Марьяна послушалась не сразу. Привычно потянулась за телефоном, навела на стену камеру и чуть слышно ахнула. Увиденное в который раз поразило её: вместо глухого тупика впереди предстал арочный проход, задрапированный тяжёлой бархатной тканью. Ника стояла сбоку от него и в нетерпении переминалась с ноги на ногу.

– Сколько ты ещё будешь возиться? Я проголодалась!

Марьяна молча смотрела в телефон, пытаясь хоть как-то упорядочить разбегающиеся мысли.

– Марьян, – снова позвала Ника. – Проходи. Не заставляй себя ждать.

Не опуская сотовый, Марьяна вздохнула поглубже и шагнула по направлению к арке.

Ничего страшного не случилось – портьера легко сдвинулась в сторону, пропуская девушку внутрь.

По центру уютной гостиной помещался приземистый и массивный стол. Цветочные композиции, свечи в изящных фарфоровых плошках, красивая посуда – всё соответствовало её вкусу. Свисающая на крепкой цепи старинная лампа сразу привлекла взгляд Марьяны. Пламя крепившихся по узорчатому деревянному ободу свечей полыхнуло оранжевым и на миг ослепило её.

– Ну наконец-то сподобились! – проворчала Илси. – Извольте не опаздывать больше, хозяйки этого не любят.

– Илси, ну нельзя же так грубо! Что подумает о тебе наша гостья! – укоризненно произнёс приятный женский голос, и лёгкая прохладная ладонь слегка коснулась Марьяниных глаз.

От едва уловимого аромата сирени, совсем как у бабушкиных любимых духов, перехватило дыхание.

Запах показался таким знакомым, таким родным!

– Я обо всём позаботилась, – продолжил говорить голос. – Теперь можешь осмотреться.

Перед Марьяной стояла миниатюрная хрупкая дама – воздушная и летящая, вся в оборочках и седых кудряшках, она казалась невероятно юной. И только крепкая трость под рукой предательски выдавала её возраст.

– Любовь Валентинна, – с улыбкой отрекомендовалась она.

– Марьяна. Я приехала…

– Знаю, знаю. Сделать серию чудо-портретов этой упрямицы. – Любовь Валентинна кивнула в сторону стола.

Марьяна взглянула и едва сдержала вскрик: за столом появились люди!

– Моя сестра – Надюша, – представила экстравагантную особу в пижаме Любовь Валентинна. – Присаживайтесь между нами. Вам будет здесь удобнее всего. И вы тоже, Ника, скорее занимайте место. Будем ужинать.

Марьяна послушно опустилась на мягкий стул и только после этого исподволь оглядела собравшихся.

Надюша, как называла сестру Любовь Валентинна, была, по-видимому, старшей. Вытянувшись в струнку на сиденье, она открыто рассматривала Марьяну через лорнет и улыбалась. Иссохшие руки с длинными алыми ногтями выглядели немного устрашающе. Пижама под цвет маникюра, накрашенные ресницы и брови, яркая рыжина волос – всё вместе безжалостно подчёркивало истончённую, словно старый пергамент, кожу и почтенный возраст дамы.

– Что ты всё воркуешь, Любовь! – низким, хорошо поставленным голосом оборвала она сестру. – Марьяна сама во всем разберётся. Чай не маленькое дитя.

В ответ Любовь Валентинна состроила милую гримаску:

– Надюша всегда была немного резка. Не обращай внимания, дорогая.

– Не сиропом же гостей заливать, – хмыкнула Надюша, не отводя наставленный на Марьяну лорнет. – Роль птички-щебетуньи в нашей семейке досталась тебе.

– Ваши пикировки – это отдельный вид искусства! – проворковала сидящая напротив дама в белой блузе и шляпе-котелке.

– Что старухам ещё остаётся, – повела плечом Надюша. – Скромные радости жизни сделались недоступны для нас. Мы разучились летать, кружить головы интересным мужчинам… Я права, Марьяна?

Смешавшись под цепким взглядом, Марьяна тихонечко пролепетала:

– Я… не знаю.

– Перестань смущать девочку! – укорила сестру Любовь Валентинна. – Дай ей спокойно отужинать.

