Клотильда
Граф, я рада, что имею честь принимать вас у себя…
Граф
Как она прекрасна!
Не дано было знать поэту, что курортный городок Висбаден, немецкой земли Гессен, станет родиной его внукам и правнукам. Как и то, что имя одной из героинь (в «Сценах из рыцарских времен» – красавица Клотильда) будет носить его далёкая наследница.
Клотильда фон Ринтелен с фамильными драгоценностями. Висбаден. 2007 г. Фотография автора
Клотильда фон Ринтелен – современная немка, с деятельным напористым характером. Она моложава, остроумна и энергична. Любит, когда её называют на русский манер – Клотильдой Георгиевной.
Судьба с самого рождения заготовила ей необычную будущность. И эта необычность – в её исторических предках. Гены московских и новгородских бояр, немецких герцогов, эфиопских князей и российских монархов соединились в её родословии самым невероятным образом.
Ведь в Клотильде фон Ринтелен, праправнучке Пушкина и правнучке Александра II, течёт кровь далёкой пра…бабушки фрау фон Альбедиль, принадлежавшей к старинному немецкому роду, и её дочери Христины фон Шеберг, ставшей супругой «царского арапа» Абрама Ганнибала. И августейшей особы – немецкой принцессы Анхальт-Цербстской Софии-Фредерики-Августы, на русском троне – Екатерины Великой.
И как тут не вспомнить о «Медной бабушке», статуе императрицы, некогда данной Наталии Гончаровой в приданое и ставшей причиной многих забот и волнений для Пушкина. Невероятные исторические парадоксы, столь любимые поэтом!
Статуя Екатерины II, данная в приданое Натали Гончаровой. 1910-е гг. Фотография
Немецкая ветвь пушкинского фамильного древа из века восемнадцатого протянулась в двадцать первый, на свою историческую прародину, к берегам Рейна…
Клотильда родилась в Висбадене, где прежде жили её титулованные предки: прабабушка графиня Наталия Меренберг, в девичестве Пушкина, прадед принц Николаус Нассауский, бабушка Светлейшая княжна Ольга Юрьевская…
Родилась накануне войны Германии с Россией, в мае 1941-го, когда Вторая мировая уже полыхала в Европе. И её отец граф Георг Михаил Александр фон Меренберг, внук русского царя и правнук поэта, был призван в ряды вермахта, на Восточный фронт.
Ольга Александровна, Светлейшая княжна Юрьевская. 1895 г. Фотография. (Из собрания Клотильды фон Ринтелен)
Всё двадцатое столетие Германия словно обречена была воевать с Россией – две страны, связанные, казалось бы, столь неразрывными кровными и духовными узами, превратились в злейших на белом свете врагов.
Страдал от сознания своей вины перед Россией, отказываясь ещё в Первую мировую сражаться с русскими, дед Клотильды граф Георг Николай фон Меренберг. Ведь он приходился зятем российскому императору и внуком русскому гению!
Восточный фронт пролег роковой чертой в истории её семьи.
Отцу повезло: лёгкое ранение в белорусских лесах спасло его от «знакомства» со Сталинградом. Иначе покоиться бы ему ныне не в родном Висбадене, на старом фамильном кладбище, а в одной из безымянных немецких могил у Мамаева кургана, с берёзовым крестом и каской на нём…
Да и не увидеть бы, как взрослела, превращаясь в очаровательную девушку с миндалевидными глазами, его единственная дочь Клотильда.
Регистрационное удостоверение графа Георга фон Меренберга. 1922 г. (Из собрания Клотильды фон Ринтелен)
Отец с ней не сентиментальничал, был строг. Ей надолго запомнились его уроки верховой езды: чуть согнула спину – лёгкий удар хлыстом, отпустила не вовремя удила, не подтянула подпруги – опять хлыст! Но такое воспитание в дальнейшем принесло свои плоды: Клотильде не раз приходилось достойно держать удары судьбы.
Из воспоминаний детства запомнилась тряпичная кукла, подаренная дедом Георгом. Он умер в мае 1948-го, когда Клотильде исполнилось семь лет. И стал последним, кто был удостоен чести быть погребенным в фамильной ротонде-мавзолее. Вместе со своей бабушкой герцогиней Паулиной фон Нассау и матерью графиней Наталией фон Меренберг.
В начале XX века граф Георг фон Меренберг чуть было не стал Великим герцогом Люксембургским, оказавшись единственным «мужским представителем династии», – у владетельного герцога Вильгельма, двоюродного брата Георга, не было сыновей. И над древним Нассауским родом, ведущим свою летопись со времен Карла Великого, одной из его ветвей была королевская династия Оранских, нависла угроза исчезновения.
