Второй сын великого князя Михаила Николаевича и великой княгини Ольги Фёдоровны. С марта 1864-го – шеф 49-го Брестского пехотного полка. С 1881 – служба в лейб-гвардии Егерском полку; командир роты, полковник. С 1882 г. – флигель-адъютант.
Женат с февраля 1891 г. на Софии фон Меренберг, графине де Торби, внучке Пушкина.
Дети – Анастасия, Надежда, графини де Торби, и Михаил, граф де Торби.
Великий князь Михаил Михайлович. Фотография
Родился в октябре 1861 года в Петергофе. Юные годы провел на Кавказе, где наместником был его отец, великий князь Михаил Николаевич. Воспитание сыновей в великокняжеской семье «было подобно прохождению строевой службы в полку».
Из воспоминаний великого князя Александра Михайловича:
«Мои братья Николай, Михаил, Сергей, Георгий и я жили, как в казармах. Мы спали на узких железных кроватях с тончайшими матрацами, положенными на деревянные доски… Нас будили в шесть часов утра. Мы должны были сейчас же вскакивать, так как тот, кто рискнул бы “поспать ещё пять минут”, наказывался самым строжайшим образом… Мы читали молитвы, стоя на коленях перед иконами, потом принимали холодную ванну. Наш утренний завтрак состоял из чая, хлеба и масла. Всё остальное было строго запрещено, чтобы не приучать нас к роскоши».
Особняк великого князя на Адмиралтейской набережной. Петербург. 2011 г. Фотография автора
Военная карьера Михаила Романова началась со службы в гвардейском полку. Очень скоро он дослужился до полковника и был назначен флигель-адъютантом «к особе Его Императорского Величества».
С юности великий князь мечтал о счастливом супружестве, и уже в двадцать лет приступил к обустройству будущего гнезда – на Адмиралтейской набережной, близ Зимнего, вырос новый роскошный дворец. Так случилось, что жить в нем красавцу «Миш-Мишу» не довелось ни дня…
И вновь мемуары младшего брата: «Он обожал военную службу и чувствовал себя превосходно в рядах лейб-гвардии Егерского полка. Его располагающая внешность, благородное сердце и способности танцора сделали его любимцем петербургского большого света. Очень скоро “Миш-Миш” сделался общим любимцем петербургских салонов… К несчастью, у него слишком рано проснулась склонность к семейной жизни».
В феврале 1886-го в Петербург прибыла с визитом гессенская принцесса Ирина-Луиза-Мария-Анна, дочь великого герцога Людвига IV, – во всех великосветских гостиных шептались о скорой свадьбе молодого князя. Но свадьба расстроилась, а Михаил Михайлович отбыл в Англию с благой целью – жениться на дочери принца Уэльского Альберта-Эдуарда. Но и этой свадьбы не случилось: принцессе Виктории, родной внучке английской королевы, великий князь объявил, что «готов на ней жениться», но «любить её не может». Невеста после столь своеобразного предложения руки и сердца залилась слезами, а в королевском Доме разразился скандал.
Великий князь Михаил Михайлович с графиней Софи де Торби, внучкой поэта. 1891 г. Фотография
Не стоял великий князь перед алтарем и с обожаемой им графиней Екатериной Игнатьевой, дочерью министра внутренних дел. Против морганатического брака резко выступили все представители Дома Романовых.
«В постоянных поисках “царицы своих грёз”, – посмеивался брат Александр, – он делал несколько попыток жениться на девушках неравного с ним положения».
Всё же одна из таких попыток стала для «Миш-Миша» счастливой: в феврале 1891-го на Итальянской Ривьере, в греческой церквушке приморского городка Сан-Ремо, он тайно обвенчался со своей возлюбленной – графиней Софией, внучкой поэта. Женился, не испросив предварительного высочайшего согласия.
Женитьба великого князя вызвала целую бурю в августейшем семействе. Разгневанный император Александр III срочно телеграфировал великому герцогу Люксембургскому Адольфу Вильгельму, единокровному брату отца невесты: «…Этот брак, заключённый наперекор законам нашей страны, требующим моего предварительного согласия, будет рассматриваться в России как недействительный…»
Великий герцог не замедлил отправить в Петербург русскому царю ответную депешу: «Я осуждаю в высшей степени поведение моего брата и полностью разделяю мнение Вашего Величества».
