно рассматривала её. У девушки в руках ничего не было, на ней были только платье и шаль. Маргарет прошептала заклинание, обнаруживающее бумаги или магические предметы, но кроме ожерелья, сделанного графом, ничто не излучало энергии.

Эли’сан вздохнула, словно предчувствуя отказ. – Можно в сад? – спросила она.

– Нет.

Девушка собралась уходить.

– Погоди! На несколько минут можно.

Эли’сан просияла. Маргарет внимательно наблюдала за ней в окно: она уже жалела о данном разрешении. В розарии, где уже не было цветов в это время года, Эли’сан села среди колючих кустов.

Герцогиня решила не перевозить её в тюрьму. Там, куда её отправят, Эли’сан никого не будет знать и никуда не сможет уйти, но она будет относительно свободна. Вещи, принадлежавшие её родителям, вернут после того, как их снова проверят службы герцогини.

А вот с Грег’саном всё было иначе. Нестабильность делала его слишком опасным. Или он использует Сана для нападения, или демон поглотит его и будет управлять им как марионеткой. В любом случае Льяльс в опасности.

Раздался едва слышный звоночек. Антидемонский трезубец сразу появился в руке Маргарет. Она подзарядила его магией, чтобы увеличить защитную силу. Лёгкий шум быстро превратился в пронзительный свист. Маргарет двинулась вперёд, но её поймали за запястье. Она резко повернулась, нацелив своё оружие в грудь графа. Он поднял руки.

– Простите, что испугал вас!

Маргарет опустила трезубец. Граф появился… как-то слишком вовремя!

– Вы этого ждали, – произнесла она едко.

– Это была единственная возможность, – объяснил он нисколько не виновато, – и мы это все понимали. Заметьте, она ушла подальше. Вы должны оценить: она беспокоится за нас. Было бы гораздо проще провернуть подобное прямо в комнате!

– А если беда будет?

Адриан небрежно отмахнулся.

– А если она стабилизирует проклятие? Не думаю, что мы можем держать под контролем абсолютно всё!

Маргарет не могла поверить, что он участвует в этом безумии.

– Бригада должна была всё проверить!

– Да неужели? – возразил он скептически. – Вы хотите убедить меня, что мои люди действительно могли это сделать? Со всеми бюрократическими проволочками?

За окном густой чёрный дым окутал Эли’сан. Маргарет озадаченно покачала головой: почему граф так уверен в себе? Он снова схватил её за запястье и создал на нём широкий браслет, украшенный множеством драгоценных камней. – Это предохранит вас от влияния демона… ну, до определённой степени. Не советую вступать в прямой контакт с его излучением.

Адриан побормотал длинное заклинание, коснувшись поочерёдно её лба, щёк и груди. Маргарет почувствовала, как магия входит в неё. Руки, а потом и всё тело покрылись светящимися знаками, наполненными защитной энергией.

– Мой господин, это не…

Прижав палец к губам, он приказал ей молчать и продолжал. Выражение лица его стало непреклонным: Маргарет почудилось, что перед ней Каме’льялла.

Она поглядела в окно. Можно было различить лишь нечёткий силуэт среди волн тумана. Эли’сан продолжала сидеть, склонив голову. Здоровой рукой она что-то чертила на земле. Тумана становилось больше и больше, но он не сгущался.

Через несколько минут граф обратил внимание на трезубец. Положив на него руку, он снова произнёс заклинание. Оружие стало в два раза больше, на конце его возник энергетический пузырь, а в нём светящиеся знаки. Граф создал три кольца, разместил их вокруг рукояти, немного поправил и остался доволен своей работой.

– Если всё пойдёт не так, – объяснил он, – эти улучшения позволят нам выиграть немного времени. Я вызвал бригаду, они скоро будут.

– Если вы закончили устанавливать защиту, вам нужно как можно скорее покинуть дом.

– Да-да, – рассеянно отозвался граф.

Ничего не поделаешь. Если бы он не был так могуществен, Маргарет убрала бы его из дома силой. Но она знала, что ничего у неё не выйдет. В руках Адриана появились счёты. Жемчужины метались туда-сюда на проволоках. Граф хмыкнул.

– Они слишком чувствительны к демонической энергии.

Вместо счётов в руке его появился прямоугольник с бороздками – устройство для взятия образцов. Граф открыл дверь, но Маргарет схватила его за руку.

– Я вас не пущу!

– Только прибор снаружи поставлю. Необходимо наблюдать за излучением. Не хотите ли вы проверить его на себе прямо сейчас? Результаты, полученные в кухне, никуда не годятся. Я усиливал заклинания, защищающие дом, и это перепутало все волны.