1905-й стал годом потерь для внука поэта: в сентябре умер его отец принц Николаус, а в ноябре и дядюшка, великий герцог Адольф. Люксембургский престол наследовал единственный сын великого герцога Вильгельм. От брака Вильгельма фон Нассау с португальской принцессой Марией-Анной рождались лишь дочери – одна за другой шесть очаровательных принцесс…
Встревоженный столь неординарной ситуацией в своём августейшем семействе герцог Вильгельм в 1907 году внёс в парламент вопрос о престолонаследии. Ведь по закону прекрасная принцесса могла примерить корону лишь в случае, «если угаснет последний мужской представитель династии». Вот тогда-то граф Георг фон Меренберг, по рождению принц Нассау (!), и заявил о своих правах на люксембургский трон и майоратные владения стоимостью в 50 миллионов марок.
Парламент страны вынес решение о невозможности наследования престола графом ввиду морганатического брака его родителей (ведь отец претендента был женат на «особе не из владетельного Дома»). Результаты того исторического голосования известны: семеро парламентариев голосовали за графа фон Меренберга, сорок один – против.
Но Георг не собирался сдаваться и обратился в суд Висбадена, где должен был решиться вопрос о майоратных владениях Дома Нассау. Этот суд был им проигран, но не бесславно: Люксембургский Двор предложил внуку поэта ежегодную ренту в сорок тысяч марок и солидную денежную субсидию. Георг фон Меренберг, поначалу отвергнувший те условия, всё же после долгих и, верно, мучительных раздумий от дальнейшей борьбы за герцогскую корону отказался. И не только от себя лично, но и от имени своих наследников. Хотя, по мнению знатоков династического права, граф фон Меренберг вполне мог выиграть процесс и стать правителем европейского государства, ведь сам великий герцог Адольф признавал брак младшего брата с дочерью поэта!
Граф Георг фон Меренберг, внук поэта, с сыном Георгом-Михаилом. 1900-е гг. Фотография. (Из собрания Клотильды фон Ринтелен)
О перипетиях тех давних баталий с волнением следили и в Российской империи. В декабре 1909-го газета «Утро России» вышла с сенсационным заголовком: «Внук Пушкина отказался от своих прав на Люксембургский престол!».
Без порфиры и венца…
На набережной Ниццы. Граф Георг фон Меренберг с супругой Ольгой Александровной. 1924 г. Фотография. (Из собрания Клотильды фон Ринтелен)
Со смертью Великого герцога Вильгельма в 1912 году мужское колено дома Нассау-Оранских угасло. И люксембургский трон после кончины венценосного отца наследовала старшая из его шести дочерей Мария Аделаида…
И всё-таки жаль, что на трон великого герцогства Люксембургского так и не взошел внук Пушкина. Событие то стало бы апофеозом всех долгих и непростых отношений поэта с Домом Романовых. Внук царя русской поэзии на троне! История Европы могла стать иной… Историческая несправедливость, допущенная в начале двадцатого века, на его исходе чуть смягчилась – Культурный центр в Люксембурге назван именем Александра Пушкина!
…Бабушка Клотильды Ольга Александровна, до замужества Светлейшая княжна Юрьевская, умерла задолго до её рождения, в августе 1925-го. Последним пристанищем для неё, дочери русского императора, как и для старшего брата Георга, стал русский некрополь близ церкви Святой Елизаветы на холме Нероберг. Могилы «царских детей» – так их здесь называют, – находятся под особым покровительством мэрии Висбадена.
Старое городское кладбище Альтенфридхоф упразднено в 1970-е годы, городские власти посчитали его прекрасным местом отдыха и разбили на этом месте парк – почти как в достопамятные советские времена!
Среди одиноких, чудом уцелевших надгробий величавым монументом высится мавзолей-усыпальница герцогини Паулины: грациозно-скорбные ангелы на куполе ротонды, каменные колонны, поддерживающие свод, и массивная мраморная доска с именами тех, чей прах покоится в усыпальнице.
…Говорят, Паулина фон Нассау была несчастлива в своей семейной жизни. Вторая жена великого герцога Вильгельма, весьма миловидная и молодая особа, она страдала глухотой, что служило супругу предметом насмешек над ней. Так что стены великолепного Бибрихского дворца, резиденции герцогов Нассау, помнят слёзы бедной Паулины. Она родила великому герцогу сына Николауса (его старший брат Адольф, наследовавший титул отца, был рожден от первой жены Вильгельма и приходился Николаусу единокровным братом). Крёстным отцом младенца, появившегося на свет в сентябре 1832-го, стал сам русский император Николай I!
