Управление ФБР. Бостон. Десять минут одиннадцатого.

Билл Беррелл сидел за столом совещаний, хмуро уставившись в стаканчик с кофе. Ему очень хотелось курить, но он не мог выйти из кабинета, опасаясь пропустить установление связи с Квантико. Маркхэм и профессор искусствоведения задерживались. По словам Салливан, авария на шоссе.

«Вот уж повезло», — размышлял Беррелл.

У бостонского управления возникли проблемы с установлением видеоканала с Квантико. Главный техник считал, что всему виной были пятна на солнце или неисправный коаксиальный кабель. Так или иначе, Беррелл был не в том настроении, чтобы вдаваться в подробности. Его вывел из себя разговор с Рейчел Салливан сегодня утром, известие о Габриэле Бэнфорде и адреналине. Глава управления интуитивно чувствовал, что предстоящая телеконференция также не сулит ничего хорошего. Сэм Маркхэм все еще упрямо цеплялся за надежду на то, что на руках у ФБР только три жертвы, но у Бульдога Беррелла не исчезало нехорошее предчувствие, что у этого сукина сына Микеланджело-убийцы руки по локоть в крови.

— Прошу прощения, Билл, — сказал Маркхэм, заходя в кабинет. — Пришлось задержаться, начал готовить бумаги на доктора Хильдебрант. Кэти, вы уже встречались со старшим специальным агентом Биллом Берреллом, помните?

За большим столом совещаний сидели несколько человек, но только Беррелл и Рейчел Салливан поднялись с места, здороваясь с Хильди.

— Да, конечно, — сказала та. — Рада снова вас видеть. И вас тоже, специальный агент Салливан.

— Зовите меня Рейчел.

— Ну а меня можно звать Биллом, — добавил Беррелл. — Пожалуйста, садитесь.

Один из сотрудников ФБР, которого Кэти представили, а она тотчас же забыла его имя, освободил место в дальнем конце стола. Хильди и Маркхэм уселись напротив Беррелла и Салливан. На стене перед ними висел большой видеоэкран. Кэти вдруг заметила еще одного человека, стоявшего на полу на четвереньках. Его зад торчал из шкафчика, скрытого за деревянной обшивкой стен.

— Вы должны нас простить, — начал Беррелл. — Тут возникли кое-какие проблемы. Может быть, угостить вас чем-нибудь? Кофе, чай?

— Нет, спасибо. Сэм — я хотела сказать, специальный агент Маркхэм — уже меня угощал.

— Тогда он, вероятно, вкратце рассказал вам и о том, что будет сегодня?

— Да, конечно.

— Вот и отлично, — продолжал Беррелл. — В таком случае первым делом я хотел бы от лица Федерального бюро расследований официально приветствовать вас в нашей команде, а также лично поблагодарить за ту помощь, которую вы нам уже оказали, и за то, что согласились и дальше работать с нами в этом деле. Кэти, вы очень помогли нам составить психологический портрет преступника. Я полагаю, по пути из Провиденса Сэм ввел вас в курс того, как обстоят дела на настоящий момент, рассказал вам о том, что нам удалось выяснить о вашем бывшем ученике Габриэле Бэнфорде, и о том, что он мог быть связан с этим психопатом, которого пресса окрестила Микеланджело-убийцей.

— Да.

— Этим направлением занимается Рейчел. Она будет продолжать разбирать дело Бэнфорда в надежде найти более прочную связь между вашим учеником и убийцей: общие знакомые, архивы Интернета и тому подобное. Ее команда также займется всеми пропавшими без вести в Род-Айленде и ближайших окрестностях начиная с момента убийства Бэнфорда и до настоящего времени, в первую очередь обращая внимание на молодых мужчин, с которыми Микеланджело-убийца мог экспериментировать перед тем, как взяться за Кэмпбелла и Винека.

— Понимаете, Кэти, серийные убийцы подсознательно выбирают свои жертвы из какой-то определенной демографической прослойки, — заговорил Маркхэм. — Так, чтобы они удовлетворяли неким критериям, которые по каким бы то ни было причинам соответствуют глубинным психологическим мотивам, движущим убийцей. Причем он сам может как даже не подозревать об этих мотивах, так и прекрасно все сознавать.