– И то верно. – Опустив лорнет, Надюша неожиданно зычно вопросила: – Где застрял мой суп? Почему нас до сих пор не обслужили??

Откуда-то сбоку бесшумно выступила Илси. Толкая перед собой столик на колёсиках, остановилась за спиной хозяйки. От фарфоровой супницы поднимался ароматный парок, на белоснежном блюде золотилась гора свежих тостов. Нарезка разнообразных сыров, масло брусочками, изящные мисочки с мёдом, вареньем и орехами разложены были вдоль деревянной доски. В расписной глубокой тарелке под крышкой-домиком пыхтело и клокотало что-то горячее.

– Винограда нет, – прогудела Илси. – Кауки подъели.

– Совсем от рук отбились, проказники! – погрозила Надюша кому-то невидимому. – Илси, ты с ними слишком мягка!

– Не страшно. Обойдёмся без винограда. – Любовь Валентинна тихо хлопнула в ладоши и предложила: – Начнём! У нас сегодня по-простому. Закуски. Жаркое и тыквенный суп.

Серые существа с вытянутыми мышиными мордочками засновали вокруг стола, помогая Илси.

Аппетитно запахло специями и мясной поджаркой.

Ника перехватила затравленный взгляд Марьяны и пожелала ей приятного аппетита.

Поблагодарив, Марьяна рискнула попробовать суп. Кремовая сливочная текстура быстро растворилась во рту. Суп оказался невероятно вкусным.

– Я знала, что тебе понравится, – удовлетворённо кивнула Надюша. – Это фирменный рецепт нашей семьи. Здесь есть капелька бренди. И никакого куриного бульона!

– Ваша кухарка так вкусно готовит! Жаль, что я на диете, – томно протянула дама в шляпе-котелке. Её густо подведённые глаза закатились в экстазе. – И вообще, сударыни! У вас такой дивный дом! Такие старинные вещи! Это так феерично! Подтверди, Родион!

Мрачный мужик спортивного типа поднял глаза от смартфона и пробормотал невпопад:

– Да, да… всё так.

Ника невольно хрюкнула над этим странным пассажем и поспешно склонилась к тарелке.

Пронзив девушку недовольным взглядом, дама осведомилась, слегка манерничая:

– Я могу закурить?

– Не здесь! – не позволила ей Надюша. – От табака у меня мигрень. И право слово, голубушка, поешьте лучше супца. Он добавит красок на ваши блеклые щёки.

Побледнев ещё сильнее, голубушка в котелке зыркнула по сторонам и поджала губы. Маленький чёрный кружок, прилепленный в уголке рта, сорвался куда-то вниз.

Марьяна искренне посочувствовала ей и решила, что обязательно сделает себе такую же элегантную мушку. Интересно, она из бархата или органзы?

– Наша милая поэтесса, – представила даму Любовь Валентинна. – Она опекает Веничку.

Неприметный парень в джинсах и свитере хмыкнул и церемонно кивнул:

– Вениамин. Для своих просто Веник.

– Нинель, – улыбнулась девушкам поэтесса. – Бесконечно рада знакомству.

– Вот взяли манеру – коверкать родные имена, – завела было Надюша, но Любовь Валентинна быстро перебила сестрицу:

– Не обращайте внимания, девочки. Познакомьтесь с милой Светусей.

При этих словах полная девушка в очках оторвалась от тарелки и хмуро кивнула.

– И как вам нравится наша скромная компания? – бесцеремонно осведомилась Надюша, вновь нацелив на Марьяну лорнет.

Остальные тоже повернулись к ней. Пытаясь проглотить застрявший в горле суп, Марьяна промычала что-то невразумительное и густо покраснела.

– Компания замечательная! – просияла улыбкой Ника. – Надеюсь, что мы подружимся!

– Вопрос адресовался не вам, – укорила её Надюша. – Вы всегда настолько бесцеремонны?

– Простите, – ничуть не смутилась Ника. – Я подумала, вы спрашиваете нас обеих.

Серые существа поменяли тарелки – гостям предложили жаркое. Марьяне сразу захотелось попробовать аккуратные кусочки мяса в густой подливке из соуса и овощей.