Вряд ли герцогиня Паулина одобрила бы, как и все Нассауские, выбор сына, да и девичья фамилия её невестки – Пушкина – вряд ли что-либо для неё значила. Но так сложилось, что одни и те же мраморные ангелы на куполе ротонды склонили свои головки над их прахом…
Ротонда-усыпальница Нассауских, где похоронена младшая дочь поэта. Висбаден. 2007 г. Фотография автора
Одна из висбаденских улиц, Паулиненштрассе, носит имя свекрови Наталии Пушкиной-Меренберг. Никогда ею не виденной. Как странно… Благодаря герцогине Паулине, равно как и её державному супругу, на фамильном древе поэта произросла «герцогская ветвь». И ещё раз подтвердила пушкинские строки, что «высшее общество… составляет во всей Европе одно семейство».
Паулина фон Нассау скончалась в июле 1856 года, незадолго до судьбоносной встречи своего сына.
Вот уж, верно, судьба… Ведь на коронационные торжества в августе того же года, по случаю восшествия на престол Александра II, должен был прибыть великий герцог Адольф Вильгельм Нассауский. Но так сложились обстоятельства, что вместо себя он отправил в Россию младшего брата Николауса. Сам герцог состоял в родстве с Домом Романовых: в 1844 году в Петербурге он венчался с великой княжной Елизаветой Михайловной, племянницей русского царя. Висбаденцы по возвращении в родной город великого герцога с юной супругой устроили новобрачным поистине триумфальную встречу. А в фамильной резиденции, Бибрихском дворце, иллюминированном и украшенном цветочными гирляндами, молодую чету ожидали роскошные покои.
Великая княжна Елизавета Михайловна. 1843 г. Художник В. Гау
Герцог Адольф Нассау (Нассауский). 1844 г. Художник В. Гау
Супружеское счастье было кратким – ровно через год после свадьбы, в январе 1845-го, девятнадцатилетняя герцогиня Елизавета умерла во время родов. С именем герцога Адольфа Нассауского связана история возведения первого на гессенской земле православного храма. В память почивших жены и младенца безутешный супруг воздвиг на холме Нероберг, откуда как на ладони виден весь Висбаден, церковь-усыпальницу «Во имя праведныя Елисавет». Лёгкий, полный особого изящества золотоглавый храм словно парит над городом.
…Лучи света из-под купольного свода, где «водят» свой «небесный хоровод» двенадцать апостолов, падают на саркофаг, – юная герцогиня с чуть заметной детской полуулыбкой на мраморных устах возлежит на своём каменном ложе, – не пробуждая её вечного сна.
Надгробие великой герцогини Елизаветы Нассауской в храме Св. Елизаветы. Висбаден. 2007 г. Фотография автора
Герцогиня Елизавета Нассауская. Это её отцу, великому князю Михаилу Павловичу, младшему брату Николая I, Пушкин некогда заметил: «Мы такие же родовитые дворяне, как Император и Вы…» Великую княжну Елизавету, тогда еще девочку, встречал поэт в её родном Михайловском дворце. А самой ей суждено было видеть, как тревожилась её мать, великая княгиня Елена Павловна, в скорбные январские дни 1837-го.
…Итак, принц Николаус отправился в путешествие в нечужую для него северную страну, где на коронационном балу повстречал дочь поэта Натали, женщину, как о ней отзывались современники, «лучезарной красоты».
Благодаря немецким архивам стало возможным установить время его пребывания в России: с конца июля до середины октября 1856-го. Как развивался любовный роман дочери поэта, встретившей своего отнюдь не сказочного принца? Кто может сказать ныне? Ведь Наталия Александровна в то время была замужем.
И всё же, благодаря исследованиям немецких биографов принца Николауса и разысканиям самой Клотильды фон Ринтелен, открылись и такие неизвестные прежде биографические, а, возможно, и интимные подробности: принц Нассауский посетил Петербург ещё и в 1864 году, проведя там несколько месяцев (с января по апрель). И весьма вероятно, что его приезд был обусловлен не только благим намерением навестить тётушку, но и желанием встретиться с любимой.