— Совершенно верно, — подтвердил Беррелл. — Принимая во внимание тот портрет Микеланджело-убийцы, который вы составили вместе с Маркхэмом, круг жертв этого преступника, скорее всего, составляют молодые мужчины. Следовательно, Салливан со своей командой обратит особое внимание на случаи исчезновения молодых мужчин, торгующих собой, и бродяг, которые произошли в Род-Айленде и ближайших окрестностях за последние шесть лет. Это не только полностью соответствует личности Габриэля Бэнфорда, который, как нам известно, начал воровать и заниматься проституцией, чтобы доставать деньги на наркотики. Серийному убийце гораздо безопаснее иметь дело с таким типом жертв, потому что подобные люди постоянно перемещаются с места на место, и об их исчезновении, как правило, никуда не заявляется. В данном случае Микеланджело-убийца мог оттачивать свое мастерство, не привлекая к себе внимания.

— Да, — вставила Салливан. — Как вам, вероятно, уже рассказал агент Маркхэм, мы будем работать, исходя из предположения, что после убийства Бэнфорда наш преступник решил научиться сохранять и раскрашивать тела. На это у него было почти шесть лет, потом он открыл миру своего «Вакха». Однако нельзя сбрасывать со счетов вероятность того, что убийца уже был знаком с основами бальзамирования, поэтому другая группа будет работать с похоронными бюро, моргами, таксидермистами, всеми теми, кто не только обладает необходимым практическим опытом, но и имеет доступ к химическим реактивам, которые нужны для сохранения тела. Как раз сегодня нам сообщат о предварительных результатах, полученных в лаборатории ФБР в Квантико. Как только мы получим представление, каким именно образом убийца сохранил тела Кэмпбелла и Винека, у нас появится отправная точка для работы.

— Все готово, сэр, — доложил человек, зад которого торчал из стены.

Кэти его узнала. Это был тот техник, который в Уотч-Хилле снабдил их с Маркхэмом переносным компьютером.

Беррелл кивнул. Большой экран на стене ожил. На нем появилось изображение двух мужчин, сидящих за столом, один из них был в костюме, другой — в белом халате.

— Джентльмены, у нас есть картинка, — сказал Беррелл. — А как у вас?

— Да, Билл, — ответил мужчина в костюме. — Мы вас прекрасно видим.

— Отлично. Алан, вы знакомы почти со всеми присутствующими, но мне хотелось бы представить вам доктора Кэтрин Хильдебрант. Она согласилась взять на себя обязанности консультанта и будет помогать Сэму Маркхэму в Провиденсе. Кэти, познакомьтесь с Аланом Гейтсом, руководителем отдела психологического анализа. Рядом с ним доктор Джильберт Моррис. Он возглавляет химическую лабораторию отдела криминалистической экспертизы.

Мужчины на экране кивнули.

— Итак, джентльмены, что мы имеем?

— Билл, сегодня утром я уже разговаривал со специальным агентом Маркхэмом, — начал Алан Гейтс, тот, который был в костюме. — Он ввел меня в курс последних событий, поэтому в ходе конференции я буду обращаться в первую очередь к нему. Сэм официально представляет наш отдел. Он очень высоко оценил ваше управление, и в первую очередь агента Салливан, проделавшую потрясающую работу по координации действий с Национальным центром анализа преступлений, связанных с насилием.

— Хорошо, — сказал Беррелл. — Доктор Моррис, вам слово.

— Спасибо, Билл. Первым делом должен сказать, что специалисты из отдела анализа вещественных доказательств представят отчет о деревянном основании и обрубке древесного ствола сегодня вечером.

— Замечательно.

— Что же касается отдела криминалистической экспертизы, в настоящий момент один из моих заместителей готовит сводный отчет по различным ведомствам. Сейчас я вкратце изложу вам, что нам удалось обнаружить. — Мужчина в белом халате положил перед собой пухлую кипу бумаг. — Начнем с того, что химический состав эпоксидной смолы, из которой были изготовлены львиная шкура, кубок и волосы, показал, что в ней присутствует только одна добавка. Это специальная глина для лепки, которую можно купить в любом магазине товаров для художественного творчества или через Интернет.

— Хорошо, — сказал Беррелл. — Мои люди уже разрабатывают эту ниточку.

— Далее, отдел токсикологии вместе со специалистами судебной медицины штата Род-Айленд подтвердили, что смерть Томми Кэмпбелла действительно стала следствием высокой концентрации синтетического эпинефрина в тканях его тела. Пять лет назад, Билл, мы, возможно, не смогли бы ничего обнаружить, поскольку химические реактивы, которые убийца использовал для сохранения тел, существенно изменили структуру самих клеток. Однако нам до сих пор так и не удалось выделить достаточно чистый образец эпинефрина, чтобы можно было проследить происхождение этого препарата. То же самое приходится признать и в отношении концентрированного диазепама и кетамина. Если у нас появится какая-либо новая информация, мы сразу же дадим вам знать.