Маргарет взяла прибор. Не сводя глаз с Эли’сан, она решилась сделать несколько шагов в сад. Присутствие демона ощущалось даже на расстоянии, но было терпимо. При мысли, что снова придётся противостоять Сану, дрожь пробежала по её спине. Она поклялась себе на этот раз не посрамить своей репутации. Поставив прибор на расстоянии, которое она посчитала достаточным, Маргарет поспешно вернулась в кухню.

– Так нормально?

– Благодарю.

– А теперь убирайтесь!

Граф подчинился, но, вытянув шею, постарался через окно оценить развитие ситуации.

Маргарет не могла понять, что руководит его действиями. В его глазах не было того ребяческого блеска, какой появлялся, когда неисчерпаемое любопытство брало верх. Или чувство долга? Из-за которого он толкнул Амбруаза на попытку убийства? Каковы бы ни были причины, альтернативы его поведению явно не было.

Она взялась за свой трезубец. Не могла забыть, как оказалась бессильна в противостоянии Сану. С тех пор она освоила множество способов борьбы и заклинаний, но хватит ли этого?

Время, казалось, остановилось. Неожиданно раздался звонок. Граф без колебания впустил посетителей. Вошли трое мужчин и женщина, с трезубцами как у Маргарет. Все они были в плащах с вышитой эмблемой антидемонской бригады.

Мужчина средних лет с седыми вьющимися волосами окинул окружающее критическим взглядом.

– Сан пока не сформировался, – заметил он. – Но его много, надо прекратить эксперимент.

Хотя Маргарет не решилась заявить вслух о том же, она была с ним согласна.

– Как всегда торопишься, Бартелеми, – усмехнулся Адриан. – Эли’сан контролирует ситуацию, демон пока не нападает. Если подойти, Сан заволнуется, и она может лишиться влияния. Я считаю, надо подождать развития событий.

Маргарет заметила, что он использует имя наследницы, обращаясь к коллеге. Говоря с ней или с герцогиней, он продолжал называть девушку Элизабет, и это было специально, а не просто из упрямства. Несмотря на годы наблюдения, Маргарет до сих пор не могла рассчитать его гороскоп и лунный характер.

– Так рисковать – безумство! – воскликнул Бартелеми.

– Если всё пойдёт не так, – продолжал Адриан, не обращая внимания на вмешательство коллеги, – я буду первой целью Сана. Защита дома усилена и представляет собой такой барьер для него, с которым придётся считаться. У нас есть шанс одолеть его, когда он запутается в поставленных мной заклятиях.

– Вы всё продумали, – сказал Бартелеми, – а отвечать вы готовы, если что-нибудь случится?

Проигнорировав вопрос, граф повернулся к самому младшему в команде, взволнованному блондину. Он держался позади всех и явно нервничал, поскольку был ещё не таким опытным, как коллеги. Его пальцы были покрыты перламутровой пудрой, какой украшают кристаллины, плащ застёгнут до самого верха.

– Георг, не мог бы ты проверить уровень демонической энергии? Мне не разрешают подходить к окнам.

Тот осторожно приблизился, встал на цыпочки, чтобы увидеть показания прибора.

– Сто сорок три секрона.

– Хм.

Маргарет и Бартелеми переглянулись, оценивая значение показаний. Она не могла сохранить безразличного выражения лица, и коллега графа тоже.

– Не очень высоко, – удивился Георг.

Удивлённый юноша слегка расслабился, словно чёрный вихрь в саду был вполне безвредным. Маргарет немного успокоилась.

– Ну да… вроде бы, – поправился он, – но для одержимой, к тому же связанной с Саном, это… похоже на правду. Действует ли заклинание?

– Не могу определить, – ответил Адриан слишком спокойно. – Мне кажется, что это происходит независимо от нас.

– Вы думаете, оно взаимодействует с демонским планом? – забеспокоился Георг.

Он занервничал ещё сильнее: у него затряслись руки и губы. Маргарет так стиснула своё оружие, что суставы на пальцах побелели: она надеялась, что ей прикажут выйти и положить конец опасной буре.

– Очень вероятно, – одобрил Адриан. – Объясняет, почему нам не удалось наблюдать за экспериментами.

– Она искажает измерения? – встревожился Бартелеми. – И мы позволим ей вытворять неизвестно что и не вмешаемся?

– Вы не хуже меня знаете, очень опасно прерывать уже запущенный магический процесс, – оборвал его граф, – иначе это может привести к непредусмотренному результату! Эли’сан управляет ситуацией. Лучше стоит подумать, как подобное повлияет на второго наследника. Не уверен, что у него столько же сил… или желания бороться.