Выйдя замуж в шестнадцать лет за Михаила Дубельта, Натали вскоре разочаровалась в своем избраннике. Трое маленьких детей, светские пересуды, неопределённая будущность – ничто не могло изменить её решимости расстаться с нелюбимым мужем. Не дожидаясь окончательного решения затянувшегося бракоразводного процесса, Натали уезжает в австрийское имение Бродзяны, к своей тётке Александре Фризенгоф, урожденной Гончаровой. В мае 1866 года её супруг Густав упоминал о приезде племянницы:
«У нас две недели гостила Таша Дубельт со своей младшей дочерью, сегодня она уезжает, чтобы вернуться в Висбаден. Она не падает духом, молода, прекрасна, оживленна, как всегда. Однако её положение далеко не розовое».
Осенью 1867 года Наталия Александровна (она всё ещё носит фамилию Дубельт) оказалась в весьма непростой ситуации.
Словно раскручивается некая спираль: события, невероятно дерзкие, вызывающие, производят небывалые волнения в Доме Нассауских. Мало того, что Николаус объявляет о своей женитьбе (причем делает ложное заявление из благих побуждений, ведь невенчанная супруга носит под сердцем его дитя), но и сама Наталия спешит оповестить петербургский свет о важной перемене в своей жизни, – её женская месть за несчастливое замужество, за нелюбимого Дубельта, за слёзы и унижения, за все сплетни, интриги, косые взгляды (!) – гордо подписав послание: «Natalie de Nassau» (Наталия Нассауская).
Скандал разразился знатный, в него оказались втянутыми представители двух владетельных Домов: Нассауских и Романовых. Пришлось прибегнуть к влиянию великой княгини Елены Павловны, приходившейся Николаусу родной тётушкой!
Адольф, как глава семьи, всеми силами пытается предотвратить нежеланный для династии брак или хотя бы свести к минимуму последствия скандала.
Принц Николаус не может жениться на своей избраннице по одной простой причине – она так и не получила ещё официального развода от первого супруга. Долгожданное свидетельство о разводе приходит лишь в мае 1868-го, а несколькими днями спустя Наталия Александровна разрешается от бремени дочерью Софией. (Чуть ранее, в том же месяце, в Доме Романовых празднуют рождение цесаревича, будущего императора Николая II.) Именно Софии, первой из внуков поэта, предстояло породниться с царской династией!
И только в июле 1868 года гражданские супруги предстанут перед алтарём одного из лондонских храмов. И будут обвенчаны по лютеранскому обряду неким священником, известным своим либерализмом и веротерпимостью.
Сей факт в отечественных трудах о судьбах потомков поэта (то ли намеренно, то ли по незнанию) искажался – биография дочери Пушкина «причёсывалась» на «благочестивый манер». Год венчания её с принцем указывается как 1867-й! И тогда появление на свет маленькой Софии не противоречит законам нравственности!
Достойно удивления, как смело и дерзко брошен вызов свету Наталией Пушкиной! Сколь много было в ней воли, жизненной энергии и силы любви, чтобы суметь преодолеть все немыслимые препятствия и обрести такое выстраданное семейное счастье! Но какой дорогой для неё ценой! Ведь дети от первого брака – сын и две дочери – остались в России…
Нассауской Наталия Александровна не стала по ряду причин: и её брак был признан морганатическим, да и само герцогство, в 1866-м аннексированное и присоединенное к Пруссии, превратилось в «Нассаускую провинцию».
Титул графини Меренберг, по названию старинной крепости в окрестностях Висбадена, пожаловал ей принц Георг Валдек-Пирмонт, зять мужа.
После всех потрясений жизнь Наталии Александровны входит в обычное русло, она тихо живёт в своем доме в Висбадене, где на свет появляются еще двое её детей: дочь Александра и сын Георг. С тех пор в этом курортном немецком городке имя Пушкина стало звучать особенно часто.
Одно из тех давних свидетельств – строки газетной хроники за 1899 год: «Висбаден. 26 мая. Сегодня здесь отслужена была заупокойная литургия по А.С. Пушкину. Русская церковь… была полна молящихся, среди которых находилась дочь Пушкина, графиня Н.А. Меренберг, и две внучки поэта».
Наследница великого герцога Вильгельма, в честь коего названа главная улица в Висбадене, графиня Клотильда фон Меренберг росла без бонн и гувернанток. Ей довелось испытать все тяготы жизни в поверженной и униженной Германии, – послевоенное детство было тяжёлым не только в России.