— Договорились.

— В нашей лаборатории мы смогли определить, что убийца сохранил тела жертв, воспользовавшись технологией под названием «пластинация». При этом процессе вода и другие жидкости заменяются затвердевающими полимерами.

— Пластинация? — спросил Беррелл.

— Да. Этот процесс анатомического сохранения используется во всем мире все шире и шире. Впервые его предложил в конце семидесятых немецкий ученый по имени Гюнтер фон Хагенс. На протяжении последних десяти лет он неоднократно устраивал выставки «Мир тела», но особое внимание привлекло похожее мероприятие, организованное недавно одной китайской компанией. Я привел детали в своем отчете, но в целом суть китайской и немецкой экспозиций одинакова: освежеванные, частично вскрытые трупы, застывшие в разнообразных позах, выставленные на всеобщее обозрение. Отдельные пластинированные части тела продаются по всему миру для медицинских и ветеринарных училищ, однако удовольствие это весьма дорогое.

— Итак, что вы думаете по этому поводу, Алан? Преступник когда-то учился на медика? Может быть, даже работает в одной из этих компаний?

— Возможно, — сказал Гейтс. — Но к сожалению, Билл, вся информация о процессе пластинации доступна в Интернете. Любой человек, знающий основы химии, при желании, а также располагая временем и средствами воплотить его в жизнь, может методом проб и ошибок самостоятельно воспроизвести этот процесс.

— Совершенно верно, — подтвердил доктор Моррис. — Судя по всему, для того чтобы сохранить тела жертв, убийца первым делом удалил внутренние органы и забальзамировал трупы раствором формальдегида. Затем тело помещалось в емкость с ацетоном, который при температуре, близкой к точке замерзания, вытеснил из клеток воду и занял ее место. Далее наступил черед ванны с жидким полимером, в данном случае с силиконовой резиной. Если создать вакуум, ацетон начнет кипеть и испаряться при очень низкой температуре, увлекая за собой в клетки жидкий полимер. Пока ткани оставались еще гибкими, убийца заполнил внутренние полости сеном и опилками, закрепил тела в нужной позе на металлическом каркасе, вероятно, с помощью проволоки, после чего оставил их сушиться. Билл, помните о том, что пластик должен был затвердеть. Скорее всего, убийца ускорил этот процесс с помощью нагревания или ультрафиолетового облучения.

— Господи Иисусе, — пробормотал Беррелл.

— Вы совершенно правы, — согласился Гейтс. — Преступник организовал самый настоящий производственный процесс. Он располагает просторным помещением, если хотите, мастерской, где и работает. Видимо, у него отложено про запас много денег. Конечно, часть оборудования, в том числе ультрафиолетовые лампы и герметический резервуар для ацетона и полимеров, могла быть собрана из подручных средств, но на эксперименты, а также на сохранение каждого тела даже при идеальных условиях требуется огромное время, от восьмисот до тысячи двухсот человеко-часов.

— Значит, мы имеем дело с человеком, у которого уйма свободного времени, вероятно, независимым в финансовом плане?

— Скорее всего, — сказал Гейтс. — Между исчезновением Кэмпбелла и появлением тел в Уотч-Хилле прошло всего чуть больше трех месяцев. Так что даже если этот тип нигде не работает, получается, что спать в последнее время ему приходилось мало.

Наступило молчание.

— Нашим людям неплохо будет начать с изучения случаев продажи или хищения ацетона в больших количествах, а также силиконовой резины, необходимой для процесса пластинации, — снова заговорил Гейтс. — Мы об этом позаботимся.

Беррелл кивнул, а доктор Моррис добавил:

— Далее отдел красок и полимеров определил по нашей базе данных компоненты состава, которым были покрыты тела Кэмпбелла и Винека. Это акриловая автомобильная эмаль «Старфайр», грунт и собственно краска. Как и эпоксидная смола, эмаль продается во многих автомобильных магазинах, а также через Интернет. Краска накладывалась на тела в несколько слоев с помощью распылителя. Однако к ней был подмешан белый порошок, который химический отдел идентифицировал как измельченный мрамор.

— Мрамор? — переспросил Беррелл. — Вы хотите сказать, тот самый камень, из которого делают скульптуры?

— Да, Билл, я имел в виду именно это. Не содержащая органических частиц метаморфная порода, обладающая молекулярным составом, цветом и плотностью, идентичным образцам, которые, согласно нашей базе данных, можно добыть только в одной конкретной каменоломне в Италии.

— В Карраре, — непроизвольно вырвалось у Кэти.