– Родион, оторвитесь от телефона! – Любовь Валентинна обратилась к мрачному мужику, сидящему возле Нинели. – Попробуйте. Это вкусно.

– Я сюда не за этим приехал, – отрывисто бросил тот и поднялся из-за стола. – Пойду покурю. Я могу это сделать во дворике?

– Я с вами. – Нинель подскочила следом. – Заодно полюбуемся снегопадом.

После того как пара покинула гостиную, Надюша вздохнула:

– До чего же это печально…

– Что именно? – прошамкал Веник с набитым ртом.

– Манеры, молодой человек! – возвысила голос старуха. – Встать из-за стола посреди ужина, не дождавшись сигнала хозяев! Какой моветон!

– Простим их, дорогая, – улыбнулась Любовь Валентинна. – Люди немного не в своей тарелке. И это можно понять. Они приехали за помощью.

– Здесь всем требуется помощь, – буркнула старшая сестра. – И что же нам теперь, презреть все нормы и правила?

– Всё было очень вкусно, Надюша Валентиновна. – Светуся промокнула губы салфеткой и, откинувшись на спинку стула, спросила: – Что вы нам приготовили на сладкое?

– О! – довольно расплылась старуха. – Это будет изысканный десерт. Сегодня в меню доска уиджи!

Марьяна слышала её словно через туман. Всё вокруг казалось непонятным и немного пугающим.

Компания гостей выглядела довольно подозрительно. Странные намёки Нинели, холодная отчуждённость Родиона… За какой помощью они приехали? Что имела в виду Любовь Валентинна?

Захотелось немедленно покинуть гостиную. Сбежать не только из-за стола, но и из пансиона тоже.

«Поблагодари за ужин и уйди! Ну же!» – мысленно приказала себе Марьяна и перехватила внимательный взгляд Веника.

– У вас очень красивые волосы, – восхищённо проговорил парень. – И лицо удивительное! Такое необычное. Словно с полотен старых мастеров.

Этот неожиданный комплимент смутил Марьяну и на время отвлёк от тревожных размышлений.

– Спасибо, – чуть замешкавшись, поблагодарила она.

– Порода есть порода, молодой человек! – провозгласила Надежда Валентиновна. – Такие девушки сейчас редкость.

Светуся презрительно скривилась на эту хвалебную реплику и вдруг показала Марьяне язык.

Всё те же серые существа засуетились у стола, быстро и ловко собрали посуду. И Илси торжественно водрузила в центре тёмную невзрачную доску.

– Доска уиджи! – В комнату впорхнула Нинель. – Нас ожидает спиритический сеанс? Вы знаете толк в развлечениях, милые дамы!

– Я не стану принимать в этом участие! – возмутился появившийся следом Родион.

– Что, струсили? – насмешливо блеснула очками Светуся.

Но Родион не повёлся на её выпад. Глядя на старшую из сестёр, повторил ещё раз, намеренно растягивая слова:

– Я… не хочу… участвовать в вашем балагане!

– И всё же вам придётся остаться! – властно потребовала Надежда Валентиновна. – Для ритуала нужно определённое число человек.

– Мне не нужны развлечения. Я приехал, чтобы избавиться от проблемы!

– Именно поэтому вам придётся остаться с нами.

– Зачем вы всё затеяли? Чего добиваетесь? – не сдавался Родион. – Как это поможет лично мне?

– Не волнуйтесь вы так, – мягко пожурила мужчину Любовь Валентинна. – Понимаете, мы должны провести сеанс. Это традиция!.. Может, накапать вам коньяка? Капель пятнадцать-двадцать?

– Дорогая, где ваша известная щедрость? – фыркнул Веничка фамильярно. – Двадцать капель успокоят разве что воробья. В нашем случае потребуется не меньше пивного бокала.

– Я не стану ничего пить! – отчеканил Родион.

Чуть помедлив, он уселся на своё место и снова уткнулся в телефон.

– Спасибо, – сдержанно поблагодарила Надежда Валентиновна. – Присаживайтесь и вы, Нинель. Будем начинать.