Их семью «уплотнили», поселив в их дом ещё несколько семей беженцев. От тех времен на память остался её детский портрет, написанный француженкой-эмигранткой. Особняк, где жил её дед с семьей, разбомбили во время одного из налётов американской авиации, а вот вилла на Зонненбергштрассе, где почти сорок лет прожила её русская прабабушка, счастливо сохранился.
Правда, она давно уже не принадлежит семье, как и соседняя, где после свадьбы в Ницце поселились дед Георг с бабушкой Ольгой. (Позднее они обосновались на Паулиненштрассе, в том не уцелевшем ныне доме.) До сих пор сохранилась решётчатая калитка в ограде, разделявшей две виллы. Видимо, общение двух семей – матери и сына, – происходило довольно тесно и самым родственным образом.
Изящный трёхэтажный особняк графини Наталии Меренберг, с балконом, колоннами и парадной каменной лестницей, отделён от улицы кованой чугунной оградой. Вилла стоит в глубине сада, заросшего магнолиями, рододендронами и необычными деревцами, сплошь усыпанными красными ягодами, будто повисшими на ветвях хвои каплями крови…
Хотя дом давно уже не собственность потомков поэта, но он зримое свидетельство былой жизни их прадедов.
Вилла дочери поэта в Висбадене. 2007 г. Фотография автора
– Моя прабабушка заслужила особую благодарность почитателей Пушкина, – убеждена Клотильда, – она позволила напечатать письма её отца к матери. Первая их публикация сразу же стала событием мирового масштаба!
Послания поэта к невесте Натали Гончаровой, а затем и к жене – потаённый пушкинский роман в письмах, – хранились долгие годы в стенах этого дома.
Особняку на тихой улице суждено было стать русским домом в Висбадене. Здесь, в гостях у дочери поэта, бывали многие известные её соотечественники, в их числе и Иван Сергеевич Тургенев, приезжавший обговорить с ней лично условия публикации пушкинских писем. Визиты к графине не остались бесследными, – именитые гости делились своими наблюдениями и восторгами.
«Познакомились мы здесь с дочерью А.С. Пушкина Натальей Александровной, она очень к нам мила, – в январе 1880-го Анна Павловна Философова пишет Фёдору Достоевскому. – Её фамилия графиня Меренберг, хотя она замужем за принцем Нассауским. Так странно видеть детище нашего полубога замужем за немцем. Она до сих пор красива, хоть ей под 50 лет! Дети у неё премилые, очень обходительна, а муж немец – добряк, чрезвычайно добродушный господин…»
Посещали дом дочери поэта и августейшие особы: великий князь Георгий Михайлович, кайзер Вильгельм I. Сохранились любопытные воспоминания Елизаветы Бибиковой, племянницы графини:
«Я видела тётю раз в жизни уже старухой, но за границей её знали все коронованные особы во главе со старым императором Вильгельмом, который был её поклонником… Тётка была остроумна, бойка и пленяла приезжающих в Висбаден разных немецких принцев; особенно ею восхищался император Вильгельм I. На званых обедах Вильгельм сажал её рядом с собой… и когда его упрекали, что это не по этикету, Вильгельм отвечал, что он чествует в ней дочь великого Пушкина».
Не случайно «железный канцлер» Бисмарк, сподвижник кайзера Вильгельма, отзывался о своём монархе как о «старомодном, вежливом и обходительном джентльмене… с хорошим чувством здравого смысла, но поддающегося женскому влиянию».
…Последние дни своей жизни графиня Меренберг провела в доме дочери Софии на Французской Ривьере, в Каннах. Умерла она в марте 1913 года, отпевали её в русской православной церкви во имя Архангела Михаила.
Память дочери поэта почтили русские соотечественники, оказавшиеся в то время на Лазурном Берегу, присутствовал на панихиде и король Швеции Густав V, свойственник графини по мужу. (Его августейшая матушка, до замужества принцесса София Вильгельмина Нассауская, – младшая сестра принца Николауса.)
Из Франции последний путь Наталии Александровны лежал в Германию.
В некрологе, опубликованном в газете «Nassovia», подчёркивалось, что графиня, дочь русского поэта Александра Пушкина, была во втором браке за принцем Нассауским и родила ему троих детей, из которых Георг, граф фон Меренберг, «несколько лет тому назад обратил на себя внимание тем, что претендовал на Люксембургский трон и на нассауское наследство и получил путём мировой свою долю». Упоминалось там и о любви графини к уединению: «Почившая графиня фон Меренберг мало показывалась в свете, жила просто и слыла хорошей матерью своего семейства».