— Совершенно верно, доктор Хильдебрант, — подтвердил Джильберт Моррис. — Истолченный в порошок мрамор, обнаруженный в краске, несомненно, был добыт в Карраре.

— Кэти, как вы догадались об этом? — спросил Беррелл.

— Каррара — это маленький городок в Италии, милях в шестидесяти к северу от Флоренции, — начала она. — Мрамор, который там добывается, оценили еще скульпторы Древнего Рима. Из него были высечены многие величайшие памятники древности, а также бесчисленное количество скульптур эпохи Возрождения. Микеланджело ценил каррарский мрамор за его красоту и однородность, отдавая ему предпочтение перед всеми остальными сортами, в том числе и тем, что добывался в каменоломнях Пьетрасанты рядом с Флоренцией. Свои самые знаменитые шедевры Микеланджело действительно изваял именно из глыб каррарского мрамора.

— Там до сих пор его добывают? — спросила Рейчел Салливан.

— Да. Насколько мне известно, каррарский мрамор по-прежнему считается лучшим, скульптуры, высеченные из него, продаются по всему миру. Однако сам по себе камень стоит очень дорого.

— Итак, получается, что этот Микеланджело-убийца потратил много трудов и средств не только на то, чтобы получить для своего «Вакха» Томми Кэмпбелла, — сказал Беррелл. — Он сумел также достать порошок каррарского мрамора. Похоже, на настоящий момент это наша лучшая зацепка. Салливан, поручи кому-нибудь из своих людей изучить импортные поставки этого камня в Род-Айленд, хорошо? Посмотри, сможешь ли ты получить архивы продавцов, которые специализируются именно на статуях из каррарского мрамора.

— Будет сделано.

— Думаю, также надо изучить все случаи кражи статуй и мрамора за последние шесть лет. Быть может, преступник достал мрамор именно так — украл скульптуру или кусок камня и сам растолок все в порошок.

— Хорошо.

Доктор Моррис перешел к отчету отдела металлургии о стальном каркасе скульптуры. Кэти бросила беспокойный взгляд на Сэма. Вместе с документами из отделения Провиденса Маркхэм захватил также экземпляр «Спящих в камне». Хильди не видела, на какой странице он раскрыл книгу, но знала цель поиска. Словно прочитав ее мысли, Сэм Маркхэм оторвал взгляд от книги и посмотрел на ее автора.

— Кажется, доктор Хильдебрант хочет что-то добавить, — сказал он. — Говорите, Кэти. Это имеет отношение к «Вакху» Микеланджело, так?

— Да, — подтвердила Кэти, и в зале тотчас же наступила тишина. — Хотя свои самые знаменитые произведения Микеланджело изваял из каррарского мрамора, для «Вакха» он использовал дефектную глыбу римского, то есть добытого не в Карраре.

— Ну и что? — спросил Беррелл.

Кэти посмотрела на Маркхэма. Тот понимающе кивнул и улыбнулся ей одними глазами.

— Продолжайте, Кэти.

— На настоящий момент нам кое-что уже известно о Микеланджело-убийце, например его одержимость деталями, желание установить своего «Вакха» в окружении, максимально соответствующем историческому оригиналу. Поэтому мне кажется странным, что он, зная об этом, ошибочно использовал для своей скульптуры порошок каррарского мрамора, в то время как без труда мог бы достать низкосортный римский, причем гораздо дешевле.

— Я что-то не понимаю, — признался Беррелл. — Какая разница? Очевидно, этот тип настолько одержим желанием быть таким же, как Микеланджело, что решил использовать порошок каррарского мрамора просто потому, что это был любимый сорт Микеланджело. Быть может, он захотел улучшить оригинал, сделать своего «Вакха» из более качественного материала, чем у Микеланджело.

— На самом деле доктор Хильдебрант хочет сказать, что Микеланджело-убийца ни за что не пошел бы на такое, — вставил Маркхэм.

— Почему?

— Потому что, насколько мы можем судить об этом человеке, если он изначально собирался достать порошок для «Вакха», его не удовлетворило бы ничто, кроме именно того мрамора, из которого изваял свой оригинал Микеланджело. Доктор Хильдебрант хочет сказать, что убийца использовал каррарский мрамор, скорее всего, просто потому, что тот у него уже был, поскольку он, вероятно, первоначально собирался применить его для чего-то другого, более подходящего.

— Можно конкретнее? — спросил Билл Беррелл.

Сэм поднял «Спящих в камне», и Кэти вместе с остальными, присутствующими в зале, увидела, на какой странице была раскрыта книга.

Все оказалось именно так, как и предполагала Хильди.

Маркхэм показывал фотографию «Давида».