Вслушиваясь в шаги, Нинель и Ника затихли под дверью. Внезапно Ника решилась, осторожно выглянула в щель и увидела нового постояльца. Парень со шрамом на щеке, Монах, остановился у лестницы, словно раздумывая над чем-то. Ника собралась было окликнуть его, но Нинель не позволила, прошипела на ухо:

– Молчи!

Уже в комнате они заспорили.

– Нужно рассказать ему о Марьяне! – Ника рвалась назад, в коридор. – Вдруг он видел её и сможет нам помочь!

– Постой, Ника. Погоди же! – Нинель с трудом удержала девушку. – Подумай сначала: с чего он бродит здесь среди ночи? Наверняка не просто так!

«А ведь Нинель права! – Ника разом притихла – Хороша же я! Увидела симпатичного блондина и обрадовалась! Совсем потеряла бдительность!»

Эмоции отразились у неё на лице, и Нинель удовлетворённо кивнула.

– Никому нельзя доверять! Может, этот… Михаил похитил твою подружку! Мы же не знаем, кто он такой. Кем приходится хозяйкам.

– Есть ещё Родион. Вы с ним так мило болтали. Совсем как давние знакомые.

– Серьёзно? – удивилась Нинель. – Когда же?

– В столовой, за ужином.

– Так было нужно для роли. Я просто вживалась в образ.

– Что будем делать?

– Притворяться и дальше! Скоро утро. За завтраком наверняка обнаружится отсутствие Марьяны, вот тогда и попробуем что-то выяснить. А пока – ждём.

– Зачем вы притворяетесь, Нинель? Для чего затеяли свой моноспектакль?

– Мне нужно вернуть кольцо.

– Вы знали, что оно находится в доме?

– Предполагала, – не сразу ответила Нинель.

– Если оно ваше, то как попало сюда?

– Неважно. Попало, и всё.

– А если бы Марьяна не нашла его в пироге. Что тогда?

– Я бы продолжила поиски, – просто ответила Нинель.

– А если бы кольцо попало к кому-то другому? – продолжила допытываться Ника. – К Агате, например?

Она вспомнила молчаливую бесцветную тётку, прятавшую лицо за тёмными очками, и невольно передёрнулась.

– Слишком много «если бы», – оборвала Нинель грубовато. – Лучше скажи, что здесь делаешь ты? Похоже, не мне одной известно про сестриц и их свиту.

– Я здесь по делу.

– Какому же?

– Мне нужна одна вещь.

– Ты собралась её приобрести?

– Не совсем, – замялась Ника.

– Понятно, – хмыкнула Нинель. – Собираешься присвоить чужое. Не боишься, что поймают?

– Нет! – резко вскинулась Ника. – Вы же не боитесь?

– Боюсь, – неожиданно призналась Нинель. – Очень боюсь. Но у меня просто нет выбора.

– Откуда вам известно про сестёр? Кто они вообще такие?

– Снова вопросы. – Нинель закатила глаза. – Не возражаешь, если я переадресую их тебе?

Ника смолчала, не решилась полностью раскрыться перед новой знакомой.

– Ну и ладно, – внезапно отступила Нинель. – Не хочешь признаваться – и не надо. Главное сейчас – понять, что случилось с Марьяной. Только учти, времени на это совсем мало: сестрицы явно не промах, задерживаться в пансионе нельзя!

* * *

Монах приостановился на площадке у лестницы в раздумьях. Ступени, ведущие наверх, тонули в темноте. Может, не стоит лезть туда сейчас? Может, всё же повременить? Попробовать заглянуть утром? Ему хотелось отступить, но что-то словно толкало в спину, побуждая идти.

После разговора с Родионом Монах подремал лишь немного. Странный порыв разбудил его, поднял с кровати, повлёк на чердак! Коридор по-прежнему пустовал, и всё же на какой-то момент Монах почувствовал чей-то внимательный взгляд. Поглаживая вновь засаднивший шрам, медленно повернулся назад, но никого не заметил. Показалось, успокоил он себя и стал подниматься на самый верхний этаж.

Дверь на чердак поддалась не сразу.

Среди пыли и пустоты, в самом дальнем углу у окна сгорбился крошечный остроухий человечек, отдаленно смахивающий на кота. Он сидел над раскрытым мешком и молча смотрел на Монаха диковинными золотистыми глазами.

– Вот так да! – Монах не удержался от лёгкого восклицания. – Привет, приятель. Не твой ли портрет на витраже?

Человечек смолчал, весь подобравшись, он прожигал Монаха насторожённым взглядом.

– Не бойся. Я не потревожу тебя. – Монах продемонстрировал пустые руки, а потом осторожно шагнул в помещение.

Это было ошибкой. Ему следовало спросить позволения. А ещё лучше – задобрить рунгиса, принести ему хоть пусть крошечный, но подарок.

Человечек среагировал моментально: резко взмахнул рукой и швырнул в нежеланного визитёра горсточку сухих семян.