Петербург – Висбаден; дача на Каменном острове – ротонда-усыпальница на старом немецком кладбище Альтенфридхоф.
Так просто прочерчен жизненный путь Наталии Пушкиной: от его начала до завершения. Но в эту точную графику вторглись таинственные знаки судьбы. В русском некрополе на холме Нероберг, возвышающемся над Висбаденом, есть неприметное надгробие с выбитой на нём редкой петербургской фамилией: Доливо-Добровольский, и покоится под ним сын владельца дачи на Каменном острове. Он родился в Петербурге в декабре 1824-го и умер в Висбадене в 1900-м, на пороге двадцатого века.
Вполне вероятно, подростком Доливо-Добровольский-младший мог видеть Ташу Пушкину в младенчестве, а позднее – встречаться с ней, уже графиней Меренберг, на висбаденском променаде либо в курзале.
Так неожиданно имя владельца дачи, где создавались пушкинские шедевры и где появилась на свет дочь поэта, запечатлелось в летописи немецкого Висбадена, в его «русской главе».
…Разбирая семейные бумаги после кончины отца (он скончался в январе 1965-го), Клотильда обнаружила старинный фотоальбом, принадлежавший прабабушке графине Наталии фон Меренберг. И много позже, получив приглашение в Россию, на пушкинские торжества, она приехала не с пустыми руками: бесценная реликвия была подарена ей музею-квартире поэта на Мойке, 12.
Так уж случилось, что правнучка графини живёт на соседней улице Рихард Вагнерштрассе, совсем неподалёку от фамильного особняка, – словно своей привязанностью к родным местам утверждает незыблемость вековых традиций.
Сколько всевозможных благороднейших «пра» в её родословии! Но Клотильда, хранимая столь могущественной «наследственной сенью», происхождением своим не кичится и ведёт жизнь современной деловой женщины.
Клотильда фон Ринтелен – врач-психотерапевт. Профессионал высочайшего класса. И врачует людские души вот уже несколько десятилетий.
Она практична и основательна, что вовсе не исключает чувства сострадания к чужому горю и даже некоторой сентиментальности.
Оказавшись в Петербурге в начале 1990-х, она разыскала больницу, носящую имя её прадеда Александра II. Клотильда была неприятно удивлена, увидев переполненные палаты, больничные койки в коридорах и какое-то всеобщее запустение. Но больше всего ей запомнился старик, дрожавший от холода под тонким бязевым одеяльцем…
Вернувшись в Висбаден, Клотильда приступила к решительным действиям: стала активно собирать лекарства, медицинское оборудование, тёплые одеяла для петербургской Александровской больницы. (Верно, благотворительность – черта наследственная: её прадед принц Николаус Нассауский снискал благодарность висбаденцев за помощь обездоленным и действенную поддержку Красного Креста.) Она нашла отклик в сердцах и простых горожан, и удачливых бизнесменов: помощь в Петербург шла не отдельными посылками, а целыми железнодорожными составами…
– В те непростые для России времена некий симпатичный молодой человек из Департамента по внешним связям мэрии Петербурга подписал важное для меня решение: мэрия брала на себя оплату гуманитарных грузовых перевозок из Германии. Этим молодым человеком был… Владимир Путин!
Встреча с ним 19 октября 2011 года стала для Клотильды знаковой. В Царском Селе, у памятника Пушкину, где нынешний Президент России Владимир Путин приветствовал со славным лицейским юбилеем всех потомков поэта. И её особо, как добрую знакомую и президента Немецкого Пушкинского общества!
В Петербурге Клотильда основала фонд «Александровская больница». Она любит этот царственный северный город, хотя однажды обмолвилась: «Мне порой очень грустно в Петербурге, ведь в нём погибли оба моих предка: царь и поэт…»
Впервые с немецкой праправнучкой поэта я познакомилась в Лицее, в октябре 1991-го, в той самой аудитории, где некогда профессор немецкой словесности Фридрих Гауеншильд отчитывал своего ученика, кудрявого лицеиста Александра Пушкина, за нерадение к его предмету.
Мне посчастливилось встретиться с ней в её родном Висбадене. И в её доме. Клотильда Георгиевна живет с мужем Энно (он тоже врач) и старшим сыном Александром; двое других – Николаус и Грегор – обзавелись своими семьями. У неё трое внуков. Их имена, отчества и даты рождения по моей просьбе она аккуратно записала по-русски: «Юлиан Николаевич – 7 января 2003. Николай Николаевич – 17 ноября 2006. Фредерик Григорьевич – 11 декабря 2006».