– Барон отрицает необходимость нашего появления в его доме, – резко сказала единственная женщина в команде. – Сегодня утром я снова получила отказ.

– Скажите ему, что наблюдается аномалия, – настаивал Адриан. – Если его проклятый имеет влияние на Эли’сан, это легко проверить!

– Правильно, – заключил Бартелеми. – Будь настойчивей. Если он снова откажет, оставайся там на посту до новых указаний.

– Слушаюсь, мой господин!

Люси откланялась и вышла строевым шагом. Бартелеми коротко посовещался со своим помощником Рафаэлем. Маргарет не следила за их разговором, наблюдая за Эли’сан. Удивлённая, она прищурилась: ей показалось, что туман понемногу исчезает.

– Уровень энергии падает?

Георг проверил и подтвердил это. Через несколько минут излучение Сана исчезло полностью.

Эли’сан сидела на земле, низко склонившись. Она никак не реагировала, когда Маргарет открыла дверь.

– Георг сзади, – скомандовал Бартелеми, – Рафаэль со мной!

Они двинулись за Маргарет, наставив оружие на Эли’сан. Она не шевелилась, и Маргарет показалось даже, что её грудная клетка не двигается.

Но тут девушка приподнялась, повернула голову. По её щекам текли слёзы. Она дрожала. Земля вокруг неё потрескалась, стояли синеватые лужи, отливавшие расплавленным свинцом. Кое-где ещё виднелись сложные демонические знаки. Маргарет удивилась, как она сумела их изобразить так быстро.

– Тихо, не то мы вас убьём, – предупредил Бартелеми.

Он блефовал: они не знали, к чему может привести смерть Эли’сан, и не собирались рисковать. Даже если она это понимала, вовсе не собиралась сопротивляться. Маргарет приблизилась на несколько метров, проверила энергию вокруг. Ничего не было. Даже тёмная метка на теле наследницы почти полностью исчезла. – Рафаэль, записывай, – приказал Бартелеми.

– Что же ты сделала? – пробормотала Маргарет.

Эли’сан протянула на ладони камень, Лазурную Тень.

– Сан должен быть внутри, – хрипло проговорила она.

Бартелеми, Рафаэль и Маргарет одновременно шарахнулись, испуганные мыслью, что их может поразить энергия демона.

Вся в слезах, Эли’сан была измучена как никогда. Маргарет подумала: надо воспользоваться этим, чтобы расшифровать её, но поняла, что девушка изменилась так без всякой магии.

Бартелеми произнёс заклинание, склонил голову. Ничего не произошло. Он нахмурился и произнёс снова, снова безрезультатно. Эли’сан вздрогнула, когда Бартелеми обратил на неё суровый взгляд.

– Не знаю, что вы сделали, но в этом камне ничего нет.

Эли’сан крепче сжала камень и озадаченно открыла рот.

– Не может быть! У Натаниэля сработало! Он… я больше ничего не чувствую…

Бартелеми и Маргарет тревожно переглянулись.

– Надо идти на выручку барону! – воскликнул Бартелеми.

Он поспешил связаться с Люси и разъярился совершенно, когда узнал, что его команде снова отказано в доступе.

Маргарет в гневе смотрела на Эли’сан. Девушка съёжилась под её молчаливым обвинением. Но Маргарет гневалась не только на неё: до известной степени поведение девушки было понятно. Её бесило легкомыслие графа. И в очередной раз признать собственную слабость было трудно.

С момента появления Эли’сан Маргарет совершала одну ошибку за другой, будь то обнаружение наследника или наблюдение за Адрианом, а последствия этих ошибок могли оказаться весьма серьёзными.

Ожерелье само собой расстегнулось и упало на подол девушки. Удивлённая, Эли’сан подняла его, потёрла шею. Лицо её было искажено, она тяжело дышала.

– Поздравляю, вы, кажется, избавились от Сана, – прошипела Маргарет. – Хорошо бы вам обойтись без драматических сцен.

– Разве у меня был выбор? – возразила Эли’сан. – Что бы вы делали на моём месте? Вы бы ждали действия своих заклятий без всякой гарантии успеха? Мне очень жаль, что всё вышло именно так, но, если бы можно было начать снова, я бы ничего не изменила… должна была попытаться…

Эли’сан защищалась, но судорожно сжатые руки и блеск в глазах показывали – она готова разрыдаться. Маргарет отвела взгляд: ни к чему зря тратить свои нервы.

– Встаём, – сказал Рафаэль, подходя.

Эли’сан поднялась молча. Несмотря на усталость, высоко держала голову: она ни о чём не жалела, хотя понимала, в какие трудности всех ввергла.