Отпрянув, Монах закашлялся. Взбаламученная пыль попала в глаза. Чертыхнувшись, он протёр их и замер: чердака больше не было! Вокруг простирался ночной лес.

Где-то резко вскрикивала сова. Будто дразнясь, ей вторила другая, вовсе незнакомая птица. Чуть впереди на поляне грузное косматое существо пыталось разворошить руками то ли маленький домик, то ли огромный пень.

– Помогите! На помощь! Помогите! – Испуганный женский голос будто бы доносился изнутри.

– Ванасыг! Ванасыг! – верещали пронзительно чьи-то писклявые голоса.

– Старый слепец?! – Монах невольно засмотрелся на могучее лесное чудовище. Ванасыга он видел впервые. Раньше только слышал, что они существуют и находятся в родстве с лешаками. Но в отличие от тех, более злы и нетерпимы к людям.

Взрёвывая в предвкушении близкой добычи, ванасыг рванул стену у дома-пня.

Изнутри вновь испуганно закричали.

Медлить было нельзя.

Монах всегда держал при себе заговорённый нож, уже не раз выручавший в подобных встречах. Вот и теперь тёплая, немного шершавая рукоять привычно легла в ладонь.

Главное было попасть в нужное место. В самую уязвимую точку на теле монстра. Только вот как это сделать с одного раза? Размеры чудовища впечатляли. К тому же было темно.

Решившись, Монах побежал по направлению к ванасыгу. Примерившись, прыгнул на мохнатую спину. Стараясь не вдыхать прокисшую вонь, размахнулся да всадил нож в основание шеи существа. И тут же отпрыгнув назад, устремился под защиту деревьев.

Вытянувшись струной, ванасыг очень медленно развернулся.

Трёхпалая рука вскинулась было над головой, попыталась вытащить накалившийся красным нож. Когда же тот полыхнул огнём, ванасыг рухнул на снег безглазым растрескавшимся лицом. Плоть существа разом почернела. От чудовищного монстра, что сеял ужас и страх, осталась лишь груда пепла.

Поворошив её, Монах вытащил нож и, отерев его о штанину, побежал к дому-пню. Прямо в дверях столкнулся с рыдающей Марьяной.

– Ты? Ты что здесь забыла? – Он не сразу поверил увиденному, а девушка была не в состоянии ответить на вопрос. Она лишь тряслась и икала от ужаса.

– Обопрись на меня. – Монах решил выяснить всё позднее. Теперь же, осторожно приобняв девушку, заозирался по сторонам, пытаясь понять, куда нужно идти.

Дороги не было.

Ругнувшись про себя, Монах потащил Марьяну к деревьям. Вцепившись в неожиданного спасителя, девушка попыталась что-то сказать, но лишь с силой клацнула зубами друг о дружку.

У дома раганы вовсю суетились барздуки, словно муравьи тащили откуда-то щепу для восстановления раскуроченной крыши.

– Как ты попала в это место? – наблюдая за ними, спросил Монах.

– Зерно! Всё началось с него! – Марьяна, наконец, смогла связно пересказать свои злоключения. Не умолчала она и о намерениях хозяек, поведала о том, что увидела под землёй, рассказала про Веника, доставившего рагане чудовищный груз.

– Веник таскает детей… – пробормотал Монах. – Ну конечно же! Как я сам не допёр! Значит, он у нас оммен! Ты знала об этом раньше?

– Не знала, – выдохнула Марьяна. – Пока не услышала их разговор. Я многого не знала. И лучше бы не узнала никогда!

– Получается, что у них здесь что-то вроде перевалки, – задумался Монах. – Странно, что Веник поделился с раганой. Это совсем не в духе оммена.

– Они отправились в пещеру. Ту комнату, куда я провалилась!

– Хочешь сказать, дети могут быть там?

– Не знаю. Я видела только тени.

– Не понимаю, почему он отдал их рагане, – снова пробормотал Монах, задумчиво потирая шрам. – Пазл не складывается.

Барздуки тем временем закончили возиться с крышей и рассеялись среди сугробов. Лишь несколько из них остались приглядывать за домом ведьмы.

Из трубы снова потянулся дымок. Глядя на него, Марьяна посильнее запахнула плащ. Только это помогло мало.

Монах ещё как-то держался, но она больше не могла выносить холод.

– Давай вернёмся! – взмолилась Марьяна. – Я промерзла насквозь!

– С ума сошла? – вытаращился на неё Монах.

– Как хочешь, а я пойду в дом. Всё равно из леса не выбраться ночью.

– До утра осталось совсем немного.

– Я превращусь в ледяную фигуру гораздо раньше!

– Уже не боишься рагану?

– Она всё же меня спасла. Спрятала от оммена, понимаешь? Думаю, с ней нужно поговорить. Расспросить о сёстрах, о том, что происходит в пансионе.

Монах вновь огляделся вокруг. Деревья стояли стеной, и пробираться меж ними, не зная дороги, было бы неосмотрительно и глупо.

– Так и быть. Уговорила, – как можно беззаботнее кивнул он Марьяне и первый направился к дому.