Бюст Наталии фон Меренберг в музейной экспозиции. 2007 г. Фотография автора
Современные фотографии юного поколения фон Ринтелен гармонично вписались в интерьер гостиной, где на стенах давно уже заняли привычные места портреты их далеких предков: Александра Пушкина и принца Николауса Нассауского. А на книжных полках с фолиантами патриархов немецкой поэзии: Гёте, Шиллера и Гейне, – соседствуют пушкинские томики.
Одна из самых дорогих реликвий для Клотильды – хранящийся у нее мраморный бюст её прабабушки[28], где графиня Натали предстаёт во всём блеске молодости и красоты!
Но семейная реликвия не всегда находится дома, в гостиной, – она в музейной экспозиции. Музей истории Висбадена совсем неподалеку от Бибрихского дворца, что красуется на берегу Рейна и парадная лестница которого помнит лёгкую поступь графини Меренберг, не раз бывавшей здесь со своим супругом на великосветских приёмах…
Клотильда любит вспоминать о первом госте из России Ираклии Андроникове. Та знаменательная встреча произошла давно, более сорока лет назад.
Считалось, что в семье хранились пушкинские рукописи, но прочесть их никто не мог. Андроников объяснил тогда, что рукописи не что иное, как писарские копии писем Пушкина, сделанные, вероятно, ещё при жизни Наталии Николаевны.
Бибрихский дворец. 2007 г. Фотография автора
Ко времени встречи с Андрониковым первенцу Клотильды сыну Александру исполнился лишь год. Гость тогда поинтересовался:
– Имя дали в честь Пушкина?
Ответ Клотильды его удивил:
– Нет, в честь другого Александра.
Тем, другим, был русский император Александр II.
В памяти Ираклия Луарсарбовича осталась «высокая, с узкой талией, роскошными плечами и маленькой головой» молодая женщина. В её облике он разглядел некое «сходство с женой Пушкина», а «в вырезе и изгибе ноздрей» – пушкинские черты.
Именно ему, замечательному исследователю, покорившему её своим обаянием и влюбленностью в Пушкина, она и подарила интереснейший документ – свидетельство, выданное Наталии Дубельт в мае 1864 года на право жить с детьми отдельно от мужа и «основанное на Высочайшем повелении».
С детства Клотильда слышала о первой любви своей прабабушки: та страстно, со всем жаром юности влюбилась в князя Николая Орлова. Молодой человек также отвечал ей взаимностью, и дело шло к свадьбе. Но… Неожиданно для всех Натали Пушкина вышла замуж за Михаила Дубельта. И никто не знал – почему?
– Знаете, где был ответ? – Клотильда раскрывает настенный шкаф. – Да вот в этой коробке из-под посылки! Здесь хранился роман моей прабабушки Наталии!
«То были листы старой бумаги с готическим немецким текстом. Их моя тетя Александра де Элия, урожденная графиня фон Меренберг, прислала отцу из Аргентины. Наша радость – ведь мы думали, что получили ценную посылку от богатой тётушки и сможем теперь наладить нашу жизнь (время послевоенное, и жили мы бедно) – сменилась разочарованием: в пакете оказалась лишь кипа бумажных листов. Читать их никто не стал, и мой отец в расстройстве забросил ненужный подарок в шкаф, на антресоли!
Прошло много-много лет… Меня впервые пригласили в Россию, в город Пушкин, на юбилей Лицея, где учился мой великий предок. Странно: ему не давался немецкий, а я тогда не знала ни слова на его родном языке. Мне очень захотелось прочесть стихи Пушкина в подлиннике, и я начала брать уроки русского».
На рукопись она наткнулась случайно. И увидела, что некоторые слова написаны по-русски латинскими буквами! Значит, безымянный автор знал русский язык! Стала вчитываться в роман, разбирать фразы на старонемецком. И… сделала открытие: автором романа была Наталия Пушкина! Дочь поэта описала в нём свою молодость, историю любви и коварства. В те интриги, что плелись вокруг влюблённых, были замешаны тайная полиция, высшие чины царской России! И уж, конечно, сделано всё, чтобы расстроить брак Пушкиной с графом Орловым[29]. И тогда юная Наталия из отчаяния и упрямства вышла замуж за Михаила Дубельта.
Вся эта история рассказана искренне, почти исповедально, от имени главной героини, носящей русское имя Вера.