В крайнем раздражении Александр III телеграфировал и отцу новобрачной, принцу Николаю Вильгельму Нассаускому: «Я получил письмо Вашего Высочества. Я могу ответить на него лишь сообщением, что брак великого князя Михаила Михайловича, заключённый без моего разрешения и без согласия и благословения родителей жениха, никогда не сможет быть признан законным…»
Великий князь Михаил Михайлович с супругой. 1891 г. Фотография
Об этой странной свадьбе шептались во всех петербургских гостиных.
«Рассказывают, что великий князь Михаил женился на дочери Нассауской, т. е. на дочери Таши Дубельт (Пушкиной), – записала в своем дневнике светская дама генеральша Александра Богданович. – Женился, не спросясь Государя, поэтому вычеркнут из списка русских офицеров. Скоро же он забыл свою прежнюю страсть – дочь графа Н.П. Игнатьева. Мать его, говорят, в отчаянии».
Новые вести продолжали будоражить общество:
«Нассауский написал письмо Государю о свадьбе своей дочери и будто фамильярный тон письма взорвал Государя. Рассказывают, что свадьба была в греческой церкви… что Михаила Михайловича лишили 50 тыс. руб., которые он ежегодно получал из уделов. Известная Азинька (Александра) Арапова послала своего мужа к вел. кн. Николаю Михайловичу узнать от него, как они должны себя держать по отношению Двора, с которым теперь породнились. “Как хотят”, – был ответ. Эта свадьба возбуждает очень много толков. Многие говорят, что следовало непременно напечатать, почему он исключен из службы, так как по этому поводу ходят в городе невероятные подробности и небылицы».
Последствия непризнанного союза стали для молодого супруга крайне удручающими – его отстранили от воинской службы, лишили доходов с бывших имений и даже запретили когда-либо приезжать в Россию!
Августейший изгнанник не унывал: с красавицей-женой он обосновался на французском Лазурном Берегу, в Каннах. Другой страной, приютившей отверженную чету, стала Англия, где великий князь и его избранница нашли радушный прием со стороны королевской семьи.
Лети во мрачный Альбион!
Да сохранят тебя в чужбине
Христос и верный Купидон!
Так распорядилась судьба, что Англия, подарившая миру Шекспира и Байрона, стала второй родиной для внучки великого Пушкина. Здесь, под небом древней страны, родились её дети – так на старинном пушкинском древе появилась густая английская ветвь. Кстати, до сих пор сохранилась лондонская усадьба Кенвуд, окруженная великолепным парком, ставшая домом для четы Романовых.
Королева Великобритании Виктория I, вступившая на трон в печальном для России 1837 году, благосклонно отнеслась к молодым супругам. В замке Лутон-Ху под Лондоном, принадлежавшем потомкам поэта, хранилось великолепное платье русской работы, из голубого шёлка и парчи, в нём внучка Пушкина представлялась английской королеве.
Лондонский музей Виктории и Альберта вправе гордиться уникальным экспонатом – старинным фотоальбомом: на снимках – участники бала, что прошел во дворце герцогини Девонширской в июле 1897-го. Повод был достойным – праздновался «Бриллиантовый юбилей» правления Виктории. Сама королева на костюмированный бал не приехала, после смерти любимого супруга принца Альберта она избегала светских увеселений. Её Величество представляли чета принца и принцессы Уэльских: старший сын королевы наследный принц Альберт, будущий английский король Эдуард VII, и Александра, в девичестве датская принцесса и родная сестра русской императрицы Марии Фёдоровны, будущая королева.
Корреспонденты «Таймс» взахлёб писали на её страницах о необычных дорогих туалетах гостей и роскошных апартаментах дворца. «Девонширский» бал-маскарад собрал весь цвет аристократии доброй викторианской Англии. В числе именитых гостей – членов королевской семьи, военных и политических деятелей, – были и великий князь Михаил Михайлович с супругой. Русский князь предстал перед избранной публикой в образе французского короля Генриха IV, а его обворожительная супруга – знаменитой любовницы короля Габриэль д‘Эстре. Чем объяснялся тот выбор маскарадных костюмов, и не было ли в нем скрытого подтекста? Ведь оба союза, разделенные столетиями, – вне закона, но в царственном ореоле Её Величества Любви!
