Финальный гонг прозвучал где-то над головой. Звук вышел глухим, тяжёлым, он словно придавил меня прямо к раскалённому песку арены. Джоди неподвижно лежала далеко за пределами боевого круга. Её ворон хрипло и обиженно каркал где-то в пыли. Вокруг меня всё ещё лениво оседали фиолетовые и золотистые искры. На трибунах стадиона стояла странная, гнетущая тишина. Тысячи человек на огромных ярусах просто застыли в полнейшем ступоре. Никто вообще не понимал, что произошло.

Мой законный пушистый фамильяр тяжело дышал у ног, уши он плотно прижал к голове. Второй же поспешил поскорее спрятаться от сотен зрительских глаз. Радоваться победе мне совершенно не хотелось. Колени мелко дрожали. К горлу неумолимо подкатывал липкий, холодный страх.

Масштаб катастрофы я осознала только тогда, когда на судейском мостике зашевелились министерские чины. Мужчины повскакивали со своих мест, оживлённо споря и пальцами указывая прямо в мою сторону.

Организаторы турнира спешно вызывали стражу. Паника накрыла меня сплошной волной. Ведь секрет, который мы так тщательно охраняли все эти недели, вскрылся самым дурацким образом. На глазах у всей академии.

Конечно, ведь у дочери верховной ведьмы на дуэли открылось сразу три источника силы. Даже представить страшно, что со мной теперь будет. К выходам из боевого сектора уже торопливо направлялись хмурые маги в форменных плащах.

Я стояла посреди полигона, совершенно не соображая, куда податься. Пульс бешено колотил в висках. Перед глазами всё плыло. И не столько из-за магического истощения, сколько от осознания масштаба катастрофы. До моего похищения оставалось всего две недели. А я умудрилась влипнуть на таком! Мне бы поисками похитителя заниматься, а не вот это вот всё.

В ушах звенело. И прямо тогда, когда стража уже почти миновала ограничительный барьер, чья-то широкая ладонь жёстко и уверенно перехватила моё запястье. Я вздрогнула и вскинула голову. Киан стоял вплотную. Его лицо было бледным, застывшим, точно ледяная маска сурового старшего следователя Министерства магии.

Ни единый мускул не дрогнул на его лице, хотя в глубине потемневших глаз плескалась гроза. Он не дал мне вставить ни слова. Не было никаких привычных придирок, лекций или язвительных замечаний. Он просто крепко сжал мои пальцы, заставляя подчиниться, и уверенно повёл меня прочь с арены. Он двигался быстро, напролом, буквально прорезая ошеломлённую толпу студентов, преподавателей и зазевавшихся распорядителей турнира. Люди инстинктивно расступались перед его тяжёлым, леденящим взглядом, никто просто не решился встать у него на пути.

Мы миновали служебное помещение для участников турнира, нырнули в прохладную полутьму коридоров под трибунами стадиона. Я едва поспевала за его широкими шагами. Рука в его руке казалась совсем крошечной. Мысли путались, сменяя одна другую. Внутри всё переворачивалось от странного, душного смущения. Хотя я сейчас должна думать о проблеме, которую создала, но я почему-то думала совершенно о другом.

Ночной отчаянный поцелуй в полумраке его кабинета до сих пор стоял перед глазами. Губы до сих пор помнили то сумасшедшее, обжигающее тепло. Мне было безумно стыдно смотреть ему в лицо после того, как я сама швырнула в него листами, а потом позволила случиться… Этому.

И теперь он снова спасал мою шкуру, рискуя собственной легендой следователя под прикрытием.

Мужчина вывел меня через незаметную боковую дверь прямо на задний двор академии к парковке. Здесь стояла полная тишина. Понятно, ведь все сейчас торчали на трибунах. Он подвёл меня к своему массивному чёрному магоциклу, который прятался в тени старых дубов.

— Садись, — коротко бросил он. Тон был глухим, отрывистым. Голос его слегка вибрировал от скрытого напряжения.

Я послушно забралась на жёсткое сиденье. Киан устроился впереди, а Оникс запрыгнул на небольшой клочок сидения перед мужчиной. Магоцикл негромко и мощно заурчал, отзываясь на пасс его руки. Колёса рванули с места. Мы буквально вылетели за пределы академических ворот, оставляя позади гудящий улей стадиона.

На первом же крутом повороте пришлось, отбросив всякое смущение, мертвой хваткой вцепиться в его талию. Иначе улетела бы на обочину в ту же секунду. Лицо я уткнула прямо в ткань пиджака. И сквозь эту плотную преграду ладонями ощущала, какой сумасшедший ритм выбивает его сердце. Дорогая кожа магоцикла, морозная свежесть, которой он пах всегда, и идущее от него чистое, обжигающее тепло — всё смешалось в один сплошной запах. Магоцикл летел по загородному шоссе. Скорость была бешеной. Ветер свистел так, что капюшон плаща сорвало мгновенно.

— Слушай меня внимательно, Сандра, — его глухой голос прозвучал сквозь шум мотора, Киан не оборачивался, уверенно держал руль. — Медлить было нельзя. Министерство перекрыло бы территорию академии через пять минут. Я уже отправил магозапись случившегося твоим родителям.

Я затаила дыхание, слушая его.

— Они в панике, — продолжил он, и я почувствовала, как напряглись мышцы на его спине. — Мать прямо сейчас поехал поднимать все свои связи в Высшем совете, чтобы замять этот скандал. Твои родители настоятельно попросили меня присмотреть за тобой и остаться в вашем доме этой ночью. Ради твоей же безопасности. В академии тебе сейчас находиться нельзя, там ищейки перевернут каждую комнату.

Я вспыхнула до самых кончиков ушей, уткнувшись носом в его плечо, чтобы он не видел моего пунцового лица. Остаться со мной на ночь? В одном доме?

— Не переживай, — словно угадав мои панические мысли, тише добавил препод. — Гостевых комнат в вашем особняке достаточно. Приличия будут соблюдены, я не собираюсь нарушать правила. Но оставлять тебя одну после того, что случилось на полигоне, я просто не имею права. Ты под моей ответственностью, Сандра. И как жертва похитителя, и… Просто как студентка.

На последнем слове он запнулся, и мне показалось, что магоцикл слегка вильнул на ровной дороге. Я промолчала, только крепче сжала пальцы на его талии. Страх перед министерским арестом постепенно отступал, уступая место совершенно другому, куда более будоражащему чувству.