Удивительно, но подтверждения тем давним событиям нашлись в Государственном архиве Российской Федерации: письма матери жениха, адресованные супругу Леонтию Васильевичу Дубельту, обожаемому «ангелу Лёвочке». Анна Николаевна делится с мужем раздумьями о предстоящей свадьбе сына: «В твоих письмах, Лёвочка, ты говоришь, что Ланские тебя не пригласили бывать у них… Я сама думаю, что тут вряд ли будет толк. Девушка любит Орлова, а идет за Мишу, Орлов страстно любит её, а уступает другому. Дай Бог, чтобы всё кончилось благополучно, а что-то мудрено».
Клотильда фон Ринтелен с романом своей прабабушки Наталии Пушкиной. Москва. 2005 г. Фотография автора
Материнское сердце не ошиблось: в мирных предсвадебных хлопотах Анне Дубельт чудились предвестники грядущих семейных бурь. Её письма исполнены тревоги и надежды, она и радуется счастью сына, и волнуется за его будущность.
Беспокоится, чтобы Михаил, а он уже воевал на Кавказе, вновь не попал бы под пули горцев, и уповает на помощь умной и «бесподобной Натальи Николаевны»: «Дай Бог, чтобы он остался в Петербурге… Не решится ли Наталья Николаевна Ланская сама попросить Государя (Николая I. – Л. Ч.) для дочери, чтобы ей, такой молоденькой, …не расставаться с мужем сейчас после свадьбы, чтобы Он оставил Мишу в Петербурге… Он так милостив к ней, а она так умно и мило может рассказать ему положение дел, что, вероятно, Он поймет горе молодых людей и поможет им».
Заботит её, чтобы будущая невестка Наташа Пушкина успела получить до свадьбы шифр фрейлины Высочайшего Двора, так как потом это будет невозможно. «Не мешай, Лёва, – просит она мужа, – Государю раздавать свои милости».
И так уж случилось, что Анне Николаевне не суждено было при жизни именоваться свекровью Наташи Пушкиной. Она умерла чуть ли не в день той странной и несчастливой свадьбы, в феврале 1853-го…
Вот уж поистине книги имеют свою судьбу! Рукопись, обретённая в Висбадене, ныне переведена на русский, и публикация романа дочери Пушкина в России стала настоящей литературной сенсацией недавних лет! Да и сама жизнь Наталии Александровны, унаследовавшей красоту матери и вольнолюбивый страстный характер отца, так похожа на приключенческий роман…
А представление необычной книги состоялось в пушкинском музее в Москве, где Клотильда фон Ринтелен – всегда самая желанная гостья! Издана книга и в Германии на языке оригинала. И всё это благодаря энтузиазму далекой наследницы поэта.
«Однако ж я ей обязан жизнию!» – эти последние строки в пьесе о рыцарских временах Пушкин вложил в уста одному из её героев, Францу, помилованному заступничеством «благородной девицы» Клотильды.
Верно, в слегка изменённом виде те же слова могла бы произнести и сама Клотильда фон Ринтелен. Но и Александр Пушкин, подаривший жизнь своей праправнучке, обязан ей памятью!
Александр фон Ринтелен у портрета Николая Нассауского. Висбаден. 2007 г. Фотография автора
– Когда Натали встретила на балу своего принца, они танцевали всю ночь напролёт! – Клотильда не скрывает своего волнения. – Сколько потом было пересудов! Она выбрала свой путь и была счастлива с моим прадедом. И я не могу не быть бесконечно ей благодарной.
Любовный роман Наталии Пушкиной имел долгое-долгое продолжение: от «немецкой ветви» древа поэта пошли в рост – «английская» и «швейцарская». Русский поэт оказался в родстве с королевскими особами! Ныне уже им гордиться славным родством с Пушкиным!
…Мы прощаемся. Благодарю за радушный прием супругов фон Ринтелен. Александр (он блестяще владеет русским!) дарит мне календарь с видами Висбадена и свою книгу, посвящённую истории семьи Пушкиных-Нассауских-Романовых. На обложке – портреты красавицы-графини и её принца. Они неразлучны, как и прежде: в любви, в судьбе, в памяти далёких потомков.
Для полного счастья и душевного спокойствия поэту не хватало, пожалуй, одного – он никогда не бывал за границей. Как обогатилась бы русская культура, да и немецкая тоже, если бы Пушкину дарована была милость увидеть чужие неведомые ему края! Но каким непостижимым образом осуществилась его мечта!
Вот уже третье столетие Висбаден соединен с русским гением духовными и кровными узами родства. Немецкий город земли Гессен с «пушкинской кровью».