Великий князь Михаил Михайлович и графиня Софи де Торби в маскарадных костюмах. Лондон. 1897 г. Фотография
Как торжествовал бы Пушкин, доведись увидеть ему на историческом лондонском балу ослепительную красавицу-графиню! Родную внучку!
…Дядя Софии, великий герцог Люксембургский Адольф, пожаловал своей племяннице и её детям титул графов де Торби. Титул этот, вернее его название, придумал Михаил Романов в память кавказского селения Тори близ Боржоми, где было отцовское имение.
Он же посвятил своей любимой автобиографический роман «Never say Die» («Не унывай»), своеобразный литературный протест против неприятия высшим светом морганатических браков. И на его страницах великий князь утверждал, что лишь любовь «является наивысшим счастьем в этом мире»!
Графиня Софи де Торби с мужем великим князем Михаилом Михайловичем (сидит в центре) и его братьями: великими князьями Александром (слева) и Сергеем (справа) Михайловичами. Висбаден. 1892 г. Фотография
С женой и дочерьми. Конец 1890-х гг. Фотография
Правда, в родном отечестве книгу тотчас отнесли к разряду запрещённых: всем губернаторам и наместникам были разосланы секретные циркуляры «о воспрещении вывоза из-за границы этого романа и о наложении на произведение ареста… в случае, если бы этот роман был отпечатан в России на русском или иностранных языках».
Вступивший на российский престол император Николай II простил великого князя, вернул ему многие привилегии, полагавшиеся члену Дома Романовых, а также звание флигель-адъютанта. Символично, что решение Государь принял в знаменательном «Пушкинском году» – 1899-м! Позднее Михаил Михайлович приезжал в Россию на празднование столетней годовщины Бородинской битвы, и тогда же Николай II назначил его шефом 49-го Брестского полка. Шел 1912 год, и вскоре разразилась Первая мировая…
Узнав об объявлении войны, Михаил Романов просил Государя разрешить ему вернуться в Россию и быть полезным отечеству. Но обращение так и осталось без ответа. И тогда он поступил на службу к военному представителю России в Англии генерал-лейтенанту Ермолову. Великий князь возглавлял Русский правительственный комитет в Лондоне, ведавший военными заказами для русской армии.
Волею судеб Михаил Михайлович остался в Англии, и его семейная жизнь сложилась счастливо. У него и графини Софии де Торби, унаследовавшей красоту бабушки Наталии Пушкиной, родились две дочери – Анастасия, Надежда и сын Михаил. Все они приходились правнуками и Пушкину, и Николаю I – так породнились великий поэт и его августейший цензор.
…В январе 1837 года император Николай отправил умирающему поэту записку со словами утешения: «…о жене и детях не беспокойся. Они будут моими детьми». Монаршее слово исполнится ровно через пятьдесят пять лет!..
В лондонском доме Михаила Романова хранились письма поэта к невесте и жене. Уже после кончины супруги великий князь продал их страстному коллекционеру пушкинских реликвий Сергею Дягилеву.
В семьях ныне здравствующих английских потомков поэта бытует фамильное предание: будто бы бабушка, графиня София, владела письмами Наталии Пушкиной[22] к поэту, доставшимися ей от матери. Незадолго до начала Первой мировой президент Императорской Академии наук великий князь Константин Константинович обратился к главе семейства с просьбой предоставить письма для публикации в академическом пушкинском издании. Согласие было получено, но произошло несчастье: английский корабль (на его борту якобы и находились письма жены поэта) по пути в Петербург был торпедирован немцами и затонул…
Скончался великий князь Михаил Михайлович в апреле 1929 года в Лондоне и похоронен на городском кладбище «Hampstead Cementery».
Удивительный исторический факт – именно Михаил Романов предупредил своего царственного племянника о надвигающейся катастрофе, отправив Николаю II в ноябре 1916-го из Лондона поистине пророческое послание:
«Я только что возвратился из Букингемского дворца. Жоржи (король Великобритании Георг V. – Л. Ч.) очень огорчен политическим положением в России. Агенты Интеллиджэнс Сервис, обычно очень хорошо осведомленные, предсказывают в России революцию. Я искренне надеюсь, что ты найдешь возможным удовлетворить справедливые требования народа, пока ещё не поздно».
Поздно. Российский император не в силах был противостоять ходу истории: до февральской революции в России оставалось несколько месяцев, до убийства августейшего семейства – менее двух лет.